Я лорд Мракс!

Все было странно. По крайней мере, так казалось директору школы Хогвартс. Он и сам не мог понять в чем эта странность, но чувствовал некую неправильность. Все началось ещё той памятной ночью 81-го года, когда все расклады пошли наперекос. Сперва непонятно откуда появился этот непонятный Мракс и спутал вполне логичный план, потом пропал и не оставил о себе никакой достоверной информации. Что самое досадное, как ни перетряхивал Альбус свои связи и знакомства, никто ничего не мог ему поведать об этом загадочном молодом человеке. Кто он, откуда и, главное, куда пропал. Вот уже шесть лет с тех пор никаких сведений о нем не было, и демон бы с ним, но вот чувствовал директор всем своим нутром, что этот таинственный Мистер Икс ещё объявится и, скорее всего, совершенно не вовремя. Прерывая размышления директора, в кабинете с характерным хлопком появился домовой эльф. – Господин директор, к вам глава Попечительского совета. – Хорошо, спасибо, Орри. *** Да уж, с телом сторожа на пороге нашего поместья пришлось повозиться. Вызов авроров, допрос меня и домовиков, обыск в доме и на территории усадьбы, все это доставило немало беспокойства. Но зато выяснились довольно интересные обстоятельства: как оказалось, дом в моё отсутствие пытались взломать. Кому это понадобилось, непонятно, но взломщики, судя по всему, не догадывались, что у дома имеется хозяин, а бедолага Брайс просто попал под горячую руку, и его прибили, чтобы сорвать досаду из-за неудавшегося проникновения. Конечно, сотрудники ДМП происшествие зафиксировали и оформили как полагается, но я в свое время немало лет носил алую мантию и потому мне сразу было понятно, что поиск будет малорезультативным, поскольку кого-то найти шансов крайне мало. Ведь и времени с момента гибели сторожа прошло немало – минимум полгода, а то и год. Все следы давно уничтожены временем и погодными явлениями. Потому надежды на удачный поиск преступника мизерно мало, практически нет. Но решив не зацикливаться на неприятностях, я, проводив до камина служителей правопорядка, занялся делами. – Корвин! Корвин! – послышался возбужденный голос Тома. Все-таки у детей гораздо более гибкая и адаптивная психика, чем считают взрослые. Любой взрослый, только приехав домой и обнаружив на пороге сюрприз, подобный сегодняшнему, впал бы в депрессию, а мальчишке хоть бы что, носится по дому как взбесившаяся газонокосилка. – Корвин! – продолжал домогаться моего внимания мелкий надоеда. – Ну что тебе, чудовище?! – отозвался я, все равно же не отвяжется. В дверях кабинета, где я разбирал бумаги, появилась довольная, хоть уже и замурзанная пылью физиономия. – Корвин, можно я с Гимли в Литтл Хэнглтон схожу? Он за покупками собрался. – Ну, если очень хочешь... Только домовика слушаться, как маму родную, ясно?! И умойся, что ли... – Хорошо, Корвин! – громогласно разнесся по дому детский голосок, у меня аж в ухе зазвенело, отчего я потряс головой, пытаясь вытряхнуть из неё этот звон, и вновь уткнулся в бумаги. Все письма, приходившие мне эти шесть лет, домовики прилежно складывали на столе, и вот в этой макулатуре я и копался сейчас, желая освободить стол от мусора. Приглашение, приглашение, письмо, финансовый отчет из Гринготтса, уведомление из Министерства, налоги... Официальные бумаги я откладывал в стопочку, остальной хлам вроде приглашений на мероприятия, рекламы, старых номеров ЕП сразу отправлялся в камин, поскольку давно утратил актуальность. Ну вот и все! Что ж, завтра нас ждет поход в Косой переулок. Надо зайти в банк и обдумать кое-что... *** Весь следующий день мы с Томом провели в Магической части Лондона. Том бегал, шумел, восторгался, ныл, пытался всюду сунуть любопытный нос и не закрывал рот ни на минуту! В общем, вел себя как обычный нормальный ребёнок. Откуда в детях столько энергии? Любой взрослый, попробуй он за день сотворить все, что успевал мальчишка, давно бы упал и умер от физического истощения, а ребёнку все нипочем! Наверно, потому и спит это чудовище по ночам, что называется, без задних ног! Никакой тебе бессонницы. – Корвин! Ко-орвин! – в очередной раз заныл маленький монстр. – Ну что опять? – обречённо поинтересовался я. – Давай купим сову! – Зачем? – удивился я. – Ну у всех же есть, а у нас нет! Как письма отправлять? – Хм, а у тебя есть кому писать? Учти, во Флориду сова не полетит, слишком далеко. – Есть! – задрало курносый нос это недоразумение, но тут же под моим насмешливым взглядом смутился и сбавил тон. – Ну, или будет... Вот заведутся друзья, а у меня даже совы нет, чтобы писать им! – Ладно, ладно! Уговорил! Пойдём и посмотрим сову. Хотя