DemonicWorld! AU

***

      Возможно, вся эта радость при виде внезапно исчезнувшего на довольно долгий срок правителя была фальшивой, хотя, кто знает… Но Торду плевать на все это. Он сосредоточен на ином, предпочитая не замечать все происходящее вокруг.       Нестабильная ситуация в Аду напрягала. Положение необходимо исправлять. Также немаловажно вернуть авторитет. А что ободряет демонов лучше всего? Верно, — зло, хаос, разруха, чужие страдания и грехи. Но вновь разорять то же поселение Ларссон не стал, приняв решение оставить деревушку в покое. Пока что. Зато пострадало соседнее поселение, причем капитально. Нечисть в прямом смысле уничтожала все на своем пути, не брезгуя искушениями в виде тех или иных проказ. В итоге Торд добивается того, что о нем начинает ходить еще больше слухов, ибо нападки учащались, принося с собой новые последствия.       С каждым днем волнение за Архидемона нарастало, а его чувства сильно перемешивались, и Том смог определить то, что он чувствует к этому чёрту. Симпатию и привязанность, как в былые времена. Волнение и страх за его жизнь. Тоску по Торду, и тоску по его теплу. Он, откровенно говоря, вообще скучал по тому времени, когда можно было зайти в подвал и увидеть эту, полную гнева, моську…       В итоге колоссальную славу принесла так называемая «Алая ночь» (Как голубая, только красная. По идее, именно синее пламя — знак Сатаны, но наш Красный). Были убиты многие священники, монахи и прочие служители церкви, включая и не одну сотню мирных жителей. Город охватило ярко-алое пламя. С того случая рассказы и новости о рогатых тварях разлетелись повсюду. Но в особый страх приводило описание одного выжившего: «Вы бы видели его морду! Это ужас! Он словно и вовсе не от мира сего, несмотря на значительные сходства с людским телосложением и анатомией. Чего стоят одни его рога и уши… Глаза же, как у разъяренного быка, алые, глядят прямо в душу, норовя сожрать её. Гигантские крылья, махнет — собьет с ног. Но главное — лицо его словно на две части поделено. Одна, правая, страшна и убога, со шрамами, а глаз черный, не считая радужки. Ничто не может ему противостоять, никто не смог. И если вам встретится это чудовище — бегите, если хотите жить. Молитесь, взывайте к помощи Божьей».       Когда же начали ползти слухи, Том не хотел слушать их. Его хотели силой отправить в ту деревню, хоть как-то помочь. Ведь от этой отстали, значит, и от той отстанут, если охотник отправится на помощь? Но, увидев его состояние, они передумали, маша руками, мол, «Как можно было стать таким мягким?». Ответ прост, ведь услышав о Торде, мужчина понял, что ничто его не учит и что стоит ждать его. Только неизвестно когда.       Эта выходка помогла разобраться с нарастающим волнением и возражениями против власти Ларссона. Его вновь уважали, боялись. Но не все. Всегда будут те, кто не побоится бросить вызов и сразиться, посчитав себя сильнее. И Торд это знал. Знал, что однажды этот момент настанет. Выяснилось, что соперник был не слаб, но все же переоценил себя. Да, его магические способности были хороши, но недостаточно. Торд превосходил того по всем параметрам, хотя отделался неслабо, да и сил ушло и уйдет много. Одна только постоянная регенерация чего стоит. Но победа в поединке, разумеется, была за Архидемоном.       Теперь его мучил голод. Позволить себе регенерацию вновь он не мог, потому некоторые раны все же остались. Пара легких ожогов, не особо глубоких царапин да синяки, не более. Не смертельно. Но это снаружи. А внутри: мощный удар пришелся в область груди, из-за чего возникло повреждение ребер и осложнение дыхания, хрипота. Неприятное покалывание при каждом вдохе. Противное чувство.

