Пересечение диагоналей сновидений

Велений судьбы нельзя было избежать. Как и злого рока, преследующего меня. До поры до времени я ускользал от смерти, как песок сквозь пальцы, но вот пришло время. И я провалился в Неизвестность, насыщенную чернёным Хаосом. Здесь было пусто. Нельзя было дышать и видеть. Поражала глубина пропасти, в которую проваливался. Казалось, будто падал ты вечность, а чернильно-чёрная дыра затягивает тебя, чтобы присвоить себе очередную человеческую душу… Страх овладел мной. И в тот момент… Нет. Я сомневаюсь уже, что это был лишь момент. Вся жизнь. Я помнил, как цепкие бледные пальцы, излучающие холод, схватили меня и развернули назад. Лицо, испускающее ледяное спокойствие, проговорило тихо, едва слышно: «Рано». И лица я толком не помнил. Только… холод. И цепи на горле, как будто сразу спёрло и лёгкие, и гортань. Ни капли воздуха. А когда очнулся, увидел Баку. Мне было плевать, что друид спокойно стоит на ногах и весьма резво размахивает каким-то веником над моей головой. Ведь я проснулся с ясной головой. И ни одно воспоминание не покинуло меня… Поэтому… сразу, как пришёл в себя, я не смог ни о чём спросить, кроме как: — Кто-нибудь приходил? «Я очень рад, что ты очнулся, Эйден, — сказал Баку взволнованно, — но, быть может, вопросы позже? Тебе нужен отдых. Иначе ты в очередной раз потеряешь сознание». — Баку, по… пожалуйста… Друид был прав. Я терял сознание быстрее, чем сам того ожидал. «Никто не приходил. А теперь я хотел бы, чтобы ты ещё раз выспался. Но уже здоровым сном. — Он протянул мне чашу с булькающей жидкостью зеленоватого цвета. — Выпей». Тошнотворная кислотная жидкость со скрипом вливалась мне в пищевод, а горло безжалостно суживалось после очередного глотка. Зато сразу же я почувствовал лёгкость, дуновение ветра над головой… Откуда здесь ветер?.. И стал проваливаться в безмятежный сон. С того дня я стал изолирован от внешнего мира. Никто не приходил — а я никого и не ждал. Мои передвижения ограничивались подъёмом, скудным завтраком и ужином, а затем сном. Из-за заклятья, наложенного на меня Феррейганом, я едва не отправился в Шин-Дар-Мо — так называемый «тот свет» в этом мире. И то ли это последствия магии, то ли стресса, но я больше не мог видеть сны. Спал часто, но ни один из снов не запоминался и не предсказывал будущее, как когда-то. Баку я выложил правду: Ночной Демон собирался убить меня, лишив воздуха. Да, изощрённые методы, но ему виднее, коллекционеру трупов. К сожалению, друид не знал, что за заклинание могло вызвать мою, как оказалось, четырёхдневную кому с последствиями. У меня пропал аппетит. Без посторонней помощи я не мог поднять руки. Голова постоянно болела, как от горячки. Уровень сонности вырос до ста. Я превратился в самый настоящий овощ. Разве что с весьма-таки неплохо функционирующим мозгом. Я планировал, как приду в себя, поспрашивать друида кое о чём. Во-первых, о той траве с бусиной, которую отчаянно я прятал в кармане джинсов, чтобы раньше времени не нашли. И я не мог не интересоваться моим демоном-покровителем и чуть сдерживал себя — не спросить Баку о нём, пока не выдастся шанс, иначе пойдут ненужные вопросы, да хотя бы этот: «Кто тебе рассказал о том, что покровитель отвечает за предзнаменование?». Скажу, друиды? Я с ними не общаюсь, да и Баку запретил о своём покровителе трындеть почём зря. Плохой момент, всё-таки. Мучительно тянулись две недели, за которые я, как говорил Баку, с помощью его настоечек и припарок должен был встать на ноги. В этом мире я уже проживал вот как месяц, и недавно понял, что начал скучать по своему миру. Лёжа в кровати и безучастно глядя, как Баку сортирует травки, задумался: а так же ли время проходит и на Земле? Уже забыли обо мне Ханс и остальные? А Джин — она скучает по мне или… радуется, что избавилась от вечного раздолбая и паразита. Что с моей мамой, я старался даже не думать. Без меня она пропадёт. Всё хотелось зареветь от отчаяния, да останавливал вечно кружащий у постели друид. Мёдом ему было намазано. Не хотел отходить от меня ни на шаг. А я бы всё отдал, чтобы ещё раз оказаться в своём мире. Родном. Таком знакомом и привычном… Даже с удовольствием получил бы нагоняй от Джин за то, что порвал её джинсы, которые она с таким трудом выбирала и заказывала. Наконец настал тот самый день, когда я встал из постели — разумеется, друид поместил меня на своём драном ложе, а не разваливающейся скамье — и отправился во дворец. Баку всячески препятствовал моим поползновениям поговорить с