DemonicWorld! AU

      Очнувшись, демон вздрогнул от ужаса увиденного и осознания своего положения. Серебряные оковы жгли руки и ноги, а церковная обстановка выводила из себя. Ларссон начал дергаться из стороны в сторону, тщетно пытаясь вырваться. Он вскрикнул, оголяя клыки. — Идиот! Ты не понимаешь, с чем имеешь дело! — голос вновь изменил свое звучание. Стоило лишь попытаться применить магию тьмы, как тело сковала адская боль, а изо рта брызнула кровь, от которой пришлось откашливаться. — Надо было прибить тебя сразу. Но я не захотел. И зря.       Ридж, во время того, как Торд только очухался, сидел где-то за углом, засыпая, но этот двойственный голос заставил тело содрогнуться. Его раны уже были перевязаны, только вот с рёбрами никто не умел обращаться, поэтому оставалась надежда только на силу организма. Встав со своего места, он подошёл к демону, попивая из фляги. — Я ещё и идиот, спасибо за комплимент, названный Сэмюэлем. — имени обладателя такого знакомого лица, как бы Ридж не пытался, вспомнить не смог, зато он вспомнил времена детства, когда очень хорошо общался с этим пареньком с рожками. — Может, всё-таки представишься, Неизвестный? Хотя… Смысла всё равно нет, ты ж на меня ядом готов плеваться. Рогатый усмехнулся, это подразумевало его согласие с вышесказанным. Разумеется, он не был намерен по-дружески беседовать тут, да и вообще это исключено. Все не будет, как раньше. Все изменилось. Он вырос. Теперь дружба невозможна, это вынужденное соблюдение дистанции. — Наверное, у тебя вопрос: зачем я тебя сюда притащил и почему не убил? Ответ прост — твоё лицо мне очень знакомо, до боли в груди, с деревенским парнем я был знаком в детстве, но он без вести пропал, не оставив о себе ничего, кроме воспоминаний. Теперь же у меня есть предположение, но какое — не скажу. Нужна ж интрига. Мужчина подмигнул Архидемону, увидев струйку крови, стекающую с угла рта его, а потом удовлетворённо улыбнулся своей работе, он получал невообразимое удовольствие при виде того, что его ловушки оказываются без прорех, а сломанное ребро окупается.       Выслушав короткий рассказ Риджуэлла, демон ехидно заулыбался, прикрыв глаза. — Да неужели?! А какое мне до этого дело? И до твоих предположений?! — он как-то странно посмеивался, не поднимая головы. Попытка расправить и тем самым размять крылья увенчалась провалом, демон вздохнул и едва слышно прошипел «сукин же ты сын…». Все тело ломило не то от боли, не то от усталости пребывания в одном положении. Торд приподнял голову, исподлобья глядя Риджуэллу в глаза. — Хреновая же у тебя память, раз ты забыл, кажется, что-то важное! — с иронией произнес он. Терять уже все равно нечего, а вот дразнить Торд любил. К тому же, если удастся разозлить Тома, то это будет прекрасно, ибо голод давал о себе знать. — Уж поверь мне, я не тот, кого ты там помнишь или знал.       Неприятное ощущение от кандалов заставляло периодически стиснуть зубы. Вся эта обстановка лишь усугубляла и без того скудное положение демона. Он не имел представления о том, как в таких условиях залечить раны. Левое плечо неприятно ломило, сквозные ранения все еще прослеживались на всех простреленных местах, хотя, по идее, должны были, как минимум, затянуться в нормальных условиях. Выслушивая архидемона, Томас невольно стал зевать. Как же скучно вести беседу с кем-то столь напыщенным. — О Великий, будьте благосклонны, занизьтесь до моего уровня, а то я вообще не понимаю то, о чём Вы пытаетесь мне сказать. Со жгучим сарказмом произносил это охотник, рассматривая Сьюзан, которая немного переливалась из-за света от огня свечей. — Знаешь, тебе тут — не родное гнездышко, и никто тебе на золотом подносе не подаст ни негативных эмоций, ни полудурка, который даст тебе этой пищи. Так просто из такого положения не выбраться. Да и на тебя у меня нет планов, я буду пытаться вытащить из тебя того паренька, которого знал. Вновь холодом со льдом вперемешку наградил демона охотник, подходя ближе и рассматривая «экземпляр» с видом безумного учёного, который хотел распотрошить и изучить его изнутри. От таких взглядов любому бы стало не по себе. Торд хотел было рассмеяться в лицо Тому, на слова о том, что тот собирается вернуть якобы обычного человека. Какой абсурд. Но этот настрой сменился лёгким оцепенением, куда-то пропал под напором Риджуэлла. Демон ещё сильнее прижался к кресту. — Чего? Что ты такое несёшь вообще?! И прекрати так пялиться, выглядишь, как кретин. — но даже сейчас он не переставал провоцировать охотника едкими фразочками, хотя понимал, что ему на них, в принципе, плевать, но такова натура Ларссона.       