Долгосрочный компромисс

Перелет дался мне нелегко, несмотря на то, что мы летели бизнес-классом. Однако почти четырнадцать часов трястись в одном положение по воздушным ямам — не самая завидная перспектива. Адам успешно вырубился сразу же после взлета, а мне не помог даже расслабиться виски. — Может вам принести подушку? — сочувственно спросила у меня стюардесса. — Нет, благодарю вас, но я бы не отказалась от еще одной порции виски, — я натянуто ей улыбнулась, ощущая, как самолет в очередной раз тряхнуло. — Обычно полет проходит более комфортно, — словно извиняясь, произнесла девушка. — Через минуту я принесу вам напиток, — она забрала из моей руки пустой стакан и удалилась в хвост самолета. Вишневский лично приехал встречать нас в аэропорту Бостона, держа в руках табличку с моей фамилией. От такого комизма я наконец-то смогла немного расслабиться и даже выдавить короткий смешок. — Привет, девочка, — Григорий раскинул руки, принимая меня в свои объятия. — Как долетели? — Отвратительно, самолет буквально штормило, — скривилась я. — Адам пошел за нашим багажом. Как дела дома? — Звонила Оливия, спрашивала, когда ты вернешься, у нее какое-то дело к тебе, — ответил Гриша. — Еще заезжал Аллен, он был чем-то расстроен. В остальном все спокойно. — Прекрасно, — я коротко кивнула ему, меняя сим-карты на телефоне. Мне тут же пришло уведомление о том, что на моем автоответчике несколько не прослушанных сообщений. — Ого, — прослушав их, протянула с удивлением я, — Клод Уэст приглашает меня на ужин. — Ты примешь его предложение? — поинтересовался Вишневский, махая приветственно рукой Коллинзу. — Даже не сомневайся, — усмехнулась я. — И что-то подсказывает мне, что ужин явно будет проходить не в Бостоне. — Насколько мне известно, поместье Уэстов находится в округе Саффолк, — задумчиво проговорил Гриша. — Ты полетишь в Нью-Йорк? — Мы полетим, — я улыбнулась. — Думаю, что вылетим сегодня вечером. Я уже отправила Клоду сообщение, что мы прибудем завтра. — Ок, — кивнул мне Григорий. — Я соберу вещи, мне забронировать билеты и отель? — Да, спасибо, — я дружелюбно хлопнула его по плечу. — А теперь едем домой. По приезду в Кембридж я созвонилась с Оливией и договорилась о встрече на выходных, Аллену я отправила письмо, что прилетела и смогу с ним увидеться лишь в следующий понедельник. Мистер Беккер дал мне несколько дней прогулов, еще раз выразив свои соболезнования относительно смерти матери и дяди. На звонки Майки и Криса отвечать я не стала, чувствуя себя выжатой, как лимон. Мне нужно было выдохнуть, собраться и подготовиться к встрече с Уэстами. Больше всего меня беспокоила Алейна. Внутреннее чутье подсказывало мне, что наша интрижка еще не закончена. Клод отправил за нами своего личного шофера в аэропорт Ньюарк Либерти, чтобы тот встретил нас. Черный лимузин уверенно маневрировал в потоке автомобилей, с Нью Джерси Тампик Экст мы въехали в тоннель Холланда. Адам поначалу стремился выступить в качестве нашего гида, но спустя минут сорок замолк, уткнувшись взглядом в стекло автомобиля. Конечно, в другое время я бы с удовольствием послушала его рассказы о жизни в Нью-Джерси, достопримечательностях Нью-Йорка, прелестях Ист-Ривера или чарующих пейзажах великолепного парка Олд Уэстбери Гарденса. Сейчас же меня больше занимала мысль о том, как вести себя с Алейной. Стоит ли держаться на расстоянии или допустить хотя бы минимальное количество флирта между нами? Нет, серьезно, меня волновал этот вопрос. Я не знала, кого еще Клод пригласил на этот ужин. Может это вообще деловая встреча, тет-а-тет или светская вечеринка, на которой соберутся