Её сердце

— иногда жизненные обстоятельства не оставляют нам выбора, вынуждая делать то, что нам, возможно, не по душе. (Джон Бойн «Мальчик в полосатой пижаме»)

***

Су наслаждалась временем, проведённым с семьёй. Дети весело играли, пока родители с интересом наблюдали за ними. — Ки вся в тебя, такая же непоседливая, — сказал вдруг Со и притянул жену к себе. — Но знаешь, что больше всего я в ней люблю? — девушка кивнула. — Жизнь ей подарила именно ты. Надеюсь, ты не в обиде на наследную принцессу? — Ни в коем случае, ведь она мне очень дорога. Жаль только, что ей приходится терпеть несправедливость… — темноволосая осеклась. — О чём ты? — принц нахмурился. — Лучше не думать об этом, господин моего сердца, — и всё же по взгляду супруга Хэ поняла, что рассказать всё же придётся. — Дело в том, что жена вашего старшего брата… постоянно напоминает всем об… их происхождении. Я могу стерпеть всё это, однако дети… их уже принижают. Во дворце к ним не относятся как к императорским внукам. Нет, мне стоило промолчать. Простите, господин, — девушка обхватила его шею руками, в сердцах надеясь, что слова её забыты не будут.

***

Собираясь вместе, невестки по обыкновению играли в карты, рассказывали забавные истории или обсуждали последние новости. Хэ не вмешивались в подобного рода дела и предпочитали вести себя тише. И всё же несмотря на это, *Хонг Сюй не выносила общества Су, которую считала многим ниже себя. Девушка не боялась открыто высказывать своё недовольство. — Какую наглость надо иметь, чтобы переложить всю вину за убийство на безвинного человека? Хотя, что уж говорить, люди на всё пойдут, лишь бы хоть на немного стать богаче. Однако красивая одежда не сделает из рабыни госпожу. — Интересно, но именно у выходцев из простого народа получается рожать здоровых детей, — сказала Хэ, не выдержав. Сюй пришла в ярость, за пять лет брака она так и не смогла подарить принцу наследника. А несколько месяцев назад у неё и вовсе случился выкидыш. — Простите, госпожа, я и забыла, что вас, к сожалению, Всевышний не благословил, — Мён Хи не знала что делать и как попросить кузину более не злить дочь едва ли не самого главного чиновника в государстве. — Сестра, мне уже пора, — с этими словами темноволосая покинула заднюю часть замка. Она была уверена, что Хонг не выдержит подобного оскорбления и захочет отомстить. Сюй настигла Хэ в дворцовом саду. Девушка закипала при мысли о том, что Су дочь служанки вообще посмела стать женой принца. Она больно одернула соперницу. Та же не смела ответить силой, хотя и могла. — Госпожа, а если нас увидят слуги, что тогда будет? Одумайтесь! — Ты не смеешь мне указывать. Я — член могущественного клана Сюй, чьи потомки будут повелевать империей. Твои же дети ничего не получат, потому что ты… рабыня. Была, есть и будешь. — Всё, чего я прошу… дать возможность моему сыну и дочери жить спокойно, вдали от дворца. Никто из них не претендует на большее. — Тогда ты должна смириться со своей участью, быть смиренной и не пытаться получить статус выше. В конце концов, ты лишь дочь рабыни. — Вы прекрасны, госпожа Хонг. Прекрасны, как роза, вот только уста ваши полны яда. Разве это правильно, делить внуков самого императора? Для начала, я думаю, вам стоит взять на руки своего первенца. Уверена, в тот день вы поймёте что значит быть матерью и… — Хонг дала Хэ пощёчину, после чего та упала. — Ты не смеешь говорить такие вещи, — девушка ударила темноволосую ещё несколько раз, пока кто-то с силой не оттащил её. Маленькие ладони опустились на плечо. Су увидела обеспокоенное лицо сына и крепко прижала его к себе. Вскоре подоспела и Чирён, которая помогла Хэ подняться с земли. — Что Мэн Хо здесь делает? — Принц соскучился по дядям и очень хотел посетить дворец. Я не смогла отказать ему… — служанка смиренно потупила взгляд. — Госпожа, что с вами? — из носа потекла кровь, спускавшаяся и на платье. — Ничего, об этом… никто не должен знать. Понимаешь? Здесь была ещё только слуга Хонг Сюй, однако свою хозяйку она не опозорит. Да и я не хочу этого… — Чирён посмотрела за спину госпожи и ужаснулась. Обернувшись, темноволосая встретилась с яростным взглядом королевской четы. — Что здесь происходит? Как невестка императора позволила себе опуститься до подобного? — Ю недовольно осмотрела внешний вид Су. Да уж, разговор предстоял долгий.

