Отражения Разрушителя

– Ранма! – позвала Харука. Ранма подняла взгляд. Была суббота, и школа только начиналась. – Привет, Харука. Мичиру. – Мы беспокоились о тебе, Ранма-сан, – сказала Мичиру. – Когда мы потеряли тебя во время нападения монстра, мы боялись, что тебя ранят. Ранма выпятила грудь. – Я мастер боевых искусств. Нужно что-то большее, чем тупой монстр, чтобы это можно было назвать опасностью. – Да? Почему же ты не осталась и не боролась? – Я… ну… – Ранма всерьез рассмотрела возможность рассказать им о Сейлор Сатурн, но потом покачала головой. – Было похоже, что у Сейлор Сенши все под контролем, – пробормотала она. Мичиру закатила глаза, Харука рассмеялась. Хотя остальная часть дня прошла без происшествий, Ранма становилась все более и более тихой. Позже, когда она возвращалась из школы домой, она обнаружила себя глубоко задумавшейся. ВСПЫШКА – Мы не позволим тебе уничтожить этот мир, Сатурн, – холодно сказала Уран. ВСПЫШКА Уничтожить мир. Действительно ли она обладает такой силой? Другие Сенши не сомневались, и не важно, как сильно она хотела это отрицать, Ранма обнаружила, что не могла не согласиться с ними. Она чувствовала эту ждущую силу каждый раз, когда брала в руки Глефу Безмолвия. Она едва не рассмеялась. Все, что нужно для уничтожения мира, это шестнадцатилетняя девушка, махнувшая на него Глефой. Весь мир будет уничтожен в мгновение ока, потому что ей так захотелось. Сама идея такой силы приводила ее в ужас. Она старалась не думать, что бы с этой силой могли сделать такие люди как Рега или Куно. Когда она вошла в дом матери, мысли Ранмы вернулись к предстоящему свиданию с Аканэ. В своих мыслях она не называла это свиданиям – она была не настолько храбра – но это все равно было свиданием. Почему все должно быть так сложно? Она любила Аканэ, но как Аканэ сможет полюбить ее снова, когда она застряла вот так? Она даже не была больше мужчиной, и все что она могла, так это попытаться притвориться. Ранма приуныла. Может быть, ей просто стоит позвонить Аканэ и все отменить. Да, это именно то, что нужно. Она спустилась вниз, подняла трубку телефона и набрала номер Тендо. – Алло? – спросила Аканэ. Едва услышав голос Аканэ, Ранма потеряла всю свою решимость и повесила трубку. Черт. Секунду спустя телефон зазвонил. – Алло? – спросила Ранма, прижимая телефон к уху. – Привет, Ранма, – сказала Аканэ. – О, привет, Аканэ, – сказала Ранма. – Что случилось? – Ты скажи. Это ведь был твой звонок? Ранма покраснела, хоть Аканэ и не могла ее увидеть. – А, ну, да, то есть, я просто хотела… убедиться, что ты придешь! Ранма не могла видеть лицо Аканэ, но она была уверена, что Аканэ не поверила ей. – Ты в порядке, Ранма? – спросила Аканэ. – Конечно! В полном! – запаниковав, ответила Ранма. – Увидимся завтра! – повесила она трубку. На другом конце провода Аканэ задумчиво посмотрела на телефон, покачала головой и ушла. На следующий день, в воскресенье, обычное утро Ранмы не изменилось. Вылетела в окно. Подралась с Генмой. Позавтракала. Привела себя в порядок и оделась (она надела черные брюки и синюю китайскую шелковую рубашку), приготовившись к событиям дня. – Повеселись! – сказала Нодока, когда Ранма выходила, и Ранма уверенно улыбнулась. – Конечно. Увидимся! – и она ушла. Сердце стучало в груди, когда она шла к станции метро Адзабу Дзюбан, и Ранма нашла, что ей трудно поверить, что Аканэ действительно приедет, что пацанка хочет быть с таким уродом, как она. Но нет, она не сдастся, прежде чем она хотя бы не попытается. Она отмела свои сомнения и страхи. Ранма была так поглощена своей целью и мыслями, что не заметила преследующий ее белый универсал с черными звездами по бокам. Сидящая в машине Аримура Юко – Эвдиал из Ведьм 5 – осторожно наблюдала за девушкой с косичкой, записывая данные со своего сканера. Ранма вошла на станцию Адзабу Дзюбан. Эвдиал вышла из машины и двинулась за ней, но перед ней встал мужчина с большими выпуклыми глазами, узким лбом и плоским носом и неодобрительно взглянул на нее. Она