друидами, ведь у тех с крышей не всё в порядке, а я не тот человек, чтобы закинуть удочку и ждать. Я ныряю с головой в пекло. И то же с друидами. Я сразу для себя решил, что раз Баку не даст ответы на вопросы, значит, это сделают друиды. Главное — подойти к делу с осторожностью. Меня не ждали. У дворцовой стражи при моём прибытии выкатились глаза на лоб. Если они из штанов не повыпрыгивают, то и я буду счастлив. А пока пусть попридержат алебарды в трясущихся ручках и прекратят шептаться, пока я подхожу к ним. Некультурно же. Первый крайне невнятно поприветствовал, пройдясь алебардой по жёсткой земле, а второй с перепугу заскрежетал зубами. Была бы это злость, я бы ещё понял. Но на лице у него явно обрисована другая эмоция. — Утречко доброе, — хмуро поздоровался я. — Я во дворец. Пройти можно? — Конечно! — Р-разумеется! Странно. Моя персона навряд ли должна вызывать трепетный ужас в голосе. Или Баку опять споил мне очередную бяку, из-за которой я похож на пугало? — А, здорово… Только не сообщайте принцу и принцессе, будьте добры. Я тут инкогнито и на краткий срок. — Простите, это против правил, — чуть-чуть, будто робко, повысил тон один из стражей. Я не сразу уловил, что меня так смутило в обращении… Потом дошло. Я достаточно долго пролежал у Баку, что мне уже «выкают»? — Но мне надо. — Сам я повышать голос на стражей поостерёгся, себе дороже. — Хорошо, а если один из вас со мной пойдёт?.. Ну, или кто ещё? — В зависимости, куда вы направляетесь. — В Общину Друидов. Мне там… Ну, дело есть. Колебались стражники недолго. В принципе, они делали вид, что принимали решения. А по их напряжённым лицам и капелькам пота на висках я уже давно всё понял. И почему они так бояться? Надо в зеркало посмотреться, на всякий случай. — Тогда я сопровожу вас, — вызвался более спокойный. — Ладно. Мне всё равно нужен проводник. Один в этих Залах я либо заплутаю, либо… — Хотел добавить «либо наткнусь на принца», но успел вовремя захлопнуть пасть. К сожалению, второе — гораздо хуже. Не дай Шемар, это произойдёт. Что могло быть хуже, чем бесконечное плутание по коридорам? Такое ощущение, будто и сам стражник не знал прохода в Общину Друидов. Вначале насквозь пришлось пронестись через Лабиринт Духов, где всюду мерещилась всякая дребедень. Клянусь, у них какие-то грибы и мхи на стенах растут галлюциногенные! Стражник пояснял, что этот Лабиринт создан для нежданных посетителей, чтобы задержать их на пути в одну из самых важных точек дворца. И есть один только верный путь, на котором галлюцинации не станут тебя преследовать. Сойдёшь с него — и, считай, ты попал. Далее был зал с оригинальным названием «Сети Эйфдели». Считалось, что Эйфдель — сильнейшая друидка прошлого — когда-то давно при создании дворца наложила весьма мощные чары на эту часть залов. Уже при смерти, даже когда силы почти покинули её, ей хватило сил призвать мощного демона и распылить его Покров, отгоняющий… «злые мысли», скажем так. Как это там сказал стражник? Всю вражескую армию сокрушила неведомая сила, сотворившая из их мыслей неких осьминогов с тентаклями. Последний зал — Зал Кромешной Темноты. Говорят, там настолько темно, что в сумраке можно не только потеряться, но и набрести не в те места и даже не в те измерения. Я бы захотел там заблудиться, но только в том случае, если б конечной целью был мой город на Земле. В противном случае я не желаю очутиться где-нибудь ещё помимо нашего племени… Уж слишком враждебно относятся к нам соседи. Эй, я сказал «нашего племени»?.. Срочно домой! Стражник, наконец, довёл меня до узкой двери, подёрнутой тусклой шторой, словно пеленой, и бросил: — Здесь мы расстанемся. Община Друидов. — В таком случае, удачи на службе. — И вам… сновидец. Немного подумав, я таки улыбнулся ему. Нечасто я разбрасываюсь вежливыми улыбками, особенно с лицами официальными, а тут у нас такой слой общества, что тем более стоит быть особенно любезным. Сразу же меня ослепило. Не знаю, что. Я уже думал, что ослепну от пронзившего меня лучезарного света, похожего на вспышку огня, но вмиг всё окончилось. Когда я снова привык к необычному освещению, мне предстала на свет легендарная королевская Община Друидов. Община, где каждая стена и каждый угол были целиком и полностью сотканы из песчинок цвета, где он струился лесным ручьём и отражался от кривых зеркал на потолке и на полу. Каждый шаг отдавался гулким эхом, словно я шёл не по Залу, а по горной пещере. Из окон лился свет — магический, ведь никакого солнца и в помине не было. Я