***

— Госпожа, а если император решит не наказывать третью невестку? Если она вас опорочит? — спросила Чирён, нежно расчёсывая тёмные пряди. -Он и не накажет, ведь она дочь чиновника. Однако доверия такого уже не будет. К тому же, главное для нас… совсем иное… — Хэ не хотела, чтобы кто-то посторонний услышал о её планах, а потому решила не рисковать. — Однако, скажи-как лучше, многое ли видел Хо? — служанка опустила взгляд в пол. — Вы вышлите меня, да? — Зачем? Как и всегда, ты оказала мне большую услугу. У девушки была разбита губа, но что это по сравнению с тем, чего Су может добиться. Не себя, а для Хо и Ки, которые обязательно станут хозяевами, а не рабами. Когда в комнату вошёл Со, Чирён быстро ушла, оставив господ одних. Мужчина положил руку на плечо жены и вспомнилось ей вдруг всё самое хорошее в их жизни. — Как твои дела? — Прибыл господин сердца, теперь осталось место лишь для радости… — Хэ улыбнулась и в зеркале увидела лицо любимого. — Но произошедшее сегодня, — мужские черты стали вдруг жёстче. — Как можно это объяснить? — Су сразу же вскочила со своего места. Конечно, она понимала, что супруг всё равно обо всём узнает, однако такая реакция не могла не напугать. — Ё сказал, ты напала на его жену, — Хэ всхлипнула. — Что? — Напала я, но ни на лице госпожи, ни теле ничего нет, а у меня есть. Конечно, дочь рабыни ведь никто не станет поддерживать. Простите меня, господин… — девушка упала на колени. — Понимаю, вам стыдно за моё происхождение и это… ужасно мучает вашу рабу. Прошу развестись со мной, чтобы повелитель больше не страдал, — не желая быть грубым с женой, темноволосый оставил её одну.

***

Су бы соврала, сказав, что не боится. Ей было известно, что правила двора были очень важны и их несоблюдение каралось по закону. Возле дворца собрались невестки, которых выслушала королева Ю. Когда очередь дошла до Хэ, девушка неспешно прошла в богато украшенные комнаты. Поклонившись, темноволосая села на предложенное место. — Слышала, ты любишь отвар мяты, — девушка с сомнением посмотрела на содержимое чашки. — Не бойся, травить тебя в мои планы вовсе не входит. Наоборот, я хочу прекратить нашу вражду. — Кто же посмеет враждовать с великой императрицей… это немыслимо. Госпожа, могу ли я узнать, почему меня всё ещё не наказали? Думаю, глупо полагать, что меня считают невиновной. — Это правда, ты виновна. Однако любое наказание можно смягчить. Например, бить невесток нельзя, а вот выслать из столицы вполне разрешено. Внуки останутся с отцом, которому запрещено будет покидать Сонгак. — Как же я могу… исправить положение? — Су никак не ожидала подобного. Конечно, ей было известно о коварности императрицы, но ссылка без детей, словно казнь. Никто не знает, что случится с ними без присмотра матери. — Корё должно принадлежать моему сыну! И будет, вот только одно ещё мне не совсем ясно. Поддержит ли Ё его брат в этом стремлении? Знаю, Со питает к тебе особые чувства, а значит, прислушается к советам, — сказала это императрица будничным тоном, словно обсуждая погоду. Су знала, что за отказ поплатятся внуки правителя. «Хо и Ки — моя плоть и кровь. Я не в праве позволить загубить их невинные детские души…» — подумала темноволосая, уже зная ответ.