лишь избранные? На всякий случай я взяла с собой несколько нарядов, хотя мы планировали уже послезавтра вылететь обратно в Бостон. В конечном итоге полторы недели отсутствия в университете скажутся на моих оценках. Придется наверстывать упущенное семимильными шагами и тут уже никакие красивые глазки меня не спасут. Экзамены никто не отменял. — Мадемуазель Базен, — пожимая мне руку, улыбнулся приветливо Клод, встретив нас в холле особняка. — Я рад, что вы почтили нас своим присутствием. После его слов мне захотелось раздраженно выдохнуть, но вместо этого я исказила губы в очаровательной улыбке. Это была явно не неформальная встреча, если всё семейство Уэстов планировало присутствовать на данном ужине. И Бог знает, кого еще Клод пригласил к себе в дом. — Я вам признательна за приглашение, — я выдернула ладонь из цепкого захвата его заскорузлых пальцев. Удивительно, как у такого богатого и внешне холеного мужчины могли быть такие грубые и жесткие пальцы, словно у работяги, что всю свою сознательную жизнь провел, держа в руках лопату или же топор. — Ваши телохранители могут пока побыть в гостиной, — произнес Клод, игнорируя мое недовольное лицо. — Эдуардо, сопроводи господ до гостиной и прикажи подавать ужин. — Да, мистер Уэст, — дворецкий почтительно поклонился Клоду и жестом показал моим сопровождающим следовать за ним. Как выяснилось, гостей хозяин дома пригласил немного, помимо самих Уэстов, на ужине присутствовали семейство Фишеров и некий мистер Джордж Стивенс. Теперь я взглянула на родителей Оливии другими глазами и заметила, как Летиция практически управляет своим мужем, дергая его за невидимые ниточки. Филипп Леджер беспрекословно выполнял все приказы, что вербально отдавала ему супруга. Когда он тянулся за бокалом вина, Летиция тут же награждала его предупреждающим взглядом, и отец Оливии мгновенно переключался на что-то другое. Всё это происходило под тонкое звяканье столовых приборов и хрустальных фужеров. Присутствующие обменивались фальшивыми улыбками, выдержанными комплиментами, изредка касаясь таких тем, как финансы, политика, бизнес. Мистер Стивенс оказался редактором «Нью-Йорк таймс» и старым другом семьи Уэстов, хотя я сразу уловила снисходительность со стороны Клода к его персоне. Словно Джорджа пригласили на вечер для количества, а не по необходимости. Клод явно не считал его ровней себе, как, впрочем, и Юджин. Но вот Алейна на протяжении всего ужина сохраняла молчание, периодически поглядывая на часы. Был ли этот вечер для нее пыткой или же она куда-то торопилась? В качестве приветствия она коротко кивнула мне головой и криво усмехнулась. Зато Кристина пыталась завязать со мной разговор, но я старалась ограничиваться исчерпывающими ответами, которые бы зарубали тему на корню. К всеобщему удивлению, Фишер это нисколько не тормозило и она, продолжая очаровательно улыбаться, продолжала искушать судьбу. — Как поживает ваш отец, Вивьен? — внезапно перебил Кристину мужчина. Я аккуратно положила нож и вилку рядом с тарелкой и внимательно посмотрела на Уэста-старшего, затем обвела взглядом всех присутствующих, которые замолкли, стоило лишь Клоду заговорить. Вот это я понимаю дрессировка! Мне было чему поучиться у Уэста, и следовало сделать это раньше, тогда бы Питер и рта бы не раскрыл без моего разрешения. — Прекрасно, — я едва уловимо улыбнулась, сверкнув глазами, отчаянно пытаясь спрятать ярость за маской бесстрастности. — Спасибо, что спросили, Клод. — Насколько я понял, вы недавно прилетели из Москвы? — вскинул вопросительно брови Юджин, решивший вытянуть из меня подробности этого путешествия. — Летали по