нервно сглотнула и вернулась обратно. Девушка с косичкой села на одно из немногих доступных мест на переполненной станции и приготовилась к долгому ожиданию поезда Аканэ. Она пришла всего за две минуты до его прибытия, но они казались двумя часами. Примерно через минуту Ранма, занервничав, встала и принялась бродить. Приедет ли Аканэ? Вдруг она пропустила свой поезд? Или заболела? Может, стоит позвонить в дом Тендо и спросить. – Ранма! Ранма обернулась. Аканэ, в красивом желтом сарафане, выходила из поезда. Лицо Ранмы заметно посветлело. Может, сегодняшний день будет и не таким плохим. Они отправились в кофейню "Корона" (рядом с аркадным залом "Корона") на Десятой Торговой улице, чтобы съесть немного мороженого. Когда они вместе уселись за стол, Аканэ улыбалась. – Без тебя у нас стало гораздо тише, – сказала она. – Правда? – задрала Ранма брови. Аканэ кивнула. – Я мало что слышала о Шампу и Мусе. Уке в порядке. У-тян серьезно расширила свое дело на прошлой неделе. Она сказала мне, что думает, что ей придется нанять себе больше людей. – Рада за нее, – слегка улыбаясь, кивнула Ранма. – Рега иногда появляется. Говорит, что проводит время с Акари. А Куно… ну, Куно – это Куно. Оба. Я думаю, кое-что никогда не меняется. А как ты, Ранма? Как тебе Минато? – А, – пожала плечами Ранма, – нормально, как мне кажется. Когда она не стала продолжать, Аканэ рассердилась. – Кажется, нормально? – спросила она. – Я не видела тебя всю неделю, Ранма. – О. Э-э… Я теперь хожу в другую школу. Знаешь Академию Мюген? – Как тебе это удалось? – широко распахнула глаза Аканэ. – Мама сказала, что у нее есть несколько должников. – Не помню, чтобы твое отношение к учебе было серьезным. Тебе там не тяжело? – Эй, – возмутилась Ранма, – я не тупая! – Я этого и не говорила, Ранма, я просто сказала, что ты несерьезно относишься к учебе. Ранма успокоилась и кивнула. – Я поняла. Там действительно тяжело, но для Саотоме Ранмы нет ничего слишком сложного. – Рада, что ты так думаешь. Ранма моргнула. Это прозвучало зловеще. Словно она хочет перейти к нежеланной теме. – Нам надо поговорить, – сказала Аканэ. – Но мы ведь говорим? – О нас, я имею в виду. О, черт. Ранма сдержала дрожь. Всякая слащавая, чувственная фигня. Она никогда не была сильна в ней. – Ты еще любишь меня? – в упор спросила Аканэ. Ранма была шокирована и, на мгновение, старые отказы и избегания подавили ее чувства. Сосредоточившись, она проигнорировала их. И кивнула. Аканэ улыбнулась. – Я тоже люблю тебя, – сказала она, и мир вокруг Ранмы растворился, была лишь Аканэ. – Но ты теперь девушка… Восторг Ранмы пропал. Ох. Да. Проклятье, это несправедливо! Как она могла позволить себе навсегда превратиться в девушку? Она любила Аканэ! Аканэ немного понаблюдала за сменяющимися на лице Ранмы эмоциями и продолжила. – Я люблю тебя, Ранма. Я не знаю, сможем ли мы быть вместе, если ты всегда будешь девушкой… Ранма смотрела на Аканэ, со страхом ожидая следующих слов, которые, она была уверена, та скажет. – …но я хочу попробовать. Ранма уставилась на свою невесту. Возможно, только возможно, в конце концов, появилась надежда. – Я тоже, – прошептала она. Затем, уже громче, она сказала: – Конечно, ты хочешь попробовать. Я горячая штучка, ты в курсе? Кто хо… Аканэ оборвала Ранму прежде, чем она могла сказать что-то, о чем бы потом жалела. – Просто поцелуй меня, тупица, – сказала она. Полностью согласная с эпитетом, Ранма наклонилась поцеловать Аканэ, а Аканэ поцеловать Ранму, а затем… – О, Ранма-сан! – позвала Мичиру. Момент был упущен. Ранма и Аканэ подняли глаза. Рядом стояли Харука и Мичиру, элегантные, как никогда. – Мы помещали? – спросила Харука с многозначительным намеком в голосе. – Нисколько! – сказала Аканэ. – Ранма, не познакомишь меня со своими друзьями? – О, да, точно. Аканэ, это – Харука, а зеленоволосая девчонка – Мичиру. Мичиру подняла бровь, услышав "зеленоволосая девчонка", а Аканэ смутилась. – Харука, Мичиру, это моя невеста, Аканэ. Раздражение Мичиру мгновенно