***

Три месяца спустя В саду было шумно, однако Су не обращала никакого внимания на снующих туда-сюда слуг. Показное примирение с Сюй давало Хэ возможность спокойно чувствовать себя в обществе других невесток, многие из которых теперь были настроены более дружелюбно. Конечно, это не скрылось и от наблюдательного Чи Мона, который явно догадался, как именно мать королевских внуков заслужила прощение. Вскоре девушка решила посетить новую «сестру», жену Ына. При его печальном виде девушка только усмехнулась. Что-что, а Сун Док казалась ей более чем хорошенькой, и даже странное помешательство на боевых искусствах не делало её менее привлекательной. Хотя к ношению женственных нарядов дочь генерала явно не привыкла, и всё же ради жениха она буквально перешагнула через себя. — … да будет добр к тебе… — услышала девушка, приблизившись. Принцесса Хи, завидев невестку, улыбнулась. Рядом с ней стоял Со, который сразу же ушёл. Такое поведение не могло не расстроить Хэ, которая корила себя за каждый проступок. Конечно, у принца было право злиться, но от его холодности девушка с каждым днём чувствовала себя всё хуже. Конечно, ей следовало бы вернуться к детям и смиренно ожидать своей участи, когда бы Ван пожалел о брачном союзе. Но прежняя Го Ха Джин совсем не из робкого десятка. И она будет бороться до последнего вздоха. Уж лучше решить всё разом, чем сожалеть об упущенной возможности. Именно по этой причине темноволосая, разом наплевав на придворный этикет и первоначальный замысел действий, последовала за мужем. Так они шли довольно долго, пока вблизи не показалось маленькое озерцо. Чистая вода и прохлада помогли Су прийти в себя после многоминутной ходьбы. Несколько минут супруги стояли в полной тишине, прерываемой лишь быстрым стуком сердец. Когда Со наконец взглянул на девушку, та начала действовать, не зная к чему может всё это привести. Темноволосая подошла к мужчине и опустилась на пожухлую траву. И, казалось, ещё никогда эта девчонка не была столь прекрасна в своём смирении. — Я никогда прежде не чувствовала такую боль. Когда от ударов плетьми я готова была потерять сознание или когда меня обвиняли в том, что я не совершала… даже тогда моё положение не было столь ужасным. Даже тогда я находила утешение в своих детях… — сказав это, Хэ всхлипнула. Говорить сейчас давалось ей с трудом. — Неужели это протест такой, или способ заставить меня смягчиться? — Со уже давно понял, что жена его была далеко не святой. Но даже данное открытие не могло вынудить его отказаться от возлюбленной. — Но не все женщины способны на любовь к своим чадам. Если же она и есть, то у каждой свой смысл. И, конечно, мне отрадно видеть в лице сына знакомые черты любимого, — девушка уместно употребила последнее слово, ибо оно явно подкупило принца. Принц, обладавший властью, но не знавший родительской ласки. — Всё, чего я хочу… покончить с этими мучениями. — Мучения? — удивился Ван. Да, он видел, как давно не улыбалась Су и как они всё больше отдалялись, однако мужчина и представить себе не мог, чтобы «разлука» с ним могла стать причиной для столь сильных моральных страданий. Быть может, черноволосый был не прав, желая избегать горячо любимую жену, слёзы которой приносили вред и ему самому. В конце концов, странно было полагать, что она не станет бороться за собственное имя, а оскорбления совсем не оскорбят её ранимую натуру. — Да, без тебя, Со, ночи становятся всё холоднее, а на душе… очень скоро наступит вечная зима. Но стоит лишь господину сердца открыться, как весна вновь постучится, — мужчина легко коснулся подбородка супруги, приподнимая её. Вскоре девушка почувствовала как упёрлась в дерево, но боль, однако же, сейчас волновала меньше всего. Руки сына дракона сомкнулись возле тонкой шеи. — Если господин убьёт меня, только тогда всё закончится. И боль, и надежда, и… любовь… — однако вместо дара смерти Ван вдруг поцеловал жену. Так, как был способен только он и так, как служила лишь она. Со всей страстью, что не затухла за долгие восемь лет. И было в этом что-то необъяснимое, ведь Со любил жену и думал о ней всегда. Волк и представить себе не мог, как будет жить без волчицы. Той единственной, что заменила разом всех.