***

      Мрачная картина подземелья сменяется не намного более яркой деревенькой. Торд кое-как ковыляет в поиске жертвы, пока в нос не ударяет запах, что сводит с ума. Это оно, то, что нужно. Попробовав единожды возникает зависимость. Ему нужен именно Он. Том изо дня в день ходил по кругу, обдумывая, что надо будет делать. Возобновились тренировки, а холод вновь забрался в душу, позволяя трезво оценивать ситуацию. Чувства притупились и приглушились, хотя всё равно тянулись лёгким и еле заметным ароматом, но Том надеялся, что его будет не так легко найти. И, ожидая чего-то, в горле начался дебош, резко захотелось спеть, что он и сделал. — Подожди меня, обернись назад… — Дотянись рукой, дай найти тебя. (DVOE — падали) В глазах стали образовываться слёзы, а эта песня не хуже серебряных пуль забиралась в сердце, проделывая дыры. — Знаю, я, знаю, что такой ты один. Я без тебя, как будто море без дна. Где же ты, где же ты, подойди хоть на шаг; Мне в этом мире, мне без тебя никак. Он схватился за голову, сдерживая всхлипы и продолжая тихо напевать эти строки. Негатив резко повысился, выдавая местоположение охотника. — Падали, падали и упали на дно; Думаю, думаю, что тебе всё равно. Мыслями, мыслями я испорчу блокнот. Не подобрать мне самых грустных нот…

***

      Добравшись до источника столь впечатляющего аромата, Торд замер. Он не видел Тома больше месяца, но вряд ли кто-то думал, что встреча будет такой. Торд вновь был не в своей тарелке, не понимая происходящего и движимый лишь своим желанием. Его выдавало характерно-яркое свечение глаз. Он оскалился, тихо урча, но явно не от хороших чувств. Услышав шарканье ног, черноглазый обернулся и, увидев Ларссона, сердце сжалось до боли, но Том вытащил Сьюзан, не начиная стрельбу, он не хотел повторения истории, но с дрожащим руками он все же сделал несколько предупредительных выстрелов. Рывок вперед, обманный маневр, и рогатый оказывается за спиной охотника, склоняясь к его шее и вдыхая манящий аромат, едва ощутимо проводя носом по коже. Руки впились в бока Томаса, причем в прямом смысле, пусть и совсем не глубоко. Тому не дали и опомниться. В конечном счете одна рука перебралась на шею, обхватив ее. Окончательно забывшись, Торд, незаметно для себя, начал душить Риджуэлла. Заставлять страдать он умел, но тут главное — не перестараться.       Томас хотел было отдёрнуть чужие руки от своих боков, как одна из них перебралась на шею, начиная душить. Не лучший расклад. Он смог вывернуться из хватки рук и выстрелил. Попал он в плечо, пытаясь хоть как-то вразумить архидемона. Торд замер в недоумении, глядя на руку, ещё не до конца понимая, что произошло. Ещё предупредительные выстрелы настораживали, но голод и нужда были сильнее страха перед ранами, а в итоге рогатый вновь недооценивает врага, причём того же самого, забывая о том, что не все люди — слабые и ничтожные черви, от которые так легко избавиться, стоит лишь «наступить» на них. — Ни привет, ни как жизнь. Пришёл использовать меня и вновь уйти?! — Томас говорил это с непривычной дрожью, но с обжигающим холодом. В черных глазах, казалось, сверкали еле заметные слёзы. Хотелось прикончить такого Ларссона, но в то же время он не мог этого сделать. Когда тот хотел подойти, он выстрелил в его коленную чашечку, чтобы остановить. — По твоим глазам видно, что ты хочешь одного. Ты даже в порыве голода не заметил того, что чуть не задушил меня, дружище. После этого я должен радостно принимать то, что ты соизволил показаться на глаза? — секундное молчание — Нет уж, увольте. Вновь выстрелы, Торд было попытался уклониться, но шальная пуля всё же задевает плечо, отчего парень раздражённо фырчит. Всё повторяется… Но это его не останавливает до тех пор, пока серебро не попадает в колено, вызывая жуткую боль, вынудив вскрикнуть и опереться лишь на одну ногу. Теперь он ещё и зол. Мах