1911
14 февраля 2019 г., 12:42
***
Вечернее зарево Нью-Йорка жёлтыми фонарями проникало в окна офисов компании SkyCorp. Рабочий день подошёл к концу, в некоторых кабинетах погас свет и утих гул голосов, коридоры опустели. В здании осталась охрана, дежурный лаборант и ещё одна девушка на верхнем этаже небоскрёба. Бумаги на её столе были хаотично разбросаны, чертежи с формулами лежали внахлёст, знаменуя собой настоящий творческий беспорядок. Её руки упирались ладонями о стеклянную поверхность, пока спина напряжённо склонялась над столом. Она усердно трудилась, о чём говорил её строгий взгляд и сведённые к центру брови. Увлечённость работой достигла того, что она совершенно не заметила, как в дверь постучали. Несмотря на тишину в офисе, этот аккуратный стук, едва уловимым эхом, раздался на задворках её сознания. Она слышала, как дверь открылась, но была так сосредоточена на своей идее, не отвлекаясь даже на мгновение, боясь упустить ход своих мыслей. Две холодные ладони опустились на её талию, мягко притягивая к себе, заставляя Кларк безвольным грузом упасть в эти объятия. Только одни руки могли быть такими настойчиво нежными, властными и мягкими. Лекса прижала её спиной к себе, огибая руками талию, зарываясь лицом в её волосы. Кларк повернула голову так, чтобы губы Лексы были на уровне её уха, а щека касалась её носа. Она положила свои ладони поверх огибающих её рук, вжимаясь всем телом в объятия. — Ты пахнешь дождём. — На улице льёт как из ведра, и я подумала, может ты позволишь мне переночевать сегодня у тебя? — Лекса опустила голову в изгиб шеи, покрывая кожу едва ощутимыми поцелуями. — Учитывая то, что это твоя квартира, проблем не должно возникнуть. Лекса удивленно отстранилась, заглядывая в глаза напротив. — Эн сказала. Утром. Неловкая пауза. — Что ж. Тогда, поехали ко мне? — Ты считаешь, что я из тех девушек, которых легко затащить в постель? — Очень на это надеюсь, — в продолжении своих слов, Лекса сжала края рубашки в своих руках, медленно вытаскивая её из пояса брюк девушки. Её рот уже настойчиво целовал шею, которая открылась перед ней во всём великолепии, когда Кларк откинула свою голову на её плечо. Их тела прижимались друг к другу, когда Кларк немного выгнулась, упираясь задом в бёдра позади себя, пока её руки сплетались за головой Лексы, прижимая её губы к своей шее. Рот приоткрылся в нехватке кислорода, дыхание становилось глубоким и хриплым, глаза закрывались от ощущения переполняемой её страсти и нежности. Она полностью расслабилась, предоставляя своё тело и свой разум на растерзание девушки за её плечами, чьи бледные пальцы нетерпеливо расстегивали пуговицы её брюк. Лекса немного медлила, опасаясь вызвать дискомфорт, но через несколько секунд сомнений, Кларк крепко сжала руку Лексы, опуская её между своих ног, слегка надавливая, после чего её горло покинул отчаянный стон. Глаза подкатывались, бёдра вторили движениям Лексы, пространство офиса наполнилось нуждающимися стонами и страстным шёпотом. Левая рука Лексы пробралась под рубашку, сминая плотную грудь Кларк, возможно, немного сильнее, чем она того хотела, потому что самообладание покидало её с каждым новым звуком хриплых стонов. Сознание заполнял туман. Она прикрыла глаза, наслаждаясь тем, как девушка в её руках извивалась, прижимаясь к ней. Её руки ощущали, как дрожала грудь Кларк каждый раз, когда она кричала; как дрожал низ её живота, когда Лекса становилась настойчивее в своих действиях. Они не слышали мира вокруг себя, они не чувствовали ничего, кроме желания и возбуждения на грани безумства. От плавного ритма бёдер Кларк, у Лексы мутнел рассудок, заставляя её прикрывать глаза, издавая тихие стоны в шею девушки. Положение их тел и рук заставляло Лексу чувствовать свои пальцы будто на себе, как будто они с Кларк чувствовали одно и тоже. Их стоны становились чаще, приобретая синхронность, только Кларк была громче, её лицо выглядело болезненно с плотно закрытыми глазами. Своей ладонью она накрыла руку Лексы, заставляя ту быть грубее и настойчивее, выгибаясь от полученного экстаза. Губы Кларк широко открылись, она не издала ни звука, напрягаясь всем телом, а её бёдра сильно задрожали. Она снова схватила руку Лексы, сильно прижимая к своему клитору, пока её вторая рука сжимала волосы девушки за спиной. Несколько секунд она плотно вжималась в ладонь между своих ног и, пока сладкая нега не сковала её сознание, она мягким облаком опустилась спиной на грудь Лексы. — Малышка, прошу не оставляй меня так… я сойду с ума, если не кончу сейчас, — шептала Лекса на ухо Кларк, опаляя её своим горячим дыханием. Они развернулись лицом друг к другу, наконец имея возможность поцеловать желанные губы. Глаза на мгновение встретились, в ту же секунду опускаясь ниже. Их поцелуй из глубокого и нежного, в секунду перерос в почти грязный и настойчивый, с примесью тихих стонов. Кларк провела коленом по внутренней стороне бедра Лексы, что заставило ту прикусить нижнюю губу. Одним рывком Лекса приподняла Кларк, усаживая на стол. Седлая её бедро, она притянула ворот ее рубашки, сжимая его в кулаке, тем самым вжимаясь в девушку пылким поцелуем. Лекса плавно двигалась, слегка выгибая поясницу, пока