Пока Рай на реконструкции

Свод правил, которых должен придерживаться каждый Хранитель, Уважающий Истоки и не желающий потерять работу (далее СХУИ) Правило №3 (Если вы считаете, что правило под номером три можно игнорировать, потому что оно всего лишь третье, то поспешим вас огорчить и разубедить в этом. Не станем расписывать его важность, так как исходя из опыта, знаем — это бесполезно. Так что перейдем сразу к самому интересному. К угрозам. Если вы не будете выполнять данное правило, вы лишитесь работы, а палач подземного царства ее получит. Не в том смысле, что он получит вашу работу, а в том, что получит свою: вас не просто уволят, но и приговорят к отсечению нескольких не сильно нужных конечностей! (Например, головы, потому что на кой черт она вам сдалась, если с ее помощью вы не можете запомнить гребанное третье правило?!)) «Хранитель не имеет право открыто, закрыто, случайно или не случайно, самую малость, не самую малость, под предлогом пожелания лучшего или худшего… Мы потеряли нить монолога. Так вот, НЕЛЬЗЯ манипулировать подопечным или каким-либо другим способом влиять на его мнение и действия. Ваша задача — защищать, не более. Нет, вы не имеете права внушать ему что хорошо (Это касается Ангелов-Хранителей, держите свое чистоплюйское мнение при себе), а что плохо (Это касается Демонов-Хранителей, в отличие от Ангелов, вам держать мнение при себе советовать не будем, лучше поместите его прямо в свою пятую точку, ибо там ему самое место). Любое вмешательство в сознание или подсознание подопечного несет за собой немедленное депремирование и наказание, которое заключается в фиксировании вашего незаконного действия на официальном бланке ДемоАнгельского муниципального управления. Не позже, чем через восемь лет, данный бланк попадет в распределительный центр управления, а уже через четыреста лет вам придет повестка в Верховный ДемоАнгельский суд. Там вам грозит пережить унизительную судебную тяжбу и выслушать свой приговор. В зависимости от тяжести вины он может заключаться как в трехстах годах общественных работ (Ангелам придется горбатиться в Аду, Демонам — в Раю, так что трижды подумайте, прежде чем решитесь переступить черту) до лишения головы, руки или крыльев на срок до восьмидесяти лет. Почему наказание такое суровое? Потому что ни один житель межпространственного занебесья (Далее Рай) или подземелья (Далее Ад) не смеет приравнивать себя к Высшим Силам и участвовать в формировании личности человека, к которому его привязали. Субъекту необходимо развиваться лишь под влиянием внешних факторов своего мира, дабы стать той ячейкой общества, которой ему пророчили стать еще до его рождения. Этот вопрос не обсуждается, жалобы не принимаются, отставка — тем более. Вы должны защищать субъект, а не менять его под себя (Пусть некоторые хранители Ада с этим в корне и не согласны, но в первых двух правилах мы уже красноречиво описали, как нам это Не Важно, а потому в третьем правиле напрягаться не станем)». Любой, кто читал русскую классику хотя бы в масштабах школьной программы, сталкивался с таким понятием, как город N. Некий собирательный образ всех провинциальных городков Российского государства, который в свое время использовали многие великие писатели. Такой город не значился на карте, а потому вероятность получить жалобу или обиду от отдельных особенно ранимых индивидов сводилась к нулю. Иногда город N превращался в NN, Эн или Энск. Любая интерпретация названия несуществующего города являлась общеизвестной. Но Энск стал еще известнее после того, как в честь несуществующего города назвали существующий. Энск — типичный провинциальный городок с численностью населения по последним подсчетам всего в сто тысяч человек, мало чем отличался от других городов такого же размера. Разве что говорящим названием. Одинаковые дома-коробки — в большинстве своем старые пятиэтажки. Рынки с громогласными продавцами, занимавшимися торговлей еще в СССР. Бабушки, сидевшие на лавочках в любое время года и анализировавшие каждого