пропало, когда она с удивлением взглянула на Аканэ. – Невеста? – спросила она, обменявшись с Харукой многозначительным взглядом. – Так решили наши родители, – сказала Аканэ. – Уверена, что здесь кроется целая история, – сказала Мичиру, переводя взгляд с Ранмы на Аканэ и обратно. Аканэ покраснела. – Ты не знаешь и половины, – сказала Ранма. – Значит, у вас свидание? – спросила Харука. Глаза Ранмы широко распахнулись, она слишком разволновалась для ответа, а Аканэ покраснела. Мичиру тихо рассмеялась. – Мы собираемся пойти на конкурс в Парк Влюбленных. Вам стоит пойти вместе. Будет весело. Харука наклонилась и взяла Аканэ за руку. – Кто знает? Может, ты найдешь кого-то получше этой сумасбродной мастера боевых искусств. Глаз Ранмы задергался, так же как и глаз Мичиру. – Я, ну… – покраснела еще сильнее Аканэ. – Не слушай ее, Аканэ-сан, – сказала Мичиру, раздраженно смотря на Харуку. – Она всегда говорит милым девушкам такие вещи. – Ты ревнуешь, – сказала Харука, гордясь тем, что вызвала гнев своей девушки. Мичиру нежно улыбнулась, покачала головой, но ничего не сказала. – Итак, вы идете? – спросила Харука, доставая лишнюю пару билетов. Ранма и Аканэ переглянулись, затем Аканэ кивнула. – Да. Харука, Мичиру, Ранма и Аканэ прибыли в парк минут через десять. Это было красивое место; в центре парка был небольшой пруд, там пары могли арендовать прогулочные лодки. Над прудом склонилась большая роща вишневых деревьев, пусть даже они сейчас и не цвели. С другой стороны пруда был красивый цветник. Рядом с вишневой рощей была сцена, у которой сейчас собралась большая толпа. Аканэ никого здесь не знала, также как и Ранма. Пары собирались у сцены, и четыре девушки направились туда же, когда женский голос прокричал: – Харука-сан! Мичиру-сан! Харука с компанией обернулись. Пять девушек стояли рядом, глядя на них. Все они были красивы. У первой были голубые глаза и длинные светлые волосы, спускающиеся по ее спине. Глаза второй были зеленые, каштановые волосы собраны на затылке в конский хвост. Третья была голубоглазой с короткими синеватыми волосами. У четвертой были длинные черные волосы и темные глаза. Последняя – та, что обратилась – была еще одной блондинкой. Ее глаза были синими, а волосы были уложены в странном стиле. – О, булкоголовая, – улыбнувшись, сказала Харука. – Кто твои друзья, Харука-сан? – спросила одна из блондинок. Харука глянула на Ранму. – Саотоме Ранма, – сказала Ранма. – Тендо Аканэ, – сказала Аканэ и поклонилась. – А вы? Минако ярко улыбнулась. – Я Айно Минако, – взволнованно сказала она. – А это… – девушки по очереди заговорили. – Кино Макото. – Хино Рей. – Мидзуно Ами. Рада познакомиться! – Э-э? А где Мамо-тян? Все остальные растерялись. – Это Цукино Усаги, – сконфуженно сказала Рей. – У-СА-ГИ! Стоит уделить немного внимания, когда с тобой знакомятся! Усаги ясно улыбнулась, поворачиваясь к Ранме и Аканэ. – А! Рада познакомиться, – сказала Усаги. Мичиру и Харука явно развлекались. – О, конечно, – сказала Ранма, неуверенно глядя на девушек. – Вы извините Ранму, – сказала весьма удивленная Аканэ. – Он не привык, когда вокруг так много девушек и ни одна не хочет выйти за него или убить его. Все странно взглянули на Аканэ. Ей потребовалось лишь мгновение, чтобы понять, почему это прозвучало странно. Она так привыкла называть Ранму "он", что ей даже не приходило в голову, что для людей, не знающих о проклятии или не живших в Нэриме действительно странно слышать, как красивую девушку называют мужским местоимением. Аканэ сильно покраснела, смущенная своей ошибкой. – Неужели у них "такие" отношения? – шепнула Минако Рей. – Возможно, – кивнув, шепнула Рей в ответ. – Хотя Ранма и не выглядит так круто, как Харука. Ами очень старалась сделать вид, что не слушает, а Ранма, хоть и расслышала шепот, не поняла смысла. – Тебя воспитывали как мальчика, Ранма-сан? – спросила Усаги. Ранма подняла взгляд – и Аканэ заметила, что ее гордость сейчас заставит ее ляпнуть лишнего, но Аканэ вклинилась быстрее, чем