Часть вторая. Ллойд и капитан-альбинос

      И так прошёл год. Капитан Пеларта со своей командой в течение года плыли к Тихой Бухте. На их пути им встречались торговые и рыбацкие суда, принадлежавшие Подлунному Королевству, или каким-то другим сказочным королевствам, о которых сам Потусторонний ничего и не знает.       С тех пор, как спало проклятие, капитану Пеларте и его команде больше не были чужды физиологические потребности. Теперь пираты ели, пили ром, спали, уставали, ощущали тепло и холод, начали стареть.       Море освещала полная Луна. Пиратскому кораблю оставалось плыть до Тихой Бухты совсем немного. Пиратам нужно было выспаться, ведь им предстоит драться… с русалками, а капитану Пеларте — с их королевой.       Тех, кто не спал было мало: вперёдсмотрящий, штурман Камребер, боцман Клавтер, сам капитан и пират, который нёс вахту.       К штурвалу поднялся боцман и спросил у Камребера:       — Как ты думаешь, что он там варит?       Штурман перевёл взгляд с горизонта на Клавтера, а потом сразу же недоумённо переспросил:       — В смысле? Ты про что?       — Из под дверей в его каюту сочится ярко-зелёный свет… и ещё оттуда чем-то воняет…       — Нет, не знаю. Мне велено держать курс на Тихую Бухту.       — Бухта, — сказал себе под нос боцман, а потом вернул себе нормальный голос: — Капитан ведь уж год как не велел менять курс? Тебе не кажется это странным? Ты знаешь вообще что-нибудь об этой Тихой Бухте?       — Нет, — ответил штурман. — Он просто сказал плыть туда, не менять курс… Через час другой мы узнаем, что он там хочет найти.              На верхнем этаже своей каюты капитан Пеларта проводил странные ритуалы, ставил эксперименты над магическими действиями, — занимался алхимией.       Чуть дальше от стола, ближе к двери на балкон, с которого можно было подняться к штурвалу и спуститься на палубу, стояла глубокая, широкая чаша на высокой подставке. В ней полыхал ярко-зелёный огонь и местами сверкали такого же цвета маленькие молнии.       Над всем этим делом капитан медленно проводил руками. Пламя жадной хваткой впивалось в руки колдуна и сразу же их отпускало.       В какой-то момент бушующее пламя успокоилось. Огонь опустился за края чаши и стал чуть ли не тлеть. В каюте стало становиться темнее. Но даже в этой темноте можно было увидеть лёгкую и довольную улыбку капитана.       А в следующий момент он резко повернул голову, а его голубые глаза устремились к двери — с носовой части отчётливо было слышно вперёдсмотрящего, бьющего в рынду*:       — ТИ-ИХАЯ БУ-УХТА-А!!!              Камребер тоже увидел Тихую Бухту, но в его обязанности на этом корабле не входило подавать сигналы, а лишь его направлять.       Штурман стал вглядываться в то, куда он вёл корабль на протяжении года: это была гигантская скала, подобная горе, где пираты были заключены, только она была сделана из тёмно-фиолетового, практически чёрного камня. Под светом Луны в скале виднелись высеченные на камне древние петроглифы, а также какие-то полуразрушенные строения, невысокие башни.       Ещё можно было увидеть множество больших и малых дыр, скорее всего — входов в пещеру.       А потом взгляд штурмана устремился на нос корабля, к вперёдсмотрящему — к нему быстрым шагом шёл капитан Пеларта. Камребер даже не услышал, как отворилась дверь капитанской каюты.              — Капитан, — немного боязливым голосом произнёс вперёдсмотрящий. — Тихая Бухта.       — Подзорную трубу, — холодно попросил Пеларта.       Пират, только что сам смотрящий в неё, отдал её капитану.       Немного понаблюдав за высокими скалами и сталагмитами у её подножий, Пеларта выпрямился, опустил подзорную трубу от глаз, обернулся и громко прокричал на весь корабль:       — Свистать всех наверх! Высаживаемся на берег!       После чего пираты незамедлительно начали подниматься на палубу и готовить шлюпки.              На каменистый берег Тихой Бухты отправилось где-то шесть шлюпок. В одной из них сидели боцман Клавтер и старпом Комуэр.       — Что там наш капитан делает? — спросил первый у старшего помощника.       — А что там? — Комуэр сказал и обернулся.       В носовой части, возле носовых орудий, у самой фигуры — трёхголового дракона с переплетающимися длинными шеями — стоял капитан. В его руке горел ярко-зелёный огонь.       