крыльев и Архидемон, словно та же пуля, устремляется вперёд, сбивая охотника с ног и тут же пытаясь обезоружить, но тот вновь попытался выстрелить на поражение — тщетно. Все слова Риджуэлла — что об стенку горохом. Торду плевать, он не слышит, иначе бы давно остановил это безумие. Но он не мог. Он был слишком слаб перед инстинктами, хотя желания подчиняться даже им не было вовсе. И вот его повалили на холодный бетон или землю, Том уже и забыл, где он из-за сильно крутящейся перед носом картинки, видимо, он сильно приложился головой, а револьвер стало очень легко выбить, чем Торд и воспользовался. Вдыхая манящий запах вблизи, Демон облизнулся, вновь склоняясь к довольно тонкой шее с выступающим кадыком, но кусать не стал, в то время как Том именно этого и ждал, закусив губу. Хватало и аромата, самого ощущения всех отрицательных эмоций, которыми Томас сейчас буквально раскидывался, резко выражая свой негатив. Торд приобнял черноглазого за поясницу, прижав к себе. Он сходил с ума от этого запаха, словно кот от валерианы. Дыхание было частым и сбитым, всё ещё хриплым, хотя вскоре это начало проходить. Торд постепенно приходил в себя, успокаиваясь. Подняв взгляд он оторопел, ненадолго замерев, глядя в глаза Тома будучи на расстоянии сантиметров десяти от них, но после рогатый шорохнулся в сторону. Идти, из-за еще не затянувшейся раны, он не мог, потому отполз. — Я… я… мне ж-жаль. Том присел, придерживая голову и жмурясь, в голове было такое, что мама не горюй как было плохо. — Очнулся-таки, Властитель сплетен. — смог сказать Том через боль, даже не собираясь пока вставать       Ларссон схватился за голову, закрывшись одним крылом, ему и стыдно и обидно за себя. Хотелось исчезнуть с глаз Тома долой, но все же какие-то зачатки совести не позволяли это сделать. Торд виновато смотрел в сторону из-за такого прозвища, чувствуя себя еще более отвратительно. — Не подходи… — прошипел Торд, хватаясь руками за пряди русых волос. — Черт… Именно поэтому я не хочу и не могу быть рядом. Тебе и так проблем хватает, а из-за меня их станет лишь больше. Я не в состоянии контролировать это… Тем временем раны начали затягиваться, впрочем, как и всегда. Том категорически не соглашался с этим. Мир вновь стал вставать на место, а головокружение стало сходить на нет. Рогатый просидел так несколько минут, пока раны не зажили. После чего стиснул зубы, поднимаясь и намереваясь уйти подальше, не встречать Риджуэлла вновь, не доставлять проблем и себе, и ему. Том поджал губы, внутреннюю сторону которых нещадно искусал, отчего во рту был солоноватый вкус крови. Он уходил, вновь желая пропасть. Но, сделав пару шагов, Ларссон замер, опустив голову. — И под утро исчезну сквозь сон… — он ненадолго затих- Только боль невозможно унять, и опять… Медленно, медленно дрожь по твоим губам. Медленно, медленно снова ловлю твой взгляд. Ты простишь, я прощу… И снова, как в первый раз, останемся вместе. (Ани Лорак — Медленно. Внезапно так, да? Русские песенки. Но вписывается же!) А вот, чего-чего, а песни Риджуэлл вовсе не ожидал, вздрагивая от малейших изменений в голосе Торда. Эта песня была очень к месту, от этого на лице уголки губ стали почти незаметно подниматься. — Вот и все… Гаснет свет, Мой спектакль прошел. Кто остался, кто просто ушел. Без обид, но сжимая в тиски свою боль. -парень сжал руку в кулак, а после резко прошелся когтями по древесине, оставляя на коре четыре широкие полосы. Том выдохнул, вспоминая как те самые когти вцеплялись в плечи, бока, да и те же самые руки чуть не удушили его. — До конца. Все красиво, считаешь до ста. Медленно, медленно, дрожь по твоим губам Медленно, медленно, снова ловлю твой взгляд Ты простишь, я прощу И снова, как в первый раз, останемся вместе… Медленно, медленно Дрожь по твоим губам Медленно, медленно снова ловлю твой взгляд Ты простишь, я прощу, И снова, как