прохожего не хуже Шерлока Холмса. Завод, на котором работала преобладающая часть населения. Единственный торговый центр с единственным кинотеатром на весь город. Высокий процент алкоголизма и суицидов. И мечта каждого местного жителя, которому еще не исполнилось шестьдесят, в какой-то момент собрать вещички и уехать отсюда к чертям собачьим, потому что даже у собачьих чертей, как им казалось, жизнь интереснее, чем в этом захолустье. Костя тоже надеялся когда-нибудь переехать из Энска, но поступление в другой город не увенчалось успехом, а иных способов вырваться из плена изначального места жительства, будучи бедным, ничего не умеющим студентом, парень пока не нашел. Но сегодня он впервые за всю свою жизнь искренне радовался тому, что живет не в большом мегаполисе. — Очень сомневаюсь, что Кудрявого отправили куда-нибудь далеко, — рассуждал Демон-Хранитель, ходя туда-сюда по плечу Константина. — Совершенно точно оставили в этом Мухосранске, чтоб ему неладно было. Так что тебя ждет невероятная прогулка по улицам любимой деревни. — Может и Мухасранск, но хотя бы не Ад, — заметил Костя. Ему отчего-то стало обидно за свой город, хотя сам он его иначе как Задрюпинском никогда и не называл. — Сравнил жопу с пальцем, — всплеснул Демон руками. — Да в Аду все кошерно! Тут тебе и мясо, и алкоголь, и кури-обкурись, а Демонессы какие! Одна краше другой! — Расписываешь так, будто это райский уголок. Вот только хорош он для Демонов. А люди там что делают? — Страдают, — пожал плечами Красный. — Но вам это вроде не в новинку, вы и при жизни страдаете: кто херней, кто шизой, кто манией величия. Так что в Аду ничего нового ты не испы… Точнее не испытал бы, если бы Ад существовал, чего ты наверняка ВООБЩЕ-ТО НЕ ЗНАЕШЬ! — Ах да, совсем забыл, — монотонно пробормотал Костя. — Вот эти подойдут? — после тщательного осмотра ткнул парень пальцем в две березовые веточки. — Сойдет за третий сорт, — вздохнул Демон, явно недовольный выбором КВГ, но уставший надеяться на что-то стоящее. Костя отломил ветки от дерева и наконец-то вылез из сугроба, в который его заставил забраться Хранитель Ада. Красный заявил, что для поиска Ангела им нужны не просто палочки, а Особенные палочки! Березовые — это раз. Изогнутые — это два. Молодые — это три. Беспощадно отломанные от живого дерева — это четыре. Были и другие нюансы, которых Костя не запомнил ради сохранения собственной психики. Демон спрыгнул с плеча парня, пробежал по его левой руке к веткам, которые сжимал Костя, и остановился на самом краю одной из них. Вооружившись вилами, существо опалило ими оба поисковых снаряда неестественно красным пламенем. Огонь, вспыхнув и испугав этим Костю, выбросил в воздух сноп ржавых искр и буквально впитался в березовые ветки. Бело-черную кору пробороздили тлеющие красные трещины. — Ну все, я свою работу сделал! Погнали! — оповестил Демон, вернувшись к парню на плечо. — Так, а с палками-то что делать? — прожонглировал КВГ едва светящимися ветками. — В жопу себе засунь, — посоветовал Демон, не скрывая раздражения. — И проверни пару раз, как проворачивают ручку, чтобы завести музыкальную шкатулку. Твой анус станет центром вселенной, в него вольется космическая сила, и таким образом ты приобретёшь невероятную способность гадать на кофейной гуще, раскладывать карты таро, а в хорошем настроении еще и фейерверки из зада пускать. Сможешь подрабатывать на корпоративах и детских мероприятиях. Ребятишки же любят фейерверки! Разбогатеешь. Попадешь на обложку Forbes. И все благодаря собственной жопе. — Я сейчас тебе их в зад засуну, — пообещал Костя, категорически противившийся космосу, который бы влился в отверстие, для него не предназначенное. — Рискни здоровьем, шкет. — А я рискну, — убедительно кивнул парень. — Мне, знаешь, после Ангела терять нечего! Так хоть помру с чувством выполненного долга. — Ладно, не кипятись, — поспешно отмахнулся Красный, решив не рисковать. Люди — создания непредсказуемые, от них можно ожидать чего угодно. Даже смерти. — Так и быть, палки