Source and Target

Ежегодная выставка «Сайтек», одно из самых значимых событий в отрасли телекоммуникаций, была также нелегким испытанием для переводчиков. Пять ненормированных рабочих дней, с восьми утра и «до как получится», бесконечные устные переводы, доклады, переговоры, обеды, тренинги… И самым сумасшедшим, как водится, был первый день. Рита с коллегами традиционно сопровождала одного из их клиентов, представительство известной норвежской телекоммуникационной компании. Ровно в восемь их группа в одинаковых черных костюмах с белыми рубашками и блузками (требование клиента) вошла в огромный зал и направилась к стенду клиента. До официального открытия был еще час, и им предстояло распределить работу. Князев шел впереди, широко шагая длинными ногами в черных ботинках и несколько узковатых, на Ритин взгляд, брюках, попутно тыкая пальцами в планшетник и разговаривая по мобильному через беспроводную гарнитуру. С того момента, как между ними произошел тот злосчастный инцидент, в его отношении к ней внешне ничего не изменилось, и только взгляд его стал ускользающим, тусклым. Как будто лампочку выключили внутри. На лекции Князева Рита больше не ходила, поняв, что нахождение с ним в машине и вообще необходимость внимательно смотреть на него в течение полутора часов вызовут слишком большую неловкость у них обоих. Его неожиданный поцелуй, всего на минуту переведя их отношения в другое измерение, вдруг словно превратил их в подростков, сделал уязвимыми и оттого чересчур осторожными. Пару раз Рита ловила себя на том, что если она подходит к лифту и там стоит Князев, она останавливается и ждет, пока он уедет, чтобы не оставаться с ним наедине. Он же, заходя в их офис, вставал у двери и фактически перекрикивался с нужным ему человеком оттуда, как будто образовывая вокруг Риты зону отчуждения. Это выглядело глупо, по-детски и было очень заметно со стороны – во всяком случае, так казалось Рите. Лиза милосердно не комментировала ничего из происходящего – то ли правда не замечала, то ли делала вид. Разумеется, Рита ни словом никому не обмолвилась о том поцелуе, да и помимо этого им было что обсуждать. Девятая версия «Клариона» потихоньку становилась привычной, об ушедших фрилансерах больше не вспоминали, новые менеджеры постепенно осваивались на работе, и обстановка в офисе потихоньку разряжалась. Правда, директора переводческой службы все чаще не бывало на рабочем месте. Он пропадал в консалтинговой части офиса; поговаривали, что это связано с его ожидаемым переходом на должность консультанта. А в январе он и вовсе уехал на две недели в Америку, где, как выяснилось, у него давно был запущен процесс поступления на двухгодичную программу MBA; обучение должно было оплачиваться займом из бюджета компании, который он бы погасил впоследствии, работая консультантом. На его место прочили либо редактора Петра Евгеньевича, либо старшего менеджера Ольгу. Впрочем, окончательно все должно было решиться только в апреле. Подготовительные мероприятия, связанные с грядущими перестановками, не могли не вызвать постоянное присутствие вездесущей Лейтес. Она без конца бродила по офису, нависая то над кем-нибудь из переводчиков, то над Ольгой, то над редактором, но чаще всего ее можно было увидеть в районе директорского кабинета. В целом, ее присутствие было совершенно объяснимо, ведь новая должность и предстоящее обучение Князева требовали подробного обсуждения многочисленных оргмоментов. Пару раз она подсаживалась и за его столик в столовой, - впрочем, насчет частоты Рита не была уверена, потому что, во-первых, Князев часто обедал прямо за рабочим столом, а во-вторых, она старалась ходить в столовую в такое время, чтобы с ним не сталкиваться. Да и сейчас, идя к стенду, она старалась держать дистанцию, идя в нескольких шагах позади идеально стриженного затылка и широкой спины, обтянутой английским пиджаком с двумя разрезами. На огромном, в шесть раз больше обычного, стенде «Телекросса» уже было оживленно и людно. Две длинноногие модели, одетые в футуристические