в первый раз, Останемся вместе! — голос сорвался на крик. Ха, будто бы Торд сам не хотел, чтобы все было, как раньше. Вот только это невозможно. Оттого и больно. Оттого и хочется кричать. — Медленно, медленно, Дрожь по твоим губам, Медленно, медленно снова ловлю твой взгляд Ты простишь, я прощу И снова, как в первый раз, Останемся вместе… Торд замолчал, после чего тяжело вздохнул. — Демон и человек не могут дружить, это исключено, ты понимаешь это, как и я. Тогда чего мы добиваемся, Томас? Что это все такое?! Так не должно быть! Парень обернулся, глядя на Тома с какой-то надеждой, словно ожидал услышать ответы на эти вопросы. Одно неверное действие или слово, и Ларссон уйдет, сделав все, чтобы предотвратить подобные встречи. Крик стал криком их двоих: души Томаса и голоса Торда. Том смог подняться на ноги, понемногу подходя ближе к архидемону. — Да, я это понимаю, но… Почему не нарушить этот стереотип, созданный кем-то, кого мы не знаем? — Том подошел ещё ближе, а затем улыбнулся. — Вам же, демонам, свойственно нарушать правила и противостоять стереотипам, разве не так? Поправь меня, если я ошибаюсь. — И вот он подошел вплотную, как-то неуверенно протягивая руку Торду. — Так… Давай начнём сначала. Меня зовут Томас Риджуэлл. Расой я обычный человек, но примерил шкуру охотника. Но это не важно. Том продолжил мягко улыбаться, всё ещё протягивая замёрзшую и подрагивающую руку на встречу Торду. Он же, в свою очередь, задумался над этими словами. В них был смысл, но идти против системы всегда опасно. — Да, правила нарушать мы любим, но некоторые из них нарушать рискованно. Я могу убить тебя, даже не поняв этого, могу ранить. Надо ли тебе это? — Можешь убить не поняв этого? Я это понимаю и буду иногда специально отталкивать тебя, а если не получится намекнуть так, то пулю в плечо или колено. Глядя на протянутую руку, Ларссон прикусил губу, прикрыв глаза и думая над всем этим. — О, отличный расклад дел — стрелять в меня всякий раз. Не спорю, это действенно, но… Ха, если бы не регенерация, которая у меня очень хорошо развита… Могу представить. Неужели тебе нравится заставлять меня страдать? ~ — он спросил это со странным акцентом, что прозвучало это как-то двусмысленно, но Торда это не волновало. — Хорошо, но если что-то пойдет не так. Ты предупрежден. — на последних двух словах тембр голоса сменился более низким и грубым. Но это исчезло так же быстро, как и появилось. — Торд. Торд Ларссон — законный правитель Ада, пусть и незаконным способом. Роль убийцы мне очень подходит. — парень усмехнулся. Держать руку навесу становилось все неудобнее и неудобнее и вот, когда Том хотел её опустить, Торд взял-таки и пожал её. А далее он услышал о том, что его застали за пением, из-за чего он вздрогнул, но натянул ухмылку, будучи объятым архидемоном. Он резко потянул того на себя, крепко обняв и склонив голову к плечу парня. — Ты играешь с огнем, хотя я сам не лучше. В который раз мне достается от тебя? Так и быть, останусь до завтра. Я, вроде, слышал, как ты пел, или мне показалось? Не помню. — он отпустил охотника, отойдя в сторону. — Как относишься к выпивке? Такие моменты надо отмечать! Рогатый щелкнул пальцами, приняв обличье человека. Перекинув руку через шею Риджуэлла, он подтолкнул его вперед. Все слишком быстро, слишком резко, но от выпивки Том никогда не отказывался, поэтому его ответ был предсказуем. — Да, почему нет? — Пошли-пошли! Сейчас ты в миг перестанешь быть лакомым кусочком для рогатых тварей. — Торд вновь усмехнулся, пытаясь вести себя дружелюбно. Он улыбнулся, а когда его стали подталкивать, то Том постарался подстроиться под шаг Ларссона, усмехаясь над его фразой. — Неужели я ещё маню кого-то, кроме тебя? — Конечно манишь, просто не так сильно. У каждого человека свой собственный вкус и запах, потому есть шанс найти «свой», который будет выделяться, будучи