руки Кларк накрывали её бёдра, слегка направляя. Их глаза непрерывно удерживали контакт, разделяя океан эмоций между ними. Лекса была немного выше, из-за чего её веки бели едва прикрыты, оставляя лишь узкую полоску для того, чтобы смотреть на девушку под собой. Она опиралась о плечи Кларк, сжимая их с каждой секундой сильнее, что наверняка оставит следы на её светлой коже, но волна оргазма, подкатывающая откуда-то из глубины её тела, лишала всякой возможности контролировать свои руки или крепко сжимающуюся челюсть, выделяя её своим рельефом. Их ритм набирал скорость, они упивались видом друг друга, не закрывая глаз ни на секунду. — Чёрт… детка. Лекса прикусила нижнюю губу, резко закрывая глаза, пока её пальцы ногтями впивались в кожу Кларк. Она стала терять скорость от ощущений внизу живота, которые заставляли её сознание работать в обратную сторону, но руки на её бёдрах настойчиво двигали её на себе, заставляя продлить удовольствие, жгучей пульсации в клиторе. Она судорожно выдохнула, почти лишаясь рассудка. — Теперь каждый раз, когда я буду видеть эти джинсы на тебе, я буду вспоминать этот момент, — Кларк не могла сдержать смех, рвущийся наружу. — Придется надевать их каждый день. Они звонко смеялись, заполняя пространство офиса своим гулким хохотом. На смену ему приходили поцелуи, нежные объятия. Их руки заботливо выводили узоры на одежде. Кларк чувствовала себя безмятежно, обнимая сильные плечи Лексы. Она обнимала её, пропуская свои руки снизу, повисая слово рюкзак, только лицом друг к другу, пока её глаза умиротворенно смыкались. Гриффин, едва ли не впервые за этот год, чувствовала себя свободной, непобедимой... защищённой. Лекса была тут, она обнимала её, они обнимали друг друга, даря нежность. Ничего не могло случиться, пока они были вместе. Что угодно могло произойти за бортом, но здесь и сейчас, когда они держали друг друга над пропастью, ничего не могло их потревожить. Они дождались, пока закончится дождь и, повинуясь настойчивости Лексы, вышли через аварийный выход из здания, направляясь к чёрному Ducati. Какое-то время Кларк роптала на неподходящую одежду для ночных прогулок на байке, за что Лекса настойчиво надела на её голову шлем, демонстративно хлопая защитным стеклом у самого носа. Мотоцикл оглушил проулок своим рёвом, беспрекословно реагируя на плавные движения рукоятки. Лекса лукаво улыбнулась, поворачивая голову в бок, заставляя свой байк рычать громко и угрожающе. — Держись крепко. Кларк сильнее сжала кольцо своих рук вокруг талии водителя, прильнув всем своим телом. Мотоцикл плавно рассекал улицы, призывно рыча двигателем. Кларк мысленно оплакивала свою дорогую одежду, сложенную на алтарь чувствам к её телохранителю. Сопротивляться или перечить Лексе было невыносимо для неё. Всегда возобладало желание быть сломленной и подчиненной, под надежной защитой, в уютном месте. И этим местом была Лекса. Спокойная и нерушимая, с лукавой улыбкой на губах. «Чёрт тебя дери, Гриффин, тебе словно шестнадцать лет» Она лишь крепче прижалась грудью к девушке в своих объятиях, теряя всякую способность мыслить или анализировать. Поездка заняла не менее получаса, что заставило Кларк продрогнуть до нитки из-за снова моросившего дождя и ветра, потоком бившего в её руки и ноги. Лекса свернула в отсек подземной парковки, останавливая байк между разделительными полосами. Она торопливо слезла с байка и тут же повернулась к Кларк, немедленно снимая с неё шлем. Синие губы и дрожащая челюсть дали четкое понимание того, насколько та замерзла и представляла собой довольно печальное зрелище. — Ох, детка… — Лекса виновато рассматривала её лицо. Прикрыв глаза, она с трудом скрывала раздражение за свою неосмотрительность, — скорее пойдём домой. Крепко взявшись за руки, они быстрым шагом направились в сторону лифта. Наконец достигнув квартиры, Лекса распахнула дверь, увлекая за собой слегка отрешённую от холода Кларк. Она спешно снимала с продрогшей девушки промокшую одежду, ощущая кожей рук насколько та была переохлаждена. Вся коварность осени заключается в переменчивости погоды. Ты можешь весь день томиться от жары, изнывая от жажды в поисках спасительной бутылки воды. А уже на другой день будешь снесён атлантическим циклоном в район западной Аляски, отращивая усы словно огромный морж. При таком климате крайне сложно выбрать одежду так, чтобы не покрыться ледяной коркой по пути утром в офис, и не свариться в ней днем. Еще тяжелее это сделать, если всё твоё время в пределах улицы заключается в переходах от парадной к машине и обратно. И весь твой температурный режим настроен функцией климат контроля в Мерседесе. Но вот, в твою жизнь врывается «девушка с татуировкой дракона» и увозит тебя на своём байке. А ты в платье. И ботильонах. Короткий пиджак едва прикрывает твои озябшие плечи. Но ты всё равно счастлива. Лекса обернула почти обнаженное тело Кларк лежавшим на спинке дивана пледом. Она повела её в сторону ванной комнаты, заботливо обнимая за плечи. Шум наполняющейся ванны смешался с облаками пара, заполняющими пространство и, отрегулировав температуру, Лекса повернулась лицом к Кларк, начиная постепенно разворачивать плед. Они смотрели друг на друга, будто