Торд ненадолго задумался. Воспоминания с силой ударили в голову, заставив вздрогнуть. — Что за чушь, Томас? Кого ты там собрался вытаскивать из того, кто РОЖДЕН Демоном? Может, твой наивный детский разум не мог понять этого, но сейчас-то не глупи! Да обо мне каждая смертная тварь знает! Не слышал никогда что ли всех этих рассказов?! Не надо препарировать меня, как лягушку! Не глупи! — Хочу и буду пялиться, законом не запрещено. — по-детски фыркнул Томас, продолжая рассматривать демона. Ранее такие виды ему не попадались, потому его и охватили детское любопытство и интерес. — Кретин, идиот, сукин сын, что дальше? Меня не впервые так называют, были слова и поинтересней. Попытка — не пытка. Мне то нечего терять. Рассказы о владыке Ада, который убил своих родителей? Считаю их детскими страшилками. Том в очередной раз зевнул, ему было скучно, а от слов Ларссона и того скучнее. — Ого, препарировать как лягушку? Только ты — не она, поэтому более интересно будет разбирать именно тебя. Он «добродушно» улыбнулся, отчего в огне свечей эта улыбка казалась загадочной и зловещей.       Затем последовало молчание, которое длилось достаточно долго, если тебе нечем заняться и ты скован, но Торд всё же нарушил его, заговорив, на удивление, спокойно. — Торд Ларссон. Моё имя. И если ты не видел у меня этих рогов, клыков и хвоста с крыльями тогда, то это ещё не значит, что у меня их не было. Мучить правителя Ада — нехорошо, Томас. А вот легендам стоит верить. Протирание Сьюзан от лишнего пороха вошло в привычку и расслабляло каждый раз при её чистке лишь то, что потом удастся хорошо так пострелять по мишеням в виде нечисти. Когда же архидемон назвал своё имя, то оно вырезалось в памяти кровью.       Послышался звон колокола, рогатый непроизвольно зажмурился, вновь выставляя напоказ клыки и рыча. Всё, что связано с церковью для него невыносимо мучительно. В данном случае это привело к тому, что буквально за одно мгновение демонический вид сменялся человеческим, это повторялось снова и снова, Демон закинул голову назад, желая метаться из стороны в сторону, заткнуть уши, которые, кстати, были не малого размера и слышали прекрасно, но всё это невозможно. Вырвался крик, звон сводил с ума.       Том достал вату и подошел к демону, вообще не боясь его состояния. Сейчас пытать его звоном не было нужды, поэтому он бережно заткнул огромные уши ватой, сильно приглушая звон от колокола, это действие вызвало ошарашенный взгляд рогатого. Уж слишком Риджуэлл был бережен с этим демоном, скорее всего в охотнике говорил тот мальчик, который сильно беспокоился о своём друге, пусть то была просто царапина. Но Торду было не дано этого понять, он не был знатоком людских чувств и человечности в целом. На лице охотника ни одной эмоции, а в душе просто пусто. — Эта детская страшилка перед тобой, очнись! — возразил рогатый. Я понимаю, у тебя нет резона верить мне, но… — а вот причины для этих оправданий не было, потому пришлось притихнуть. — Демоны не отличаются внутренним строением от людей… — Детская страшилка передо мной? Ну да. Верно. — Охотник стал кивать будто верил — Ага-да, а я король мира людей, приятно познакомиться. А то, что ты сказал о том, что внутреннее строение у нас одинаковое, спасибо, теперь мои знания о демонах возвысились. — Томас скептически фыркнул, возвращаясь в свой угол и облокотившись на стену, прикрыл глаза. Архидемон вновь попытался дёрнуть руками и сорвать кандалы, разумеется, ничего не вышло, потому он просто