никуда не засовывай… в этот раз. Мы с их помощью примерим амплуа лозоходцев, — пафосно сообщил он, даже не подозревая, что Костя и До объяснения, и После, все еще не понимает, чего, собственно, от него хотят? — Лозо… кем? — переспросил парень смущенно. — Вот колхоз, а! — вновь разнервничался Демон. — Всё тебе объяснять надо! Возьми да загугли! На хера люди придумали интернет, если не умеют им пользоваться? — Для порнухи, — фыркнул Костя. — И я не возьму в руки телефон, пока мы не вернем мою удачу, иначе он рассыплется у меня в руках, а на новый мне копить минимум полгода. Так что будь добр, сыграй роль гугла. Демон горестно вздохнул. — Видел когда-нибудь в этих ваших человечьих убогих киношках, как один из героев берет в руки две палки и идет с их помощью искать воду? — забормотал он так, будто пытался объяснить пятилетнему ребенку азы ядерной физики. — Что-то такое, кажется… — Кажется? Когда кажется, креститься надо! Только от меня отвернись, а то сблевану! — Видел я такое в фильмах, — отчеканил Костя, быстро поняв, что неточные ответы причиняют Хранителю Ада почти физическую боль. — Хоть что-то. Здесь тот же принцип. Только искать мы будем, что очевидно, не воду! Это я на всякий случай уточняю для тебя, альтернативно одаренного. — Хочешь сказать, что с этими палками, — Костя повертел в руках две ветки г-образной формы, — я должен пройти по всему городу? — А что, это проблема? Считаешь, что кого-то удивится твоей неадекватности? — Не удивится, — ответил Костя раньше, чем подумал, и тут же мысленно поругал себя за это. Надо же иметь хотя бы зачатки самолюбия! — Я не хочу позориться. — Я не спрашивал, чего ты там хочешь, а чего — нет. Сжимай палки покрепче и вперед в светлое будущее, — подбодрил Демон в своем неповторимом стиле. — После такой прогулки, светлое будущее у меня будет маячить в дурдоме, — нахмурился парень. — Не ссы в трусы, кожаный мешок. Шевели костылями. Хотя бы это ты можешь сделать без придури? — Слышь, — Костя всегда считал себя крайне терпеливым и в меру тактичным молодым человеком, но рядом с этим созданием никакой тактичности не хватит, а терпения и подавно. — Прекрати уже мне грубить! — Только после того, как ты перестанешь меня раздражать миллионом вопросов! — фыркнул в ответ рогатый, и не думая менять тон беседы. — Ты заявляешь, что существует жизнь после смерти! Что Рай и Ад — не сказки! Что Ангелы и Демоны живут среди нас! Что вся эта инфернальная хрень реальна! И при этом возмущаешься тому, что у меня возникают вопросы?! В ответ на твои слова я должен был кивнуть с меланхоличным: «Ок, я понял»?! И спокойно жить дальше?! Без единого вопроса?! Да я в панике! В шоке! В ужасе! А вместо того, чтобы запереться в комнате и орать в подушку, что мне, между прочим, очень бы помогло снять стресс, я должен ходить в мороз по городу с березовыми палками наперевес! И не просто ходить, а с их помощью пытаться обнаружить мистическое создание! Или религиозное. Или, хер знает, как вы вообще зоветесь??!!? Это же рехнуться можно! — Рехнешься после того, как найдем остолопа Доброила, — Демон остался равнодушен к страданиям Кости. — Доброил? В его имя на полном серьезе вписано «Добро»? — недоверчиво протянул парень. — А тебя как зовут? — Костя только сейчас осознал, что у этих созданий имеются имена. Когда Ангел и Демон болтали между собой, они предпочитали использовать клички вроде Исчадия или Святоши. — Зловар. — Зло… Зло? Добро и зло? Серьезно? Что за клише?! — Ебало твоё — клише, а у нас среднестатистические имена среднестатистических Ангела и Демона! Не всем же называться Абаддонами да Серафимами! У нас каждый второй ЗловАр, каждый третий — ЗловИр, а четвертый — ЗлОвирус. — Короче, на вас фантазия Боженьки кончилась, — огласил вердикт КВГ. — Фантазия Боженьки кончилась на твоем интеллекте! Вот же докопался. Я как-то раньше и не замечал, что ты такой зануда. ИДИ И ИЩИ КУДРЯВОГО, ВЫКИДЫШ ДЕБИЛИЗМА, пока отсутствие Ангела-Хранителя не свело тебя в могилу, что, между прочим, еще не худший вариант. — А