у той была возможность объявить о своей мужественности. – Это ужасно, не правда ли? – быстро сказала Аканэ. – Ее отец хотел мальчика, так что он забрал ее в десятилетнее путешествие, обучая боевым искусствам, воспитывая ее в дороге как мальчика! Глаза девушек широко распахнулись. – Это ужасно! – воскликнула Усаги. – Ты, должно быть, очень рада вернуться из этой поездки, Ранма-сан. Притворяться мальчиком действительно сложно. Ранма и Аканэ изрядно напряглись. – Ну, – понятливо сказала Ранма, – верно. Однако Макото выглядела заинтересованной. – Какие боевые искусства ты практикуешь, Ранма-сан? – спросила она. – Беспредельные Боевые Искусства, – гордо ответила Ранма. – Их практикуют только две семьи, но это очень мощный стиль. А ты ведь занимаешься Кэмпо? Макото кивнула. – Как ты узнала? – спросила Усаги. Макото посмотрела на Усаги. – Бойцы могут ощущать боевой дух других, Усаги-тян. – О-о-о, – протянула Усаги, переводя взгляд с Ранмы на Макото и обратно. Она не могла ощутить у них никакого "боевого духа". Она чувствовала только раздражение Рей. – Пойдем, Ранма-сан. Аканэ-сан. – Сказала Харука, прерывая их, прежде чем разговор мог бы продолжиться дальше. – Если мы не выйдем на сцену, они начнут без нас. – Нам пора, – улыбнувшись, сказала Аканэ. – Nice meeting you! – отозвалась Усаги на своем плохом английском. Две пары поднялись на сцену. – Итак! – сказала организатор мероприятия, делая шаг вперед, чтобы посмотреть на пары. – Проходите, и мы начнем, как только вы запишите свои имена в поле "пары" на большой доске. Все пары так и сделали, и когда Ранма и Аканэ писали свои имена в поле "пар", организатор смотрела на них очень странно. – Вы пара? – спросила она. Ранма покраснела, но Аканэ отчаянно кивнула. – А в чем проблема? – спросила Аканэ. – Нет, никаких проблем, – покачала головой организатор. – Мы просто такого не ожидали. Наслаждайтесь конкурсом! Они поднялись на сцену, и Любовный Конкурс начался. Первый конкурс был достаточно прост: все "девушки" ушли за большой черный занавес, который спрятал примерно половину сцены. Затем они просунули руки через отверстия в нем. Ведущий обратился к парням (плюс Ранма и Харука, хотя Харука могла сойти за парня в этот раз). – Правила первого конкурса просты. Насколько хорошо вы знаете свою девушку? Сможете ли вы найти их только по руке? – Он посмотрел на группу парней, а затем указал на Харуку. – Давай, сынок, начинай. Харука немедленно подошла к занавесу и взялась за одну из торчащих рук. – Хорошо! – сказал ведущий. – Без всяких сомнений! Он сделал свой выбор. А теперь, – ведущий взглянул на доску, чтобы найти имя Харуки. – Харука, позовите вашу девушку, и мы увидим, не ошиблись ли вы. – Мичиру, ты можешь выйти, – сказала Харука. Мичиру вышла из-за занавеса. Харука выбрала правильно. Толпа ликовала. – Теперь пойдет… – ведущий взглянул на Ранму, – прекрасная молодая леди, мучающаяся от запретной любви! – Его выступление было настолько мелодраматично, насколько было возможно. Толпе это понравилось, звучали громкие возгласы. – Саотоме Ранма, найди свою девушку! Ранма взволновалась, но отказ умер у нее на губах. Она уже согласилась на этот вызов, и теперь не было никакого способа отступить. Она тщательно изучала торчащие сквозь занавес руки, а время уходило. – Она не кажется мне такой уж уверенной! – сказал ведущий. – Но кто знает? Может, ее любовь поможет ей сделать правильный выбор. Поверь в себя, девочка! Пусть сила любви ведет тебя! Ранма метнула на ведущего недоверчивый взгляд, а затем подошла и взяла руку Аканэ. – Отлично! А теперь позовите свою девушку, и мы увидим, что вы правы! – Эй, Аканэ, – сказала Ранма так небрежно, как только могла. Аканэ вышла из-за занавеса, и толпа взорвалась в криках и аплодисментах. Соревнование продолжалось, и Харука и Мичиру побеждали почти в каждом конкурсе. Ранма и Аканэ шли за ними почти вплотную, но им было сложно соперничать с другой парой девушек. Затем пришло время для финального конкурса. – Отлично! Вы все