Утерянное рано или поздно найдется

Двухэтажный особняк генерала Ханамии был больше похож на неприступную крепость. Бойцы рассредоточились вдоль высокой изгороди и залезли на близстоящие деревья, заодно вырубая засевших там же охранников. – Значит, так, – тихо заговорил в наушник Касамацу, – первоначальная задача – обезвредить камеры на пути к Ханамии. Только после этого мы сможем присоединиться. Ханамия наверняка вызовет подмогу, она – на нас. Не сказать, что парни были этим довольны, отпускать только обретенных половинок туда одних. Но что поделать, они не обладали такими параметрами, да и не могли показываться перед камерами, иначе потом Ханамия сможет вывернуться и заявить, что ему угрожали. И тогда их будет ждать трибунал... А берсерков как бы не существует, насчет них никто не поверит без доказательств, так что первые ходы за ними. Набив карманы множеством похожих на пуговицы деактиваторов, подменяющих текущее изображение ложным, парни разделились на две команды. Сперва в дом, больше похожий на лабиринт, пойдет связка Такао-Куроко-Фурихата, потом уже Химуро, Сакурай и Изуки. Следом готовились и остальные. В первую очередь были обезврежены камеры вдоль забора, которые высмотрел Такао. Куроко воспользовался его подсказками насчет слепых зон и поставил деактиваторы. Фурихата в это время чутко прислушивался к собственному чутью и остальным органам, отслеживая охранников. Выждав момент, когда охранники с собаками разойдутся в разные стороны, и воспользовавшись также слепыми зонами, берсерки на полной скорости промчались по двору к видеокамерам, мгновенно прикрепляя к ним деактиваторы. А вот в доме им уже будет куда как сложнее, наверняка выходы просматриваются, так что парни сперва заглянули в близлежащее окно, просканировали помещение и осторожно высадили стекло. Держа пистолеты с глушителями наготове, Фурихата и Химуро дождались, пока Такао и Изуки жестами покажут Куроко и Сакураю цель, и направились в коридор. Там две группы разошлись в разные стороны – у дома было два выхода, и цель не должна сбежать через один из них. Они действовали быстро, четко и абсолютно бесшумно. Охранники Ханамии даже не успевали отреагировать на тихие хлопки выстрелов, падая как подкошенные. Впрочем, в самом доме их было очень мало, большинство сосредоточилось еще на подступах, во дворе. Завернув за очередной поворот, Такао напрягся. Они уже близки к цели, и то, что в этом коридоре не было ни камер, ни охранников, настораживало. Рядом замер Фурихата, его чутье буквально взвыло об опасности. Куроко, едва заметно хмурясь, шепотом спросил, что такое. Но ответ услышать не успел – пол под ногами исчез... Касамацу, которого никак не мог успокоить Кисе, и сам дико нервничающий, мрачно сверлил взглядом дом и ждал, пока парни доберутся до Ханамии. Только тогда вступят в игру и оставшиеся снаружи бойцы. Но едва слышный шепот в наушнике не давал расслабиться. – Что-то не так... – пробормотал Такао. Мидорима напрягся и заледенел, поудобнее перехватывая автомат. – В чем дело, Такао-кун? – голос Куроко был напряжен, отчего Кагами нервно дернулся, готовый немедленно сорваться с места. – Зд... – дальнейшее слилось в приглушенный вскрик, и парни подскочили. – Такао! Куроко! Фурихата! – надрывался Касамацу, едва удерживая Акаши. В наушнике зашебуршалось, а потом Такао сипло рыкнул: – Не вздумай отпускать руку, Куроко. – Я держусь, Такао-кун. Фури-кун, ты как? – Норм. – Да что там у вас?! – прорычал не хуже берсерков Кагами, пытаясь выдраться из хватки Мурасакибары. – Хм, никогда раньше не видел волчьих ям, тем более в доме, – нервно хмыкнул Такао, заставляя ребят похолодеть. – Коки, вылезай и удерживай крышку люка, что-то мне подсказывает, что