8 курс, демонические игры. Часть 1

Наглость — это свойство характера, врождённый порок, заключающийся в непринуждённом и естественном бесстыдстве.

Жан де Лабрюйер

      Чтобы вы понимали, о библиотеке почившего Альбуса Дамблдора давным-давно ходили самые невероятные слухи. Легенды начали зарождаться примерно в то время, когда Дамблдор занял место директора Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс, но сплетни, как и почти всё в этом мире, не вечны. И они изжили себя спустя несколько лет, но первый год обучения малютки Поттера всколыхнул давно упокоившиеся сказки.       И вновь студенты начали выдумывать. Самой безобидной выдумкой оказалась версия, что вход в библиотеку охраняет дракон. Самой милой — озлобленные эльфы домовики, являющиеся к тому же еще и ходячими мертвецами, то есть буквально зомби! А самой бредовой была россказнь о том, что хранителем библиотеки Альбуса Дамблдора является брат-близнец-упырь профессора Снейпа — это известие хорошенько проредило ряды искателей запретных, оттого особенно манящих знаний. Хорошо, что сам зельевар не слышал той байки, иначе бы свалился с инфарктом.       Как бы там ни было, сейчас многие, если не все, позабыли сказки о легендарной библиотеке. Но знали бы они, что эта поистине «тайная комната», а не та каморка василиска, которую привыкли считать сокрытой от всех и вся, находилась совсем рядом. Даже не под мрачными подземельями, а вполне себе в ближайших стенах — в выручай-комнате, или как я ее называю — «волшебной комнате». Не знаю, было ли известно Альбусу, что именно представляет из-себя комната, ставшая хранилищем его бесценных книг. Я сама не могла похвастаться такими знаниями, зато давно и успешно обнаружила его хранилище в ней. В Хогвартсе не было таких мест, в которых я не побывала или о которых я не знала. Хотя, видимо не только я владела информацией о том, где можно найти одну из лучших библиотек мира. И в этом нет ничего удивительного, точнее, не было бы, если б здесь я не встретила его. Люциуса, демон его раздери, Малфоя! Ладно бы Снейпа, о пронырливости зельевара ходили легенды, ладно бы выжившего мальчика с его рыжим другом, как известно дуракам, в лице последнего, везет, но этот блондин?!       Ситуацию усугубляло и превращало в настоящее шапито, что мой… драгоценный Альбус Дамблдор терпеть не мог этого пижона. Конечно, говорить такое о своих бывших учениках старик не стал бы… на публику, но вот тихо покряхтеть и побухтеть на нерадивого аристократа вполне было в его стиле. В любом случае кто-то умудрился поведать Малфою-старшему, где найти теперь уже мою, между прочим, библиотеку. Альбус сегодня явно уже не единожды в гробу перевернулся и, в кои-то веки, могу его понять. Мимоходом вспомнился неловкий момент, когда министерство додумалось отправить мне сову с известием, что и на мою долю пришёлся щедрый дар со стороны поехавшего… многоуважаемого волшебника. И мне категорически не нравилось, что кто-то шарит по моей частной библиотеке. Тем более, если этот кто-то Люциус Малфой. Хотя совесть назойливо и шептала, что я бы и не вспомнила об этом месте еще лет надцать, если бы сегодня не забрела сюда по чьей-то милости.       Я окинула сидящего за длинным столом мужчину высокомерно-брезгливым, возможно даже чуточку злым, взглядом, оценивая. Эх, глаза у него все-таки обалденные, серые, выразительные, а вкупе с платиновой гривой… Так, о чём это я? Ах, да! Вот я совершенно не понимаю, что кому-то может нравиться в нем. Ну, подумаешь мордашка холеная, волосенки волшебные, по наглым глазенкам сразу видно — прозорливый черт, а еще богатый… Хм, меня опять не в ту степь занесло, и вообще, у него характер поганый! Да-да! Манер никаких, вот совсем. Да еще старый он, хотя с виду сразу так и не скажешь. — Поганого дня, мистер Малфой! — самым, что ни на есть, радушным тоном пожелала я, лучезарно улыбнувшись.       И прошла вглубь библиотеки — выпускать пар. Нет, не бить холеную мордашку, посмевшую лапать мои книги. Пройдя мимо ушедшего в астрал от моих манер мужчины, я открыла следующую дверь, которой еще несколько минут назад, до моего прихода, здесь не было.       Оглядев спортзал, я вздохнула облегченно и почти радостно. Помещение маловато, конечно, но волшебная комнатка итак явно потужилась, чтобы родить еще одно пространство. Поэтому будем ценить ее усилия, как и всего замка. Довольствуемся тем что есть, в нашем случае — турником. Стянув с себя теплую, большую и черную мантию, я подпрыгнула, хватаясь за холодную железную перекладину.       Спорт, не считая бега, я не сильно люблю, но уважаю. Как считал Киртан, и я разделяю его мнение, тело нужно поддерживать в тонусе. И если пробежки я делаю для удовольствия, то руки качаю для дела. Ведь метать кинжалы и ножи, порой дротики, и много чего еще не так легко, как кажется. А вообще, если смотреть объективно, спорт помогает мне расслабиться и рассортировать мысли.       