этот момент был интимнее, чем все те, что они до этого разделяли. В нём не было похоти или страсти, он был пропитан нежностью и волнением, сопереживанием и заботой. Аккуратно, стараясь не придать похабный оттенок своим действиям, Лекса опустила лямки бюстгальтера. Она приблизилась лишь на секунду, для того что бы расстегнуть застежку за спиной, успев глубоко вдохнуть запах светлых волос, небрежно спадающих на хрупкие плечи. Опускаясь на колени, она зацепила края трусиков, стягивая их к низу. Её зеленые глаза метнулись вверх, сталкиваясь взглядом с девушкой, чей подбородок был грациозно склонен, взгляд излучал одновременно преданность и господство. Здесь… впервые между ними, доминировала Кларк. Она позволяла заботиться о себе, позволяла быть кем-то важным и ценным, с достоинством принимая всё почтение, дарованное ей Лексой. Горячая ванная приняла её продрогшее тело в свои объятия и Кларк блаженно закрыла глаза, тихо радуясь окутавшему её тело теплу. Лекса стояла на коленях по другую сторону ванной, забавно склонив голову и подпирая ее руками. Легкая улыбка тронула её губы, прежде чем она сказала: — Так получше? — Ты даже не представляешь, — не открывая глаз, тихо произнесла Кларк. — Отдыхай, а я пока закажу нам ужин и сделаю чай. Есть особые пожелания? — Хочу наесться досыта и лечь спать. Пусть это будет что-то жирное и вкусное. — Хм... лапша, пицца? — И лапша и пицца. — Хах, хорошо, обжора. Девушки комфортно улеглись перед телевизором на большом угловом диване. Лекса предусмотрительно разложила его, зная, что наверняка им понадобиться МНОГО места. Доставщик из забегаловки напротив прибыл через двадцать минут, неся в руках пакет, размером с небольшой кухонный шкаф. Так что сейчас Кларк откусывала непомерные куски пиццы, заставляя Лексу громко смеяться от того, что начинка беспрерывно выпадала, оставляя пятна на футболке Кларк, на её футболке и даже на обшивке дивана. Наконец почувствовав, что они достигли пищевой комы, Лекса убрала оставшиеся коробки на пол, после чего ласково обернула левой рукой плечи Кларк, прижимая девушку к своему телу. Они уже давно опустились в горизонтальное положение, свернувшись в объятиях друг друга. За окном ночь вступала в свои права, выпуская на небо тысячи сверкающих звёзд. Свет в квартире был приглушённым и уютным, в сочетании с комфортной тишиной между ними. — Я бы хотела делать это как можно чаще, — говоря это, Кларк не поднимала головы с груди Лексы, лишь только немного сжимая её футболку в своей руке. — Что именно? Смотреть как Дженифер Энистон разводит на бабки Клайва Оуэна?(прим.автора к/ф «Цена измены») — Нет, — она подняла голову, устремляя свой взгляд на Лексу, — быть вот так… с тобой. Просто быть… знаешь? Мы могли бы делать это чаще. — Кларк, это сверхурочные и они оплачиваются доп… — она не успела договорить, как получила легкий тычёк кулаком в челюсть, имитирующий настоящий удар. Это заставило Лексу затрястись в приступе смеха, после которого она ловко перевернула Кларк, подминая её под своё тело. Расстояние между их лицами свелось к минимуму, позволяя их носам ласково дразнить друг дружку. — У Линка есть небольшой дом на озере в Брукфилде. Мы могли бы уехать туда на эти выходные. Только ты и я, — Лекса продолжала ласкать лицо Кларк своим носом, оставляя невесомые поцелуи на своём пути. — Что мы там будет делать целых два дня? Вдали от цивилизации, где кругом лес… и мы одни. — Я не знаю, мы можем порыбачить, посидеть у камина, ну или… — Лекса сменила свой курс, припадая к шее девушки под собой, терзая её настойчивыми и горячими поцелуями. Одновременно с этим она подвела свою ногу между бёдер Кларк, прижимая её достаточно сильно. Это произвело молниеносный эффект, заставляя её тело вытянуться, а глаза закрыться, — что скажешь? — Да, я думаю порыбачить, — Кларк немного сдвинулась, приподнимая тело, заставляя клитор теснее прижаться к бедру Лексы, — будет отличной идеей. Мне нужно предупредить маму и О, что меня не будет в городе на выходных. — Ты же знаешь, что как только ты захочешь сделать себе выходной, так всё твоё семейство и друзья начинают искать самый непосредственный повод, чтобы напомнить о себе. Могу поспорить на двадцать баксов, что как только ты скажешь Харпер, что уедешь из города, к тебе ринутся все отделы на самую срочную консультацию в их жизни. Серьёзно, детка, я уже больше месяца смотрю на твои отношения с подчиненными, и они ходят к тебе как к себе домой. Так что давай просто уедем… никаких проблем, никакой работы, только ты и я. — Мама будет волноваться, — Кларк запустила пальцы в волосы Лексы, настойчиво прижимая её губы к своей шее, — Октавия перевернет весь город. — Они не дадут сдвинуться тебе с места, если будут знать, что ты хочешь провести выходные с удовольствием. Если Октавия будет искать тебя, то она додумается спросить у Линка не со мной ли ты, и он ей скажет, что мы поехали… рыбачить, — Лекса сильно толкнула своё тело вперед, заставляя Кларк выгнуться от приятного контакта их тел ниже пояса. — Хорошо… Ты же знаешь, я люблю… рыбалку.***