она автоматическая и вот-вот захлопнется. Коротко выдохнув, Фурихата рывком подтянулся и сел на краю, вцепляясь в уже поехавшую назад крышку. Борьба берсерка и механизма была тяжелой, но Коки смог удержать ее, пока Такао подтаскивал повыше Куроко, которого успел схватить за руку во время падения, помогал ему обхватить себя за шею и вылезал на поверхность. Сложность была в том, что когда пол под ними пропал и Казу схватил Тецую, то он не успел нормально зацепиться за край. И под тяжестью еще одного тела висел буквально на когтях. Падать же категорически не хотелось, острейшие металлические штыри на дне не оставляли ни малейшей надежды на мягкое приземление. Наконец Такао подтянулся и выпрыгнул на твердый пол, Фурихата сразу отпустил крышку, зловеще захлопнувшуюся. Кое-как отдышавшись и успокоив друзей и своих парней, они настороженно двинулись дальше. – Что-то мне подсказывает, что в этом доме явно не одна ловушка, – прорычал Казу. Коки и Тецу согласно кивнули. – Даже знать не хочу, до чего дошла паранойя Ханамии, – нервно поежился Коки. С облегчением выдохнув, Изуки, Химуро и Сакурай заглянули в очередной коридор. Обезвредив камеру и охранника, они пошли дальше, едва слышно докладывая ситуацию. Касамацу сверялся с планом здания, добытым с невероятным трудом Момои. – Парни, дальше у вас странный коридор, очень длинный и узкий, проходит от одного края дома до другого, будьте осторожны, – предупредил он. – Хорошо, кэп, – ответил Химуро. Сакурай подобрался, а Изуки задействовал орлиный глаз. С недоумением прошептал, что камер нет, как и охранников. Это напомнило им ситуацию со второй группой, так что в коридор они входили медленно и осторожно. Но совершенно не были к тому, что стены, и без того шириной такой, что можно коснуться обеими руками, если раскинуть их в стороны, начнут со скрежетом съезжаться. И очень быстро съезжаться... Ни один человек, только если он не бегает со скоростью света, не успел бы добраться до конца коридора. Но они и не люди, поэтому моментально стартанули на полной скорости. Уже видя перед глазами долгожданный поворот, они ускорились, но... бежать приходилось одному за другим, и Сакурай, бывший замыкающим, просто не успевал. – Черт! – зарычал Химуро, кидаясь назад и хватаясь за края неумолимо смыкающихся стен, Изуки вцепился в Сакурая, зажатого с обеих сторон, и потащил на себя. Тот протискивался вперед, подгоняемый животным инстинктом. – Тяни его, Шун! – Давай же, Рё, быстрее! – торопил Изуки. – Какого хрена, что там у вас?! Рё! – Аомине бесновался, но ответить ему было некогда. Последний рывок, и Сакурай падает в руки Шуна, не чувствуя больше костоломного давления, Химуро отпустил мгновенно схлопнувшиеся стены и быстро просканировал взглядом Рё на наличие повреждений. – Да вашу ж через автомат! Нам кто-нибудь ответит, пока мы не рванули к вам?! – Спокойно, Дайки, у нас все нормально, – прошептал Сакурай. – Я выбрался без повреждений. – Что там было? – грозно спросил Касамацу. – Стены сдвинулись, не будь мы берсерками, быть нам плоскими, как шутки Шуна, – едва слышно хмыкнул Тацуя. – Эй, мои шутки не плоские! – Тихо! – Парни, вы тоже вляпались? – внезапно подал голос Такао. – Да, правда, удивляюсь, что Ханамия настолько параноик, эти ловушки... – нахмурился Рё, пропуская вперед Изуки, окинувшего орлиным взглядом следующий коридор. – Даже не хочу думать, сколько их еще. – Мы тоже так подумали, – тихо согласился Тецу. – А еще это говорит о том, что он знает об охоте на него, – добавил Акаши. – Да, вряд ли он жил с постоянно активированными ловушками в доме, вот что. Глухой выстрел, и очередной охранник падает. Такао, Куроко и Фурихата переглянулись. За следующим поворотом