есть что-то хуже смерти? — проявил Костя живой интерес к новым перспективам, замаячившим на горизонте. — Есть. Например, продолжать этот тупой, никчемный, абсолютно бесполезный разговор! Прогулка грозила стать многообещающей хотя бы потому, что внезапно нагрянувшее на Костю невезение и не думало заканчиваться. Не успел он выйти со двора, в котором и рыскал в поисках березовых веток, как с крыши на него полетели сосульки. Кусок льда размером с шар для боулинга зловеще разбился у ног парня. Разбился бы о его голову, если бы не визг Демона, оглушивший КВГ на левое ухо. Гололёд тоже не стал лишать себя возможности поглумиться над Константином. Парень, добираясь до березы, трижды поскользнулся и один раз даже с летальным исходом (в смысле полетел и приземлился на задницу). Остаток дороги он, отчаявшись дойти до цели на своих двоих, героически прополз на радость бабушкам, выглядывающим из окошек и предвкушающим вечернюю болтовню с подружками о наркоманской молодежи. Позже, уже вооруженный ветками, Костя чуть не попал под машину, а затем целый квартал улепетывал от своры собак, решивших, что парнишка в дурацком пуховике весьма аппетитный. Но стоило отдать Косте должное: несмотря ни на что, он не останавливался, упрямо продолжая свой нелегкий путь по узким улочкам, мрачным подворотням, широким кварталам и заваленным снегом дворам. Костя редко отступал от намеченных целей. Даже если запланированное не выходило в первые десять раз, он шел и добивался желаемого с одиннадцатой попытки. Поиски Ангела не стали исключением. Размеры Энска позволяли пересечь весь город за жалкий час. Но так как Костя внимательно заглядывал в каждый двор, уделяя внимания даже превратившимся в сугробы песочницам, времени на это у него ушло куда больше. Увы, даже тщательный обход Энска не дал желаемого результатов. Старые наручные часы показали девять вечера, когда Константин, успевший промерзнуть до костей, опустил две березовые палочки и с безысходностью выдохнул: — Я облазил все вдоль и поперек. Либо палки не работают, либо мы проебались. — Есть и третий вариант, — Демон расхаживал по плечу парня в своем откровенном кожаном комбинезоне, едва ли страдая от низких температур. — Возможно, человек, которого мы ищем, перемещался по городу. Я бы даже сказал, что это наиболее вероятно, ведь далеко не каждый, как ты, с таким упоением тратит время впустую. — И что мне теперь делать? Искать его с собаками? — взвыл парень, в отчаянье швыряя палки в сугроб. — С собаками не надо. В связи с твоим невезением, они, скорее всего, загрызут тебя в первые полчаса прогулки. — Приободрил невероятно! Спасибо, блин, большое! — Пожалуйста, — кивнул Красный, накручивая на когтистый указательный палец тоненькую черную козлиную бородку. — Сейчас уже поздно, но завтра нам придётся повторить обход, — пробормотал он с задумчивым видом. — Издеваешься?! Мне на учебу надо! — А жить, не опасаясь того, что в жопу тебе в любой момент может воткнуться непонятно откуда появившийся гвоздь, тебе не надо? — в тон парню ответил Демон. — Зажуй сопли, истеричка. Завтра обойдем город снова. Ты меня понял? — Понял, — буркнул Костя, удрученно шмыгая носом. — И палочки возьми. Не собираюсь тратить лишнюю энергию, варганя новые, — продолжал раздавать распоряжения Красный. Костя со вздохом отрыл ветки из сугроба и направился прямиком домой. Общественный транспорт к этому времени в Энске вымирал, как динозавры в Ледниковый период, так что впереди парня ждала получасовая прогулка сквозь усиливающуюся метель и собственное отвратительное настроение. Замерзший, обозленный, голодный и усталый он шагал под аккомпанемент непрекращающихся язвительных комментариев со стороны Зловара. Жизнь показалась Косте неожиданно неприятной и несправедливой. И ничто уже этим вечером не смогло бы его развеселить. Даже неожиданно нарастающее приятное тепло в руке, которая сжимала ветки. Костя и не подумал удивиться, когда тепло превратилось в обжигающий жар. Он лишь болезненно вскрикнул, отбрасывая от себя березовые