расслабился, прикрыв глаза и отстранённо глядя в сторону. При очередном взгляде на Риджуэлла воспоминания накрыли с головой. Ребяческие игры, прогулки по небольшому поселению, громкий и заливистый смех, широкая улыбка. Невыносимо. Отвратительно. От этого хочется сбежать. Забыть, чтобы не было так тошно. — И что же ты намерен делать сейчас? Или когда там? Давай, «удиви» меня. Измучай призрака своего прошлого… А толку? — Не сейчас. Сейчас я устал и, будь добр, не сотрясай воздух просто так, это начинает напрягать. — Выдохнул с усталостью охотник — Толку? Сам не знаю, почему, но я хочу хоть кого-то спасти из прошлого. Не себя, не кого-то ещё, а именно того друга. Он покачал головой, вставая со своего места. Торд же тихо вздохнул, понимая свою обречённость на различные пытки и исследования, в общем, что-то в этом роде. Томас явно не собирался ему верить, что вполне логично после всего случившегося да и самого происхождения Торда. — А теперь я, Ваше Величество, покину это помещение, не мешай священникам, будь хорошим демоном. Риджуэлл забрал Сьюзан с собой и отправился вон из подвала. Поблагодарив тех людей за сотрудничество, он вышел на улицу, когда уже начало темнеть. Вновь на улице бодрствовала нечисть, видимо, и сегодня отдохнуть не удастся, как же хотелось остаться в кровати и просто поспать, но Ридж выбрал другой путь, который ведёт к бессонным ночам и весёлым будням. «Ты его не спасёшь такими темпами, а доведёшь до полусмерти» — подумал Архидемон, и с этой мыслью пришла какая-то хладность и отреченность. Он более ничего не сказал и лишь изредка наблюдал за действиями Риджуэлла, пока тот не ушёл.

***

      Ужасно хотелось есть, но это иной голод, обычным демонам не свойственен. Очередной резкий рывок вперёд с целью освободиться от оков. Разумеется, неудача. Торд уже успел натереть себе руки кандалами, а серебро неприятно воздействовало на кожу, отчего вскоре появились мелкие ссадины, что слегка пощипывали. Вскоре парень уснул со скуки, но сон был каким-то тревожным и беспокойным и длился недолго.       Разбудил очередной звон колоколов, который, благодаря вате, был почти не слышен, хотя в полной тишине этого достаточно. чтобы вывести из себя. После послышалось громкое хоровое пение, которое было ещё более невыносимо. Ларссон зажмурился, стараясь заглушить всё это собственными мыслями, но увы. Тихое поскуливание, подобное стону всё же вырвалось из его рта, ещё сильнее подчёркивая неприязнь к подобному. Торд беспрестанно думал о том, что было в прошлом, воспоминания сами всплывали. Возможно, оно и к лучшему, ибо это помогало хоть как-то скоротать время. Время от времени рогатый снова и снова дергал цепи с заведомо ложной надеждой на то, что они его отпустят.

***

Всю ночь проведя на ногах, Том кое-как смог перевезти свою повозку ближе к церкви, где ему дали разрешение провести коней с самим «домом на колёсах» на задний двор. Там же он покормил своих изголодавшихся лошадей и, успокоив их, забрался внутрь, впервые за долгое время засыпая с утра до 12 дня, до звона часовни, сладко посапывая. Так он, протерев глаза и вернув шляпу на свою голову, отправился вниз, к Торду. Со святой водой, какими-то строками из пыльных книг с молитвами, спрошенных со священников. Охотник спустился с книгами на руках, святой водой и другими вещами в подвал, чуть ли не падая с лестницы из-за того, что ничего не видел за вещами, которые загораживали весь обзор. Спустился он ровно в час дня. — Ну что, Демонюга, как поживаешь, как провёл половину дня без «мучителя»? Когда вернулся Томас, он окинул его пустым взглядом, хотя книга и жидкость в руках не радовали. — Какое тебе дело? Очень весело и хорошо, разве не видно? Так бы и сожрал, да вот… Руки что-то связаны. Он вновь дернул руками, раздался звон металла. Все конечности невыносимо ломило. Ларссон облизнулся, прикусив губу. — Мне вот интересно, когда ты поймешь, что ты неправ? Когда я сдохну? Ну если только… — Какое мне дело? Просто есть для этого интерес. А вот разбрасываться угрозами сейчас не особо выгодно именно