Встав в определённую позу, Пеларта легко подкинул в воздух магический сгусток, и тот полетел в носовую фигуру. И в ней исчез. Из её жабр, глаз, ноздрей и ртов начал пробиваться пока ещё тусклый, зелёный свет.       — Странно, — сказал Комуэр, — он и слова не обронил об этом.       Далее капитан Пеларта дотронулся до сабли, висящей у него на поясе, а точнее — до зелёного магоцвета, изумруда, вставленного в навершии меча. И в следующий момент капитана окутал уже знакомый читателям ярко-зелёный огонь. И во тьме ночной корабль теперь можно было разглядеть лишь по тускло светящейся носовой фигуре.       Как только лодки пристали к каменному берегу Тихой Бухты, возле пиратов из того же огня воплотился капитан Пеларта.       В каменной стене было множество входов, но пираты все медленно пошли к самому большому.       — Зажечь факела! — громко приказал капитан, и пираты немедленно начали поджигать пучки смазанных смолой берёст, находящихся на концах палок. — Там нам понадобится свет! Много света! — Пеларта вынул саблю из ботта и приподнял её так, что эфес находился на уровне груди капитана. А потом магоцвет в навершии засиял ярко-зелёным цветом, и через мгновение лезвие сабли начало полыхать такого же оттенка огнём.       Пираты вошли в тёмную пещеру, однако тьма отступила при свете факелов и проклятом свечении сабли капитана.       Через несколько метров начала появляться вода. Пираты шли по ней, а она была по колено, и совершенно прозрачна. Всё чаще слышалось: «Ух, ты!» или «О, червонец!», потому что пираты начали находить монетки. Какие-то были очень древними, другие — современными. Потом пошли золотые браслеты, кулоны, короны и всё больше и больше древнего барахла, которое совершенно не интересовало капитана Пеларту. Он пришёл в Тихую Бухту за более ценной вещью.       Пираты прошли через развилки, сужающиеся коридоры и вышли в огромную каменную пещеру, которая углублялась к центру, где было озеро. Оно освещалось светом полной Луны, проходящим через огромную дыру наверху. Также по всей пещере небрежно стояли колонны из сросшихся сталактитов и сталагмитов.       — Прячьтесь за этими колоннами, сливайтесь со стенами, тушите факела… Делайте всё, чтобы вас не было видно! — приказал капитан, и убрал саблю в ботт, однако положил на эфес левую руку.       Пираты не до конца понимали, что их капитану здесь надо, но всё же молча повиновались: затушили факелы и начали скрываться кто где, ожидая приказов.       Пеларта стал медленно спускаться к озеру, а в нём начали появляться какие-то движения. Из уже негладкой воды показались белоснежные волосы, такие же белоснежные, как у капитана. Потом фигура полностью вышла на берег этого небольшого озера. Это была девушка на вид лет двадцати, но это только на вид. Она обладала небесной, даже — космической красотой: идеальные черты лица, белые и ровные зубы, зелёные глаза. Она была совершенно обнажена (если исключать тот факт, что её грудь покрывают длинные и ровные волосы, блестящие от лунного света).       Капитан Пеларта изучал много мифов и фактов об этой девушке, он знал, кто она такая.       К нему медленно подходила богиня, повелительница всех морей и океанов — Лýнна, Стихиаль Воды.       Капитан молча стоял и смотрел Стихиалю-русалке в её очаровательные глаза. Его абсолютно не смущало то, что она гола.       Богиня подошла к пирату. Она была чут-чуть ниже его ростом. И глядя в его голубые глаза, с нежной улыбкой она негромко и ласково спросила:       — Вы что-то здесь ищите, капитан?       Он ничего не ответил. Он лишь немного опустил голову и холодно и равнодушно смотрел в её глаза. Его левая рука, которая лежала на эфесе сабли, скрывала магоцвет, слегка начала подрагивать.       Стихиаль Лунна краем глаза это сразу же заметила, и своей правой рукой подхватила его левую и легонько взяла её в свою холодную ладонь. И она увидела магоцвет.       Он не светился. Сейчас капитан никакой магией не орудовал.       Лунна подняла взгляд обратно на капитана, наполовину развернулась и нежно сказала:       — Идём со мной, мой капитан… — богиня полностью развернулась, продолжая держать Пеларту за его левую руку.       Он, оглядев русалку полностью сзади, начал делать неуверенные шаги, будто не может им сопротивляться.       Они, сцепившись за руки, ближе подходили к озеру (из него наполовину вынырнуло ещё несколько русалок. Они смотрели на пирата и свою королеву), и в какой-то момент капитан резко остановился. Стихиаль обернулась.       