С наступлением глубокой ночи, Кларк уснула в объятиях Лексы. Их ноги переплетались, грея друг друга своей разгоряченной от ласк кожей. Одежда валялась на полу, свет был погашен. Тишину квартиры бередил только мерный ход настенных часов, показывающий половину третьего ночи. Лекса аккуратно выскользнула из-под тела Кларк, стараясь не разбудить её и, поднимая свой телефон и джинсы с пола, тихо прошла в спальню, прикрывая за собой дверь. Длинные бледные пальцы быстро нажимали на экран телефона, открывая диалоговое окно с Рейвен. 02:23 Вудс: «Рей, подключи мой походный маячок на закрытый эфир» 02:23 Рейвен: «Ок» 02:25 Рейвен: «Готово. Зашифрованный канал. В твоём телефоне это номер четыре/одиннадцать» Лекса довольно кивнула, убирая телефон в задний карман. Пройдя в гардеробную из спальни, она внимательно осмотрела зеркало на противоположной стене. Подойдя к нему вплотную, Лекса сильно надавила на левый край, заставляя створку потайной двери отпружинить, мягко открывая небольшой встроенный шкаф. Немного выше головы, к стене были прикреплены несколько пистолетов. Чуть ниже стояла подставка для коробки с патронами и несколько магазинов. В середине ниши был сейф. Быстро введя комбинацию, Лекса достала ключи от машины, документы и небольшую стопку сотенных купюр. Под сейфом, практически на полу, были аккуратно сложены несколько маек, толстовка и походные брюки. Вытащив из рядом стоящего шкафа небольшую сумку из рыжей кожи, она сложила вещи и деньги. В последний момент Лекса сняла с подставки Colt 1911, укладывая его в пространство между одеждой, после чего плотно застегнула упакованный багаж. Вернувшись в студию, Лекса тихо сняла одежду, а после легла в постель, так же ласково обнимая талию Кларк. Ничего не изменилось за последние полчаса, кроме стеклянного взгляда зеленых глаз. Они смотрели в одну точку практически не моргая, выражая полную решимость и уверенность в своих действиях.***
С наступлением утра солнечный свет постепенно заполнял пространство. Девушки лениво потягивались, смеясь над коробками с едой, которые их окружали со вчерашнего вечера. Несколько полусонных поцелуев, объятия, хриплое «Доброе утро». Кларк поднялась на ноги, прикрываясь тонким покрывалом на греческий мотив. Копна её густых светлых волос рассыпалась на бледной коже спины, местами касаясь её плеч. Она стояла ногами на диване, значительно возвышаясь над Лексой и это превосходство тут же отразилось на её лице, делая глаза исполненными гордости и величественности. — Аве, Цезарь, — Лекса тихо проговорила приветствие на воинский манер, а после одной рукой потянула за край покрывала, одним рывком стаскивая его с тела девушки над собой, — идущие на смерть приветствуют тебя. Они больше не смеялись. Только строго смотрели друг на друга, не в силах сопротивляться неумолимой тяге. Лишившись одеяла, Кларк оставалась совершенно голой, соблазнительно согнув ногу в колене. Тишина тяжело давила на них, обостряя эмоции до предела, а желание коснуться друг друга становилось почти болезненным. Лекса выжидающе смотрела на неё, действуя своим взглядом словно магнит, заставляя Кларк беспрерывно смотреть только на неё. Она сделала шаг. Затем ещё один, оказываясь прямо перед телом Лексы. Всё ещё не прерывая зрительного контакта, она подняла одну ногу, медленно переступая девушку под собой, после чего замерла, ожидая реакции. Воздух стал плотным, тишина была настолько густой, что ход настенных часов заставлял их ресницы вздрагивать. Лекса приоткрыла рот, скользнув ладонями по ногам девушки, приглашая её занять своё место. Кларк аккуратно опустилась, опираясь коленями по обе стороны от головы Лексы. Они в последний раз посмотрели друг другу в глаза, прежде чем Кларк закинула голову назад, крепко цепляясь руками в спинку дивана, не в силах контролировать зов своего тела. Её тело едва заметно двигалось, не в состоянии себя сдержать, из-за чего Лекса обняла её бёдра руками, пытаясь удержать их на месте хотя бы на минуту, пока её язык прижимался к клитору девушки, сидящей на её лице. Лекса вкладывала всю свою нежность и пылкость, будто прощалась. Её губы и язык ощущались мягким, теплым, ненасытными, не знавшими усталости. Чередуя ласки, она всё сильнее втягивала в себя нежную кожу, заставляя Кларк выгнуться в пояснице и сжать в своих руках обшивку дивана. Смазка покрывала щёки и подбородок Лексы, помогая Кларк скользить максимально комфортно, так как её бёдра снова и снова пытались объездить рот Лексы, прижимая её голову к подушкам от нарастающей волны удовольствия. Их темп понемногу нарастал, заставляя Кларк тихо ругаться, чередуя эти слова со своими высокими стонами. Лекса сильнее прижалась ртом, чувствуя, что Кларк начинает мелко дрожать на её языке. Их тела стремились друг к другу, прижимаясь в том месте, где они соединялись. Это заставляло Лексу стонать от ощущения, что Кларк вот-вот кончит. Кончит, в самой грязной позе. Кончит, сидя на её лице. От этих мыслей она потеряла контроль, немного сильнее втягивая клитор своими мягкими губами, прижимаясь к нему языком и тут же почувствовала рваные движения бёдер девушки над собой. Кларк прогнулась в пояснице, освобождая глубокий гортанный стон, чуть привставая от того, что чувствительность её зон повысилась до предела. Она медленно опустилась, также медленно целуя девушку, которая