тебе. Сложив все вещи на столе, он выдохнул, сдерживая зевок, всё-таки он не выспался. — Когда я пойму что неправ? В чём? Ну, может быть ты, как демон, и сгинешь. Я не знаю к чему мои расследования приведут. Томас спокойно пожал плечами, открывая одну из книг и стал бегло прочитывать её, вникая в смысл. — Знаешь, ранее я вообще не вызволял людей из-под такого рода сожительства. — выдохнул Риджуэлл хмурясь из-за скрежета серебра. — Ты только себе хуже делаешь, пытаясь выбраться таким вот образом. Но Торда это не волновало. По крайней мере это единственное, что он мог сделать. Не дождавшись ответа охотник отошел назад, к книгам и святой воде, взяв бутылку, он подошел обратно. — Плевать… Что хочу, то и делаю. — пробубнил он, вновь нарочно повторив те же действия. Когда Риджуэлл подошёл и вынул вату из уха, Демон фыркнул, оскалившись. Отличный момент, чтобы харкнуть кому-то в лицо. — Отъебись! — мат для подобных ему существ — вполне свойственная вещь, как и неусмиримая ничем похоть, постоянная ложь и прочее. «Демоны такие невежды» — подумал Том. — Что ж. Я дал тебе отдохнуть, но отдых не может быть вечен. — последнее что сказал Риджуэлл на родном языке, потом переходя к латыни, которая была понятной и для него, и для демона.       И это называется отдыхом? Прекрасно! Тогда Торд был на курорте, где всё включено: голод, изнеможение, боль, затекшие конечности и невыносимый звук молитв с колоколами! Вот так комбо! Том быстро говорил на этом языке, произнося строки «выселения» демона из человека, затем, на последней строке, открыл бутылку и плеснул из неё равномерно на Торда в разные места: то на грудную клетку, то на одежду, то на лицо, то на руки. Когда в воздухе зазвучала латынь парень лишь сильнее оскалился, закинув голову назад и жмурясь. Ко всему добавился полив святой водой, от чего всё начало неприятно жечь, в том числе и глаза. Изо рта вырвался неистовый крик, Архидемон, как мог, изворачивался от боли по всему телу. Ярко-алые глаза от злости, казалось, стали ещё краснее. Ещё пара стонов от боли и Демон склоняет свою голову, стискивая зубы. Отлично, те раны не успели затянуться, а тут на тебе новые. Более ничего не произошло, Томас цокнул языком, приступая к другом обряду, выкидывая эту книгу, ведь ничего полезного там более не нашёл. Торд что-то прошептал на своём языке, после чего голос вновь сорвался на крик. Не стоит забывать, что тут магия не работает. По губе начала стекать кровь, а дрожь не унималась. — О-о-о, и это всё? Нет, этим ты меня не одолеешь… — даже в такой ситуации он не брезговал подобными высказываниями и оскорблениями. Таков уж характер, который не так просто сломить.       Черноглазый взял в руки другую книгу, которая пугала лишь своей обложкой, но не на неё же стоит обращать внимание. Рассмотрев новые обряды, он стал читать один из них, усаживаясь на пол, ведь стоять стало как-то неуютно. Этот обряд стало тяжелее выговаривать из-за оборотов и иногда непонятных выцарапанных слов. Что ж, судя по всему, это лишь начало, что вполне ожидаемо. Торд лишь тяжело вздохнул, готовясь к новой муке.       Говорить становилось всё труднее, в горле образовывался ком, но Том, хрипя, продолжал. Когда же и этот обряд окончился ничем, он попил воды, читая другие, вынося все собранные силы Тордом в мусор.       Более сильные по своему значению и звучанию слова проникали в разум и повторялись там снова и снова, вынуждая судорожно мотать головой из стороны в сторону в попытке хоть как-то всё это заглушить. Обе руки сжались в кулак, и тем самым когти чуть ли не впились в бледноватую кожу. Очередной крик, вернее, уже вопль. Удар рогами о крест. — Умолкни же ты наконец! — резко выкрикнул Демон.       