Пираты Карибского моря: На странных кораблях

      Карина Смит резко остановилась, прекратив мерить шагами крошечную камеру, и замерла, вслушиваясь в звуки, доносящиеся из коридора. Но послышавшиеся, было, голоса, так и остались где-то вдали.       – Триста шестьдесят пять, – задумчиво произнесла заключенная за решеткой напротив.       – Что? – недоуменно переспросила девушка, в тот момент продолжавшая обдумывать план побега.       – С прошлой смены караула ты сделала триста шестьдесят пять кругов, – пояснила незнакомка, по-прежнему лёжа на набитом соломой мешке в предельно ленивой позе, и наблюдая за собеседницей приоткрыв один глаз цвета аквамарина. – Тебе что, совсем нечем заняться? Молодой астроном не сразу нашла, чем ответить на столь абсурдную претензию.       – Мои дела тебя не касаются! – возмутилась она, и решила ещё раз осмотреть замок.       – Поздравляю! – на смуглом лице незнакомки проступила усмешка. – Только что ты сделала четыре тысячи четыреста сорок четвертый шаг! Карина вновь ненадолго впала в прострацию от такого заявления.       – И меня ты обвиняешь в безделье? – раздраженно спросила она.       – Конечно, – как ни в чём ни бывало, согласилась та. – Если хочешь сделать что-то по-настоящему полезное – смени прическу.       – А… – реплика собеседницы окончательно выбила девушку из колеи. – Зачем?       – Чтобы прикрыть синяк, – ответила заключенная и провела рукой возле лица. – Вот так.       – Какой ещё синяк? – не поняла Смит, потратив около минуты на осознание фразы.       – От приклада, разумеется! – со странным весельем пояснила соседка, приоткрыв второй глаз, на этот раз желтого цвета.       В конце концов, Карина пришла к выводу, что эта, похожая на цыганку, девица, просто смеётся над ней, и потому окончательно перестала обращать на неё внимание. План всё-таки увенчался успехом – священник оказался недостаточно расторопным и догадливым, караул, стоявший на страже, отвлекся на какого-то вопящего безумца… Но на этом удача покинула беглянку: уже возле самого выхода она нос к носу столкнулась с солдатом, попытка прошмыгнуть мимо которого закончилась ударом в лицо чего-то твердого.       – Я же говорила – смени прическу заранее, – словно сквозь туман послышался знакомый голос. – А то сейчас это делать уже не очень удобно.       – Ох… – простонала астроном, чуть качнув гудящей головой. – Что?       – Прическа, – повторила та же самая заключенная из камеры напротив. – Тебе следовало позаботиться о ней, прежде чем лезть в авантюры. Карина попыталась ощупать левую сторону лица, где упрямо пульсировала ноющая боль, но обнаружила на запястьях кандалы, соединенные с вбитым в стену штырем удручающе короткой цепью.       К тому времени, когда солнце уже почти скрылось за горизонтом, девушка, наконец, более-менее оправилась от встряски, и неожиданно для себя осознала одну странную деталь.       – Постой-ка, – прищурилась Смит, повернувшись к соседке по несчастью. – Как ты узнала?       – Что узнала? – изобразила непонимание та.       – Про синяк… – у собеседницы не осталось сил даже на раздражение. – И про побег…       – Просто подсчитала, сколько раз чихнул рядовой Филипс относительно количества сделанных тобою шагов, – беззастенчиво ответила незнакомка, усевшись на своей лежанке.       – Это не смешно, – поморщившись, пробормотала Карина, и через некоторое время заговорила вновь. – А за что тебя посадили?       – За то, что глаза разного цвета, – весело ответила та. – Говорят, что такое бывает только у ведьм. Глупость, правда?       – Ха, меня тоже обвинили в колдовстве, – грустно улыбнулась астроном. – Люди уже не первое столетие покоряют моря, открывают новые земли… и до сих пор верят в магию… В камере напротив послышался какой-то шорох и невнятное бормотание.       – Хотим мы этого или нет, но разум общества меняется слишком медленно, – после паузы нарушила тишину соседка. – Увы, но стадные инстинкты довольно сильная штука.       – Ты говоришь почти как наша учительница… – поёрзав, пробормотала Смит, стараясь спастись от наступающего холода.       