делам? Ай, — тихонько вскрикнул он, ощутив, как тонкая шпилька туфли сестры врезалась ему в лодыжку. — Да, нужно было уладить кое-какие вопросы и разобраться с несколькими старыми делами, — расплывчато произнесла я, бросая короткий взгляд в сторону Алейны. — Надеюсь, всё прошло успешно? — не унимался Юджин. — Прошу извинить моего сына, — мягко улыбнулся Клод, взмахом рукой заставляя Уэста-младшего замолкнуть. — Он бывает иногда несколько нетактичен. — Как нельзя лучше, Юджин, — я наградила парня хищным оскалом, от которого даже Фишеры непроизвольно вздрогнули. — К сожалению, у меня было мало свободного времени, чтобы пройтись по магазинам и прикупить для вас сувениры. — После этих слов мой холодильник впал в истерию, — рассмеялся он. — А я вот недавно летал в Индию, и, к слову, выделил время, чтобы пройтись по рынку и приобрести сувениры. — О, неужели? — я изобразила искреннее удивление на лице. — Конечно, минутку, — Юджин тут же выскочил из-за стола и скрылся за дверьми столовой. Он вернулся через несколько минут и вручил мне статуэтку в виде человека с головой слона. — Это Генеша — бог Процветания, весьма популярен среди туристов и местных жителей. — Спасибо, Юджин, это весьма мило с вашей стороны, — я приняла подарок и поставила его около бокала с вином. — Да, мне он привез сари их Махараштры, — усмехнулась Алейна. — А папе достался кашемировый ковер ручной работы. Крис, а тебе, что подарил мой братец? — Бутылку рома «Old Monk», — со смехом сообщила Фишер. — Правда? — изумилась Алейна. — А кому же тогда достались те симпатичные моджади, что я совершенно случайно увидела в его чемодане? — А случайно ли? — краснея, как рак, съязвил Юджин. — Моджади — это же туфли? — на всякий случай уточнила я, не будучи уверенной в том, что правильно поняла дочь Клода. — О, да, — утвердительно кивнула головой Алейна. — Такие миленькие туфельки с отделкой из металлических накладок, бусин и шелка. Юджин, не подскажешь, для кого ты их припас? Я понимала, что она издевается над своим братом. Они все время пытались уколоть друг друга, невзирая на то, что их окружали посторонние люди. Это был своеобразный способ утвердить свое главенство над другим. — Не обращайте внимания, Юджин, — я приободряюще улыбнулась смущенному парню. — Уверена, что в вашей сестре говорит зависть и желание поносить моджади самой. — Вы ведь понимаете, что своими словами нисколько не облегчили его участь? — засмеялась заливисто Алейна. — Ну, я хотя бы попыталась, — извиняющее похлопав по рукаву пиджака Юджина, произнесла я, хотя меня и саму так и подмывало рассмеяться в полный голос. — Ладно-ладно, — прервал нас с улыбкой Клод. — Присядь, мой мальчик, — он указал сыну рукой на стул около себя. А я вдруг для самой себя поняла, что невзирая ни на что: холеность богача, окружавшую роскошь, восьмизначные суммы в банках, разношерстные маски; этот человек любил своих детей, хотя и не всегда это умел показать. Было очевидно, что грань терпения Юджина стала зыбкой и он вот-вот готов был ответить грубостью на слова своей сестры, которая явно этого добивалась. Помимо всего прочего, я начала понимать, что между ними когда-то пробежала черная кошка, оставив неизгладимый след в их отношениях. Клод Уэст — остался барьером для своих детей, которым пока еще хватало ума и сдержанности, чтобы не развязать междоусобную войну, хороня под обломками замков своих близких и дорогих людей. Я никогда не задавалась вопросом: догадывался ли мой отец о том, что самолично вложил в мои руки меч и щит? Он с такой легкостью и непринужденностью вручил мне ключи от города, что тут только человек