даже не сомневался, что и ночью здесь так же светло, как и днём. Я шёл дальше. Чем глубже я заходил, тем нагромождённее становился Зал. Появлялись старинные шкафы с ветхими жёлтыми рукописями, которым, без сомнений, столько же лет, сколько и этому дворцу. Тумбы с алхимическими ингредиентами и травами, а также столы с оборудованием, ничем не уступающим нашему на уроках химии. Кое-где возникали друиды, не замечавшие меня в упор. Сновали там и тут и корпели над своими зельями, дымящимися в ступках. Вскоре начались разветвления. Я понятия не имел, куда сворачивать. Мне нужен был человек — точнее, важный друид, — способный просветить меня сразу в двух вещах. Тут, как минимум, босс друидов понадобится! Недолго думая, я схватил одного из друидов за их мантию. Друид тут же дёрнулся, принимая боевую позицию, и чуть ли не заорал во всю мочь, кажется, что на их территорию проник враг. Но вовремя одумался. Потому что я стал понимать, что шрамом не отделаюсь, если он подумает пальнуть друидским пламенем. — Ты кто, мальчик? — спросил он раздражённо, но облегчённо одновременно. — Эйден, — представился я, перво-наперво. — Я хотел поговорить с вашим… начальником. К вам применимо это слово? — И насчёт чего хотел поговорить, сновидец? О, так он узнал меня? Неплохо знают друиды моё имечко! Неплохо было бы и в лицо. Хотя, как вижу, он разочарован в моём внешнем виде. Представлял меня несколько иначе. — Насчёт моих… снов. Да, снов, снов, снов. — Хочешь поговорить с Мер-Даусом? — Ну, если он главный… — Тогда иди за мной. В полном молчании друид повёл меня в одну из веток коридора. При этом мне нужно было бежать за ним, не отставая, потому как этот народ оказался чрезвычайно проворен, и я скакал, как угорелый, только чтобы догнать этого доходягу в мантии! А от того, с каким важным лицом он чеканил шаг, аж мутило! В итоге он вывел меня в небольшой узел, до отказа забитый тумбами с ингредиентами и принадлежностями для готовки зелий и снадобий. А слева — маленькая, крохотная двёрка ему по грудь, в которую и я, согнувшись, едва протиснусь! — Тут жди, — грубо бросил друид и скрылся в проёме, прикрыв за собой створки. Что происходило за той стороной, было мне неизвестно. Я просто представлял, что этот Мер-Даус — толстенький и неповоротливый старичок мне по пояс… с невероятной силищей, да такой, что одним пальцем Ночного Демона по голову в землю вдавит! Фантазия разыгралась не на шутку, и я позволил себе улыбнуться. А уж мудрости сколько у этого старика… Но уж, скажем, столько же, сколько и гордыни. Наверняка. Время шло, а результата никакого. Со скуки я стал рассматривать алхимические детальки. Зевал. Долго пересыпал песочек из одного флакона в другой — уверен, ничего худого из этого не выйдет. В конце концов, так заскучал, что сам стал зачитывать вслух то, что было написано на развёрнутом свитке, приметно лежавшем у меня под носом. — Ну-ну, лучше оставь эту штуку в покое, пока худо не стало! — услышал я насмешливый голос в стороне. — А раз от скуки помираешь, вон, лучше помоги, возьми озь в мешке. Это жёлтая травка такая. Только не весь мешок! И не дыши! Мы же не хотим эпидемии сыпи на всю Общину, а? Скорее от замешательства, нежели от желания повиноваться, я нашарил глазами озь — некое подобие зверобоя с перламутровыми цветочками — и сыпанул в ладошку. Да, такой травой лучше не дышать, я уже и на расстоянии понял, что эффект будет хуже горького перца в носу. Оставил мешок и понёс. Обладателем голоса оказался молодой друид, разбиравшийся с пробирками и сухими специями из трав в мешочках. Стоял ко мне спиной, одной рукой придерживая флакон с мутной жидкостью, а второй зачёрпывая из мешка подобие соли, вприбавок в той же руке одним пальцем удерживая две крохотные связки сухих ягодок. — Взял? — спросил он, казалось, ни капли не напрягаясь. — Да, уже да. — Тогда что ж ты сто… Но прежде, чем он договорил, весь его ингредиентный «шашлык» на руке соскользнул на пол и образовал не лучшего вида красно-оранжевое месиво. — Ничего удивительно, я этого и ожидал, — пожал плечами друид и обернулся. Как и все друиды, он был облачён в молочную королевскую мантию с накидкой на плечах, обшитой неизвестным символом: расписной каплей со спиралью внутри. Похожий на кристалл амулет висел на шее и отсвечивал зеленоватым. Угольно-чёрные волосы, заплетённые в хвост плотной лентой, аккуратно ложились на плечо. Чёлка, выбивавшаяся с причёски, заслоняла весь лоб, чуть прикрывая глаза. На губах играла ироничная улыбка, а вздёрнутый нос