должен быть кабинет Ханамии, судя по плану. Обезвредив камеры, берсерки предупредили остальных, убрали оружие и затихли. Минут пять вокруг сгущалась тишина, и вот тихо скрипнула дверь. Ханамия, держа одной рукой кейс, другой целился вперед, водя пистолетом по сторонам. – Вы зря это затеяли, – прошипел он, – сюда уже направляются другие охранники, так что вам не выбраться. Это было предсказуемо, и именно поэтому Касамацу с ребятами уже проникли в здание, зачищая его и не давая пробраться к Ханамии. – Зря ли? – пророкотал голос позади Ханамии. Тот резко обернулся, стреляя в упор, рывком дернулся в сторону и нырнул в одно из ответвлений коридора. – Поиграем?.. Ты любишь "кошки-мышки", Ханамия? – насмешливо протянул другой голос, прямо перед ним. В полумраке светились суженные светлые глаза. Белоснежные клыки сверкнули в хищном оскале. Выругавшись, Ханамия выстрелил в него и моментально поменял направление, пользуясь отличным знанием плана своего дома. Еще пара коридоров... За спиной слышался топот невероятно быстро бегущих лю... людей ли? – Кто вы такие?! – О, так ты не узнал нас? – укорил совсем другой... другое... существо, неожиданно появляясь впереди. – Как невежливо, Ханамия. – Тацу, разве же таким людям есть дело до каких-то подопытных? – неприязненно добавил еще один, засветив карими глазами в том коридоре, куда только хотел забежать Ханамия. Снова сменив траекторию и постоянно отстреливаясь, тот помчался вперед, чувствуя, как неприятно заходится сердце и течет по спине пот. Бесконечные коридоры, постоянные тупики, топот множества ног преследующих его существ... Они сделали почти круг по этажу, пока не уперлись в тот самый коридор, откуда начали. Со всех сторон Ханамию окружили странные существа, которых практически не было видно в наступивших сумерках, лишь глаза жутко светились искренней ненавистью и жаждой мести, а продирающий до костей рык заставлял тело трястись от страха и чувство самосохранения – истошно вопить. – Что вы за существа?! – снова попытался вызвать их на разговор Ханамия. – Что за подопыт... Он замолчал, только сейчас, кажется, поняв, что те имели в виду. – Быть не может, МС-5 уничтожена... – Она – да, а мы живы, – отозвался Сакурай. – Не рад? – задал риторический вопрос Фурихата. Ханамия отступил на шаг и застыл, почувствовав тяжелое дыхание, опалившее затылок. Когтистая ладонь обхватила шею и с силой сжала, лишая кислорода. – Скажи нам, Ханамия, – проурчал насмешливый голос прямо в ухо, – насколько ты хочешь жить?.. В себя Ханамия пришел уже в своем кабинете. Полностью обезвредив его, берсерки втащили бессознательного врага внутрь и приковали наручниками к стулу. Пока тот приходил в себя, кабинет был обшарен снизу доверху, бронированный кейс с трудом, но вскрыт, а почти все нужные бумаги найдены. За дверью напарники обеспечивали полную безопасность, так что парни все делали не торопясь. – Как же хочется попросту открутить ему голову, – признался кровожадно Такао. – В тюрьме у него все равно будет авторитет и свобода действий. Чем больше денег, тем комфортабельнее таким ублюдкам в тюрьме. А должны бы гнить на дне океана. – Я тоже испытываю непреодолимое желание посадить его в тот коридорчик с узкими стенами или скинуть в яму, на которую вы наткнулись, но нельзя, нам надо доставить его к вышестоящим, – признался Химуро, складывая бумаги в другой кейс. Здесь было почти все, что нужно, осталось лишь... – Значит, вот как сработала сыворотка... – раздался хриплый, каркающий голос очнувшегося Ханамии. – О да, именно так, – к нему подскочил Изуки, отстраняя раздраконенного Такао, – хочешь сказать, что не рассчитывал на такой результат? Глянув на него исподлобья, Ханамия неприятно