особенным на фоне остальных. — Может, ты его и чуял, поэтому и завёл шашни с человеком? — предположил, прерывая начало монолога Архидемона, охотник, так же закидывая руку на его плечо, отчего со стороны они похожи на давних друзей, что, с одной стороны, так и было. — Забавно, что будучи мелким я этого не чувствовал. Хотя тогда все эти инстинкты притуплены, да и влечение к подобному не столь сильное. Что попадется, тем и питаешься. А вообще, разве ты забыл тех троих, что унюхали тебя тогда в лесу? Для Демонов обычная связь с людьми неприемлема. У меня могут быть проблемы… Но… Разве мне не плевать на это сейчас? ~ — он хитро улыбнулся, искоса взглянув на Риджуэлла.

***

      Дойдя до местной гостиницы парень оплатил номер, не задумываясь о цене, которая его вовсе не волновала. Том хотел вывести Торда отсюда в другую сторону, но его, естественно не послушали. Будучи уже в баре, Торд сел за барную стойку, с увлечением глядя на ассортимент спиртного, а Том скучающе потянулся, ведь привык пить лишь свою водку, а других вкусов он и не знал, просто не позволял себе чего-то крепче, чем этот напиток. Но тут есть, где разгуляться. — Я бы выпил на спор, но не хочу, хотя люблю спорить.-он ненадолго притих, а после вполголоса спросил, приблизившись к уху черноглазого. -Том… А ты помнишь, как выглядела та «тварь», что убила твою родню? Я мог бы отыскать. А если есть вещь с запахом, хотя, учитывая, сколько времени прошло… Вряд ли. Но все же. Должен же я хоть что-то хорошее сделать? — На спор? Вот же мне достался друг — любитель азартных игр. -Том закатил глаза, а затем посмеялся и добавил.- Хотя и я не лучше. — О да, я тот ещё любитель азарта. — эту фразу, опять же-таки, можно было понять по-разному, зависит от того, как далеко зайдёт фантазия.- Вот именно, Томас, ты не лучше. — парень в шутку ткнул того пальцем в щёку, чуть высунув язык и усмехаясь. Риджуэлл выпрямился и посмотрел в сторону демона с лёгким непониманием, а после смирился и выдохнул, была тема, что заставила поубавить свой пыл и вновь погрузиться с головой в воспоминания. — Как я могу это забыть? Я помню всё будто это было вчера… Не знаю. Могу попробовать что-то поискать, но навряд ли. Если, конечно, у меня было что-то от того ублюдка, я бы это сжёг. Но всё же поищу.       Том опустил взгляд вниз, на брошь, которая осталась ему единственной памятью о родителях. И, подняв свой взгляд на Торда, он как-то неуверенно покачал головой. Выслушав небольшой монолог Риджуэлла, тот понимающе кивнул, утешив его тем, что «он не торопит, может поискать и по описанию». У Владыки имелись связи и с другими представителями нечисти, включая вампиров, оборотней, ведьм, всяких там леших и прочих, потому для него не было особой проблемой отыскать недоброжелателя среди его же сородичей. — Хм…и чем же ты занимался все эти годы? Наверное, людям скучно жить. Всегда всё одно и то же. Моя биография занятнее.- он усмехнулся, оголив клыки, которые, как ни странно, даже в таком виде оставались на своём месте. — Ладно, хватит демагогий. Виски, можно и покрепче. — Чем я занимался.? Лелеял обиду и занимался совершенствованием стрельбы, путешествовал из деревни в городки, из городков в деревни, попутно помогая людям и получая маленькие и не особо маленькие презенты. Получил какую-никакую популярность среди людей, среди нечисти. Но не смотря за заслуги, получил только больше проблем. Множество недругов, недосып, голодание, стал пессимистом и атеистом, так и не нашёл и не найду себе того, кто сможет меня поддержать, друзей я лишён из-за образа жизни. Я так же не верю в Бога и не верю в небесных существ, несмотря на это молитвы на вас действуют. — спокойно рассказал Риджуэлл, беря в руки стакан с алкоголем и отпил из него, не растягивая удовольствия как Торд. — Поэтому своей жизнью я не могу хвастаться, хоть я и являюсь для некоторых примером и предметом уважения.       