Стоило приложить побольше усилий и направить их в мышцы крыльев, как цепь на них разрывается вдребезги, хотя и на довольно тонкой коже крыльев остаются заметные ссадины и царапины. Расправив их, он облегчённо выдохнул. Размах достигал метров трёх, а то и четырёх. Торд довольно улыбнулся, понимая, что что-то он всё же может. Но новая череда режущих слух слов в миг откинула все эти мысли, заменяя их криками боли. Риджуэлл обернулся, зло выплюнув «Тьфу на тебя, все труды насмарку». Но никаких подпиток не произошло, он стал громче произносить молитву, смотря прямо в горящие глаза архидемона. Боже, в Ридже просыпался дремлющий садист, но это ведь было оправданным риском? — Да очнись же ты, балбес! Ты ничего не добьёшься этим! Я всегда таким был! -этот и без того короткий монолог оборвал кашель. Сбитое и громкое дыхание, кровь всё шла изо рта небольшой струйкой, Торд прикрыл глаза.       Услышав «ложь» со стороны «Его величества», парень хмыкнул, уже тише произнося молитву, делая какое-то месиво из трав. Торд еще каким-то чудом был в сознании, хотя в глазах уже темнело несколько раз. Он молча и искоса следил за действиями Риджуэлла. Сделав всё необходимое, охотник подошёл ближе к демону, на время затыкаясь, давая ушам рогатого передышку от молитв, демон же вздохнул, опустив голову. Подойдя к крыльям Томас осмотрел те царапины, а потом посмотрел в книгу, где говорилось о том, что стоит обмазать крылья, рога и, по возможности, хвост в этом месиве, после произнести нижеуказанную молитву. Ларссон и не заметил, как Том подошел, все еще пребывая в каком-то состоянии, схожем с каматозом. Легко и незаметно для отключающегося архидемона, он бегло обмазал крылья рядом с царапинами, дабы понять, что произойдёт, а что будет щипать в ранах и без того было ясно, как летний день. Далее были рога, он не понимал как стоит описать эти ощущения под руками. Приятные на ощупь? Возможно… Немного шершавые, но это наоборот манило, нежели отталкивало. «Такие мягкие волосы, вот же чёрт» — Ридж покачал головой, возвращаясь к прочтению обряда. — «И что это мои мысли не туда плывут». А затем хвост, сначала Том решил его не трогать, мало ли что может вытворить демон такого уровня, но, на свой риск и страх, он всё же сделал это. Лишь касание рогов вывело из «дремлющего» состояния. Парень невольно прильнул к руке головой, блаженно улыбаясь и прикрывая глаза. Можно было услышать тихий стон. Торд помотал головой, недоумевая глядя на Риджуэлла, а после резко отвернулся, неловко.       Быстро отскочив в сторону, затем выходя перед Тордом и, усевшись на пол, Риджуэлл вновь стал говорить молитву, прикрывая глаза.       И вот все опять по новой, но на сей раз еще хуже. Это нестерпимо, ужасно больно. На глаза выступили слезы, когда Архидемон вообще в последний раз плакал? Он сам не помнил. Очередные крики смешались с всхлипами. Даже в тех местах, где кровь перестала идти еще со вчера, она вновь начала течь. Ощущение какой-то скованности, невозможно пошевелиться. Чувство, что заживо горишь, хоть это не так. Не выдержав, Торд как-то отчаянно выкрикнул: — Том! Он читал, видя то, как демону было больно, от этого он чуть ли не сдался, но продолжил читать, пока… Пока его не позвали, отчего в голове появился вьетнамский флешбэк. Когда Торд попал в беду и так же отчаянно кричал на помощь. Охотник, не сдержавшись, закрыл уши руками и закрыл глаза, умолкая. Далее он молчал, приводя свои мысли и чувства в порядок, которые нагрянули негативом со всех сторон. Торд затих, не в силах сказать или сделать еще что-то. Губы предательски дрожали, как и все тело. Какое унижение… Если бы кто-то из своих увидел его в таком состоянии, то правитель бы предпочел умереть, это всяк лучше. Демон расслабился, приводя дыхание в норму, сил оставалось все меньше. Но, когда резко повеяло столь сладостными для рогатого эмоциями, он облизнулся, сделав глубокий вдох и вкушая необычный аромат. Он ему нравился, манил к себе. — Хочу… -едва слышно прошептал он, сдерживая поток смешанной с кровью слюны. «Черт, это же еда.» — дав себе звонкого леща, он тяжко вздохнул, теперь убирая подпитку со своей стороны. На бледной коже лица красовался красный след от собственной руки. Счастье быстро закончилось, от чего Торд нахмурился, вновь глядя в сторону. — С тебя на сегодня хватит. Собирать книги, всё ещё дрожащими руками, было трудно, но он сделал это, отправляясь наверх, к новым цепям для крыльев архидемона. Когда же он вернулся, то сразу же связал их прочнее и надежнее, чем в прошлый раз. Всё это производилось в убийственной тишине. Демон вздрогнул и отчаянно пытался увернуться крыльями от оков, но, быстро устав, сдался, вновь терпя жжение от ненавистного металла.       