расхохотался: – Я вообще думал, что вы все передохнете от этой сыворотки. Где-то просчитался... – Что?.. Ты хочешь сказать... – Такао со скрежетом смял металлический стул. – Естественно, это были только опытные образцы, – злорадно выплюнул Ханамия. – Вы мне мешались, вот и пришлось вас устранить, а заодно из вас получился превосходный подопытный материал. Правда, я не учел вашей живучести. Но зато на основе тестов удалось создать настоящую сыворотку. Можете гордиться, вы послужили науке. Но, к вашему сожалению, это обернется против вас, кое-кто неплохо раскошелился на эту сыворотку. – Мало того что нам жизнь испоганил, так еще и свою страну предать решил! – Химуро едва сдерживался. – Страна? Плевать я хотел на страну. Есть товар и есть спрос на него, кто больше заплатит, тот его и получит. А остальное не мое дело, пусть хоть поуничтожают друг друга, я уже буду далеко. – Нет, Ханамия, не будешь, – отрезал Фурихата и повернулся к Куроко, все это время незаметно снимавшему разговор, естественно так, чтобы берсерки не попали в кадр, только сам предатель и то – выше пояса, без наручников. Конечно, запись потом еще отредактируется, никаких упоминаний о берсерках быть не должно, но самые главные слова были записаны. – Если ты еще не понял, теперь не отвертишься, – прищурился Такао, – но от тебя зависит, насколько целым ты отправишься в тюрьму. Где договор насчет продажи? – У нас был устный договор, – мерзко оскалился Ханамия. Парни ответили куда более страшными оскалами. – Не смеши нас, – фыркнул Сакурай. – Без гарантий ты ничего заключать не стал бы, да еще и перестраховался по-любому. По лицу Ханамии стало ясно, что добровольно он больше ничего не скажет. Берсерки захрустели кулаками. – Давно об этом мечтал, – Такао приблизился к нему. Как же хорошо, что Касамацу лично натаскивал их не оставлять следов драки... С трудом прошедшие дом и едва не угодившие еще в пару ловушек – одна перекрывала коридор непроницаемым стеклом и наполнялась газом, наверняка смертельным, а во второй на уровне пояса пролетала тончайшая титановая нить, и если бы не их реакция, быть им разрезанными напополам – Касамацу и остальная группа прислушивались к диким крикам Ханамии. Сперва тот терпел, но ребята прекрасно знали свое дело, так что уже несколько минут Ханамия кричал не замолкая. Испытывая иррациональную гордость за своих ребят, Касамацу снова прислушался и напрягся – за дверью все стихло. Через пять минут она открылась, вырубленного Ханамию передали парням, а кейс с уже всеми нужными документами командиру. – Ну как? – не сдержался Кагами, тщательно осматривая Куроко. Тот слегка улыбнулся, коснувшись его руки. – Самым трудным было вовремя остановиться, – вздохнул Химуро, привалившись к Мурасакибаре. – Особенно после того, как он стрелял в нас, – потер плечо Сакурай, где по одежде расплылось кровавое пятно. Аомине моментально озверел. – Чего?! Дайте его сюда, я этому мудаку автомат засуну в за... – Аомине... – предупреждающе одернул его капитан. – Все нормально, Дайки, уже зажило. – Такао... – Мидорима, не отрываясь, смотрел на грудь Казу, где угрожающе алело точно такое же пятно. – Нэ, Шин-чан, все хорошо, – тот погладил партнера по спине. – Вы-то как? – Фурихата обеспокоенно рассматривал Акаши. – А то подмоги этому столько было, целая армия... – Нет, Коки, для нас это не проблема, – Акаши привлек его к себе, крепко стискивая, и отпустил. Кисе облегченно выдохнул, улыбнулся Изуки и, покрепче вцепившись в Ханамию, поволок того на выход. Касамацу помогал, а остальные парни окружили их, вскинув автоматы и пистолеты. Мало ли, вдруг кого пропустили или не добили... Во дворе они миновали усыпленных собак и трупы охранников, быстро добрались