очень, очень хороши, но теперь пришло время для последнего состязания! – Ведущий выглядел очень взволнованным. – Правила просты: парень должен признаться в любви своей девушке. Аудитория будет судить, чье признание было самым трогательным, и те, кто получат наибольшее количество аплодисментов, победят! Готовы ли вы показать всем, насколько чистое у вас сердце? Возгласы доносились из толпы, но при упоминании "чистого сердца" глаза Харуки и Мичиру сузились, и они обменялись взглядами. – Первыми будут Харука и его девушка, Мичиру! Харука и Мичиру подошли к подиуму, и все затаили дыхание, с надеждой ожидая признания в любви. Харука взглянула на Мичиру, та кивнула. – Шоу окончено, – сказала Харука. – С этого места мы удаляемся. Мы это все не серьезно, однако, похоже, что мы можем победить. – Она подарила Мичиру любящий взгляд. – А победить должна настоящая любовь, – с иронией сказала она. – Любовь – это все! – Они сошли со сцены, взявшись за руки, оставив позади ошеломленную аудиторию. Ведущий выглядел взволнованным, но быстро собрался. Он позвал следующую пару, и парень немедленно признался в любви своей девушке. Зрители приветствовали их, а затем пошла следующая пара. Так продолжалось некоторое время, пока, наконец, очередь не дошла до Ранмы. Ранма и Аканэ поднялись на сцену, и Ранма уставилась на толпу в состоянии, близком к панике. – Все в порядке, Ранма, – тихо рассмеялась Аканэ. – Это игра. Кроме того, никого из Нэримы здесь нет, и они не услышат ничего, что ты скажешь. Ты можешь говорить что угодно, они никогда не узнают. Это помогло, немного. Ранма тяжело сглотнула и повернулась взглянуть на Аканэ. И молчала. Молчала примерно тридцать секунд. – Ты сделаешь это, Ранма-сан! – ободряюще крикнула Усаги. – Ты сделаешь это! – вторила ей Минако. – Аканэ, я, э-э… – не слишком уверенно начала Ранма. – Ты же знаешь, что я плохо обращаюсь со словами. Но если мне нужно это сделать, чтобы все закончить, я это сделаю. Толпа не знала, как на это реагировать, но Аканэ улыбнулась. – Просто сделай все возможное, – сказала она. – Я знаю, что между нами не все было хорошо. Мы все время дрались, и всегда были люди, пытающиеся нас разлучить. Но когда я увидела тебя на горе Феникса, и я даже не знала, жива ли ты еще, я… – она умолкла, затем попробовала снова. – Слушай, Аканэ. Хоть твои бедра и немного толстые, грудь могла бы быть и побольше, и… – она снова умолкла, заметив смертоносный взгляд Аканэ. – Э-э, знаешь, ты можешь быть немиленькой пацанкой, но ты моя немиленькая пацанка и я… – Она снова замолчала, с трудом выдавливая из себя то, что хотела сказать. – Я лю… я… л… люблю тебя, – выговорила она, наконец, и ее голос наполнился уверенностью, – больше, чем кого-либо в мире. Долгая тишина. Затем толпа взорвалась в криках и рукоплескании. Аканэ сперва была зла, сердясь на Ранму за порчу этого момента, но потом, когда она, наконец, сказала то, что она пыталась сказать, смысл плохо подобранных Ранмой слов пронзил ее сердце, и она посмотрела на него в изумлении. – Ранма… – изумленно сказала она. Аудитория продолжала вопить, и ведущий сделал шаг вперед. – Я думаю, всем ясно, кого выбрала аудитория. Дамы и господа, наши победители! Приветственные крики становились все более и более громкими, когда Ранму и Аканэ подвели к статуе Афродиты перед сценой. – Теперь, – сказал ведущий, – положите руки на статую, и ваша любовь будет вечной! Ранма положила на нее руку, и Аканэ через мгновение присоединилась к ней. Статуя ярко засияла зловещим светом. В выбросе энергии Ранма и Аканэ были отброшены. Когда свет исчез, на месте статуи стоял Даймон. – ВЕНЕРА! – заявил Даймон, принимая форму прекрасной золотоволосой богини с каменной плотью. – Да вы издеваетесь, – сказала Ранма, пятясь от него. Даймон-Венера жадно посмотрела на Ранму. – В твоем чистом сердце может скрываться талисман, девочка! – Она свела руки вместе, и черная звезда появилась там, где они соединились. – Отдай его мне! – Она выстрелила зарядом черной энергии в