небольшого ума не догадался, что к воротам подвезли Троянского коня. Мне оставалось лишь вычислить солдат Алехандро и методично убрать с шахматной доски, заполняя вторую половину поля, принадлежавшего сопернику, своими игровыми фигурками. Кто бы и что бы вам не говорил, всегда помните: Игра закончена лишь тогда, когда ваш противник мертв. Алехандро разыграл свою комбинацию, насмешливо созерцая мои попытки поставить королю шах. Но этот ход был интересен лишь в паре с матом. Даже несчастный Тюренн полагал, что, будучи «слоном», он имеет право на свой собственный ход. Но на моей игровой доске все были пешками, даже сам король. И кем бы ни пришлось пожертвовать во имя победы — я это сделаю, иначе и быть не могло. Я отдавала себе отчет, во что ввязываюсь и с кем начинаю войну. Уэсты могли думать, что… О, нет, самое вкусное лучше прибережем на десерт! — Вивьен, не уделите мне время? — вежливо поинтересовался бархатным голосом Клод, когда ужин подошел к концу. Алейна с Юджином уже успели покинуть столовую, а мистер Стивенс неловко мял в руках хлопковую салфетку, пытаясь сообразить, как ему лучше поступить. После вопроса Уэста-старшего он поспешно поднялся, извинился и оставил нас с Клодом наедине. — До меня дошли слухи, что уже этой осенью вы планируете представить совету директоров «Cremona enterprise», — Уэст выжидающе посмотрел на меня. — Не верьте всему, что говорят, Клод, — рассмеялась я. — Как жаль, а я уже подумывал инвестировать свои деньги в ваш проект, — мужчина выдержал паузу, прежде чем добавить. — Но, в любом случае, вы всегда можете рассчитывать на мою поддержку. — Я польщена, — я с трудом удерживала на лице доброжелательность, — но сейчас меня больше интересует учеба. Гарвард — на первом месте, дела могут и подождать. — О, я понимаю, — качнул головой сочувственно Уэст. — Эти пара недель выдались для вас слишком тяжелыми. Еще раз примите мои соболезнования. — Спасибо, — я шумно выдохнула, заставляя свои губы расползтись в нечто, напоминающее улыбку. — Я справлюсь. Клод коротко кивнул мне головой и приказал прислуге убрать со стола. Я сбежала из его дома до того, как он успел бы любезно предложить мне остаться под его крышей с ночевкой. До того, как Алейна сумеет переговорить со мной тет-а-тет. Сославшись на дурное самочувствие, я незамедлительно покинула особняк Уэстов. — Вас хоть накормили? — устало спросила я у Григория, когда такси выехало за пределы поместья. — Да, — ответил Вишневский. — Ужин был превосходен. — Конечно, превосходен, — фыркнул насмешливо Адам. — Ты больше уделял внимание кухарке, чем еде. — Эй, ты как со старшими разговариваешь? — шутливо пригрозил ему кулаком Гриша. — Мария — красивая женщина, и, к тому же, одинокая. — Она вдова, — закатил глаза Коллинз. — Ну, по крайней мере, я не строил глазки Уэсту-младшему, — парировал тренер. — Так, стоп, — резко перебила его я. — Ты что, флиртовал с Юджином? — я вопросительно уставилась на покрасневшего Адама. — Технически это он флиртовал со мной, а я просто изредка на него смотрел, — предпринял попытку отвертеться телохранитель. — Да уж, ты смотрел на него так, словно готов был сожрать с потрохами, — рассмеялся звучно Вишневский. — Прекрасно, — довольно усмехнулась я. — Гриша, отмени бронь на самолет для Адама. — Что? — на меня тут же уставились две пару изумленных глаз. — Адам, ты остаешься в Нью-Йорке, — поставила я перед фактом парня. — Я забронирую для тебя номер в отеле. Пробудешь здесь столько, сколько потребуется. — Может поделишься, что задумала? — нахмурился непонимающе Григорий. — Я давно не вникала в дела нью-йоркского офиса, пора бы