напоминал несмышлёного школьника-проказника. Но не это самое важное. Друид был слеп. И глаза его были закрыты. — Зачем тогда взялся? — не нашёлся я, что ответить. — Ты это о чём?.. А-а-а, ты про это небольшое недоразумение. — Друид пальцем побарабанил у века. — Да я вижу. По крайней мере, того, что доступно моему взору, мне достаточно. — Как это? — растерялся я. — Мой амулет, видишь? Висит на шее. Это пещерный изумруд, растущий под каплями сталактитов. Особая штука. И, разумеется, он не пустой. — У тебя демон? — Конечно, кто ж ещё. Духов пока никто призывать не научился. А ему палец в рот не клади. Скорее всего, это ученичок друидов. Взяли пацанёнка с улицы, а у него манер с мой мизинец! — А что за демон у тебя? — вдруг заинтересовался я. — Так уж я тебе и скажу… — Друид засмеялся, так заразительно, что и мне захотелось улыбнуться. — Шучу. Любопытно? Ничего особенного. Светлоликий Жрец Лучей. Иными словами, я создан, чтобы помогать людям, нести добро, быть лекарем… — Друид развёл руками. — И всё для людей, как говорится. Мне не показалось, или он сказал «я создан»?.. Он знает о предназначении, что несут демоны? Хотел уже спросить, но друид прервал: — А ты что у нас, к Мер-Даусу? — Вроде того. — Пф. Спорим на золотой, что старик тебя не примет? — Это как знать, как знать… — Да знал бы он, кто я, так не говорил! — Не примет, не примет, — категорически отрицал друид. — Мер-Даус у нас та ещё леди… Тут особый подход нужен, дружок. Вряд ли ты обеспечишь ему его. Ну, от такой наглости у меня аж уши заложило, а щёки полыхнули румянцем! — Да ты бы на своё поведение посмотрел! — вскипел я. — На моё? Посмотреть? — смеясь, охнул друид. — Прости, но своего отражения я не вижу даже в зеркале. — Э… Это как так? — быстро забыл про обиду я. — Просто. Видишь ли, моё видение мира в корне отличается от твоего. Я узнаю людей по их духовной силе, а неживую материю воспринимаю по природной энергетике. Сам же знаешь, что каждая материя впитывает в себя её часть, что бы то ни было. А мой дух для меня сродни невидимке. Как собака, что не слышит своего запаха! Понял? — А, да… конечно. — Поэтому, глядя на тебя, я практически уверен, что Мер-Даус не примет тебя. — И что же ты видишь? — М? Что вижу? Твой дух слабее, чем у непробудившегося друида… Сердце твоего амулета не мелькает, не сверкает, не блестит, не темнеет… Я бы и вовсе сказал, что оно у тебя отсутствует, но оно определённо есть! Распознать демона амулета не могу, исходя из вышесказанного, опустим этот момент. Ореол твоей жизненной силы отличается от нашей… Я бы сказал, что такой никогда не встречал. И это не будет ложью. Ты невысокого роста, и твои лунные часы истекли, скажем, на четверть. Пожалуй, всё. Я оказался прав или в чём-то ошибся? О… ошибся? Да у меня уже рот минуты так две не закрывается от полного ступора! Дышу, как рыба, и пытаюсь втолковать, какова же сила этого друида, что он смог одним своим магическим взором прочесть всю мою жизнь! Кто он такой? И почему слеп? Теперь мне это вдвойне интереснее! Особенно тот факт, что зрение ему подарил демон… — Нет, прав, прав, — прошептал я, как в бреду. — Но Мер-Даус всё равно меня примет. — Почему это, Слабый Духом? — Друид тут же сориентировался и дал мне кличку. — Я сновидец. А друида эта новость, как показалось мне, нисколько не удивила. Он лишь хмыкнул, словно подавился язвочкой, и выговорил: — Сновидец? Правда? Ты? — Да, я, — вновь стал наливаться злостью я. — Я тебя, кстати, никогда не видел среди выступавших на битвы друидов. Так что вряд ли ты запомнил меня. — Тут ты прав. Но ничего удивительного нет!.. Ладно, поверю тебе, сновидец… Эх, а ведь я представлял тебя иначе! Сильнее духом, телом, да что уж там приукрашивать! А ты вот какой. Не обидно ли? — Представь себе, там, откуда я родом, я в середнячках. Друид открыто насмехался надо мной, а прямо сейчас и вовсе рассмеялся, задрав голову. Чёлка спала, обнажив широкий бледный лоб. Смех сразу же оборвался, когда маленькая дверь открылась, и выскользнул мой первый проводник. Хмурый, злой, как сто чертей. Но не впервой такому держать себя в руках. И он совершенно ровным тоном мне сказал: — К сожалению, Мер-Даус не смог тебя принять. По соседству друид тихо хмыкнул. — Почему?! — возмутился я. — Мер-Даус занят. Разрабатывает новое заклинание… А ты что смеёшься, Шер? — Друид, как ни сдерживался, мелкие смешки удержать не мог. — Тебе заняться нечем?! И что это за грязь на полу? Что мы тебя попросили сделать? — Рецепт. — Рецепт! Меня раздражает