до своих машин, где их уже встречали Момои с остававшимися во дворе Имаеши и остальными, и погрузились внутрь. Большинство отправилось в штаб, а Касамацу, Кисе и Кагами повезли пленного к Ниджимуре. Тот уже ждал их, Момои успела его известить. Забрав кейс и отдав приказ об аресте Ханамии, Шузо наконец-то расслабился. – Отличная работа, Касамацу, парни. Теперь можете отдохнуть немного, даю вам неделю отпуска. Если будет ЧП, на дело отправится группа Киеши, они тоже хороши, а вы заслужили отдых. Кисе и Кагами довольно переглянулись. Касамацу скупо улыбнулся: – Спасибо, Ниджимура, нам это действительно не помешает. Особенно кое-кому... – Есть раненые? – генерал беспокойно сдвинул брови. – Такао и Сакурая подстрелили, но ничего серьезного. – Ясно. Тогда с сегодняшнего дня вы в отпуске. За это время мы разберемся с Ханамией, а после я позабочусь о том, чтобы вы были приставлены к награде. Парни благодарно кивнули. Только Юкио не давала покоя одна мысль: – Хм, а что будет, когда враги, заключившие договор с Ханамией, узнают о его поимке? – У него будет усиленная охрана, – Шузо тоже подумал об этом. – Никто посторонний не проберется, а свои надежны. Мы не позволим убрать его до суда. – Хорошо. Полагаю, дальнейшее действительно не наша проблема, – согласился Касамацу. – Через неделю вернемся, но на всякий случай будем на связи. Попрощавшись, они вернулись в Управление, где уже приведшие себя в порядок ребята успокаивали Фукуи и детей, рассказывали о поимке Ханамии и знакомились с Накамурой. Тот не утерпел и приехал, наплевав на выходной. Не в последнюю очередь из-за предупреждения Момои, метко угадавшей про возможный "бонус" от Ниджимуры в виде выходных. Так что теперь он был облеплен заинтересованными берсерками и их детьми. Новость о целой неделе отдыха была встречена на ура, парни шумно загомонили, обсуждая, как проведут эту неделю, но в первую очередь, конечно же, они побудут со своими половинками, с которыми не виделись столько лет. Немало времени потратилось на обсуждение, с кем кто из детей будет, еще новоиспеченные папаши категорично не желали расставаться с новорожденными, но Изуки и Фукуи успокоили Такао и Сакурая, что позаботятся о малышах. Остальных распределили наугад. Касамацу и Куроко щедро предложили забрать детей к себе на день-другой, чтобы дать парам уединение. Кисе обрадовался и весело защебетал с малышами, а Кагами неуверенно переминался с ноги на ногу, он особо-то с детьми дел не имел. Но Куроко весь светился, так что пришлось прикусить язык и покорно кивнуть на вопросительный взгляд. Сацуки потискала детишек, настойчиво предупредила, чтобы ей обязательно позвонили, когда соберутся с малышами, и раздала взрослым берсеркам уже заказанные и привезенные линзы, а маленьким – кучу бейсболок, хоть так прикрывать глазки. От когтей и клыков избавятся попозже, пожалуй... Кроме Изуки и Фукуи, они пока что остались в Управлении и заодно спустились на пару этажей ниже и прокрались к Митобе. Мужчина был техником, а также негласно – чистильщиком, поэтому всякие приспособления у него имелись. И за сохранность информации можно было не бояться, даже не потому, что он был немым, но и из-за его надежности. Он спилил когти у Шуна и Фукуи, подточил клыки, не задав ни единого вопроса, кивнул на благодарность и показал жестами, что всегда готов помочь. Его уверили, что обязательно обратятся к нему, когда дело дойдет до остальных. А еще Шун пообещал, что все расскажет, как только дело завершится окончательно, все-таки Митобе был членом его бывшей группы. А остальные ребята, замаскировавшись, похватав детей и попрощавшись друг с другом на целую неделю, наконец-то после пяти лет отсутствия возвращались домой...