К чаю

Когда на следующей день Джулиан пришёл в кондитерскую, Энтони сидел за тем самым, и видимо, единственно любимым, местом возле окна и скромно поедал какой-то десерт, усыпанный разноцветными шариками. Увидев его, он мгновенно положил ложку рядом со стеклянной тарелочкой и опустил голову, всем сердцем надеясь, что альфа скоро уйдёт отсюда и не будет смущать своим присутствием. Вопреки всем желаниям спустя несколько секунд Джулиан сел на соседний пустующий стул. — Привет, — омега вздрогнул против воли, весь как-то напрягся и сжал под столом руки в маленькие кулачки. — Я Джулиан. А ты ведь Энтони, да? Энтони мотнул головой, испуганно хлопнув ресницами. — Не пугайся. Я у Карла спросил, — альфа улыбнулся, показывая милые ямочки на щеках, и придвинулся чуть ближе к сжавшемуся парнишке. — Я хотел познакомиться... — Не надо... — еле слышно прошептал омежка, борясь с желанием просто заплакать прямо тут и сейчас. Этот альфа решил поиздеваться... он так устал от этого. — Прошу Вас, уходите... Голос у него дрожал и надрывался от переполняющих его чувств. Он сжимался все больше и больше, даже не замечая, что мышцы от этого уже начинают болеть. — Эй, малыш, ну ты чего? — Джулиан, заметив состояние омеги, придвинулся ближе и нежно положил широкую ладонь на спину, из-за чего Энтони вздрогнул. — Тебя кто-то обидел? Юноша кинул удивлённый, мимолётный взгляд на альфу, а после снова опустил голову, пряча мокрые глаза, и попытался сбросить руку со своей спины. То, что говорил и делал этот угрожающий, большой мужчина пугало своей непривычностью. Слишком пугало, а факт, что, возможно, это все просто гнусная шутка или спор с друзьями, а-ля «сможешь ли ты уложить в кровать жирдяя?» убивало последние крупицы надежды, что Джулиан пришёл действительно познакомиться. — Прошу Вас... просто... просто я не могу... дайте мне выйти... — дрожащим голосом пролепетал омежка, скромно, боясь каждого движения, пытаясь выйти так, чтобы не задеть сидящего уже вплотную альфу. У Энтони был приятный запах; такой сладковатый, с отдающим привкусом клубники и шоколада — Джулиан понял это, когда лохматая темная макушка оказалась в нескольких сантиметрах от его лица. — Эй, ну стой, что случилось? — мягко спросил он, осторожно ухватив омегу за руку, отчего тот замер, словно пришибленный, смотрел побито и тяжело, пока альфа все же не отпустил его. — Простите... — прошептал юноша, лихорадочным движением вытирая слезу на щеке, и рванул из кондитерской так быстро, что бегун бы позавидовал. — Ну и идиот же ты, — пожилая женщина возмущённо вскинула руками, услышав рассказ внука, почему тот такой разбитый. Миссис Спенсер жила через несколько домов от самого Энтони, и всегда была рада ему. — Может, ты ему действительно понравился, и он хочет познакомиться с тобой. — Кому я такой... — он хлопнул руками по животу, — понравлюсь? Я жирный, а он... слишком красивый, чтобы я ему нравился. — Это все твоя дурная самооценка и травля в детские годы, — проворчала старушка. — Ты должен бороться с этим, иначе так и умрешь в одиночестве. Неужели ты не хочешь мне правнуков сделать? — Ну бабушка... — Энтони смущенно опустил глаза. — А вдруг это какая-то шутка... я просто не переживу этого снова... — Энтони, перестань бояться, слышишь? И попробуй хотя бы поговорить с этим альфой, — миссис Спенсер успокаивающе положила ладонь на руку внука. — Если это шутка, я сама прибью его. А если нет, ну... сам понимаешь. Может, наконец, станешь счастливым. Омега посмотрел в глаза бабушке. — Ладно... я... я попробую, — неуверенно сказал он, после нескольких минут раздумий.