серебристые униформы, важно прохаживались туда-сюда с веерами рекламных листовок; замученные с утра пораньше мальчики в костюмах расставляли на подставках маленькие разноцветные коробочки, начиненные прорывными технологиями в сфере телекоммуникаций; а чуть поодаль, как капитан на мостике, важно возвышался полный, суровый глава представительства в сопровождении когорты секретарей. - Рита, привет! – раздался совсем рядом веселый голос. Рита вздрогнула. Перед ней стоял Антоша, по случаю мероприятия одетый в костюм и при галстуке, но с ноутбуком, ощетинившимся флэшками и прочими устройствами. – Опять наших обслуживаете? - А куда ж мы от вас, - улыбнулась она, радуясь хоть какому-то позитиву за последние недели. - Это хорошо, - расплылся Антоша, который ранее никогда не удостаивался ее улыбки. Пошмыгал носом, посопел и осмелился: - Может… кофе попьем, после окончания? - Маргарита! – прозвучал совсем рядом громкий и требовательный голос. Рита вздрогнула, обернулась. Князев стоял, развернув плечи, широко расставив ноги и, казалось, занимал собой весь стенд, и даже глава представительства рядом с ним как-то терялся и отходил на второй план. – Идите сюда, нам надо решить, кто с кем будет работать! - Это твой начальник? – шепнул Антоша. – Он… всегда такой? Рита только вздохнула и пошла к своим. Князев, чуть нахмурившись, сухо отдавал распоряжения: кто на стенде, кто на переговоры с англичанами… Рита молча ждала своей участи, когда вмешался глава представительства: - Иван, на открытии мне будете вы переводить, как всегда? - К сожалению, Иван занят на другом проекте, - послышался звучный женский голос. В метре от них стояла Лейтес в изысканном черном костюме, с ниткой жемчуга на шее. - Светлана? – с вопросительной интонацией обратился к ней Князев. - Да, Иван, сегодня я делаю доклад на конференции по защите данных, и переводить его будете вы! – она улыбнулась и обратилась уже к главе представительства: - Мы приносим свои глубочайшие извинения, но господин Князев единственный, кто владеет навыками синхронного перевода. Вам же нужен последовательный? - Никаких проблем, - норвежец лучезарно улыбнулся. – Уверен, вы предоставите мне достойную замену... Хотя, конечно, такого виртуоза, как Иван… - …найти просто невозможно, и поэтому я невероятно вам благодарна, - церемонно ответила Лейтес и повернулась, чтобы уходить: - Иван, заканчивайте здесь, и я вас жду! Князев пару секунд постоял неподвижно, потом повернулся к Рите. - Маргарита, - и его голос прозвучал просительно и даже как-то кротко. – Вам придется переводить Энбергу вместо меня... - Я? – практики устного перевода у Риты было немного, и перспектива оказаться перед несколькими сотнями слушателей на открытии ее беспокоила. Сам перевод сомнений не вызывал, но условия работы были достаточно стрессовыми. Впрочем, привередничать не приходилось. А Князев уже быстро инструктировал: - У него очень хорошее внятное произношение, если чего-то не расслышали – переспросите, ничего страшного. Попросите у секретарей блокнот и ручку, записывайте цифры. Перед выступлением возьмите у него тезисы доклада… - он запнулся, не закончил фразу, коротко кивнул и пошел к проходу, где, уткнувшись в телефон, стояла Лейтес. Рита проводила его глазами и повернулась к смиренно ожидающему Энбергу. * * * В ходе первого дня выставки Ритин подопечный посещал, в числе прочих, и конференцию по защите данных в мобильной связи, где выступала Светлана Лейтес. Все выступления синхронно переводились, поэтому Риту на этот период отпустили передохнуть. Она вышла, выпила кофе, а вернувшись в зал, направилась к кабинкам синхронистов. Ее всегда завораживал этот вид перевода. Дикое напряжение, натуральное раздвоение сознания, на которое не способен пока ни один самый мощный компьютер. Одновременная работа мозга на двух языках: восприятие на одном, речь на другом. Высший пилотаж устного перевода, постичь который дано немногим. Внезапно до ее слуха донеслось объявление очередного выступающего: «Светлана Лейтес». Рита встрепенулась