Галя в стране анонов (это предположение)

- О! Вот! Как тебе? Цзинь Лин удостоил ткань в руках приятеля беглым взглядом и презрительно отвернулся. - Нет! Это цвет «морская ракушка»! А нам нужен «снег»! «Снег»! Не отвлекай меня глупостями! И он снова зарылся в ворох тканей. Сычжуй и Цзинъи обреченно переглянулись. - Что ему не нравится? Белый и белый! Сычжуй только сочувственно потрепал приятеля по плечу. Они ходили по лавкам с утра, но все никак не могли угодить придирчивому вкусу Цзинь Лина. - Ну, а этот? – безнадежно вопросил уже Сычжуй, демонстрируя другу очередной отрез. Лин медленно повернулся, оглядел ткань и друга гневным взглядом и очень ласково проговорил: - Лань Сычжуй, скажи мне, ты специально хочешь все испортить? Нет? Тогда почему вы с ним – тут он обвиняюще ткнул пальцем в Цзинъи, и тот машинально вжал голову в плечи и принял виноватый вид в целом, - все время дергаете меня из-за ерунды?! Это - цвет шелковистых нитевидных пестиков початков неспелой кукурузы, а не снега! Прекратите дурачится и ищите! Находил же его где-то младший дядя?! Тут Цзинь Лин осекся и замолчал, остервенело перебирая образцы тканей. - Как пожелает молодая госпожа! – чуть слышно вздохнул Цзинъи. – Я уже кушать хочу! - Терпи! – усовестил его Сычжуй. – «Старое золото» мы, в конце концов, нашли. Сам он тем временем откопал очередную белую ткань и неуверенно позвал Цзинь Лина. - Эй… - на оклик Лин поворачивался с неохотой, но, увидев предложенное, просиял. - Да! Да! Это оно! Эй, торговец! Не успели друзья обрадоваться прекращению мук, как вернулся Цзинь Лин, уже нагрузивший слуг выбранными тканями, и, закинув руки им на плечи, заговорщицки сказал: - Ну что, пойдем выбирать украшения? Лани обреченно застонали.