заводятся только тараканы в голове и мыши в кладовке, а друзья не заводятся, их находят с помощью общих интересов, с ними знакомятся, общаются, поддерживают друг друга... – И как общаются, если даже совы нет? – недовольно засопел племянник. – Я же сказал, пойдём и выберем. Уймись. Сову, вернее, важного дымчато-серого филина мы и правда купили и, когда выходили из зоомагазина, столкнулись со смутно знакомой девушкой. Кого-то она мне напоминала, но сколько я не вглядывался в её не слишком примечательное лицо, вспомнить не мог. Девушка же ловко завязала беседу, непосредственно и живо реагировала как на меня, так и на Тома, и я сам не заметил, как оказался за столиком у Фортескью, весело болтая обо всем на свете. М-да, похоже, сказывается недостаток общения с женским полом. Слегка отстранившись, я наблюдал, как Том и наша новая знакомая, назвавшаяся Илой, самозабвенно спорят о сортах мороженого. Похоже, мальчику тоже нужна женская рука... Но таскать в дом временных подруг было бы неразумно, а жениться только для создания полноценной ячейки общества – увольте, не стоит оно того. Не настолько я нуждаюсь в пилораме на дому. Конечно, случайные связи у меня имели место, но чем старше становился Том, тем реже это происходило, да и я все больше убеждался в старой холостяцкой истине: все зло от баб! Ну не хотелось мне ввязываться в отношения. – Простите, Ила, – сказал я, когда спор о том, лучше фисташковое мороженое или сливочное, несколько поутих, – я все смотрю на вас и гадаю, откуда мне знакомо ваше лицо? Где я мог вас видеть? Девушка недоуменно посмотрела на меня. – Не представляю, – ответила она, обезоруживающе улыбаясь. – По крайней мере, могу с уверенностью сказать, я с вами прежде не встречалась. – А хотели бы? – Чего именно? – растерялась наша новая знакомая. – Встретиться. – Даже не знаю... – Отчего же? Мы два взрослых человека, почему бы нам не встретиться и не пообщаться? Сходим куда-нибудь. – Куда? – Да куда хотите! Есть предложения? Мне, например, с утра пришло приглашение в Клуб. Вы в курсе, что это за место, и где находится? – закинул я удочку. – Конечно! Все знают, что такое Клуб и где он. Только женщины туда ходят всего лишь два раза в неделю, остальные дни для джентльменов. – Вот как? И когда ближайший женский день? – В субботу. – Ну и замечательно, – обрадовался я, – значит, приглашаю вас в Клуб в субботу. Вы бывали там когда-нибудь прежде? – Увы, нет, – она как-то погрустнела. – Я там не была. Все же это элитное место, не для всех. И далеко не всем по средствам. Как я узнал из дальнейшего разговора, Клуб, а точнее Джентельменский Клуб, является важнейшим инструментом поддержания дружеских отношений между представителями Английских магических семейств вообще и аристократических в особенности... Большинство магов мужского пола проводили там свой досуг и не только досуг, некоторые из завсегдатаев и рабочие вопросы предпочитали решать в неформальной обстановке Клуба. К примеру, когда нет возможности попасть к кому-либо из чиновников на приём общим порядком, в Клубе можно встретить необходимого человека и все обсудить. К тому же Клуб выполнял и многие другие функции – паб, в котором можно посидеть вечерком и перекусить или выпить, отель для приезжих, место проведения досуга... По крайней мере, большинство завсегдатаев могли найти себе занятие и компанию по интересам. Для каждого имелся определённый день недели, понедельник – день настольных игр, шахмат, карт, бильярда. Вторник – день любителей магических дуэлей и поединков, в который открывались Дуэльный, Фехтовальный и Охотничий залы, где любители помахать железом и палочками могли поразмять кости или сразиться с достойным соперником. Среда и суббота – дни, когда в Клуб могли наведаться дамы. Нельзя сказать, что остальные дни были для них под запретом, но все же посещения в них не поощрялись и считались не очень приличными. Это как загорать топлесс – если очень хочется и хватает смелости, то можно, но нежелательно, если не хотите ловить на себе осуждающие взгляды. Четверг – день различных семинаров и симпозиумов. В этот день собирались люди, увлечённые магическими науками, артефакторы, зельевары, чароплеты, астрологи, трансфигураторы. Пятница – день свободный, прийти могли с любыми делами или без оных, а воскресенье, выходной, проводили дома. Да-а, как-то в прошлой жизни все это прошло мимо меня. – Так что скажешь, Ила? Сходим вместе в субботу в Клуб? – Отчего нет? Сходим. – Ну и отлично, – обрадовался я, – тогда время обговорим позже, спишемся по совиной почте. Хорошо? На этой ноте мы простились с новой знакомой и вернулись в поместье.