Раз подтянулась: В Хогвартсе произошло убийство. Не в разгар учебы, как можно было того ожидать, а месяцем ранее до начала учебного года.       Второй раз подтянулась: Убийство связано с моей первой и основной профессией, демонологией. Что странно и не очень. Нормально, здесь много народу и легко можно совершить самые опасные ритуалы, жертв предостаточно. Как показала практика и прошедшие годы, учеников быстро и оперативно домой не отправят, соответственно, можно порезвиться. Поэтому действительно странно, что убийство произошло летом, а убитый — преподаватель.       Я повисла на турнике, выпрямив руки. Точно! Как я раньше не догадалась? Я совершенно забыла проверить жертву, убитого жмурика, точнее, его тело я проверила, но информацию о его прошлом — нет! И это пусть не фатальная ошибка, но все же серьезная. Интересно, мне горе по почившим родственникам совсем мозги отключило? И пусть сейчас маловероятно, что жертва была выбрана целенаправленно, но проверить всё же стоит. Что я еще упустила?       Третий раз подтянулась: Дальше ничего особо интересного. Банальная ловушка и очередной мой просчет с исходом в больничном крыле.       Четвертый раз подтянулась: Грейнджер и подслушанный ею разговор. Минерва, пытающаяся найти информацию с помощью других, вполне здравое любопытство, но весьма опасное в сложившейся ситуации. Снейп и Малфой, неосознанно втянутые в игру. Опять ничего полезного.       Пятый раз подтянулась: Максимилиан в качестве моего опекуна. Не касается дела.       Шестой раз подтянулась: Попытка убиения полуниззла. Случайность? Или специально выбранная жертва? Если да, то почему? Магическое существо? Близок Гермионе? А кто пытался его убить?.. Слишком много вопросом на одно событие.       Седьмой раз подтянулась: Проклятая книга и опасность, грозившая Гермионе. Книгу подбросили мне или ей? Или мне через нее? И опять все сводится к вопросу, кто это сделал?       Восьмой раз подтянулась: Очередное отбытие в больничное крыло и появившийся в Хогвартсе Светик. Впрочем, последнее — неожиданность для всех. Мой ангельски обаятельный друг, как всегда, поражает не только умы и сердца, но и чужие планы.       Девятый раз подтянулась: Мое спасение, что прервало очень тревожный сон… Просто сновидение? Или нечто большее? Предзнаменование?       Сил уже нет, но логическую цепочку, выстроившуюся в уме, нужно довести до конца. Еще бы бок так не кололо. Надо же было додуматься, подтягиваться в таком плачевном состоянии… С другой стороны, мази Помфри сделали свое дело, а магические бинты, тот самый подарок дяди, постепенно делали свое.       Десятый раз подтянулась: Черная метка над крышей. Что за кретин ее наколдовал? Я рухнула вниз, практически ударяясь об пол, не устояв на не совсем твердых ногах, но меня подхватили довольно-таки сильные руки. Не ожидала от такого… просто от него. Ни помощи, ни силы, ведь поменяйся мы местами в такой ситуации, я бы и пальцем не пошевелила. Максимум, поехидничала бы над бессильным человеком. — Воканс, ты что творишь?! — недовольно прошипели мне на ухо, а мне так хорошо, тела совсем не чувствую и усталость такая приятная… — Из тебя ночью чуть вся кровь не вытекла, а ты уже на ногах, так еще и напрягаешься сверх меры! — продолжал мне приятный голос Вот только какое ему вообще дело до меня?! — Куда директриса и мадам Помфри смотрят? — возмущался Малфой. — Я бы вам сказала, профессор, да вы не поверите, — честно пробормотала я и сразу же попросила: — Будьте так любезны, бросьте меня здесь, профессор, — особенно выделила обращение, нечего мне «тыкать», не друзья мы! — Зачем? — с сарказмом спросили у меня. — Что бы вы, — копируя меня, продолжал он, — свалились на пол? — Ага, — меланхолично кивнула. Для подтверждения собственных слов я настойчиво повисла у него на руках, даже не пытаясь удерживать свой вес на вмиг ослабевших ногах. — Эй! Что вы делаете?! — возмутилась, слабо зедергавшись в мужских руках.       Вместо того чтобы выполнить мою просьбу, маг перехватил меня поудобнее. Если раньше он меня за подмышки держал, то теперь я оказалась у него на руках! С одной стороны, меня держали, как принцессу, с другой, с детства не люблю сказки о принцессах и вообще против, чтобы посторонние мужики меня на руках носили.       Мне не соизволили ответить, зато понесли в библиотеку и усадили в кресло — удобное такое… Впрочем, нет, лгу, удобное было не обитое мягкой тканью сидение, а сам Малфой. Вместо того, чтобы сгрузить, профессор сам плюхнулся на кресло с тяжелым, облегчённым вздохом. Слабак! Я вообще ничего не вешу, подумаешь сто сорок три фунта, пф… Я — пушинка! А он пусть теперь мучается от отдавленных коленей, потому как я, после плотного обеда и изматывающей разминки, хочу спать. Очень сильно, словно после бессонных ночей несколько часов кирпичи таскала.

