Как не стать героем

Глава 9       Два тела безмятежно лежали в воде, вызывая крамольную радость. Их всего два, а это значит, что Костя может быть ещё жив. Не такие новости от тебя ожидались. Все же мы должны были пойти вдвоем. И как только я дал себя уговорить? "Он же пойдёт не один, о нём позаботятся" — и прочий успокаивающий бред внушил ощущения ложного спокойствия. В груди заскреблось отчаяние вперемешку с яростью, которую было не на кого выплеснуть. Главные виновники произошедшего уже сами давно болтались на водной глади озера.       Горькие мысли отравили все впечатления от великолепия нового мира. Как только мне удалось выбрался из каменного мешка храма, перед глазами вспыхнули сотни фейерверков одновременно. Миллиарды разноцветных искр заполняли собой всё пространство. Потребовалось некоторое время, чтобы заметить некую закономерность их распределения, да и вообще увидеть хоть что-то дальше вытянутой руки. Бо́льшая часть вспышек скапливалась около крепостных стен и в основном была малоподвижна. Они, подобно плющу, покрывали все поверхности, сходство с лианами усиливало преобладающее число зеленых оттенков.       Чуть меньше огоньков кружили высоко над головами. И в отличие от предыдущих эти были куда подвижней. Собираясь вместе, они будто бы закрывали все строение куполом, состоящим из постоянно крутящихся многоцветных обручей. Вся конструкция чем-то смахивала на астролябию. В воздухе также плавало немало частиц, но они друг с другом практически не взаимодействовали и только заграждали обзор, создавая пестрый туман. Попытки отмахнуться от них, как от надоедливых насекомых, результата не дали. При соприкосновении с рукой огонёк мгновенно затухал, но стоило ее отвести в сторону, как тот вспыхивал вновь на этом же самом месте. Частицы в основном двигались абсолютно хаотично, но вокруг людей они образовывали неплотный кокон. Толпа, застывшая чуть поодаль, была практически невидна за этим золотым маревом. Они словно были главным источником всех этих огоньков. Подобное зрелище, видимо, не было чем-то экзотичным для здешних широт и оставило всех, кроме, естественно, меня, полностью равнодушным.       Идти было тяжело: всё это светопреставление существенно ограничивало обзор. Может, в иной ситуации я бы не преминул полюбоваться подольше, но сейчас на счёту каждая минута. Костя может быть жив, ведь погибшая охрана еще не гарантия. Он мог успеть сбежать или ему могло просто повезти. Я не хочу оставаться один. Пусть хоть раз все будет по-моему. Всего раз, прошу.       Периодически в этой бесконечной череде стен попадались немалые свободные пространства. В начале пути встречались пустые поляны, иссечённые энергетическими линиями, гудящими, как двигатель истребителя на взлете. Выглядело это, как будто сотни молний одновременно ударили в землю и застыли в этом мгновении. Столько могущества и опасности... Но, помимо прочего, такие места выделяла какая-то болезненная пустота. Привычные искорки в этой местности словно втянуло в черную дыру. Единичные звездочки, отлетающие от людей, в мгновение поглощались электрическими всплесками. По коже пробежали мурашки, остро захотелось убраться отсюда как можно скорее.       К невероятному облегчению, вскоре подобное стало попадаться все реже и реже, пока, наконец, не сменилось небольшими пашнями, так успокаивающе похожими на привычные огороды. Если бы не экстравагантное звездное кружево, сплетавшееся вокруг них, отличий бы даже не нашлось — обычные сельскохозяйственные угодья. Но плетение… Ни за что не поверю в природное происхождение этой диковинки: ясно чувствовалась человеческая рука. Может, Костя тоже залюбовался этой феерией и остался за безопасными бастионами крепости, а дальнейшие события к нам уже никакого отношения не имеют? Эх, мечты... Да не задержался бы он здесь, а наоборот, еще быстрее побежал бы вперёд на поиски новых ощущений. Как я мог позволить ему идти в одиночку? Вскоре форпост крепости был, наконец, достигнут. Храм с прилежащими территориями занимал небольшую площадь. Правда меня хотели затянуть в какие-то мрачные подземелья. Зачем? Если есть прямой путь, хоть местами и плотно засыпанный огоньками, которые не особо мешали…       Последний рубеж существенно уступал по эффектности уже увиденному раннее: единственным примечательным было неимоверное число суетящихся вооруженных стражников. Его миновали без лишних задержек, выйдя на что-то наподобие капища.       