Заковав чужие крылья в серебро, Томас сразу же ушёл вон из подвала, думая просто над всем тем, что произошло. Над реакцией Торда, над своей реакцией, над криком, над состоянием демона, над своей жизнью, над собой. Просто обо всём и ни о чём одновременно. Достав бутылку крепкого спирта, он стал пить из неё, пытаясь выкинуть из головы всё это. Раньше выпивка работала как заветный отключатель от мира сего. И вот в животе стало сильно урчать, напоминая о том, что кушать-то когда-то надо. Том в который раз тяжко вздохнул, вставая с насиженного места и отправляясь в уже знакомую пекарню с небольшим мешочком денег, где работал недавний знакомый, с которым охотник смог поладить. (Эдд, прости, но мы решили сделать так) Купив себе несколько булочек, он отправился обратно, поедая их по пути и наслаждаясь приятным запахом, хрустящей корочкой с прекрасной и вкусной начинкой. Доев лишь одну, он почувствовал глубокую вину перед демоном и последовал порыву, вставая с насиженного места вновь и, набрав простой воды из колодца, отравился в подвал.

***

Вновь оставшись в одиночестве, спустя несколько часов, парень начал тихо напевать (Within Temptation — Demon`s fate, о подобном Вы были предупреждены. Кому интересно — гляньте перевод): - From the ashes and hate It's a cruel demon's fate On the wings of darkness He's returned to stay There will be no escape Cause he's fallen far from grace What have you done? Is this what you wanted? What have you become? Your soul's now forsaken You're walking alone From heaven into hell — голос звучал плавно и протяжно, но в то же время в нем была агрессия. — Now that you know Your way in this madness Your powers have grown Your chains have been broken You've suffered so long You will never change. Angels have faith I don't want to be a part of his sin I don't want to get lost in his world I'm not playing this gamе…-он затих, закрыв глаза и тяжело вздыхая. Боль все не унималась, от чего приходилось фырчать, шипеть или постанывать от некоторых движений. В конечном счете удалось уснуть только тогда, когда в церкви все стихло, ибо звуки чтения молитв были невыносимы. По пути вниз Том, стоя за углом, услышал тихое пение, отчего оледеневшее сердце немного сжалось, но он быстро вернул спокойствие, не давая запаху распространиться. Когда Торд затих, он подождал несколько минут, дабы не запалить то, что слышал всё, и прошёл внутрь. -Хей, не разбудил, надеюсь. Он поставил ведро, пока немного побаиваясь подойти, особенно после того, что сам сотворил с Тордом.       Рогатый все время проводил в рассуждениях, мыслях о том, как доказать свою правоту и открыть Риджуэллу глаза, но как-то безуспешно. Он устал. Устал пребывать в одном положении, ощущение, что, если снять кандалы, то он просто рухнет от бессилия и встанет лишь через сутки, после хорошего сна. Но пока что Ларссон еще держался, стараясь не поникнуть и духом, не показывая всей правды, всех мучений и чувств. Он без труда услышал шаги Тома, но все равно продолжил петь, наплевав на все это, никто ведь не запретил. К тому же, от молчания или разговоров с самим собой может поехать крыша. Аромат свежей выпечки все же заставил облизнуться, хотя он бы не стал есть подобное, но пахло очень вкусно. Такими темпами он кинется на первого попавшегося человечишку, лишь бы утолить голод.       Торд окинул охотника презрительным взглядом исподлобья, явно не намереваясь приветствовать хоть как-то. Ведро с водой? Вроде не освященная, но мало ли, рогатый не решался доверять черноглазому. Морально Демон уже приготовился к новым пыткам, не думая об ином раскладе. После он как-то печально усмехнулся, чуть склонив голову. — Что… Пришел вновь потешить себя и свой слух моими криками агонии? Ммм, и кто из Нас монстр?..