была причиной её бурного оргазма. Её пальцы собственнически зарылись в волосы Лексы, нежно лаская кожу головы словно загривок кошки в своих руках. — Нам пора собираться. — Ммм, мы куда-то торопимся? — Кларк чередовала свои слова с ленивыми поцелуями вдоль шеи Лексы. — Я хочу приехать до темноты, чтобы успеть сходить на озеро. Учитывая то, что дорога займет часа полтора и нам нужно купить перекусить, думаю, стоит поторопиться. — Ладно, тогда я в душ… не хочешь присоединиться? — Мне нужно собрать кое-какие вещи и предупредить Рейвен. Иди без меня, — закончив фразу, она оставила легкий поцелуй на губах Кларк. Услышав шум воды из ванной комнаты, Лекса подняла свои джинсы, извлекая телефон из заднего кармана. Она разблокировала бегунок, тут же набирая номер Рейвен. — Кэп. — Рейвен, мне нужно, чтобы ты перекрыла сигнал сети в телефоне Кларк. — Эм… на это понадобиться немного времени. Я смогу переправить передачу данных на какой-нибудь из наших номеров. Мне нужно минут двадцать на это, они у меня есть? — Да, занимайся. — Лекса... — Да? — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. — Всё будет хорошо, Рэй. Ты приняла утренние лекарства? — Да. — Хорошо. В воскресенье жди моего звонка. До связи. — Есть. Сбрасывая, Лекса вложила телефон в задний карман брюк, сделав несколько шагов к барной стойке, откуда послышался вибрирующий звук телефона Кларк. Пропущенный — 2: Октавия Сообщение — 1: Октавия: «Кларк, срочно перезвони мне. Это касается Лексы.» Стеклянные глаза Лексы не выражали ни одной эмоции, удаляя сообщение от Октавии из телефона Кларк. Та же участь постигла и записи о пропущенных вызовах. Закончив, она положила телефон на то же место, где он лежал до этого. Она умыла лицо холодной водой, заставляя своё тело взбодриться и почувствовать себя снова живым и полным сил. Шум воды из ванной комнаты стих, говоря о скором появлении Кларк. Лекса тем временем надевала вчерашний комплект одежды, за неимением альтернативы, потому что вывезла свои вещи перед переездом подзащитной. Они встретились глазами, когда лёгкие улыбки коснулись их губ от зрелища, которое их разделяло. Разложенный диван, несколько покрывал огромных размеров, смятых в одну кучу, коробки от пиццы, две тесно прижатые друг другу подушки. Это напомнило им о ночи, полной пылких поцелуев и нежных слов, шёпота, смешавшегося со стонами, о мольбе не останавливаться никогда и ни за что. Это была их ночь. Ночь, дарившая надежду на счастливое будущее. В отличии от Кларк, Лекса почувствовала болезненный толчок в груди, будто воздуха в груди стало меньше. Впервые она подумала, что, возможно, это миг больше никогда не повторится. Мгновение счастья ей больше никогда не вернуть. Она резко отвернулась, её глаза панически бегали, зрачки фокусировались на каждой вещи, за которую цеплялись. — Дай мне десять-пятнадцать минут на сборы, и можем выезжать, — руки Кларк обвили её талию, прижимая к себе упругое тело, которое было приятно трогать во всех возможных местах. Лекса стояла неподвижно, будто в оцепенении, не в силах проглотить огромный ком в горле, начинавший становиться болезненным. Всё ещё не в состоянии сделать полноценный вдох, для того чтобы издать хотя бы какой-либо звук, она просто кивнула. Кларк прильнула щекой между лопатками Лексы, сильнее прижимая к ней своё тело. После она разомкнула руки и спешно проследовала в спальню. Лекса всё ещё сжимала челюсть в попытках успокоить не вовремя пошатнувшиеся нервы, когда её телефон завибрировал и разблокировав экран, она прочла сообщение от Рейвен: «Готово» Лекса кивнула, держа в руке телефон, после чего её глаза снова стали стеклянными, безжизненными, словно она постоянно должна смотреть в одну точку, не меняя цели. — Там влажно? Холоднее чем в городе? — кричала Кларк из гардеробной. — Да, возьми какую-нибудь толстовку, лишним не будет! Если что, там есть верхняя одежда, которую не жалко! — Хорошо, — девушка вышла, неся в руках небольшую черную сумку, — потому что мне всю мою одежду жалко. Бросив ее у входной двери, она снова развернулась в направлении спальни. — Ты поедешь на легке? — Я уже собрала кое-какие вещи, — ответила Лекса. — Когда ты успела? — Пока ты была в душе. Кстати о душе... я пойду освежусь, пока ты одеваешься. Потом можем выезжать. Позавтракаем по дороге, идёт? — МАК АВТО! — Как скажешь, обжора, — Лекса лукаво улыбнулась, хлопая ладонью по заднице Кларк, когда проходила мимо неё в направлении ванной.***
