Из 104-й

      — Андреа, для кого делаешь такую красоту?       Я отвлекаюсь от нарезки салями*, повернувшись к Элли, с которой мы часто пересекались на сменах в пиццерии. Блеск любопытства и улыбка на еще округлом для 17-летнего подростка лице заставляли невольно улыбнуться в ответ.       — Для одного друга. У него сегодня день рождения.       — Пицца в качестве подарка? — вклинивается в разговор Алан, тоже новичок, как и я. Появился здесь буквально на следующий день после меня.       — А что? Зато необычно! — возражает малышка-Элли, раскатывая тесто для новой порции кальцоне.       — Андреа, могла бы меня спросить, я бы тебе точно плохого не посоветовал, — с некой долей ехидства обращается ко мне Алан, вытаскивая из печи несколько готовых пицц.       Я закатила глаза, вернувшись к нарезке колбасы.       — Ну да, конечно, будто взрослый 25-летний чувак смог бы посоветовать идею подарка для 16-летнего подростка.       — С малолетками дружбу водишь? — ненавижу, когда этот бугай язвит. — Мне казалось ты предпочитаешь компанию более взрослых и умных ребят.       Откладываю нож, оборачиваюсь к Алану и с самой дружелюбной улыбкой на лице выговариваю следующее, в надежде, что он не прибьет меня прямо сейчас на рабочем месте:       — Возраст не говорит об уровне интеллекта, поверь. Ты — тому подтверждение.       В один миг я вижу, как ехидство в глазах блондина сменяется на откровенный гнев.       — Не бесись, — добавляю я, снова возвращаясь к нарезке. — Тебе не идет.       — Злая ты, Эд, — с тяжелым вздохом ответил Алан. — Мужика тебе надо.       Этот парень — единственный, кто придумал это прилипчивое сокращение. «Эд». И ведь практически все на работе теперь его используют, обращаясь ко мне именно по этой «кличке».       — Я не злая, я раздраженная, потому что ты меня отвлекаешь, — огрызаюсь я, чувствуя, как начинаю закипать.       — Ладно вам, ребята, хватит, — пытается урезонить нас Элли. — Еще не хватало, чтобы вы тут подрались. У нас два важных больших заказа, между прочим.       Она подхватывает с клейкой доски стикеры.       — Две грибных, две пепперони, а также одна маргарита.       — Элли, сделай за меня парочку, хорошо? — строю я самые наивные и жалобные глаза, кивая в сторону «подарка». — Я в следующую смену тебя прикрою, уйдешь пораньше.       Брюнетка, долго смотря прямо мне в глаза, тяжело вздохнула, но в согласии кивнула головой.       Я же снова вернулась к пицце, которая через 20 минут была уже готова. На подрумянившемся хрустящем круге в изобилии сыра во всю красовалась надпись: «С Днем Рождения, Сал!».       Да, пожалуй, это будет самый абсурдный, идиотский и странный подарок, который я когда-либо дарила в этой жизни. Сал, правда, на сам праздник меня не звал, поскольку даже живя в одном доме, целую неделю мы не виделись с ним. О данной важной дате рассказал мне Генри, с которым мы в очередной раз пересеклись около почтовых ящиков. Тогда Фишер-старший обмолвился что 20 декабря* у Сала день рождения. Пусть мы и знакомы всего несколько месяцев, хотелось хоть какой-то да подарок подарить мальчишке.       Но приближающееся Рождество, на которое пришлось купить на заработанные гроши подарки для родителей и их отправить почтой, испортило все планы. Как итог: про грандиозный подарок в качестве билета на концерт Sanity's Fall пришлось забыть и прибегнуть к собственному творчеству. Тем более зная бесконечную любовь Сала и Ларри к пицце, данная идея пришла сама по себе. Уж халявной пицце они точно будут рады.       Моя смена закончилась как раз вовремя. Кинув взгляд на циферблат и увидев, что время уже перевалило за девятый час вечера, сразу поняла — нужно поторопиться. Я поспешно ушла в подсобку, где переоделась, сняв с себя пропахшую специями и колбасами форму. Уже на ходу я натянула куртку с шапкой и на прощание помахала всем оставшимся на смене ребятам рукой.       Декабрь в Ноксвилле был довольно теплым. Вообще погода здесь была схожа с родным Вашингтоном*, поэтому покупать более теплую верхнюю одежду и обувь не пришлось. Я бы даже сказала, наоборот, следовало бы прикупить что-нибудь более легкое, поскольку даже в демисезонной куртке мне было жарко. Но пока выбора не было, приходится терпеть эти мелкие неудобства.       