Торд спокойно выслушивал Риджуэлла, глядя по сторонам и на других посетителей, оценивая интерьер, который был довольно простым и скудным, но взгляд в конечном счёте пал на листовку с примерным портретом самого себя. — Вот же ж… Но надо отдать должное, получилось неплохо, хотя далеко от идеала. — его самооценке можно позавидовать, он был слишком самоуверенным, хоть и не зацикливался на себе, но в то же время считал свою внешность приемлемой. Хотелось бы особо не выделяться, хотя это сложно сделать, когда одна из двух пар рожек всегда при тебе в виде причёски, да и цвет глаз не менялся, включая шрамы, которые так же невозможно стереть и убрать. Но пока никому не было дела до необычного посетителя, и это радовало. — Том, если что… Будь готов валить отсюда. Моя известность в здешних местах не делает мне чести. — Да, ты прав, стоит быть аккуратнее. — Том отвлёкся от фантазий и посмотрел на шрам и рожки из волос Торда, понимая, что по ним его можно легко вычислить. Да и словесный портрет был составлен хорошо, но когда нет рогов и разъярённых красных глаз, его можно пропустить мимо себя.       Когда охотник завел речь о действии молитв на демонов, парень тихо шикнул на него, намекая говорить об этом потише или вовсе воздержаться. Настроения противостоять разъярённой толпе не было никакого. — Неплохая биография, хотя она сыровата и монотонна. Эхх…- он не упустит шанса поддразнить. — Хм, а что насчёт личного фронта? Всё так же скудно? Дай угадаю! -он вновь приблизился к уху Тома, медленно, словно по слогам, прошептав следующее: -Ты девственник! — Ларссон ничуть не смущался от подобных фраз, наоборот, считал это чем-то в пределах нормы, на этом сказывался его характер и похотливость, словно у суккуба или демона-искусителя. — Похоже, мне надо искать для тебя не ту тварюгу, убившую твою семью, а девушку. Хм, или я чего-то не знаю о твоих вкусах? ~ — послышался ехидный смешок. — Ладно-ладно, не принимай близко к сердцу! Я не в обиду… возможно. После этих слов он вернулся к выпивке, изредка поглядывая по сторонам. — Идиот! О таких деликатных темах не говорят с тем, с кем ты только недавно начал всё с чистого листа. — на лице Томаса можно было разобрать яркий румянец, эта тема его смутила и заставила покраснеть. — И я уже говорил, что у меня никого нет и не будет с моим-то образом жизни. Он заметно и похоже на демонический, но тихий голос, зарычал, отворачиваясь от Ларссона и допивая виски из своего стакана. Парень вскинул бровь, глядя на Тома в недоумении. Ему всё казалось вполне нормальным, да и тема не была такой уж откровенной. — Пф, тоже мне «деликатность». Я же не спросил, про что-то типа длины сам знаешь, чего. — парень почему-то усмехнулся, прикрыв рот рукой и едва заметно краснея. Вид смущённого подобным разговором Томаса умилял.- Да что ты, одинокий волк прямо. На луну, небось, «Воешь» (в данном контексте есть скрытый смысл). — очередной странный подкол и намёк в обычных фразах. — Или же тебе настолько нравятся пушки, что ты забываешь о девушках? Тогда мне тебя искренне жаль, если я, конечно, умею жалеть.       Парень решил перестать донимать Тома подобным, медленно выпивая спиртное, наслаждаясь теплом, появлявшимся в груди от этого. Вскоре глаза начали закрываться, на лице появлялся уже более заметный румянец от выпитого виски, да и бутылка быстро оказалась пустой. — Какой ты скучный, хватит быть таким занудой, Тооом. Ты слишком серьёзный. Ха! Как Босс-мафии прям! — Ларссон легонько пихнул этого самого «босса» в бок, вновь хихикая, но тут же упал тому на плечо. — мгх… Так не интересно.       Теперь Том старался игнорировать слова Торда, хоть и от подобных тем становилось стыдно, а его налитые смущением щёки, выдавали с потрохами. Он долго пил один стакан и, перебравшись на второй, алкоголь как-то не сильно, но ударил в голову.