Они целовались по дороге на парковку, спускаясь в лифте и нарушая всё больше границ личного пространства. Кларк заметила, как что-то новое появилось в поцелуях Лексы. Будто в них стало больше страсти или отчаяния, с которым она в исступлении прижимала к себе талию Кларк, будто боясь уронить, будто боясь отпустить её хотя бы на секунду, хотя бы на мгновение. Впервые её глаза были крепко сомкнуты, иногда казалось, что между плотно сжатыми веками показывалась влага, но Гриффин была ослеплена эйфорией, упиваясь нежностью и пылкостью Лексы. Девушка её мечты, наконец, была в её руках. Девушка её мечты была обожаема ею и это было взаимно. Они были окрылены, совершенно не замечая, как лифт опустил их на этаж подземной парковки. Пройдя к ряду припаркованных автомобилей, Лекса кликнула брелком сигнализации и черный Dodge RAM приветливо моргнул фарами. — Брутально. — Люблю хорошие машины, мисс Гриффин, — Лекса открыла заднюю дверь, забрасывая сумки, после чего прошла к передней двери пассажира, приглашая Кларк сесть в авто. — Боюсь, что мне понадобиться помощь. — Иди сюда, шкет, — улыбаясь, Лекса приподняла Кларк за талию, помогая забраться в салон. Порог был достаточно высок, по сравнению с городскими седанами, поэтому трудности девушки были вполне понятны. Они не спеша выехали из города, когда солнце было уже высоко в небе. Погода была по-осеннему тёплая, позволяя им открыть окна в машине, благодаря чему пение Кларк было слышно сначала по всему Куинсу, а потом и за пределами Нью-Йорка. В её правой руке был огромный белый стакан с желтой буквой М, которым она неустанно жестикулировала в особо приятные моменты музыки, рискуя разлить свой напиток, тем самым заставляя Лексу напрячься из-за чистоты салона. Стоит ли говорить, что во всех машинах Вудс был идеальный порядок, и даже если кое-где лежали пылинки, то они лежали ровно по шеренге, не нарушая строй, словно построились там по команде смирно? На пассажирском месте Кларк творилось безумие: несколько пакетов с едой в ногах, на коленях огромная коробка картошки фри и баночки с соусом. Всё это постоянно шаталось, рискуя выпасть из-за того, что Кларк не могла усидеть на месте, пританцовывая в такт музыке. Это заставляло Лексу нервничать, но каждые несколько секунд порция картошки отправлялась ей в рот заботливыми руками девушки на пассажирском сидении, тем самым успокаивая бушующий ураган в её груди. Дорога была недолгой, максимум пару часов в пути, а вместе с завтраком и посещением магазина, около трёх. Их машина миновала городскую черту Брукфилда, приближаясь к лесополосе. К этому моменту в машине воцарилась тишина и девушки увлеченно наблюдали за чащей леса из окон авто. Кларк всё ещё украдкой смотрела на профиль Лексы, пока та сосредоточено вела машину по лесным ухабам. Её брови были сведены к переносице, взгляд сфокусирован на дороге, руки крепко держали руль, заставляя суставы бледнеть. Она была напряжена, сильно вжимаясь в спинку кресла. Этот вид заставлял Кларк трепетать от смеси брутальности и женственности в этой девушке. Её мужественный взгляд и уверенный голос гармонично сочетался с изящным станом, грациозной осанкой и элегантными жестами. Если бы Джеймс Бонд был женщиной, его наверняка бы звали Лекса Вудс. — Какое твоё полное имя? Лекса, казалось, ещё больше напряглась, услышав вопрос. — Лекса Вудс. — На том жетоне… были буквы A.J... — Алекс. Моё имя Александра. Коротко Алекс. Ещё короче Лекса. Лучше слышно, когда пользуешься рацией, — она говорила это безэмоционально, отчужденно, будто ей была неприятна эта история. — А-а-лекс... — Кларк будто смаковала каждую букву, пробуя это имя на вкус. — Не называй меня так. Никогда, — резко отрезала Лекса. — Л-ладно. — Прости… просто вырвалось. Я не люблю это имя, не хочу его слышать. Прости, детка. Смотри, мы почти приехали. Как только голос Лексы стих, додж выехал на поляну вдоль лесной тропы, за которой показалось озеро, примыкающее к возвышенному лесному массиву. В конце тропы виднелся аккуратный двухэтажный дом, из деревянного сруба и дымоходом на крыше. Будто из сказки Андерсона. Глаза Кларк широко раскрылись от вида, открывшегося её взору, а дыхание будто перехватило. От крыльца дома до берега озера было не больше двадцати метров, благодаря чему издалека он казался таким спокойным и уютным, будто тихая гавань для странника. — Господи… — восторженно прошептала Кларк, пока её глаза восторженно смотрели на открывшийся ей пейзаж. Видя это, Лекса ласково улыбнулась, немного сбрасывая скорость, для того, чтобы подольше полюбоваться по-детски удивленным лицом Кларк. — Я рада, что тебе нравится, — её улыбка стала шире, пока она обращалась к девушке. Они припарковались у дома, шурша колесами о насыпанный вдоль дороги гравий. — Я пока занесу вещи, а ты осмотрись. Кларк вышла из машины, пораженная красотой и естественностью окружающей природы. Она вдыхала свежий чистый воздух, не обремененный запахом выхлопных газов или городского смога. Обилие кислорода ударило ей в кровь, и-за чего голова стала кружиться, а ноги неожиданно стали мягкими и непослушными. Опершись на капот машины, Кларк следила за тем, как Лекса направлялась к дому с двумя сумками в одной руке и ключами от дома в другой. Её предплечье напряглось от неравномерно распределенной тяжести, вена от локтя до запястья заметно вздулась, огибая едва заметный рельеф мышц. В этом была вся Лекса. Её неимоверная сила скрывалась за женственностью и грацией, лишь изредка являя своё истинное могущество. Её волевой, слегка опущенный, взгляд; точёный подбородок, всегда немного задранный вверх, когда она была полна уверенности и мужества; её полные губы; смуглая кожа. Она была воплощением идеала. Эталон естественной красоты и элегантности. Будь она в вечернем платье, смокинге или джинсах и футболке, её образ всегда идеально гармонировал с окружающим миром. На секунду Лекса едва заметно ухмыльнулась, исчезая в дверном проёме дома. В ту же секунду Кларк одним движением оторвала своё тело от горячего металла автомобиля, быстро следуя по направлению к дому. Её ноги путались в высокой траве, от чего она слышала запах степной зелени, измятой её ботинками. Этот запах смешивался с запахом девушки, прошедшей здесь минутой раньше, заставляя сердце Кларк биться быстрее, сбиваясь с ритма. Всю дорогу от Нью-Йорка до Брукфилда она думала лишь о том, что хочет узнать Лексу ближе… глубже. Узнать о том, где она родилась, где выросла, кем были её родители… кем был К.