Очередная порция неожиданного снега выпала вчера. И что удивительно, он все еще лежал на земле легким белым неким покрывалом, особенно на оголенных ветках деревьев и подстриженных кустов. А удивительно, потому что столбец термометра не падал ниже плюс трех градусов. Я, привыкшая к тому, что даже в Вашингтоне при нулевой температуре только что выпавший снег превращался за считанные часы в грязную кашу, искренне удивлялась царившим погодным причудам в Ноксвилле.       До Апартаментов я добралась быстро, учитывая, что место работы искала специально близкое к дому. И что странно — колено в последнее время перестало меня беспокоить. Вообще. Учитывая, что я лишь изредка пью лекарства, а большую часть времени провожу на ногах, это более чем удивительно. Может более мягкий климат так влияет? Возможно, но здесь — не Флорида, чтобы двадцать четыре на семь светило солнце и где люди не знали понятия зимы вообще, а любые болезни «лечились» из-за хороших климатических условий.       Не заходя домой, я сразу отправилась в 402-ю — боялась, что могу не застать Сала в квартире. Но мои опасения не подтвердились, ведь после того, как я осторожно постучала в дверь, последнюю мне сразу же открыл Ларри. Который был уже достаточно загашен и нетрезв, чтобы обрадоваться моему появлению. Хоть мы с ним теперь практически не ругаемся, но оставшееся напряжение все еще иногда чувствовалось.       — О, — протягивает Джонсон, смотря на меня с огромным удивлением. Думаю, он действительно не ожидал, что я приду, да ещё и в такое время.       — Привет, Ларри, я тоже рада тебя видеть, но не мог бы ты позвать Сала? — сразу выпаливаю я, ощущая, как дикая усталость вмиг сковала все тело. Ну, а чего еще ожидать, когда с утра было шесть пар, а затем — вечерняя смена в пиццерии.       — Конечно, — согласился шатен и, обернувшись, крикнул вглубь квартиры, из которой я слышала музыку, — чувак, тут Андреа пришла. Тебя хочет.       От последней фразы мне захотелось нехило так треснуть парня по голове, но усмешка все равно произвольно появилась на моих губах.       Сал появился в дверном проеме все с теми же забавными девчачьими хвостиками. Все такой же мелкий, тонкокостный и с добрыми глазами.       — Здравствуй, Андреа, — приветствует он меня.       — Привет-привет, — сама не замечаю, как моя улыбка становится шире. — Извини, конечно, что я пришла так поздно и мешаю вашей вечеринке, но…       — Все в порядке, — поспешил меня успокоить сегодняшний именинник, подняв одну руку в примирительном жесте. — На самом деле я хотел тебя сегодня пригласить, но все никак не мог тебя поймать дома.       — Да понимаешь, днем на учебе, вечером на работе, прихожу поздно каждый день, — пожимаю я плечами, как тут же вспоминаю о пицце. — Я что пришла то, я знаю, что у тебя сегодня день рождения, и вот, принесла подарок.       Я протягиваю ему коробку, улавливая удивление не только в глаза Фишера, но и на лице Джонсона, который снова оказался рядом с нами.       — Что это там такое? — скептически фыркает Ларри, но затем, когда Сал открывает верхнюю крышку, я слышу судорожный вздох их обоих и протяжное «Вау».       То выражение искреннего удивления и восхищения я ни разу ни у кого не видела в своей жизни.       — Теперь я понял, почему от тебя вечно пиццей пахнет, — тут же шутит Джонсон.       Я лишь пожимаю плечами, а с губ срывается смешок.       — Вы же любите пиццу, а так уж вышло, что я работаю как раз в ближайшей пиццерии.       — Спасибо большое, — благодарил Сал, смотря на меня своими настолько голубыми и доброжелательными глазами, что я снова начала улыбаться, как дурочка. — Правда, подарок замечательный.       — Да не за что, — в очередной раз отмахиваюсь. — Это — мелочь.       — Можешь, пройдешь? — предлагает Фишер, кивая вглубь квартиры. — Познакомишься с ребятами, думаю, ты найдешь общий язык с Эш.       — Нет-нет, спасибо, Сал, — отказываю я, потирая глаза. — Я бы с радостью, но может в другой раз. Я действительно так устала, что уже не уверенна, что даже смогу раздеться перед сном.       Паренек лишь понимающе кивнул в ответ. И прежде чем мы тепло попрощались, я успела заметить, как из глубины квартиры меня с любопытством рассматривают рыжеволосый парень в очках и сидящая рядом с ним красивая до чертиков зеленоглазая шатенка.       Все-таки хорошо, что у Сала есть друзья. Он хотя бы не одинок.