Ответ она уже не расслышала, поскольку сон оказался сильнее. Пробуждение, несмотря на затихшую боль от удара, было не самым приятным – сначала девушку окатили дурно пахнущей водой, после чего бесцеремонно выволокли из-за решетки. Незнакомке, пребывающей в соседней камере, повезло чуть больше, ибо она изначально вела себя покорно и, судя по всему, проснулась раньше прихода тюремщиков.       – Как ты можешь быть такой спокойной?! – негромко прошипела Карина, морщась от впившихся в запястья браслетов, когда они поравнялись, толкаемые вперед солдатами. – Нас ведь скоро казнят!       – Мммм… – задумчиво протянула та, с интересом оглядывая серый коридор. – На самом деле нет.       – Почему ты так решила? – удивилась астроном.       – Комендант сегодня встал с левой ноги, – как ни в чем ни бывало ответила эта чудачка, а её собеседница ощутила резкое желание приложиться рукой к собственному лицу. – И не забудь шагнуть как можно шире, когда выйдем во двор – этот балбес, названный конюхом, забыл убрать лошадиный навоз. Впрочем, оно только к лучшему.       – Ты это серьёзно? – задала риторический вопрос Смит.       – Конечно! – ни капли не смутилась собеседница. – Эта важная часть плана! Просто жди моего сигнала…       – Молчать! – одернул их шедший позади солдат, больно ткнув в спину дулом ружья. Наконец, конвой дошел до выхода из тюрьмы, и Карина наконец-то ощутила дуновение свежего ветра и смогла увидеть рассветное небо в живую, а не через маленькую решетку смотрового окна камеры.       – О, черт! – выругался идущий впереди офицер, подпрыгнув на месте. – Попадись мне этот бездельник… Не слушая поток брани, сводящейся к тому, что нерасторопного конюха ждало буквальное вылизывание запачканных сапог, девушка легко уклонилась от вонючей кучки, и с удивлением осознала, что причуды её сестры по несчастью не такие уж и бесполезные.       И вот, впереди показалась площадь, пока ещё не слишком заполненная народом, а также установленный на ней эшафот.       – Не сейчас… – предостерегающе шепнула незнакомка, когда их подвели к ступеням виселицы. Астроном ощутила легкую дрожь, но всё равно доверилась, сама не понимая зачем.       – Не сейчас… – повторила «цыганка», когда на их шеи набрасывали веревки.       – А когда?! – едва слышно пискнула Смит, которой уже становилось не по себе.       – Тихо! – одернула её та, глядя на поднимающегося, на помост человека в одеждах судьи. – Послушаем, что он скажет… Мужчина в парике начал гнусавым голосом зачитывать приговор, а Карина просто оцепенела от ужаса – она поняла, что её соседка точно безумна.       – Хм, всё-таки ни разу не чихнул… – пробормотала эта сумасшедшая, когда мужчина закончил. – Ладно, ладненько…       – Начинай, – коротко приказал судья, и палач привычным движением взялся за рычаг. Эти несколько секунд показались девушке вечностью. И когда на другом конце площади внезапно раздался взрыв, ржание лошадей и чьи-то крики, её сердце едва не остановилось от неожиданности.       Посмотрев в ту сторону, астроном с удивлением обнаружила как из облака оседающей пыли, разгоняя оказавшихся поблизости горожан, на площадь вырвались перепуганные кони, тащившие за собой огромный сейф на толстенных канатах.       – Барт! – с недоумением воскликнул один из обряженных в маски наездников, нарушая спонтанно возникшую тишину. – Мы, кажись, стеной ошиблись!       – Молодец! – обрадовалась соседка по эшафоту, и от души пнула стоявшего между ними палача, от чего тот начал падать… утянув за собой злополучный рычаг.       За те мгновения, когда Смит ощущала, как твердая поверхность в буквальном смысле уходит из под ног, перед ней живо промелькнула вся её недолгая жизнь. Но случилось странное – шальная пуля, выпущенная в тут же возникшей перестрелке, случайно порвала канат удавки, и девушка отделалась лишь ушибом коленей.       – Не благодари! – весело сообщила всё та же незнакомка, невесть как освободившаяся от петли и кандалов, появляясь рядом с поднимающейся на ноги Кариной. – Так, стой и не шевелись! Что она сделала, астроном так и не поняла, но в следующую секунду мучавшие её браслеты с жалобным звяканьем упали на землю.       – Ч-что т-теперь? – дрожащим голосом вопросила беглянка, ещё не до конца веря в своё спасение.       – Видишь вон того солдата? – новая знакомая указала на одну из треуголок. – Ждем, когда его обгадит чайка, а потом бежим туда! Внезапно появившуюся на означенной шляпе белую кляксу, Смит восприняла как должное, уже без какого-либо удивления.       Дальше последовал забег по охваченной хаосом площади – грабители банка сцепились со служителями закона, и единственным островком спокойствия оставался какой-то бородатый пьяница, как ни в чем ни бывало сидящий возле одного из домов и с флегматичным видом пьющий что-то горячительное. Но соседка по побегу настоятельно не рекомендовала к нему приближаться, мотивировав это тем, что его сегодня стошнило только два раза.       Вообще, как заметила Карина, эта особа всегда вела себя странно – частенько обращала внимание на всякую ерунду, параллельно умудряясь избегать неприятностей так, словно знала о них заранее. Но один случай окончательно выбил астронома из колеи.       Когда за углом они лицом к лицу столкнулись с отрядом стрелков, уже вставшим наизготовку, девушка решила что всё – вот она смерть… Но её спутница, хмыкнув, вскинула руку, и между беглянками и отрядом вдруг возникла стеклянная стена из светящихся желтым и аквамариновым шестигранников, о которую беспомощно расплющились пули. И если бы незнакомка не потянула за собой обалдевшую спутницу, то та так бы и осталась там стоять, вместе со столь же удивлёнными стрелками.       – Постой… Подожди! – тяжело дыша после забега, потребовала астроном, когда парочка добралась, наконец, до берега моря. – Ты… Ты… Ты что, и вправду… ведьма?!       – Магии не существует! – фыркнула та, покосившись на собеседницу, но всё-таки замедлила шаг.       – Ты колдуешь… Предсказываешь будущее… И не веришь в магию?! – пораженно спросила Смит.       – Одно другому не мешает… – хихикнула та, но вновь стала серьёзной. – Хотя на самом деле всё это результат сверхточного расчета… Иногда очень альтернативными алгоритмами, но всё-таки. Уж ты-то должна понимать, что такое математика, не зря же я тебя несколько месяцев искала.       – Что? – Карина в изнеможении рухнула на песок, когда её проводница остановилась. – Искала? Меня? Зачем? Вздохнув, незнакомка отряхнула широкие штаны и, закатав разболтавшийся рукав белой рубахи, уселась рядом.       – Увлечение у меня такое, – размотала синюю бандану сестра по побегу, и с наслаждением встряхнула головой, освобождая тёмные волосы. – Некоторые из вас монетки коллекционируют, другие, же, бабочек. А я – интересных и умных людей. Всё-таки, хорошие собеседники в нынешние времена, большая редкость. Астроном даже не особо удивилась подобному ответу – недавние события забрали слишком много сил.       – Кстати, – вдруг вспомнила она, заметив на горизонте идущий в их сторону фрегат. – Ты так и не представилась.       – Да, действительно, – задумалась та и, улыбнувшись, протянула собеседнице ладонь. – «Провидение», будем знакомы!

***

      Дверь хижины с тихим скрипом раскрылась, впуская одинокую фигуру. Сидящая за столом хозяйка отвлеклась от разбросанных по столу безделушек, подняв взгляд на гостью.       – Что привело тебя в мою скромную обитель? – спросила она, странно растягивая слова. – Присаживайся, я никуда не тороплюсь. Гостья ответила не сразу. Они обе знали кто из них кто, но всё-таки решили не отходить от формальностей, потому пришедшая аккуратно опустилась на покосившийся стул.       – Я хочу знать, – через минуту заговорила визитёрша. – Есть ли у нас шанс спасти её?       – Разве твой дар не может помочь ответить на сей вопрос? – с едва ощутимой иронией поинтересовалась хозяйка. На этот раз пауза затянулась чуть дольше.       – Четыре квадриллиона вероятностей, – медленно проговорила гостья. – И мне не нравится каждая.       – Пора понять, дитя, что не всегда приходится делать то, что нам по нраву, – поучительно ответила хозяйка, кончиком тёмного ногтя двигая лежащие перед ней предметы. – Но я отвечу. В ней слишком много боли, слишком много ненависти. Я знаю, что тебе это неприятно слышать, но она должна уйти. Окончательно. Только так вы сможете её спасти. Гостья встала. Кивнула. И они расстались не попрощавшись.