30 дней

— Хэй. — Мм, — тянет Чимин, заглядывая в камеру. Он сидит за столом, уложив подбородок на сложенные на столешнице руки, выпячивает губы и переводит взгляд на Хосока на экране ноутбука. — Когда мы встретимся, хен? — Через… хм… — Хосок считает в уме, прикидывая числа, загибая пальцы, чтобы не сбиться. — Восемь дней, да. Он облизывает губы и улыбается, Чимин улыбается в ответ, и они просто смотрят друг на друга какое-то время, не говоря ничего. Хосок сидит в позе лотоса на кровати, отставив ноутбук от себя, склонившись над ним, чтобы видеть Чимина и не поднимать камеру слишком высоко. Пиликает телефон, он смотрит на загоревшийся экран и отвлекается, чтобы ответить. Чимин не вмешивается, зная, что это что-то важное, если Хосок тратит на это время общения с ним. Он отъезжает на стуле слегка, упирается подбородком в стол, схватившись за край пальцами, прогибается в спине, выпячивая задницу. Ему не терпится показать Хосоку кое-что особенное для сегодняшнего такого же особенного дня. — Хосоки-хен, — Хосок ставит телефон на беззвучный и убирает его на стол у кровати. Ему приходится привстать и потянуться для этого, отчего майка задирается слегка, оголяя живот. Чимин вздыхает. Он так скучает по Хосоку и его телу. Они уже почти месяц видятся только в Скайпе, и с каждым днем его плотские желания становятся все сильнее. — Ты знаешь, какой сегодня день? — Конечно, Чимин-а, — отвечает Хосок, усаживаясь обратно на место и придвигаясь поближе к экрану. — Сегодня ровно сто дней с тех пор, когда мы начали встречаться. Чимин смущенно улыбается, на мгновение отводя взгляд, но Хосок знает, что эта улыбка значит. Он готовится быть приятно удивленным. — У меня есть кое-что для тебя, — Хосок кивает, улыбаясь, мотивируя Чимина продолжать. Чимин встает из-за стола, уходит из кадра, шуршит чем-то довольно долго, раззадоривая Хосока все больше. Возвращается он полностью голым, только на торсе и плечах блестят тонкие серебряные цепочки, собирающиеся на белом ошейнике. Хосок давится слюной, не задумываясь утыкается лицом в экран, словно это позволит ему быть ближе. Чимин забирается на коленях на стул спиной к камере, цепочки лежат и на спине, изгибаясь от движений рельефных мышц. Он выгибает спину, ягодицы раскрываются, и Хосок замечает анальную пробку. Она мелькает красивым алмазом бледно-голубого цвета на ручке, притягивает к себе взгляд, у Хосока во рту сразу пересыхает, он облизывает губы и шумно выдыхает. Чимин поворачивает голову в его сторону, выглядывая из-за плеча. — Тебе нравится, хен? — Ох, Чимин-и, мне больше, чем нравится, — пальцы дергаются в желании прикоснуться. Член встает невероятно быстро, месяц воздержания сказывается. Хосок трогает себя через пижамные штаны, но не спешит заходить дальше. — Посмотри на меня. Чимин меняет позицию, не опускает ноги на пол, но теперь полностью поворачивается к Хосоку, сев на пятки. Он сидит, положив руки на бедра, как приличный мальчик, член с побагровевшей блестящей головкой полностью стоит, покачиваясь с каждым движением, прижимаясь к животу. Хосок стягивает майку и подползает грудью к камере, показывая Чимину небольшие титановые штанги в сосках. Чимин издает восхищенный писк, прижимая ладонь ко рту. Он кусает губы от счастья, улыбается так сильно, что глаза совсем скрываются за ресницами. Хосок не может сдержать улыбки, наблюдая за счастливым Чимином. — Ты правда сделал это! — однажды Чимин признался Хосоку, что ему безумно нравятся проколотые соски на других. Тогда же Хосок решил, что сделает Чимину такой подарок, потому что этот парень одним своим присутствием подталкивал его на сумасшедшие поступки. — Ах, я так хочу потрогать их. — Скоро, Чимин-а, — Хосок спускает штаны, берет член в ладонь, сжимает его крепко и начинает двигать рукой, пытаясь повторить, что обычно делает Чимин. Он нажимает большим пальцем на дырочку уретры и смотрит на экран ноутбука. Там Чимин сидит в той же позе на пятках, толкается в собственный кулак, держась другой рукой за стол. Он звонко стонет, не отводит взгляд от Хосока, рассматривает его жадно, двигая бедрами, отчего пробка внутри него то входит глубже, то скользит обратно, усиливая стимуляцию. Хосоку от одного вида Чимина становится невыносимо жарко, он подходит к черте слишком быстро, но не хочет кончать так скоро, поэтому отпускает свой член, одной рукой трогая сосок, а другой пробираясь к судорожно сжимающемуся кольцу мышц. Он толкается одним пальцем внутрь, насухую, что не очень приятно, но, на самом деле, ему нравится, когда слегка больно. Сейчас просто хочется заполнить себя. И приходится довольствоваться малым, раз крепкий член только мелькает между пухлых пальцев на экране ноутбука. — Я так хочу, чтобы ты выебал меня, а потом я бы вытрахал всю душу из тебя. Этот чертов ошейник выглядит слишком соблазнительно, чтобы не схватиться за него. Только представь, как я буду вжимать цепочки в твою кожу, оставлять глубокие следы, цеплять их языком, облизывая тебя. Или как ты будешь лежать на мне, трахать меня глубоко, выходя на всю длину, и одновременно с этим играться с моими сосками, потягивая зубами за штанги, заставляя меня стонать и ерзать от легкой боли. Чимин стонет в голос, перестает двигаться и просто дрочит себе, раздвинув ноги как можно шире, вдавливая пробку в себя. Хосок видит, что он почти готов кончить, когда дверь в его комнату с шумом распахивается. — Эй, бро, — Хосок так и застывает с членом в кулаке и двумя пальцами в заднице, развалившись на кровати, Чимин вскрикивает, валясь со стула и круглыми от испуга глазами пялясь на парня за спиной Хосока. Парень тоже останавливается, оценивает ситуацию и сразу вскидывает руку, отворачиваясь и закрывая глаза предплечьем. — О нет, моя гетеросексуальность под угрозой! Он выходит из комнаты спиной вперед и закрывает за собой дверь, так и не убирая руки от лица. Хосок молча провожает его взглядом, пока Чимин пытается отдышаться, упав на стул. Как только замок двери щелкает, Хосок поворачивается обратно к ноутбуку. — Намджун врет. В нем гетеросексуальности столько же, сколько кислорода в воздухе. Двадцать один процент, — смеется он, пытаясь расслабить Чимина. — Тогда нам стоит пригласить его в следующий раз, — хмыкает Чимин, берясь за упавший наполовину член. Хосок хитро улыбается. — Да хоть прямо сейчас. Намджун-а, вернись сюда и развлекись с нами!