Ранму, но Ранма прыгнула в сторону. – Ложись, Аканэ! – сказала Ранма. Ведущий исчез, и вперед вышла организатор мероприятия, она сбросила маскировку, оказавшись Каоринайт. Она расхохоталась. – Забери ее чистое сердце, Даймон! Толпа разбежалась. В этот момент одновременно крикнули полдесятка женских голосов, хотя сами крикнувшие были скрыты вишневыми деревьями: "MERCURY STAR POWER! MAKE UP!", "VENUS STAR POWER! MAKE UP!", "JUPITER STAR POWER! MAKE UP!", "MARS STAR POWER! MAKE UP!" и, наконец, "MOON COSMIC POWER! MAKE UP!" Сияние разлилось из-за вишен, и все в удивлении повернулись, чтобы увидеть выскочивших на открытое пространство Внутренних Сенши. – А ну стоять! – крикнула Сейлор Мун. – Любовь есть любовь, будь то между мальчиком и девочкой, мальчиком и мальчиком или девочкой и девочкой! Разрушать свет любви, который они, наконец, зажгли, даже если Купидон простит тебя, я тебя не прощу! Я Сейлор-воин любви и справедливости, Сейлор Мун! – Сейлор Марс. – Сейлор Меркурий. – Сейлор Юпитер. – Именем Луны, я покараю тебя! – Не ты настоящая Венера! Я! Именем Венеры, я покараю тебя! Ранма недоверчиво покачала головой. Отвлекшись на ужасные разглагольствования Сейлор Сенши, она была почти поражена другим зарядом темной энергии. – Уходи отсюда, Аканэ! – закричала она. – Я разберусь с этим! – Я не собираюсь оставлять тебя, Ранма, – посмотрела на Ранму Аканэ. – Я тоже мастер боевых искусств! – Она бросилась вперед и в прыжке пнула Даймона. Даймон обернулся. – Ты ведешь себя неподобающе девочке! – сказал он, посылая заряд темной энергии ей навстречу. Аканэ нырнула в сторону и перекатилась на ноги, только чтобы обнаружить перед собой еще один заряд. На этот раз она знала, что не могла увернуться. В последнюю секунду Ранма сбила ее с пути, принимая удар на себя. Мгновенно Ранма рухнула на землю, и сияющий кристалл выплыл из ее груди. Она тупо смотрела в небо, глаза были совершенно пусты. – РАНМА! – закричала Аканэ. Хотя она никогда раньше такого не видела, Аканэ откуда-то знала, что это; "кристалл чистого сердца" – пришло ей в голову. Каоринайт бросилась забрать кристалл сердца, и Аканэ кинулась ей наперехват. В это время Даймон обратил свое внимание на Внутренних Сенши. Даймон-Венера напряженно сосредоточился, а затем, как могла заметить Аканэ, Внутренние Сенши просто… остановились и стояли, тупо уставившись перед собой. – WORLD SHAKING! DEEP SUBMERGE! – Пролетели две энергетических сферы, ударив Даймона в голову, впечатывая его в сцену. Даймон встал, отряхнулся, и уставился на Внешнюю Пару. – Время сражаться, а не ловить всех в иллюзии, – сказала Уран. Это, кажется, встряхнуло Внутренних Сенши, и, спустя мгновение, бой разгорелся всерьез. Каоринайт раскрыла ладонь и отправила в Аканэ заряд темной энергии. Аканэ упорно стояла на ногах, глядя на рыжеволосую женщину. Она была между Каоринайт и Ранмой, и она собиралась защищать своего жениха до самой смерти. – Ты не можешь победить, девочка, – сказала Каоринайт. – Отдай кристалл сердца, и я оставлю тебя в живых. – Ты его не получишь, – яростно ответила Аканэ. – Я не дам тебе убить Ранму! – Как трогательно. К несчастью, тебе бы еще десять лет подготовки, чтобы сражаться со мной. – Волосы Каоринайт выросли с невероятной скоростью, и быстрее, чем Аканэ успела среагировать, они обернулись вокруг ее горла и подняли ее в воздух. Она схватилась за волосы на ее горле, но не смогла ослабить их захват. Она начала задыхаться. Мир пошел чернотой. А затем… – KIJIN RAISHU DAN! – прокричала Ранма, отсекая вакуумным лезвием выросшие волосы Каоринайт. Волосы Каоринайт вернулись к норме, и она в шоке уставилась на Ранму. – Невозможно! – сказала она. Ранма, бледная, едва способная двигаться, стояла на одном колене, глядя на Каоринайт. – Я не позволю тебе… причинить боль… Аканэ… Каоринайт раскрыла ладонь и послала в Ранму заряд темной энергии. Он ударил девушку с косичкой в грудь, и она, едва дыша, рухнула. Каоринайт поморщилась, когда поняла, что Сенши расправились с ее