Предо мной простиралась огромная площадка, выложенная кроваво-красными блоками, идеально ровная и вся покрытая рунами. Стоило наступить на первый блок, как письмена поочередно начинали вспыхивать. С каждым шагом все больше и больше их загоралось. Когда было активировано больше половины, по окружности платформы возникли флюоресцирующие фигуры. Следующие несколько шагов дались с трудом. Ощущения были сравнимы с потерей литра крови, но отступать некуда. Накатывали тошнота и головокружение, неприятно покалывали кончики пальцев. А огоньки стали отделяться от меня с утроенной скоростью. Когда вспыхнула последняя строка, пятна по краям площадки приобрели достаточно человеческую форму и плавно поплыли в мою сторону. Чем сильнее они приближались, тем реальнее становились. Когда нас разделяли считанные шаги, бывшие призрачные образы стали неотличимы от живых. В один момент они перестроились, и вместо осадного кольца на меня уже шла торжественная процессия. Впереди шел иссохший старец, которого я сперва принял за оживший скелет. Все шествие было облачено в серые дряхлые накидки, и только старик не сменил свои призрачно-белые одежды.       Несмотря на желание оказаться как можно дальше от всего этого, я почему-то продолжал стоять неподвижно, даже когда костлявая рука потянулась к моему лицу. Прикосновение было холодным, точно ко лбу приложили кусочек льда. Ничего не происходило в течение длительного времени, а затем накатила тяжелая эйфория, чем-то сходная с наркотическим опьянением. Слабость медленно поглощала тело, а рука, касающаяся меня, становилась все теплей. Думаю, это мог быть конец моей истории, если бы не раздавшееся где-то вдали грозное рычание: к нам на огромной скорости неслось какое-то существо. Его шерсть местами вспыхивала язычками синего пламени, а клочки травы, задетые лапами, в мгновение загорались. Когда животное приблизилось, удалось рассмотреть его подробней. Оно представляло собой смесь гиены и крупного волка. Темная вздыбленная шерсть на холке, переходящая в более короткую песочную шкуру, длинный пушистый хвост и рост примерно в половину человеческого. Все выглядело почти нормально, если бы не излишек огня. Хотя какая разница? Главное — зверю удалось отогнать духов, похоже, вознамерившихся выпить из меня все силы. При виде пса те сразу отпрянули, потеряв всю свою материальность, и испарились. А песчаный волк начал тереться о мои ноги, не слабо напугав. Но пламя при соприкосновении с кожей только слегка грело, не оставляя повреждений. Хороший песик, куда полезней сопровождающей меня своры.       Которая, кстати говоря, предпочла меня покинуть: по всей видимости, их не слабо напугало произошедшее. На их охрану полагаться точно не стоит. И с чего мне вообще в голову взбрело, что им можно хоть немного доверять? Надеюсь, отдаленных последствий происшествие нести не будет. Странное чувство, засевшее под ребрами, не оставляло даже крохи надежды.       Тем временем пара наиболее любопытных храмовников решили посмотреть, что от меня осталось, но злобный рык моего нового питомца убедительно порекомендовал им убираться. — Ты же практически собака, не так ли? — жаль, с собой личных вещей нет, можно было бы попытаться пойти по следу.       Еще была безумная идея пообщается с Бобиком силой мысли. Но для этого придется приблизиться лицом к клыкастой морде, а мы еще недостаточно знакомы для подобного. Да и на вряд ли сработает. — Может, без всяких финтов пойдешь и найдешь Костика? Живым и здоровым? И, главное, не сожрешь меня по дороге, а то какой-то ты подозрительно дружелюбный.       Динго уставился на меня, словно что-то понял. А затем в голове появились картины бескрайних просторов и крайне жестоких расправ над добычей. Зверек разом перестал казаться таким милым, но иных альтернатив попросту не было. За время допросов мой навык телепатии заметно подрос, и миниатюра в двух актах вышла на славу. В голову собаки транслировалась примитивная схема: найдешь то самое озеро, и о добыче пропитания можно будет больше не беспокоиться. Остается надеяться, что меня поняли правильно. Пес заметно взбодрился и бодро рванул на восток. Солнце уже садилось. Чувствую, времени у меня мало, нужно спешить.       