поисковые инструменты. Накаленные ветки начали извергать из трещин языки пламени, плавя лед, на который упали. — Какого черта? — воскликнул парень. — Кажись, сработало! Он рядом, — Демон перешел на шёпот, будто бы боясь спугнуть добычу. — А почему ветки нагрелись? Я думал, что они притянутся друг к другу. — Вы, людишки, склонны слишком много думать. Мой совет: прекращай, — фыркнул Демон, неустанно оглядываясь по сторонам. — Доброил совсем близко! Хер ли ты сиськи мнешь?! Скорее ищи его! Костя, встрепенувшись, огляделся по сторонам. Человек, «присвоивший» его Ангела-Хранителя, мог жить в одном из находившихся рядом домов. — Я же не буду вламываться в каждую квартиру, крича, что хочу глянуть, нет ли у кого на правом плече моего Ангелочка?! — сперва обрадовавшись, снова скуксился Костя. — Я еще не готов к знакомству с санитарами. — А чего так? Глаза забыл накрасить, аль не натянул красивые трусишки? — кинул очередную язву Зловар. — В жопу иди. — Схожу как-нибудь, спасибо за рекомендацию. А ты пока загляни вон в тот рок-бар, — кивнул Демон в сторону шумной компании, курившей рядом с неприметной лестницей. Она вела в полуподвальное помещение, из которого даже сквозь плотно запертую дверь лились скрежетания, отдаленно напоминавшие музыку. — Я же говорил, что Ангелов отправляют тем, кто больше всех в них нуждается. Такие типы редко сидят дома в девять вечера. В любое другое время Костя обязательно не постеснялся бы задать еще пару десятков уточняющих вопросов, но сейчас он слишком устал и замерз, чтобы отказываться от возможности погреться в теплом помещении. Забросив «волшебные» веточки в ближайший сугроб, на случай, если они ему еще пригодятся, парень направился к бару, морально готовясь к мордобою. Иного расклада он и предположить не мог, так как невезение наверняка собиралось сыграть с ним очередную злую шутку. Курившие у лестницы не то мужчины, не то деды — бороды не позволяли распознать возраста контингента данного заведения — окинули Костю насмешливыми взглядами, но ничего не сказали. Не мудрено. Даже в мороз они стояли на улице в футболках и косухах, Костя же в темно-зеленом пуховике до колен, шапке с дурацким помпоном и в длинном полосатом шарфе выглядел как клоун, пришедший на похороны, то есть настолько неуместно, насколько это возможно. КВГ собственный нелепый вид не смущал, поэтому на взгляды он никакого внимания не обратил. Парень уверенно прошествовал к лестнице, опустил ногу на первую ступеньку, чтобы затем все с той же уверенностью с нее полететь, поскользнувшись на ледяной корке. Компания взорвалась диким гоготом, но Костя не обратил внимания и на это. Оказавшись кверху задницей, парень судорожно прислушивался к своему телу, пытаясь по болевым очагам оценить, не заработал ли он перелом. К счастью, Костя отделался парой ушибов. Поднявшись на ноги, парень все же ввалился в бар, сдал верхнюю одежду в мрачный гардероб, больше походивший на кладовку, и с гордо поднятой головой прошел в основной зал. Рок-бар оказался совсем маленьким: небольшая барная стойка, несколько столиков и миниатюрная сцена в дальнем зале, где играла очередная группа Энска. Лажали парни кошмарно, но публику это не смущало. Человек пятьдесят, из-за размеров помещения производивших впечатление аншлага, орали и улюлюкали, перекрикивая игравшую музыку. Старые колонки жутко хрипели, но даже им не получилось испортить неожиданно чистый голос вокалиста. Парень пел специфично, но однозначно завораживающе. Костя даже на мгновение остановился, вслушиваясь в непонятную смесь слов и наслаждаясь тем, как здорово вокалист играет голосом. Константин не мог назвать себя музыкальным эстетом, но был способен понять, когда ему что-то нравилось. Разлетающийся по бару голос совершенно точно заставил его сердце биться чаще. — Чего встал как вкопанный? — послышался недовольный бубнеж за спиной. Костя почувствовал ощутимый толчок в правое плечо и невольно ойкнул. — Извините, — кинул Константин рефлекторно, и пьяный мужчина, было приготовившийся к конфликту, лишь