Иммунитет

Кэт бросила сумку на капот автомобиля и стала лихорадочно перебирать пластиковые карточки, которые были у неё с собой. Кредитки, карты постоянного клиента, визитки, пропуска. Наконец она остановилась, посмотрела наверх и улыбнулась. — Спасибо, — прошептала она тому, в кого до конца не верила. Несколько лет назад, путешествуя по Дании, Кэт пользовалась услугами компании по найму автомобилей. Суть была в том, что ты платишь компании взнос, находишь машину с логотипом — они припаркованы по всему городу — вставляешь карточку, садишься и едешь. Прошлым вечером Кэт видела такие машины возле университетской клиники и теперь надеялась, что срок действия карточки ещё не истёк. Затаив дыхание, она поднесла карточку к ручке дверцы — и выдохнула, когда машина со щелчком разблокировалась. Кэт открыла дверцу и бросила сумку на заднее сиденье. Завела машину и поехала обратно в больницу.

***

— Ирония в том, Кара, — объясняла Кэт, ставя кресло-каталку возле постели, — что c юридической точки зрения я привезла тебя в эту страну насильно. И из-за меня ты умираешь. Она откинула одеяло и осторожно сняла датчики с груди и рук Кары. — Но я не понесу наказания, потому что никто этого не узнает. Заблокировав колёса, Кэт с силой подняла Кару и каким-то чудом смогла усадить её в кресло. — Сейчас я в буквальном смысле увожу тебя силой. Если мой абсурдный план не сработает, ты умрёшь из-за меня. И тогда я понесу наказание за оба преступления. Она попыталась усадить Кару поудобнее. Взяла её куртку и укрыла колени. Очки и телефон Кары положила в карманы куртки. — Я поступаю так, потому что искренне считаю это единственным шансом на спасение. Мы очень далеко от дома, и вряд ли кто-то из твоих контактов успеет добраться сюда. Я просто надеюсь, что приняла верное решение, — призналась она. — Так что ты уж постарайся не умереть, изо всех сил постарайся. Сомневаюсь, что долго протяну в тюрьме, тем более в норвежской. Терпеть не могу селёдку. Глубоко вздохнув, чтобы хоть немного успокоиться, Кэт открыла дверь палаты и выкатила кресло в коридор. Она уже продумала маршрут до стоянки — самый, как она надеялась, незаметный. К счастью, больница в это время была почти пустой: присутствовал минимум сотрудников, а пациенты спали. Кэт вышла через автоматические двери, толкая коляску перед собой. Положила ладонь на волосы Кары, осторожно пригладила их. — Оставайся со мной. До машины совсем недалеко, а там снова будет тепло. Она пожалела, что ничего не надела на Кару поверх больничной сорочки. Не было ни времени, ни одежды, и у Кэт всё равно не хватило бы сил одеть девушку, находящуюся без сознания. Она даже не была уверена, что сможет усадить её в машину. У машины Кэт нервно оглянулась на здание больницы. Интересно, как скоро они заметят пропажу Кары? Она открыла пассажирскую дверь и перевела взгляд с каталки на сиденье и обратно. Единственной доступной машиной оказался внедорожник, а значит, задача усложнялась ещё больше. Она развернула каталку спиной к сиденью, обошла машину и открыла водительскую дверь. Перебравшись через центральную консоль, наклонилась и обхватила Кару, сцепив руки на её груди. — Прости, если будет больно, — пробормотала она. Потянув что было сил, затащила Кару на сиденье одним рывком. Пару секунд Кэт переводила дыхание, потом вылезла из машины и вернулась к пассажирской стороне. Оттолкнула каталку в сторону и накрыла курткой голые колени Кары. Поправила её на сиденье. — Безопасность превыше всего, — Кэт защёлкнула ремень и закрыла дверцу. Вернувшись на место водителя, она завела мотор и включила обогрев на полную мощность. Тыльной стороной ладони дотронулась до щеки Кары и поморщилась — очень холодная. Сняла с себя пальто и укрыла девушку. — Ты скоро согреешься. Дыхание Кары больше не клокотало в груди, было теперь поверхностным. Кэт подозревала, что это нехороший знак, но решила не зацикливаться на этой мысли. Сейчас она ничего не могла с этим поделать. Она включила навигатор и рассмотрела карту. — Юг, — пробормотала себе под нос. — На юг по прямой. В Стокгольм, наверное. Введя название, Кэт ждала, пока навигатор рассчитывает маршрут. Подняла голову и оглядела стоянку — никого. Снова посмотрела на навигатор — тот всё ещё рассчитывал — и вздохнула. — Я не знаю, где заканчивается полярная ночь. А ты? — она повернулась к Каре. — Тоже нет? Ну ничего, мы выясним. Навигатор закончил рассчитывать. — До Стокгольма ехать восемнадцать часов, и где-то на этом маршруте сумрак должен закончиться. Сейчас семь утра. Зимой солнце встаёт около восьми, а садится где-то в три или в четыре. Это значит, что у нас девять часов, чтобы найти солнце. Кэт посмотрела вперёд и вверх, на материковую горную цепь вдалеке. — Итак, куда нам ехать — на юг или вверх в горы? Горы ближе. Но есть ли там дороги? И даже если мы туда поднимемся — будет ли там солнце? Она повернулась к Каре и поправила пальто у неё на плечах. — Если мы поедем на юг, там точно будет солнце, мы не можем быть так далеко за полярным кругом. Как думаешь, Кара? Кэт пару секунд смотрела на неё. — Давай отправимся на юг. Может, это и дольше, но мы точно найдём солнце. Да? Кара по-прежнему молчала. Кэт вздохнула и кивнула головой. — Значит, на юг.