твоя безалаберность. Был бы на то час, я тебя выпорол! — Ну что вы, инвалидов не бьют, — картинно улыбнулся друид. — Ох, не криви душой! Видишь ты лучше, чем каждый из нас!.. — В конце концов, черти унялись, и тот уже спокойнее выдал мне: — Простите, но не сегодня. У нас сейчас много дел. А ты, Шер. — Друид смешно вскинул бровь с закрытыми глазами. — Иди на Площадь. Сейчас Обучения начнутся. Надеюсь, со своими прямыми обязанностями ты справишься. И сто горящих в аду чертей удалились. Я облегчённо выдохнул, ибо мне показалось, что в его присутствии стало… темнее, что ли. А сейчас — снова светло! — Иногда так хорошо — не видеть чужих эмоций, — задумчиво проговорил друид. — Какое оно было? — Что? — Его лицо. Немного подумав, я кивнул себе и утверждено заявил: — Перекошенное! Друид, посмеявшись, стал собирать просыпавшиеся порошки, ягодки и прочую дрянь из мешочков. Так как он показался мне классным парнем, я решил помочь новому другу и, присев на корточки рядышком, стал собирать ошмётки вместе с ним. — Разве тебе никуда больше не надо? — хмыкнул друид. — Нет, теперь уже нет, — покачал головой я. — Хотя я планировал кое-что узнать. — И что же, позволишь полюбопытствовать? Если не хочешь отвечать, можешь не говорить, — поспешно добавил друид. — Да вот хотелось узнать кое-что о предназначениях и… и… И ещё кое о чём. — Что ж, Баку-Ор уже ответы на твои вопросы не может дать? Место, наконец, осталось прибрано, пол выдраен до блеска, и мы встали с колен. Уверен, что со стороны мы были похожи на рабов! Друид осторожно отряхнул подушечками пальцев свою белоснежную мантию. — Ты знаешь Баку-Ора? — удивился я. — Разумеется. Он был моим учителем. Ещё один удар под рёбра! Баку — учитель! Такого в страшном сне не приснится! — Твоим… учителем? — пошире раскрыл пасть я. — Да. А что тебя смущает? Баку-Ор взял меня в ученики, когда пробудился мой дух. И я с радостью принял это предложение. — А почему вышвырнул? — Во-первых, не вышвырнул, а перевёл в королевские друиды, — важно поправил Шер. — А во-вторых, ему было запрещено учить меня… Если желаешь продолжить нашу дружескую беседу, предлагаю перейти к тренировочным залам, а то с меня Гитра три шкуры сдерёт. — Согласен. Меня зовут Эйден, рад познакомиться. — Шер. На самом деле, фамильярное обращение, но я привык уже. Пройдём, я провожу тебя. Мы собрались было идти, но тут я ляпнул: — Эй, Шер, а какого цвета у тебя глаза? Он оглянулся на меня, осмысливая вопрос, и, улыбаясь самому себе, ответил: — Не помню… Уже не помню. До тренировочных залов мы шли неспешным шагом. Такое ощущение, что друид Шер привык всё делать не спеша, никуда не торопясь, думая, что весь мир будет ждать его одного, ещё и усмехаясь собственным шуточкам-прибауточкам. И с первого взгляда было понятно, что самомнения у друида выше крыши — что в наше время на редкость, — но такого я увидеть не ожидал. Скорее с таким ученичком Баку повесился б давно. Крытый ромбовидный Зал по периметру был заполнен друидами. В середине на сером каменном полу, пыхтя и едва ли не припадая на колени, стоически держал руки крестом молокосос в таком же плаще, как и Шер. Но судя по тому, как неподалёку друид-оппонент постарше забрасывал его вихрями сфер, тому недолго осталось. Секунды две-три… А, уже упал. Шер царски занял своё местоположение и, подражая друидам у края зала, создал в воздухе пальцами некий символ. Одна рука осталась свободна, и он поспешил вытянуть её вдоль тела. Как интересно, почему. — Шер, я убью тебя, — прошипел рядом друид, весь в белом, но без накидки сверху. — Извини, минутная заминка, — пожал плечами Шер и замолк. Я долго не понимал, как начать разговор, всё слушая, как друид-наставник отчитывает неудавшегося ученика в центре ромба. — Так ты поговорить хотел, Эйден? — не оборачиваясь, спросил у меня Шер. — О чём? Если о твоих фокусах со снами, то не надо, пожалуйста! С этим лучше к Баку-Ору. И постой у меня за спиной, будь добр. — Он и сам не знает, откуда у меня это, — краешком рта улыбнулся я. — Нет, не об этом. — Тогда что? — Ты говорил недавно о твоём демоне, а ещё упоминал, что знаешь о своём предназначении. Это же тебе Баку сказал, или ты сам как-то до этого дошёл? Шер тут же состроил мне кривую улыбочку: — Эйден, Баку-Ор сам до этого десять лет доходил. Я стал, конечно, тем ещё старпёром в этих хламидах, но уверяю тебя: я не старше принца Феррейгана. Разве что на год, если быть дотошным до возраста. От одного упоминания дьявольской персоны заскрежетали зубы. — То есть ты