Часть 5. Lexa.
[Кларк] — Вот погас на сцене свет. Сердце рвется из груди. Голос говорит: «Иди!» Я на сцене все отдам, чтобы вас согреть теплом. Наши чувства пополам. Мы мечтали о сцене, вместе, честно петь для вас. Мы мечтали о сцене, сердцем, вы примите нас. Мы мечтали о сцене, вместе, честно петь для вас. Мы мечтали о сцене, сердцем, вы примите нас. И свои глаза закрыть, чтобы точно все сказать, и потом опять забыть. И рождаться каждый раз, чтобы птицей вашей быть. Я всегда пою для вас. Мы мечтали о сцене, вместе, честно петь для вас. Мы мечтали о сцене, сердцем, вы примите нас. Мы мечтали о сцене, вместе, честно петь для вас. Мы мечтали о сцене, сердцем, вы примите нас. Мы мечтали о сцене, вместе, честно петь для вас. Мы мечтали о сцене, сердцем, вы примите нас.
Вудс усмехается, нет не над Кларк, та поет идеально, как и обычно. А над новенькой, которая стоит, покачивается и молчит. — Вы решили этой меня заменить? Хах. Могли бы найти кого-то получше, кто хоть рот умеет открывать, — разговаривает брюнетка сама с собой, но уже тише, чтобы ее не услышала Грин. Далее Вудс слышит песню «Босая», которая была записана еще при ней. В этой же песне вступает незнакомая блонди, читает ее рэп, и тут-то до Лексы доходит, что предыдущая песня была пиар-ходом, чтобы зрители приняли новенькую. Актриса хмурится и шепчет: — Это была наша песня... И какая вообще из нее Хеда! — возмущается девушка. — Лекс, ты звала меня? — в гостиной появляется Костия, и актриса закатывает глаза. Благо, объявили пятиминутный перерыв, и она не будет раздражаться при Грин. — Да, принеси мне мартини. — Сейчас, — радуется шатенка, ощущая себя очень нужной, что в ней нуждаются и порхает на кухню. Быстро возвращается назад с конусовидным бокалом на тонкой ножке, с охлажденным мартини и долькой лимона на краю. А затем испаряется доделывать работу по дому.[Кларк] — Что-то пошло не так, кто-то нас разделил. Как же ты можешь так, как вот так. [Блонди Хеда]: {читает рэп} — Факты, во всем виноваты факты. Как и раньше, я спрошу тебя: «Как ты?» И разбежались незаметно как-то. Мы слишком гордые для большой любви, за которую сражаться надо бы. А мы вдвоем с характером, что на дыбы. Кто из нас остынет и возьмет в свои руки небольшую надежду, что сильнее разлуки. [Кларк]: — Я верю в тебя, я верю в нас. Наша любовь — это целый атлас. Наша любовь не знает границ, и эта книга без страниц. [Кларк и блонди]: — Мне без тебя никак в мире пустых тем. Мне без тебя никак, с кем ты и зачем? Что-то пошло не так, кто-то нас разделил. Как же ты можешь так? Как? Fuck! Как?! [Блонди]: {читает рэп} — Чувства, эмоции, переплетения. И если ты без меня, то твоя тень я. Я знаю то, о чем ты говоришь — я чувствую тебя на расстоянии. Чувствами тебя на расстоянии. Мыслями, и между нами только числа и обиды. Мне без тебя никак — в этом мире битом. Я не хочу оказаться одна и разбитой. [Кларк]: — Я верю в тебя, я верю в нас. Наша любовь — это целый атлас. Наша любовь не знает границ, и эта книга без страниц. [Кларк и блонди]: — Мне без тебя никак в мире пустых тем. Мне без тебя никак, с кем ты и зачем. Что-то пошло не так, кто-то нас разделил. Как же ты можешь так? Как? Fuck! Как?!
Вудс прыскает изо рта мартини от удивления и не может поверить в то, что слышит. Уж слова слишком знакомые... Эта песня новая, и это ее текст рэпа! Следом звучат еще несколько новых песен, и опять ее рэп звучит. — Ну, Нельсон, я тебя убью! Девушка отставляет бокал со спиртным, и ее совершенно не волнует, что она нарушила убранство этой квартиры, выплеснув на пол содержимое своего рта. Она набирает номер своего продюсера и не важно, что уже поздний вечер. — Да, Лекса? — Какого хуя, Ань?! — злится брюнетка. — Я не понимаю тебя, Лекс, объяснись! — той тоже не нравится, что на нее сразу нападают. — Ты просила написать рэп к песням для кого-то... Почему ты не сказала, что это Кларк??? — А это... — вздыхает та, понимая, что зря связалась с Кларк Гриффин. — Ну, потому что она не хотела, чтобы ты его писала, но просила меня о помощи... У меня нет других знакомых, кто бы лучше с этим справился. Но это было в первый и последний раз, я так ей и сказала. — Так она не знает, что это я? И что она ответила? — Не-а, не знает. И ничего не ответила. Заплакала. — Что??? Почему??? — неожиданно сердце актрисы пронизывает острая боль. — Я высказала ей свое мнение по поводу вашего расставания, — спокойно отвечает продюсер. И точно, оно ей не нужно было. — Ань, зачем ты так... — Все, больше никому не буду помогать! Пусть разбираются сами! — Спасибо, — вздыхает Лекса, успокоившись и поблагодарив шатенку за то, что хоть не отказала Кларк, и отключается, ибо слышит над ухом голос своей новой девушки. — Лекс! Ну, ты почему такая неуклюжая? Пролила на пол и еще наступила... Следы будут по всему дому... Это попахивало уже болезнью... Чтобы так кричать из-за того, что она сделала не специально. И почему ее бросает всегда из крайности в крайность? То неряха, то чистюля... Девушка скидывает обувь и молча уходит в спальню, слыша вслед: — Ну, прости... Я не хотела... В спальне актриса включает тот же канал, она хочет досмотреть концерт. Лекса заметила, как блондинка исхудала... Ее концертное платье висит на девушке, в то время, как было в облипку. Если уж Кларк додумалась позвонить Анье с просьбой, то и Октавия не будет против выслушать просьбу Вудс о заботе... В конце выступления Ванхеда целует в губы Хеду, но поцелуй короткий. — Вы еще и трахнитесь на сцене! Народ не так завопит! — психует девушка и выключает противный ящик, пытаясь быстро уснуть. Сегодня даже секса на ночь не хотелось...