***

Прошедшие месяцы стали для Су едва ли не самыми мучительными. Подарок принца, лошадь по имени Любовь была убита неизвестным. Это ужасно давило на и без того хрупкое психическое состояние Хэ. — Кто мог так ужасно поступить с невинным животным? — красные от слёз глаза темноволосой выражали боль и глубокую печаль. — Пожалуйста, не нужно нервничать! Знаешь ведь, что детям тяжело видеть страдания матери. Подумай не о себе, так о них. — Ты права… — лицо девушки стало вдруг совсем другим. Трудно было смириться с потерей, но именно она делала Хэ сильнее. Конечно, девушка будет продолжать мило улыбаться и не станет более задавать неудобные вопросы, однако ничего не забудет. Просто не сумеет. Разве возможно такое, после очередного унижения позабыть о собственной гордости? Нет, нужно просто дождаться подходящего момента и стать тенью императрицы, собрать вокруг сторонников. Только тогда у Су будет возможность вернуть Хо и Ки то, что принадлежит им по праву рождения. Именно по этой причине в следующие дни жена Волка решила во что бы то ни стало переманить дочь генерала на свою сторону. Впрочем, Сун Док едва ли была похожа на других невесток, а потому просто не знала как вести себя. По этой же причине девушки могли помочь друг другу в понятии мира. Например, Док прекрасно владела мечом, но едва ли знала толк в косметике. С Хэ было с точностью до наоборот, так что их общение было взаимовыгодным. — Масло из роз поможет в борьбе за чистую и мягкую кожу… — объясняла Су, выкладывая склянки с разными жидкостями. — Могу сделать маску. Уверена, десятый наследник оценит, — добавила темноволосая, с интересом наблюдая за реакцией новой подруги. Та, желая понравиться мужу, решила всё же попытаться хоть немного обуздать свой свой совсем не статичный характер. Конечно, поначалу девушке было трудно усидеть на одном месте, да ещё и с какой-то странной смесью на лице. Но слово «борьба» она понимала лучше многих, так что выдержать подобное было, в какой-то степени, долгом. — Надеюсь, вы сможете научить меня основам боя, госпожа Пак? — черноволосая хотела было по инерции энергично кивнуть, как Су предупредила, что делать это чревато последствиями. — Тогда, я бы хотела узнать, правда ли, что ваш батюшка, генерал Док, учил принц Со боевым искусствам? — Наверное… то есть, да… просто… Вообще-то, мы вместе почти никогда не находились. Со вечно гонялся за волками, а мне по душе больше медведи, — Хэ удивлялась такой простоте, однако оно было ей на руку. — А вы… вы сильно любите друг друга? — при этом щеки Док покраснели так, словно подобные слова приводили её в смятение. — Я очень люблю мужа и наших детей. Уверена, очень скоро и вы возьмете на руки первенца. — Если бы только мне знать, что нравится десятому принцу… — с грустью вымолвила черноволосая. — Он совершенно точно не любит охоту, да и проявление физической силы ему не по душе. — Думаю, сердце Ван Ына можно растопить. — Как? — с детской наивностью спросила девушка. Едва ли она подходила к столь жестокому месту, как подумала Су, увидев её в свадебном наряде.

***

Ван Ё неторопливо вдыхал аромат свежезаваренного чая. Напиток этот бодрил и давал возможность расслабиться. Он видел многих кудесниц, которые занимали думы императора. Однако все они сейчас находились или в четырёх стенах гарема, или того хуже, были высланы в далёкие провинции. Его матушка, императрица Ю, имела огромное влияние на дела государства. Представительница могущественного клана, власть была ей к лицу. Увы, сказать того же о Хонг он не мог. Красивая, её прелесть была сравнима с изяществом Ён Хвы. Девушка стала его женой много лет назад и едва ли принц мог упрекнуть её в желании напомнить всем и каждому о своём высоком положении. И до появления девчонки Хэ всё было в рамках дозволенного. То есть, ещё никогда Сюй так открыто не презирала кого-то, и уж тем более не спорила. А Су нравилось выводить людей из себя. В омутах глаз плясали дьяволята. О, она была особой не столь простой, как нежная и милая кузина, а другой… более коварной. Однако это её качество проявлялось в большей степени тогда, когда того требовала ситуация. Су было далеко до общепринятых канонов красоты. Красавицами были Ён, Хонг, да даже жена Ука. Становилось понятно, что жену себе Со выбирал явно не по внешним характеристикам. Хотя грех был не отметить то, как умело она управлялась с гневом супруга и несмотря на родословную, вела себя подобающе статусу. И что самое интересное, королева видела в ней решение проблем с непутевым сыном, а значит, Ё оставалось только наблюдать. — Думаешь, это дело рук разбойников? — спросил вдруг Вон. К несчастью, он всё же увязался за братом и никак не хотел просто отдохнуть в тишине. — То есть, такая жестокость… да ещё и по отношению к столь уважаемым людям. — Что, о чём это ты? — удивился Ё. Конечно, он получил некоторые сведения об одном инциденте, однако не придал ему должного значения. Ведь о том, кто именно пострадал, не было и слова. Да и сам принц был не в состоянии здраво мыслить. Всё чаще его мучили головные боли. — Господина Ляо Ши, который должен был представлять интересы семьи Сяо… убили прямо на главной дороге. — Сяо… кидане, так ведь?! Хм… да уж, странно. Но разве с ним не было охраны? Неужели все мертвы? — Несколько воинов живы, но, кажется, им просто повезло. Быть может, лекари и помогут, однако не думаю, чтобы… — темноволосый осёкся. — Поговаривают, что таким образом кто-то свершил свою месть. Ведь он был ответственен за Шэньчжэнь Сяо. Красивая она была, очень даже… — и тут третьего осенило. Именно этот самый Ши следил за проведением допроса милой жёнушки Со. Конечно, вряд ли девчонка могла пойти на подобное. Возможно, младший братец был в этом замешан. Эта мысль принесла Ё странное удовлетворение. Если так, значит люди правы… волк способен любить одну единственную волчицу так, что жизнь без неё теряет всякий смысл. Да ведь и самого Ё могло заинтересовать лишь то, что в глазах других было бесценным; самым лучшим.