Линкерс из медальона на её шее. Кларк хотела получить больше, чем то, что у них было, больше чем секс, больше чем зависимость, меньше чем… независимость. — Тут довольно уютно… несмотря на то, что дом принадлежит мужчине. — Этот дом... скорее общий, чем чей-то конкретный. Чаще всего мы бываем здесь все вместе. — Все вместе? Ты и Рейвен? — Эм...нет. Я и мои друзья, скажем так. Рейвен тоже. — Вы с Рейвен… — Нет, я же говорила, только друзья. — Вы очень близки, это весьма заметно. Лекса дернула рубильник в районе кладовой и с победоносным видом прошла прямо к озадаченной темнотой гостье. — Да, это правда. Ближе у меня никого нет, — она нажала на выключатель за спиной Кларк, и лампы мгновенно залили гостиную мягким уютным светом. — Расскажи о себе. Откуда ты? — Колорадо. — «Штат столетия» — Да, маленький ботан, я из Денвера, — Лекса загадочно улыбнулась, с теплотой вспоминая свои детские годы, — ничего особенного. Обычная семья, обычная школа... — Армия, — не дослушав до конца, прервала Кларк. — Я не говорила тебе про армию. — На твоей шее армейские жетоны, не нужно быть Энштейном. Лекса задумчиво притянула руку к своей груди, ощупывая жетоны, из-за чего в её глазах отразилась едва заметная эмоция глубокой печали. Она резко отвернулась, делая вид, что ищет свою сумку. — Эм... да. Я служила. Вместе с Рейвен. Мы были в одной группе. Потом ушли в запас. — Лекса, — Кларк плавно опустила ладонь на плечо стоящей к ней спиной девушки, — я не хотела… я не думала, что спрашиваю что-то не то. Я просто… хочу узнать тебя немного лучше. — Наверху две спальни, можешь занять любую. — Я хочу занять твою, — Кларк обвила её талию своими руками, уткнувшись носом в плечо. — Тогда выбирай ту, которая справа по коридору, — в голосе Лексы послышался оттенок улыбки, — кровать в той комнате больше и удобнее. — На что это ты намекаешь? — Кларк опустила свои руки с талии Лексы, плавно спускаясь к бёдрам. — Из окна той спальни отличный вид на восход солнца. — Я собираюсь глубоко и безмятежно спать в это время, Лекса, и, не дай Бог, ты решишь меня разбудить, — на этих словах Кларк выпустила Лексу из своих объятий, преследуя её убегающую фигуру по дороге к лестнице. — Я жаворонок, Кларк, — она заливисто смеялась, убегая от своего преследователя, — привычка из армии, я встаю с первыми петухами. — Они будут последними в твоей жизни, Лекса, — одним рывком Кларк преодолела разделяющее их расстояние, одной рукой разворачивая девушку к себе лицом. Их глаза встретились, движение тел заставило приблизиться и, не в силах сопротивляться влечению, Кларк припала к губам Лексы, прижимаясь к ней всем своим телом. — Сначала вещи, — отстранилась Лекса, распалённая неожиданным поцелуем. Прикусив нижнюю губу, Кларк послушно кивнула, всё ещё игриво глядя исподлобья, вызываю широкую улыбку на лице Лексы. — Хочешь я приготовлю обед? — Да, та штука, которой тебя научил отец была бесподобной. — Я знаю много хороших штук, — приглушив свой голос, хрипло прошептала Кларк. — Надеюсь, не всем из них тебя научил твой отец, — Лекса с трудом боролась с накатившей волной смеха от сказанного. Она крепко сжала свои губы, опасаясь гневного взгляда Гриффин. В милых перепалках девушки провели остаток вечера. Кларк рассказывала смешные истории про себя и своих друзей, что вызывало у Лексы новые приступы смеха. Особенно ей понравилось рассказывать историю о том, как она чуть не спалила их с Октавией комнату в студенческом общежитии, проводя опыты с глицерином. Комендант был на месте через каких-то пять минут, крича «Гриффин, на этот раз ты доигралась!» на весь коридор, и тогда Октавия совершила волевой поступок, сказав мистеру Стюарту, что это она, вопреки запрету, пронесла в общежитие плойку для волос и оставила её нагреваться на деревянной тумбочке. Она получила выговор и первое предупреждение, тем самым спасая подругу от исключения из кампуса. Кларк любила эту историю, потому что в своих воспоминаниях она была счастливой юной девушкой. Она любила, её любили, у неё была куча друзей, увлекательная учеба, она была известна и популярна в своём кругу. — Так значит, Кларк Гриффин королева бала? — Лекса прищурилась, ласково проводя рукой по внутренней стороне бедра сидящей напротив девушки. — Неа, я нет. Королевой школы была Мэйси Грей. Развитая не по годам дочка директора школы. — Не говори мне, что ты была изгоем, я никогда в это не поверю, — её рука медленно пробиралась всё выше и выше по ноге. Кларк заливисто смеялась, притягивая Лексу за воротник толстовки. С тех пор как они разожгли в камине огонь, дом ещё не успел прогреться, поэтому девушки лежали на одеялах, расстеленных на полу, в непосредственной