подтверждаешь? — Что? Что Баку-Ор, самый мозговитый друид племени Фирхъ-Данд, обучил меня премудростям Призыва, а заодно рассказал о призвании каждого демона? Да, конечно. — Тогда ты сможешь рассказать мне… о моём предназначении. — О, так ты жаждешь зна-аний? — сладко протянул Шер. — Жажду, и не только. Я думал, что мне их сможет дать Мер-Даус… — А, не тешь себя напрасно. Старый хрыч может только писать закорючки на пергаменте, а в остальном он полный ноль. Я фыркнул: — А Авелайа ещё говорила, что у вас тут цитадель вежливости… — Хочешь, чтобы я стал таким же сумасбродным придурком, как принц Феррейган? Или принципиальным типом, как Её Высочество Авелайа? А? Не дождёшься! Я ещё желаю сохранить остатки своей индивидуальности. И снова я не мог не покривить физиономией при упоминании Феррейгана. Как хорошо, что я его не видел. Меня либо инфаркт хватил бы, либо… либо он меня на месте за мой рёв внеземной прикончил бы. — Смотрю, ты не слишком жалуешь принца, — заметил я. — Это взаимно, — саркастически ответил Шер. — Интересно, за что же вас не жалует принц… — Шер! В унисон мы оглянулись на злющего друида с чернеющими кругами под глазами. — Сосредоточься! — шипел он. — Или хочешь, чтобы как в прошлый раз?! Шер оставил друиду свою фирменную улыбочку, а сам, уверен я, проигнорировал каждое слово. В центре дохнуло огнём: ученик выжал из своих вялых телодвижений друидский огонь, полыхнувший по всему тренировочному залу. Однако же в шаге от нас он остановился… Как-никак, а именно в этот момент Шер выглядел наиболее собранным, словно глядя в глаза адской пучине в дюйме от него. — Прошлый раз? — вдруг стало доходить до меня. — Он имеет в виду… — Это был несчастный случай, — отмахнулся Шер. — Да и я сам посодействовал, несерьёзно к делу подошёл, дураком был… Всю брань Мер-Дауса перечислять не хочу. — Почему тогда только глаза? — Только глаза? — хохотнул друид. — Нет, не только. Демон помог. Залечил, что мог. Но знаешь, и он не всесилен, как оказалось. Некоторые раны остаются с нами до самой смерти, как… — Глаза, — повторил я, отведя взгляд. — Верно. Но взамен я получил нечто лучше взора простого селянина! Хотя мои сокамерники в белых халатах этого не понимают… — Шер, сощурившись, оглядел соседей по периметру. — И со своей точкой зрения считают меня слепым котёнком. Я же вижу даже лучше их. Любую доступную мне частицу магии. И заметь, со своей феноменальной памятью я могу распознавать людей по духовной силе, встретив их лишь дважды! Распознавать по духовной силе… Вот, почему так опасно иметь его в сражениях с Ночным Демоном, и одновременно же выгодно. Шер его сразу признал бы. — Ты любитель похвастаться, — отмолчавшись, сказал я. — Не без этого, — хитро подтвердил друид. — Баку-Ор внушил мне, что с такой мощью, как у меня, мне не стоит бояться и друидского огня. Думаешь, моя гордость обоснована, как считаешь? — Это уже самовлюблённость, Шер. — Самовлюблённость? Не слышал о таком. Я ученик Баку-Ора, бывшего сильнейшего друида племени. Это уже после него на посту сильнейшего друида засел этот старикан Мер-Даус, а до того Повелитель Демонов знал о другой жизни больше, чем сами жители другого измерения! — Так, стоп-стоп-стоп, — залопотал я, вертя головой. — Ты что же, хочешь сказать, что Баку был королевским друидом? — Эйден, у тебя вроде нет со слухом проблем, или я чего-то не вижу? — усмехнулся мне Шер и тут же напрягся, когда очередное пламя взорвалось в Зале. Когда искры осели, он, наконец, продолжил: — Да, он был сильнейшим! Королевский друид. Главный королевский друид! Из воинов перешёл в королевские охранники… — Охранники? Воины? — Не знаешь структуры? Наверное, это естественно, ты же не так давно у нас. Община Друидов одна, но и у нас своя организация. Одни отправляются воевать, другие остаются в резерве до смерти первых, а третьи защищают короля. Личный эскорт, так сказать. Я, как видишь, ни в один списочек не попал, и тут рождается четвёртая категория — помощники, которых я назвал «домоседами». Я ничего не делаю, кроме того, как обустраиваю тренировочный зал и таскаю ингредиенты и свитки. А ведь такому, как я, могла и перепасть роль учителя… Но ты о чём-то другом спрашивал, да? — Да, — немного раздражённо передёрнул я. — Баку. — О, этот старик дослужился до королевской охраны, он мог спокойно подержать за пятку короля, и его б никто не упрекнул!.. К нему в ученики попасть было высшей заслугой… Можешь считать, что если попал — то это всё, предел, жизнь прожита не зря. — Неужто он был так