***

К Торду подошёл довольно высокий мужчина в бандане и ковбойской шляпе, которые скрывали почти всё его лицо.Он положил руку тому на плечо, неплохо так сжав его. — Хэй ты, с рожками, выглядишь знакомо. Не твоя ли это морда там на плакате? Повернись-ка. — А…? — Ларссон вяло обернулся, отчего тут же стали видны главные черты его внешности, которая слишком выделялась в сравнении с людьми. Томас знал этого гиганта, поэтому тихонько начинал тормошить Торда, намекая на то, что стоит сматывать удочки и бежать, но его намёков, порядком пьяный Торд, не заметил и попал в руки этому ублюдку. Спокойствие Торда поражало, а действия этого человека порядком напрягали. — Точняк! Ты — та самая тварюга! — Бля, не шуми ты так… Что за бред? О ком речь? У меня ни рогов, ни крыльев, ни хвоста, отъебись… — промямлил Торд, чуть запинаясь с пьяни. — Ага, как же, кого ты обманываешь? Стоп… — до амбала дошло, кто сидел рядом с Архидемоном. — Так ты… Ты заодно с «этими»?! — мужчина резко отстал от Торда, уделяя внимание Риджуэллу. Он схватил того за плащ, потянув на себя. Том окинул его холодным взглядом от которого мужчине стало не по себе.       Торда это порядком разозлило. Глаза стали кроваво-алыми от гнева. — А вот его не трожь! — удар пришёлся чётко в шею. Возможен перелом. Ридж настолько тормозил, что не мог понять реакции Торда, но позволил себя вытащить из душного здания. Да уж, после того, что тот ублюдок увидел, жизнь покатится по пизде с огромной скоростью. Он просто это чуял, как этот холодный ветер в лицо, немного оттрезвляющий и успокаивающий. Разноглазый схватил Тома за руку, резко направившись к выходу из злополучного здания, проклиная всё в своих мыслях. Благо, все остальные были в замешательстве и не успели вовремя среагировать, чем Демон и воспользовался, убегая прочь с черноглазым, что было сделать непросто, ведь после хорошей такой бутылки виски ноги едва ли уже поддавались контролю. Спина Ларссона перед лицом, ведь Том так и не мог поравняться шагом с архидемоном, путаясь в собственных ногах. Алкоголь ударил сильнее, чем казалось, но разум никак не помутнел, работая как трезвый. Может, из-за привыкания? Торд, словно цепной пёс, в жизни не позволит кому-либо причинить вред Томасу, разве что кроме себя. Срабатывал какой-то рефлекс, напоминающий лютую ревность и заботу. Забежав в гостиницу он облегчённо выдохнул, переводя дух и опираясь на стену. — Со мной приключений у тебя станет по-больше, хах… — Да, твою задницу всегда приключения найдут, не спорю. — Томас легонько хихикнул, вспоминая детство. — Ну или ты сам их находишь. — Ууу, а почему же только мою? Их хватит и на твою! — Торд задорно улыбнулся, уводя Тома наверх в уже забронированный номер.