близости от пламени, согревая друг друга крепкими объятиями. Их руки переплетались, касаясь случайно оголенных участков кожи, пуская тысячи мурашек от ощущения холодных пальцев. Кларк прижималась к Лексе, пряча своё лицо в складках её одежды, позволяя себе полной грудью вдыхать запах их чувств, запах её безопасности, её нежности. Их тела постоянно перемещались в игривых ласках, в какой-то момент Лекса перевернула её, оказываясь сверху, из-за чего армейские жетоны выпали из её воротника, едва не задев лицо Кларк. Они громко смеялись, почти касаясь носами и на какое-то время они решили просто не замечать очевидных недомолвок и не поднимать тему глубоко волнующую Кларк. Лекса читала это в её глазах, пока в голове Кларк набатом стучало «Линкерс-Линкерс-Линкерс». Обед плавно перетекал в ужин, знаменуя собой звук вылетающей винной пробки. Бокалов в доме не оказалось, поэтому, воспользовавшись железными кружками, они пили вино, укутавшись в шерстяные пледы на крыльце деревянного дома. Какое-то время они просто молчали, наслаждаясь тишиной, даруемой им дикой природой. Рокот сверчков смешивался с шумом деревьев, этот шум приносил с собой прохладный ветер, казалось, ещё свежее и чище чем тот, что был до этого. Уличный фонарь привлекал к себе летающих насекомых всех форм и размеров, заставляя их биться о железный плафон, едва нарушая этим звуком умиротворяющую тишину ночного леса. Кларк склонила голову на плечо Лексы, едва сдерживая накатившую на неё сонливость. Она давно уже не чувствовала столько спокойствия в своём сердце. Впервые за год она не оборачивалась каждые несколько секунд, опасаясь за свою безопасность. Она не думала о письмах странного преследователя. Её голову покинули мысли о нём, она лишь тихо торжествовала от того, что, как ей казалось, она победила смуту в своей жизни. Впереди её ждет что-то тёплое и хорошее. Ведь Лекса не стала бы звать её провести выходные вместе, если бы не испытывала к ней чувств. Лекса ощущала на своём плече внезапно потяжелевшую голову Кларк. Она старалась не шевелиться, боясь разбудить спящую девушку, но затекающие поочередно части тела вынудили её принять решение отнести Кларк хотя бы на диван. — Детка, — Лекса обвила своей рукой её плечи, а голова Кларк мягко скатилась ей на грудь, — помоги мне немного, ладно? Они прильнули телами друг к другу, и, сделав небольшой рывок, Кларк легко забросила своё тело на руки Лексы, даже во сне удивляясь силе этой девушки, которая скрывалась за женственным фасадом леди. — Ты легче, чем кажешься, — её лицо немного исказилось от тяжести в своих руках и, шатаясь и путаясь ногами в свисающем с тела Кларк пледе, она медленно пошагала к дому. Она знала, что далеко не в силах донести девушку до спальни на втором этаже. Время, когда она несла едва ли не тридцать километров на своей спине раненую и почти умирающую Рейвен, давно в прошлом. Она больше не на войне и адреналина в её крови уже нет. Рейвен уже не хрипит «оставь меня» каждый раз, когда снова приходит в сознание. Костия больше не просит остаться её на ночь в палатке медблока. Лекса откажет, убеждая, что ей рано вставать. Они с группой отправятся на зачистку пригорода Кветта. Она уйдет ночью, так и не узнав, что для подразделения AF-47 USA новый день так и не наступит. Она больше никогда не вернется туда. Она больше никогда не увидит Костию Линкерс. Телефон в переднем кармане Лексы завибрировал, оповещая о входящем сообщении. Стараясь не разбудить Кларк, она, насколько только могла, аккуратно положила её на кровать, прикрывая плечи пледом. Развернувшись, Лекса прошла на выход из дома, вытаскивая телефон из кармана джинс. 23:17 Рейвен: «Они ищут её» 23:18 Вудс: «Скажи Линкольну, что она со мной.» 23:18 Рейвен: «Ок» 23:19 Вудс: «Утром я пришлю координаты, будь готова забрать меня.» 23:19 Рейвен: «Есть» Лекса знала об увлечении Линкольна Октавией. Она была уверена в его профессионализме, но делала ставку на его чувства. В попытках успокоить Октавию, он скажет, что Кларк в безопасности. Это даст Лексе фору в её планах и избавит от преследований Блейк. Должно быть, телефон Кларк был вовремя заблокирован по расчетам Лексы. Что-то заставило её людей искать её, поэтому избавиться от них можно было только если вывезти Кларк без свидетелей. Не из дома, не из офиса, а из места, о котором из всего SkyCorp знала только Кларк. Знали только они двое. Лекса предвидела это, поэтому всё происходило точно по плану. Она вернулась в дом. На секунду её сердце сжалось от вида дремлющей девушки на диване. Её грудь мерно поднималась и опускалась, дыхание было ровным и глубоким. Кларк была окутана сном, не в силах сопротивляться стрессу, который копился на её плечах целый год. Подбросив в камин несколько больших поленьев, Лекса подошла к дивану, на котором спала девушка. Она опустилась на одно колено, вдумчиво всматриваясь в ставшие уже родными черты лица. Её рука аккуратно убрала выбившуюся прядь волос блондинки за ухо, и её губы тихо прошептали: «Прости. Мне очень жаль» После этого она прошла к стоящей на полу коридора сумке из рыжей кожи. Рука нырнула, тут же ощущая холод металла, и, обвив пальцами рукоять, она вытащила серебристый Colt 1911.