На капитана Пеларту напала ярость. Он резко поднял свою левую руку, тем самым неожиданно ударив голову Лунны об свою.       Богиня временно была оглушена, а капитан свободной рукой вынул из ботта саблю и отрубил правую руку богине. Она закричала, а из обрубка начала течь кровь.       Пираты восприняли этот крик за сигнал, они начали выскакивать из-за каменных колон и из кремневых пистолетов палить по разъярённым русалкам в воде.       Лунна выпрямилась, раскинула руки (точнее — левую руку и обрубок правой) и спиной упала в озеро. Пеларта понял, в чём дело — богиня хочет восстановить руку, залатать раны, поэтому капитан быстро подошёл к озеру, и он уже был готов вонзить саблю в грудь русалки, как она резко уже обеими руками перехватила её и отвела в сторону. А следующее, что она сделала — обеими ногами со всей божественной силы ударила капитана в грудь так, что он отлетел под потолок, однако возле него Пеларта обратился в ярко-зелёный огонь и исчез.       Лунна спешно встала и уверенно пошла по тем туннелям, где шли пираты, оставив их на растерзания своим бесчисленным русалкам-дочерям.       Стихиаль шла по тёмным коридорам. Она жила в этой Бухте с начала времён, поэтому знает её всю полностью.       — Где же вы, капитан?! — её голос оставался по-прежнему ласковым и нежным.              Без магии вход в туннель освещала полная Луна, а капитан Пеларта прятался за углом.       Он немного приподнял саблю и направил её в сторону своего корабля. Магоцвет, вставленный в навершие засиял ярко-зелёным цветом, и корабль начал стремительно подплывать к Тихой Бухте.       «Где же вы, капитан?» — уже знакомый голос раздался из туннеля. А потом послышались шлёпающие шаги.       Капитан Пеларта резко выскочил из-за угла, направил в туннель саблю, и из лезвия в густеющую тьму направились ярко-зелёные языки пламени. Но они не пошли просто так — с другой стороны Лунна оказала сопротивление, выпустив в ответ потоки воды.       Капитан застыл в одной позе. Зелёного огня становилось всё меньше. Лунна приближалась, а когда она подошла практически вплотную, то она при помощи холодных водяных потоков отбросила капитана к берегу.       — Забавный у вас корабль, капитан! — до ужаса нежно сказала Лунна, смотря на носовую трёхглавую фигуру. А потом она опустила глаза и продолжила: — Уж неужели вы подумали, что сможете в одиночку одолеть меня? За такую бездарную попытку вы умрёте в кипящей воде.       Капитан Пеларта приподнялся на локтях и сказал хриплым голосом:       — Может когда-нибудь так и будет… Но… сперва ты, богиня, сгоришь в проклятом огне! — пират резко перевернулся и левой рукой взялся за саблю.       Магоцвет ослепительно засиял, и трёхглавая носовая фигура из всех трёх пастей стала извергать гигантские языки ярко-зелёного пламени вперемешку с молниями.       Весь каменный брег Тихой Бухты окрасился в зелёные тона, и стало светло, как днём.       Лунна вновь закричала. Она не могла сопротивляться — её руки плавились, её прелестные волосы сгорали. А капитан Пеларта телепортировался русалке за спину и вонзил в неё саблю.       Крики богини утихли. Капитан вынул саблю и сунул её обратно в ботт. После этого носовая фигура перестала извергать огонь.       Лунна мгновенно превратилась в воду, которая сразу же растеклась.       Теперь на месте богини лежал маленький синий самоцвет. Капитан Пеларта подобрал его, а потом достал из-за спины золотой медальон, Медальон Четырёх Стихий. В его центр пират вставил изумруд — свой магоцвет, который только что вытащил из навершия сабли, а в одно из отверстий — этот синий самоцвет. Это был Камень Воды.       Когда капитан его поднёс к медальону, самоцвет с ним начали притягиваться, как магниты.       Вставив Камень Воды в Медальон Четырёх Стихий, море на пару секунд стало идеально ровным, потом в нём появились гигантские волны, далее всё нормализовалось, но начался сильнейший шквалистый ветер. Настолько сильнейший, что капитана чуть с ног не сбило.       А потом ветер стих.       Капитан слегка, но зловеще улыбнулся и сказал про себя:       — Один есть! Ещё три осталось!       После этих слов Пеларта вернулся в пещеру и убил всех русалок. Он, конечно, потерял многих пиратов, но и они без капитана выпотрошили много морских тварей, и поняли цель своего плавания, а когда поняли — то возрадовались.