Отсутствие двух дополнительных ног и опыта в преодолении пустынь было ощутимым недостатком. Динго приходилось время от времени возвращаться из-за горизонта и нервически наматывать круги около меня. А я уже просто хотел умереть от переутомления. Думаю, его бы полностью устроили и мои косточки в качестве компенсации.       Бесконечный песок с редкой травянистой порослью — все, что мне попалось за время пути. Даже красивые искорки исчезли на отдалении от людей. Я уже подумал, что, кроме храма, признаков цивилизации в этом мире нет, пока в дали не возникли контуры городских построек. Лишь бы не мираж и лишь бы у них была вода. Своих запасов я, конечно же, не взял, не до того было. Вскоре вновь появились огоньки, а затем уже легко можно было разглядеть силуэты домов. Они, как и монастырь были окружены светящейся сферой, хотя, конечно, концентрация частиц в ней была куда ниже. Здания в основном были возведены на Римский манер: много колон, черепичная крыша и, кончено, мрамор. Улицы, к сожалению, все равно покрывал песок, хоть и плотно утоптанный.       Тем не логичней смотрелись пышные сады во внутренних двориках. На улицах было пусто: никто не горел желанием покидать тень в такую погоду, но по дорогам изредка шныряли цветастые повозки, запряжённые монструозными конями. Жемчужиной этого места был пруд, воды которого, несмотря на жажду, не радовали. Тот самый пруд. Проигнорировав усталость, я рванул к берегу.       Всего два, только два. Рука, до сих пор сжимавшая сердце, ослабила хватку. Тела без вести пропавшего друга нигде не было. Не веря себе, проверил еще раз, а затем еще и еще. Его здесь нет.       Послышался гул приближавшейся толпы. Серые костюмы и человек в белом поодаль. Как тогда, на площадке. Они пришли за мной? Не найдя решения лучше, я спрятался в зарослях местного аналога камыша. Сыро, но желание жить было сильнее потребности в комфорте.       Но все это скопище не проявило ни малейшего ко мне интереса. Мужчины в дымчатых плащах спешно расчерчивали символами землю, а пара клириков принялись вытаскивать мертвецов. Одежды храмовников казались почти черными из-за темноты, и заметил я их далеко не сразу. Хоть носители зеленых балахонов и были дружелюбно настроенной фракцией, подавать признаки жизни почему-то не хотелось. Не внушают они доверие.       Когда человек в белом, наконец, дошёл, трупы уже втащили в центр письмен. Стоило тому приблизиться, как двое служителей отбежали метров на сто. Рисовавшие узоры только чинно отошли на шаг и преклонились. А он тут, похоже, главный.       Динго, лежащий со мной под защитной сенью кустов, прочувствовал обстановку и при виде вождя этой свары почему-то испуганно заскулил. Пока я пытался успокоить пса, первосвященник начал декламировать. Голос его звучал потусторонне и глухо. Если бы не сошедшие с ума искорки, можно было бы решить, что реального влияния ритуал не имеет. Но огоньки потоком вырывались из тел рядом стоящих, и вокруг ведущего службу образовался целый водоворот искр. Люди начали медленно опадать, большинство уже не держали ноги. Кто-то упал навзничь, некоторые удержались и теперь стояли на коленях. Только он продолжал читать строки, стоя с прямой спиной.       А потом финальная вспышка, и из утопленников потоком хлынула черная слизь. Толпа замерла, а затем спешно отступила назад. Человек в белом дал отрывистую команду, и все поспешно покинули территорию озера.       Главный же немного задержался и стянул с лица золотистую маску. Она скрывала достаточно молодое и очень усталое бледное лицо.       Произошедшее далее было пугающе. Он посмотрел на меня. Пристально. Его глаза горели пламенем, и периодически по их белку пробегал разряд тока. По хрупкой защите моего сознания ударили кувалдой, и оно послушно раскрылось. Воспоминания вместе с огоньками ручьем потекли к атаковавшему.       Я готов был прощаться со здравым рассудком, как чудовище перекосило от боли, и он ослабил контроль. Меня хватило только на легкое скольжение по его мыслям, но этого было вполне достаточно. Я увидел Костю, без сознания лежащего на пышной постели. Что с ним собираются делать?