Даймоном. Черт. Пора было снова отступать. – Вам всем бы еще десять лет подготовки, чтобы сражаться со мной, – сказала она. – Я так не думаю! – прокричала Аканэ, ее боевая аура проявилась явно. Черная звезда мерцала у нее на лбу. Каоринайт обернулась… и застыла. Она с удивлением ахнула. – Эта сила!.. Теперь Сенши атаковали ее. Она раскрыла ладонь, чтобы бросить в них заряд. Ничего. Запаниковав, Каоринайт сосредоточилась, пытаясь телепортироваться отсюда. Ничего. Каоринайт с отчаянием посмотрела на Аканэ. – Мы на одной стороне! – закричала она. – Вы должны помогать мне, а не сражаться со мной! Аканэ смотрела на женщину. – Сейлор Мун! – позвала Венера. – Давай! – MOON SPIRAL HEART ATTACK! Аканэ недоверчиво уставилась, когда Сейлор Мун атаковала Каоринайт энергетическим зарядом в форме большого красного сердца. Тем не менее, какой бы ни была его форма, он оказался невероятно эффективен. Когда заряд ударил ее, Каоринайт вскрикнула, а когда свет погас, никаких признаков ее тела не осталось. Сенши испустили коллективный вздох облегчения. – Ранма! – сказала Аканэ, вдруг сообразив, что девушка с косичкой на грани смерти. Она все еще лежала там, едва дыша, и странный светящийся кристалл парил над ней. Аканэ протянула руку, чтобы взять кристалл, только чтобы его вырвала у нее из рук Сейлор Нептун. – ЭЙ! Ему это нужно! – сердито сказала Аканэ. Нептун проигнорировала ее, изучая кристалл. – К сожалению, – сказала она через минуту, – это не Талисман. – Она вернула кристалл Аканэ, которая толкнула его обратно в грудь Ранма, ее гнев стих. Сенши, и Внутренние, и Внешние, быстро покинули место происшествия. А вдали Эвдиал задумчиво нахмурилась, опуская бинокль. Каоринайт была убита Сейлор Сенши. Это было проблемой. Не непреодолимой, но проблемой. Но эта девушка… что-то в ее силе казалось… знакомым. Может быть, рыжая, в конце концов, выбрала неверную цель… Несколько часов спустя Ранма и Аканэ возвращались к станции метро Адзабу Дзюбан. Сперва они молчали. Солнце садилось, и несколько ярких звезд, способных проникнуть в световое загрязнение вокруг Токио, только начинали сиять. Они уже были на полпути к станции, когда Ранма, наконец, нарушила молчание. – Я нарушила слово, Аканэ. – Хмм? – спросила Аканэ, взглянув на Ранму. – Я использовала Ямасэн-кен. Я обещала бате, что воздержусь от этих приемов, но я использовала их. Аканэ закатила глаза. – У тебя не было другого выбора, Ранма. – Я знаю. Просто… ты думаешь, что обещания можно не выполнять только потому, что это сложно? – Ни одно обещание не стоит чьей-то смерти. Ранма едва кивнула. Остаток пути до станции они прошли молча. До поезда Аканэ было еще пять минут, когда она повернулась к Ранме посреди переполненной станции метро. – Ты знаешь, я никогда не думала, что на самом деле увижу Сейлор Сенши. Они всегда казались мне просто городской легендой. Ранма нервно рассмеялась. – Ага, городская легенда, – отозвалась она. – Ну, я хорошо провела время. Спасибо, Ранма. – Аканэ улыбнулась, и они сблизились, чтобы поцеловаться, а затем… – РАНМА! КАК ТЫ ПОСМЕЛ ПОПЫТАТЬСЯ ПОЦЕЛОВАТЬ АКАНЭ! Ранма наклонилась, и град желто-черных бандан пролетел через место, где только что была ее голова Аканэ была разочарована. Момент был упущен. Опять. – Блин, Рега, чего тебе надо? – спросила Ранма, поворачиваясь к вечно теряющемуся парню. – Когда я услышал, что ты, как трус, прячешься в Минато, я не поверил, но теперь я вижу, что Хаппосай не лгал. Ранма… ГОТОВЬСЯ К СМЕРТИ! – Рега прыгнул вперед, чтобы сокрушить Ранму зонтиком, но Ранма легко метнулась в сторону, и Рега вместо этого сделал небольшой кратер в бетонном полу. – Хаппосай, – сказала Ранма, – старый урод наверняка растрепал всем. – Ранма, берегись, – крикнула Аканэ. – ДЕВУШКА С КОСИЧКОЙ! – заорал Куно, прыгая и хватая Ранму сзади. Застигнутая врасплох, Ранма вскрикнула от возмущения, когда Куно крепко сжал ее груди своими руками. – СДОХНИ! – закричала Ранма, запуская Куно в стратосферу. – УБИТЬ ПОМЕХУ! – прокричала Шампу, и Аканэ метнулась