смерил парня взглядом и решил, что убогих лучше не трогать. А кто, если не убогий, придет в рок-бар в красной толстовке, на груди у которой написано Princess. Эту толстовку Косте купила мама. Продавец, плохо владеющий русским языком, убедил женщину, плохо владеющую английским, что ее ребенок обрадуется такой обновке. То, что надпись на толстовке плохо подходила девятнадцатилетнему парню, она узнала лишь в момент, когда вручила подарок сыну. Константин не хотел расстраивать маму, так что толстовка стала частью не сильно разнообразного гардероба КВГ и даже привнесла в него некую пикантность. В институт, впрочем, Костя ее не надевал. В рок-бар не надел бы тем более. Как жаль, что еще днем Костя не подозревал, куда забредет. Заказав кружку пива, Костя начал осторожно прогуливаться по утопавшему в полумраке помещению, как бы невзначай разглядывая плечи людей в поисках знакомого Ангела. Не обнаружив искомого у мирно попивающих алкоголь посетителей, предпочитавших проводить досуг в отдалении от сцены, Костя на свой страх и риск влился в бьющуюся в экстазе толпу. Судя по состоянию преобладающей части посетителей бара, с таким же восторгом они бы восприняли и детскую колыбельную. Трех тычков под ребра, разлитого на толстовку пива и одной подножки оказалось достаточно, чтобы убедить Костю, что прорыв к сцене — не лучшая идея. Он уже было вернулся к барной стойке, чтобы следить за людьми с безопасного расстояния, когда уперся взглядом в сцену и обомлел: — Вот ведь… — пробормотал он сквозь зубы. — Какая неожиданность! — воскликнул Демон настолько неправдоподобно, что парню следовало бы напрячься, почувствовав неладное. Но для КВГ увиденное действительно стало неожиданностью, и он не мог в полной мере оценить, хорошая она или плохая. Вцепившись в микрофон, будто в спасительный круг, вокалист продолжал петь. Он настолько сконцентрировался на своем действии, что не видел никого вокруг. Это сыграло Константину на руку, иначе бы его пристальный взгляд незамеченным бы не остался. Энск являлся среднестатистическим провинциальным городком, который справедливее было именовать и не городом вовсе, а большой деревней. Если ты сталкивался с человеком, которого не знал, то его с вероятностью в девяносто девять процентов знали твои друзья, родители или соседка. Из-за этого слухи по городу разлетались подобно раковой опухоли. Ты мог некорректно выразиться при внимательной бабушке со двора, а к вечеру уже весь город знал, какое ты хамло. При этом большую часть населения города по понятным причинам составляли люди старшего поколения. Поколения, для которого было неприемлемо ничего, что хоть как-то отличалось от их собственного мировоззрения. Любое отличие от основной массы грозило лютым прессингом по всем фронтам. Оттого в таких городишках далеко не каждый решался заниматься тем, к чему его тянуло, не рисковал делать то, чего действительно хотел, и не выглядел так, как требовала душа. Вокалист со сцены входил в ту малюсенькую долю одного процента населения Энска, который не побоялся пойти против мышления маленького городишки. И доказательством тому являлся в первую очередь его внешний вид. Выбритые виски. Черные волосы, поставленные на макушке торчавшими вверх иглами с выбеленными концами. Блестящий в переносице двойной бридж. Септум, в котором красовалось черное колечко. Плоскостный пирсинг на средних пальцах обеих рук. Проколотые соски, штанги в которых выразительно выделялись сквозь черную драную футболку с изображением скелета. Такие же драные джинсы с кучей цепей и парой шипастых поясов. И тяжелые гриндера на толстой подошве с зелеными шнурками. Костя мог поклясться, если бы в Энске открыли хотя бы один нормальный тату салон, этот парень точно не обошел бы его стороной. Но КВГ всполошил вовсе не вид вокалиста. На то у него имелись причины повесомее. Первая заключалась в том, что над правым плечом провинциального неформала левитировал Ангел. Вторая — Костя знал этого парня. И знакомство их едва ли получилось бы назвать удачным.