наверстать упущенное, — ухмыльнулась самодовольно я. — Побудешь здесь, в качестве моего представителя. Соберешь всю необходимую информацию, посмотришь, как работает производство, узнаешь о планах на следующие два квартала. И, как бы случайно, пересечешься с Юджином… — Вивьен, позволь уточнить одну маленькую деталь? — недобро прищурился Коллинз. — Ты хочешь, чтобы я затащил сынка Уэста в койку и вызнал для тебя парочку секретов его папочки? — Мне без разницы, будешь ли ты с ним кувыркаться в кровати, изучать новые позы Камасутры, бегать по утрам или просто обсуждать мужские задницы, — я сделала паузу. — Мне нужно, чтобы ты сблизился с ним настолько, чтобы он самолично звонил тебе и предлагал встретиться. Как ты этого добьешься, еще раз повторю, меня мало интересует. Задача ясна? — Да, — кивнул Адам, — но ты останешься без телохранителя на все это время. — Я вызову своего человека, — остановил его Григорий. — Маловски как раз торчит без дела в Балтиморе. Если я позвоню Нику прямо сейчас, то завтра с утра он уже будет в Нью-Йорке. — Хорошо, так и поступим, — согласилась я. Никодем Маловски оказался бывшим напарником Вишневского, когда-то давно они вместе служили в 1-м батальоне 131-й отдельной Майкопской мотострелковой бригады в период первой Чеченской войны. По рассказам Григория, когда их бригада, в сопровождении танковой роты добралась до Президентского дворца в Грозном, они попали в окружение. Вишневский и Маловски оказались в числе ста человек, попавших в плен сепаратистам, остальные же солдаты были либо убиты, либо числились пропавшими без вести. Через месяц, в ходе установления временного перемирия между Россией и Чеченской Республикой Ичкерия, состоялся обмен военнопленными. Григорий, Ник и другие солдаты вернулись на родину. Многие военнослужащие слышали о беспределе, который на тот период времени полностью поглотил Россию и, по мнению большинства, даже не собирался выплевывать назад. Пока Гриша с Ником отдавали долг Родине, подставляясь под пули и гранаты, страна переживала сначала Августовский путч, после построение новой рыночной экономики, денежную реформу, затем становление терроризма и организованной преступности. Лихие девяностые затянули их в свою воронку, и вот уже Григорий опомниться не успел, как стал одним из бригадиров Щелковской ОПГ. Нику повезло больше — он добрался до звена бойцов и состоял на «законном» окладе у криминального авторитета. Они пережили экономический кризис в 1998 году и смогли накопить достаточно денег, чтобы переждать погром группировок и стать честными работягами. Вот только Вишневскому в ту пору денег, казалось, мало и он успешно пробился к верхам, заполучив место «менеджера». Теперь он начал планировать и руководить операциями. Маловски переехал к своим дальним родственникам из Польши в Вроцлав. Грише хватило ума вовремя дать заднюю и вернуться обратно в родной Курган. Он оборвал все связи и затаился. В 2004 году Вишневский связался со своими бывшими сослуживцами и вместе они начали строить охранный бизнес. Заработки росли, клиентов становилось все больше, как и жадность его деловых партнеров. В конечном итоге, Гриша снова сделал ход конем, продал свою долю и свалил на вольные хлеба, потянув за собой следом и Никодема. — Заработать честным путем в России много денег никто не сможет, — как-то сказал мне Вишневский. И он нисколько не преувеличивал. — В этой стране создали все условия для коррупции и крупных авантюр. Если ты — мелкий воришка, то тебе тут нечего делать. Это было грустно, но пока народ молчит, власть продолжает творить беззаконие, прикрываясь корочками и стопками бумаг.