в сторону, а Шампу врезалась в землю, где та только что стояла. О, черт. Шампу почти увидела поцелуй? Это не хорошо. Это совсем не хорошо. Но плюс в том, что поезд Аканэ прибыл. – Моя дорогая Шампу! Вернись ко мне! – заорал Мус, присоединяясь к драке – УХОДИ, ГЛУПЫЙ МУС! – закричала ему Шампу. На несколько минут все переросло в бесконтрольную драку, пока поезд Аканэ не стал отходить от станции. – Ранма, поезд! Ранма подняла взгляд. – Давай, Аканэ, – сказала она, подхватывая невесту на руки. – Уходим отсюда! – Стой, Ранмааааааа!!! – ее слова превратились в панический вопль, когда Ранма взяла ее на руки и понеслась к поезду. Девушка с косичкой уворачивалась и уклонялась, прокладывая свой маршрут через град цепей, кинжалов, поршней, кухонных раковин, и другого скрытого оружия, бросаемого Мусом. Ранма спрыгнула с одной из опорных стоек метрополитена и приземлилась на крышу поезда. – Ранма, ты трус! – звал Рега, догоняя разгоняющийся поезд, вертя бандану в руках. – Как ты смеешь убегать! – Он бросил бандану вслед уклоняющейся девушке с косичкой, и Ранма нырнула в последний момент; бандана проделала в стенке поезда отверстие, достаточно большое, чтобы пролезть. – Эй, спасибо, Рега! – отозвалась Ранма, когда теряющийся парень исчез вдали. Аканэ посмотрела на Ранму, затем на открытую дыру в поезде, пожала плечами и легко скользнула внутрь. – Увидимся позже, Аканэ! – сообщила Ранма в дыру. Вопреки себе, Аканэ рассмеялась. – Лучше поспеши, глупый, или будешь целую вечность возвращаться на станцию. Ранма спрыгнула с поезда и пошла вдоль подъездного пути, проходящего рядом с колеей. Примерно на полпути к станции она наткнулась на место, где Рега, видимо, заблудился – это был неожиданный поворот в проходе и новый туннель размером с человека, вырезанный в стене. Она закрыла лицо руками. Рега был совершенно безнадежен. Когда Ранма вернулась на станцию Адзабу Дзюбан, большая ее часть была оцеплена полицией, получившей такие описания как "безумные мастера боевых искусств, или, возможно, атакующий монстр". Нэримская Команда Разрушителей исчезла. Тем не менее, когда она возвращалась домой, Ранма не смогла удержаться от вздоха. Она действительно надеялась, что здесь все будет иначе. Что, возможно, она сможет всего избежать. Помолвки, соперники… она думала, что, может быть, в Минато сможет начать новую жизнь. Все получилось совсем не так, как она хотела. Но тогда как? Сияли звезды, пронзая туман вокруг Токио. Луна над Парком Влюбленных была ярка. Но в парке была тьма, которую ни свет звезд, ни серебро луны не могли изгнать. Там. Он ползал по траве, и свет казался менее ярким там, где он побывал. На том самом месте, где в этот день пал Даймон, ползал Глубоководный, собирая информацию для своих хозяев. Здесь умер Даймон, а также нечто, хуже Даймона: ведьма, проникнутая силой Фараона 90. И что-то еще было здесь… что-то темное. Он рассек ладонь своим когтем. – Йа, Шаб-Ниггурат, – прошептал он и забормотал короткие, кощунственные молитвы существу, к которому он воззвал. Затем он брызнул на землю кровью. Кровь зашипела и закипела, собираясь воедино в форме звезды. Черной звезды. Глубоководный посмотрел на изображение, а затем встал на задние лапы, царапая подбородок. Мастера должны узнать об этом. Если один из икры Фараона 90 был здесь, все совершалось гораздо быстрее, чем они ожидали. Он повернулся и направился к ближайшему канализационному люку. Он не прошел и половины пути из парка, когда крик "DEEP SUBMERGE!" пронзил ночь. Сфера голубой энергии прилетела из тени под вишневыми деревьями. В начале пути она кратко осветила фигуры двух человеческих самок. Атака взорвала верхнюю правую часть груди существа и отправила его на землю уже мертвым. Спустя мгновение Сейлор Уран и Сейлор Нептун вышли из тени и посмотрели на быстро растворяющиеся останки твари. – Новый враг, – сказала Уран, чувствуя изрядное отвращение к появившемуся существу. – Похоже на то, – ответила Нептун. – Нам стоит быть осторожнее. Море волнуется…