☽ ◯ ☾

      Мужчина пораженно замер, разглядывая девушку в дверном проеме. Длинные черные волосы, вечно завязанные в толстую косу, ужасно растрепались. Голубые глаза смотрели со злостью и таким количеством отрицательных эмоций, что Люциуса даже проняло, на секунду.       Непроизвольно Малфой вспомнил свою бывшую супругу, тоже девушку из высшего магического общества. Несмотря на то, что обе были аристократками, они разительно отличались. Не только внешне, но и характерами, манерами. Нарцисса утонченная голубоглазая блондинка, рассудительная, расчетливая. Но смотря в яркие, голубые глаза Воканс, все воспоминания о холодных глазах проницательной супруги таяли в считанные секунды. Невозможно было не залюбоваться бесенятами, пляшущими в теплом и задорном взгляде брюнетки. Еще обе бледные, что в их кругах довольно модно и почетно, но если у Нарциссы такой цвет кожи был естественный, то Виктория казалась болезненно бледной. Так и хотелось схватить девушку за руку и трансгрессировать в теплые страны, на какой-нибудь пляж и не выпускать оттуда парочку дней, а лучше недель, чтобы организм увидел солнце и свежий морской воздух. И выспалась наконец-то, потому что темные круги под глазами напоминали очень странный макияж или вызывали ассоциации с милой пандой.       Пока Малфой-старший поддавался откровенно странным думам, девушка, громогласно поприветствовав его, прошла дальше к двери. Раньше, он мог поклясться, дверного проема там не было…       Мужчина пришел в себя довольно быстро, хотя в голове роилась целая тьма вопросов. Но они подождут, сперва нужно понять, что делает юная нахалка. А ещё лучше вернуть ее в больничное крыло. Пришло же в голову болезной бродить по школе после того, как всю ночь кровью истекала.       Очередной аут поймал мужчину на пороге комнаты. Мантия Воканс небрежно валялась на полу, а ее хозяйка висела на горизонтальной палке, которая концами крепилась к деревянной лестнице. Судя по всему, это было какое-то странное магловское устройство-тренажер, крайне примитивное устройство, впрочем, чего ещё ожидать маглов? Помимо непонятного сооружения там было на что посмотреть: беспредел — короткие штаны, больше напоминающее большое нижнее белье, чем верхнюю одежду и какая-то прозрачная футболка. Слишком открытая одежда, вызывающая… Притягивающая взгляд к стройной женской фигуре. Возмущения Люциуса застряли в резко пересохшем горле.       В какой-то момент руки девушки разжались, и она спрыгнула вниз. Спружинила мягко, грациозно, как кошка, но устоять на ногах не смогла. Повезло, что Люциус стоял недалеко и успел подхватить ее, когда девчонка начала оседать на пол.       И так бледная Виктория стала почти белой, как мраморная статуя. Этот вид порядком обеспокоил профессора ЗОТИ. Тихие, но более-менее осмысленные ответы, ничуть не успокаивали его, лишь бесили. Даже в таком состоянии она не может устроиться и смирно лежать у него в руках. Пришлось тащить девчонку обратно в библиотеку и садиться в кресло, чтобы перевести дух. Но и тут не все было так просто, Виктория уснула прямо на нем, тихо посасывая. Ещё минуту назад рвалась полежать где-то на полу, а стоило умолкнуть на мгновение и вырубилась.       Недолго поразмыслив, Малфой решил не будить ее. Чтобы не скучать и прервать свое разглядывание в кои-то веки умиротворенного лица Виктории, мужчина потянулся к ранее приготовленным книгам.       Призвав с помощью магии брошенную в соседнем помещении мантию, Люциус укрыл ею девушку. Стоило ее прикрыть, ведь лёгкая одежда совершенно не спасала от холода, отчего на бледной коже бегали мурашки. Ещё чертовка, в поисках тепла, начала теснее прижиматься к Малфою. Взяв ближайшую книгу, Малфой решительно настроился прочесть все что хотел. Незачем менять собственные планы из-за какой-то наглой хулиганки.