силён? — Вспоминая дряхлого старика в робе, еле встающего с кровати, я слабо представлял себе его безудержную мощь. — Ещё как! Но в ученики он никого не брал. Говорили, что он не владеет навыками преподавания. А я как его бывший ученик скажу тебе другое: ему нужен был один, но такой, чтобы в будущем стал сильнее его. И смог призвать особого демона. — Особого демона?.. — прошептал я, широко раскрыв глаза. — Но об этом позже. Баку-Ор был одержим Призывом и даже до моего рождения мечтал призвать демонов в наш мир. Сейчас он, правда, понял, что призвать их возможно одним лишь единственным способом: запечатав в амулет. Но тогда же он экспериментировал с чистым Призывом… и Призывом с телом. Как мёртвым, так и живым. Ну что, страшно? — Да ты издеваешься?! — вскрикнул я, отчего стоящие рядом друиды едва ли не порушили границы защиты. Гневно на нас покосились и снова принялись за дело. — Как ему это в голову пришло?! — Не осуждай Баку-Ора, он ведь влюбился в Призыв, как мальчишка, — пожал плечами Шер, говоря таким тоном, словно жалел старого друида. — Думаю, что и ты ему интересен как подопытная свинка… Учти, я вижу, как ты сверлишь меня взглядом, твой эмоциональный уровень становится всё выше и выше, усмири его. Я ему сейчас на ногу наступлю, и гнев сам пройдёт! Но один момент, одна мысль, что я окажусь беззащитным и превращённым в пепел в мгновение ока, останавливала меня. И я стал успокаиваться. — Так лучше! — довольно подбодрил друид. — А старика не бойся, над тобой он опыты ставить не будет. Хватило уже опытов с живыми людьми — и всё на добровольной основе! Ему, как и тебе, любопытно твоё вторжение в наш мир. Найдёт плоскость, откуда попал, сможет открыть точку Призыва, авось и обратно отправит. Тут и твоя выгода есть! Не думай, что друид… — Постой… — Я задрожал. — Откуда ты узнал, что я нездешний? Я ведь не говорил тебе… — Это же очевидно! — весело сказал Шер. Не хватало ещё хлопнуть себя по лбу. — Один твой дух чего стоит. Этих болванов сколько хочешь обманывай. Но та информация, что крутится в пределах королевской семейки, иная, нежели наша! А моя верна, ибо зрю я в корень. Так Баку-Ор говорил, если что. От переизбытка информации кружилась голова. Но в то же время… — Расскажи ещё! — требовательно попросил я. — Что? Про Баку-Ора? — Про него! — У тебя вкусы, конечно… — Шер тихонько посмеялся. — Тебе может не понравится то, что я скажу. — Говори! — Ладно, ладно. Я стал ученичком буквально через год, как у меня пробудился дух. Это было смешно, я бегал по улице в поисках яблок подешевле, а тут бум — взрыв. Так дух пробуждается. Я взорвался, и вокруг меня всё разлетелось: и лавочники, и их товары, и все людишки тоже. Никто не пострадал, так что пробуждение можно было считать успешным. Баку посчитал меня самым сильным по духу даже в детстве, когда я ничего не умел, кроме как взрываться от каждого заклинания! Это было весело! — Не сомневаюсь… — пробормотал я. — Я с ним познакомился ещё в раннем детстве, пока он вместо Мер-Дауса штаны просиживал на должности главаря королевских друидов. Тогда-то про его закидончики с Призывом и узнал. И про Послушника тоже. — Кто такой Послушник? — А, это был демон Желаний, который вроде как служил связью с остальными и не относился ни к одной из категорий, но зато здорово мог исполнять просьбы. За отдельную плату, естественно. — Был? — уловил сказанное я. — О да, был. Призван он был где-то за пять лет до моего ученичества у Баку-Ора, но мне хватило ума обойти его стороной в своё время, потому что отличие у Послушника от других демонов слишком велико. В противоположность бескорыстным демонам, что просто поселятся отдельными частицами душ в твоём амулете и помогут, чем смогут, Послушник попросит плату вперёд. И, боюсь, это не деньги. — А что же тогда? — Я не знаю! Не говорил с ним! А Баку-Ор не рассказывал мне. У меня, кстати, был шанс узнать о плате… Могу рассказать. Это не совсем о Баку-Оре, но если тебе хочется послушать о нашей обоюдной ненависти с принцем… — Готов слушать! — отреагировал я мгновенно. — Тогда внимай. С принцем я познакомился давно, как раз когда он ещё ходить мог. Несколько лет дружили, надо добавить. Славно так резвился, а потом пуф — и упал. Мы были друзьями, и я помог ему встать. Но тот уже не ходил. Потерял свои любимые ножки. Как лучший друг я навещал Феррейгана, помогал, поддерживал, унижался, да ты вообще не знаешь, что я делал, чтобы этот ушлёпок не матерился и не обливал свою семейку грязью! Такое ощущение, что из самых