и прямо в соседней кабинке за стеклом увидела Князева. Он, естественно, ее не видел, сосредотачиваясь перед переводом, поправляя наушники, глядя на листочек с основными пунктами доклада и машинально пощелкивая суставами сцепленных пальцев рук. Рита поморщилась – она терпеть не могла эту привычку. Лейтес начала говорить. Князев вступил секунды через полторы после нее. Рита не слышала, что он говорит, из-за звуконепроницаемого стекла, но само действо, его собранная поза, его резкий, вызывающе несовершенный профиль и беззвучные движения тонких губ у миниатюрного микрофона приковывали внимание. Дужки очков, мешающие прилеганию плотных изолирующих наушников, он сдвинул наверх, не снимая самих очков, и его глаза сквозь стекла выглядели причудливо искаженными, что в сочетании со сконцентрированным, направленным куда-то внутрь взглядом придавало Князеву несколько безумный вид. Ей вдруг показалось, что она делает что-то не совсем вежливое, словно подглядывает, как он спит, или чистит зубы, или… как будто этот момент принадлежал только ему и женщине, говорящей со сцены. Рита снова почувствовала дикую неловкость, похожую на ту, что вызывал в ней его прямой взгляд. Выходит, даже и взгляда не требовалось… Она сделала большой, слишком большой глоток обжигающего кофе из белой кружечки, похожей на пенопласт, и жжение на языке немного вернуло ее в реальность. Ловя момент, Рита поспешила к Энбергу, списав свои ощущения на страх перед предстоящим выступлением. Много позже, стоя недалеко от выхода на сцену и дожидаясь норвежца, она снова почувствовала, что ее трясет от волнения. - Что, мандраж? – раздался рядом веселый шепот, и Рита увидела Антошу. - Есть маленько, - виновато улыбнулась она. – Первый раз буду переводить перед такой аудиторией, да еще и такому важному человеку. Боюсь его. Ему бы Князев был под стать… - Когда я кого-нибудь боюсь, мне помогает подумать о нем что-нибудь смешное, - заговорщицки подмигнул Антоша. – Чего только не знают сисадмины! Например, то, что почти все мужчины в офисе лазают по порно-сайтам, но Энберг единственный, кто смотрит платную порнографию… - Ну, ты шпион! - Рита дружески хлопнула Антошу по плечу, и оба беззвучно рассмеялись. Рите вдруг почудилось, что боковым зрением она увидела мелькнувшую среди кулис длинноногую фигуру, почти тень. Ей вспомнился Daddy Long Legs, персонаж наивной старой американской комедии. Но через секунду видение исчезло, и она так и не смогла понять, стал ли кто-то свидетелем их разговора или это было просто ее воображение. * * * В конце рабочего дня вся их группа снова собралась вместе, чтобы кратко договориться о планах на завтра. Рита выслушала все, что было необходимо, взяла в руки сумку и направилась к выходу. - Маргарита… - раздалось ей вслед со ставшей узнаваемой за столько раз интонацией, и она в который раз остановилась, пару секунд постояла, опустив голову, потом резко развернулась, отступая на шаг, чтобы не врезаться ему в грудь. Но он соблюдал социальную дистанцию. - Мы все собираемся поужинать, отметить первый день работы, - с видимым усилием начал Князев, явно тоже испытывая некоторую неловкость, - вы не хотели бы к нам присоединиться? - Нет, - без раздумий ответила Рита. – Сегодня – не могу, извините. Темная тень пробежала по и так уже усталому лицу Князева, и Рита начала склоняться к мысли, что явление Daddy Long Legs за кулисами было не таким уж и вымыслом. - Жаль, - произнес он. – Хотя… я примерно так и предполагал. Он быстро взглянул куда-то за спину Риты, она оглянулась и увидела там одетого Антошу, весело машущего ей рукой. Ах да, приглашение на кофе… Ее первым порывом было сказать, что это совсем не то, что он подумал. Ведь за час до этого разговора ей позвонила Фарида и попросила помочь с пятистраничным пресс-релизом. И она согласилась, и теперь спешила домой, чтобы помочь подруге рассказать миру о нарушении прав человека в Туркменистане… Но с какой стати она должна была перед ним оправдываться? - Всего хорошего, - сказала она и торопливо зашагала к лестнице.