дорогих сердцу у него было две вещи: его эго и сестра Авелайа. — Так и осталось, — язвительно добавил я, молясь, чтобы Феррейгана рядом не было. — Тем более! — поддакнул Шер. — А уж в детстве как было… Навозился я, в общем, с этой малолеткой. — Он тебя на год младше! — Но малолетка же? Малолетка. И не перебивай, если хочешь дослушать! Где-то через три годка, как я поступил в ученики — а для него это был второй год без ног — он обратился ко мне с просьбой вызвать Послушника. Поскольку у тебя амулет, ты знаешь, что Призыв иномирного демона может создать только квалифицированный друид. Но Послушник к таким не относился. Его вызвать мог любой, достаточно прочесть заклинание и капнуть несколько капель своей крови в призывной круг. Только после этого ты уже заключаешь нерушимую сделку, и либо условия, либо смерть. Это всё, что я знаю. Но для меня этой информации достаточно, чтобы оставить в покое этого «недемона». Я так и сказал это Феррейгану, мол, лучше найти другой путь. Я уж подумал было, что тот отказался от затеи… Но маленький засранец выкрал запретные бумаги и заперся в комнате. А учителя Баку-Ора на месте не было, опять отправился на свои рейды. Как думаешь, что мне пришлось сделать, чтобы остановить лучшего друга от ужасной ошибки? Мне пришлось выбить дверь и с охапком стражи скрутить ему руки и вырубить. Но, собственно, этого и не понадобилось. Плакса даже прочитать заклинание толком не сумел, чтобы заключить контракт, и когда он капал кровь, разумеется, ничего не сработало. Только я всё равно ему врезал, неаккуратно и чтоб запомнилось. После этого инцидента свитки по вызову Послушника были уничтожены, а Баку-Ор свалил с поста королевского друида и заперся в своей халабуде. Но я продолжил у него учиться, чтобы через несколько лет быть отданным сюда, в Общину. — И почему здесь ты не самый сильный?.. — А Мер-Даус? — хмыкнул Шер. — Не забывай про старого пня. Он сам решает, кто есть кто. А я таков, кто я есть, лишь из-за… Ну, ты понял. Это как раз тогда, когда я сюда поступил, пять лет назад. Меня поставили держать барьер, а я отнёсся к этому по-свински. И вот что из этого вышло. Но я не последний придурок в этом племени, Призыв тоже знаю. Я призвал — меня починили. Всё чудесно! Правда, после этого случая принц ещё больше стал меня ненавидеть. Как же, я ему не дал вылечиться, а сам после какой-то там слепоты сразу к демону побежал. Так он подумал. — Но почему бы и его с помощью демона не вылечить? — предположил я робко. — А нельзя. Болезнь не духовного характера и даже не демонического. Один святой дух знает, как её вылечить. Возможно, только Послушник и знал. Однако цена была бы слишком высока, и я уверен, что за свои ноги Феррейган вырезал бы и полплемени. Именно поэтому я и не хочу, чтобы мой взор натыкался на его духовную силу. Как он метко подметил. Вырезать племя… за один только шанс — снова ходить… Я взглянул на его прикрытые веки — их укрывала чернильно-чёрная чёлка. Улыбка, что не скрывала за собой насмешку над всем миром, играла на устах. Снова я вспомнил Баку, бедного старика, который стал моим первым другом в этом мире. Но в памяти также вспыли его слова, сказанные не так давно: «Пора двигаться дальше, Эйден. Не всегда я буду с тобой. Если же ты останешься навсегда в нашем племени, найди того, кто сможет тебя научить всему». — Шер, научи меня магии! Друид на месте подавился моими словами и чуть не потерял контроль над жестом, забыв, как только что держал пальцы. А тем временем ученик в центре уже готовился пальнуть друидский огонь. Шер еле-еле успел сосредоточиться, прежде чем в глазах снова полыхнуло рыжим, а пламя отразилось магическим барьером. Шер облегчённо выдохнул и, вспомнив, обратился ко мне: — Магией? Что, правда, хочешь заняться магией? — Ну, да, если ты не против стать моим учителем, то я хочу стать твоим учеником! — О… Я и не знаю, что на это ответить… Я в жизни никого не учил! И, раз уж я с тобой стал так откровенен, я так и не призвал того особого Демона. — Мне жаль. Но я очень хочу научиться магии. У тебя. — У меня?.. Тогда… — Шер мялся, как младшекласница перед доской. Я сам себя неловко ощутил, предложив, как оказалось, его заветную мечту. — Тогда после заката, иначе днём Гитра мне глаза выколупает. — Благодарю, Шер. — Не стоит, Эйден. Ты ведь должен мне золотой. — Да чтоб тебя! — выругался я и улизнул подальше от учений. — Пока-пока, сновидец! — Обернувшись, я увидел, как Шер машет мне обеими руками, и я просто не смог сдержать рвущийся наружу смех.