Волны наших голосов

      Пайнс месяц не мог найти демона. Он уже начал чуть ли не жить у того в пещере. Он пытался отыскать его у больших водорослей. Билл пропал бесследно, и от этого на сердце у юноши поселилась печаль. Мейсон выбирался по ночам на берег, смотрел на далекую луну и пел. Иногда на его песни выходили животные, выплывали рыбы, а один раз даже вышел из леса человек. В тот раз юноша нырнул в море и смотрел за опасным существом, высунув макушку наполовину из воды. Человек шёл и шёл с горящими золотыми глазами, пока не скрылся под водой. Больше он на берег не выходил, а шатен ещё неделю не приплывал к берегу.       В конце концов настал день, когда Пайнс вышел на пляж сам, без своего вечного охранника. Он достал мантию из тайника, накинул на свои плечи и решительно направился в лес днём. Его не пугало палящее солнце. Он не страшился возможной встречи с людьми. Он лишь жаждал исследовать весь мир вокруг себя. С каждым разом он осматривал всё больше и больше созданий, пока снова не наткнулся на человека — высокую и весьма красивую девушку с чёрными волосами. Стоило только незнакомке встретиться взглядами с шатеном, как она вскрикнула, заметив демонический зрачок. Мейсон вытянул одну руку вперед, нахмурил брови и совершенно неожиданно для себя запел. Хватило всего трёх строчек из песни, чтобы девушка упала перед ним на колени и посмотрела влюбленным взглядом. Сирена приказала брюнетке свистнуть для начала и та без сопротивления подчинилась. Пайнс тихо засмеялся, прикрыл ресницы…       Через несколько часов он был на главной площади деревни. Люди снова обращали внимание на юношу в идеально-белой мантии, что что-то говорил для них. Мейсон развёл руки в стороны, сделал глубокий вдох, а его голос сделал своё дело…

***

      Билл сделал глубокий вдох полными лёгкими, перехватил покрепче арбалет и прижался спиной к стене. Он на два полных года просто сбежал подальше из своего дома, чтобы больше не попадать под чары сирены. То чувство беспомощности и полного повиновения являлось ему в кошмарах каждую ночь, и он никак не мог отделаться от липкого послевкусия такой выходки. Демон вспоминал юношу каждый день и, смотря на небо, мечтал снова прижаться к нему в объятиях и сладко поцеловать, но страх преследовал его. Над головой сверкала полная луна, лишь изредка противные тучи заслоняли её и обрывали лучи, идущие к земле. Блондин был уже в самой глуби материка. Он вообще больше не выходил к морю. Если его имя и звучало среди людей, то только вместе с знаменитой фамилией. Его знали как охотника на нечисть — так он представлялся при встречах, но кроме злых порождений тьмы он истреблял и местных грабителей, воров и бандитов. Причём демон сражался только с теми, кто на самом деле представлял опасность для всех живых существ.       Полгода назад ему поступило сообщение о ком-то столь сильном, кто завоевал половину материка без единой капли крови. Не было ни убитых, ни раненых. Легенда гласила, что этот кто-то колдовал на странном языке, и все штабелями падали перед ними, как зомби перед альфой. Билл поправил на голове кожаную шляпу, запахнул плащ и пошёл по тёмному переулку к предполагаемому укрытию этой неизвестной твари. Болт уже готов был пронзить чёрное сердце.

***

      Юноша с улыбкой свесил голову с подлокотника и потянулся. Люди друг с другом не воевали, не устраивали конфликты и жили размеренной одинаковой жизнью. В маленькой комнатке было всё, что нужно для нормальной жизни. Разноцветные глаза наткнулись на яркую луну за окном, темные реснички затрепетали. Ладони легли на место, где билось сердечко. Мейсон начал тихо петь, так и не отводя взгляда от красивого неба. — Обернуться бы лентой в чужих волосах, Плыть к тебе до рассвета, не ведая страх, Шелком в руки родные опуститься легко — Вспоминай мое имя, прикасайся рукой… Я по дну бы морскому навстречу пошёл, Только в компасе старом сломалась игла. Парус стерся до дыр от палящих светил, Да и ветер попутный меня невзлюбил…*       Пайнс надеялся найти демона и показать ему всё, чего успел добиться в этой жизни без него: что человечество стало не таким опасным, как раньше, и что можно было не бояться. Потихоньку сирена учила чужие языки и активно пользовалась ими при общении со своими подданными. Знания шатена становились всё объемнее. Не было существа в округе, которое он ещё не изучил. Он мог идти по тропинке в лесу, а затем резко свернуть в сторону, чтобы пройти за маленьким жучком. Его пальцы коснулись каждого растения, даже самого неприметного — и не всегда такие прикосновения оказывались безнаказанными.       Мантия за годы истрепалась, но шатен всё равно носил её и прижимался к ней носом по ночам, вспоминая Билла. Он так и не понимал своей ошибки, но жалел о произошедшем. Если бы не тот момент, они бы до сих пор каждый день гуляли по лесам, полям и пляжам. Юноша очень скучал…       Он закинул ногу на ногу и прищурился. На крыше соседнего здания он увидел фигуру незнакомца. Во тьме комнаты не было понятно, куда именно смотрел юноша, но охотник всё равно направил на него арбалет. Билл знал, что это именно тот, кто уничтожал волю народа, но не мог разглядеть его лица. Сирена почувствовала опасность и быстро соскользнула с кресла, в спинку которого через мгновение врезался смертельный болт. Демон выругался, снова натянул тетиву. Мейсон запахнул на себе мантию, а после быстро побежал к двери. Он бежал без остановки по длинному коридору, придерживая пальцами посеревшую от времени ткань. За его спиной слышались быстрые и чёткие шаги. Сирена прыгнула вниз через лестничный пролёт, и над её головой снова просвистел арбалетный болт. Демон закусил нижнюю губу, собрал волю в кулак и бросил вслед своей добыче огненный шар. Пайнс выскользнул в окно на улицу, накинул на голову капюшон, а затем забежал за угол. Шаги приближались к нему, пока из-за угла не появилась рука с новым огненным шаром, что взорвался в сантиметре от плеча сирены. Юноша бросился в сторону невысокого мостика, петляя меж переулками. Охотник отстал от него всего на несколько мгновений, но даже этого хватило, чтобы Мейсон прыгнул в городскую речку и прижался спиной к балке моста. Незнакомец пересёк мост и пошёл дальше в поисках цели. Сирена прикрыла разноцветные глаза, рвано вздохнула. Такое с Пайнсом случалось впервые, но он не хотел повторения.       Билл остановился на соседней улице, в бессилии отбросил арбалет в сторону и закатил глаза. Это существо снова испарилось. Демон решил вернуться назад и поискать получше, но юноша был уже достаточно далеко от него. Сердце шатена билось быстро-быстро. Он был обижен и расстроен — некоторые люди не ценили его стараний. Он вылез на берег, вернувшись к человеческому образу и пошёл туда, где горели более яркие огни. Его глаза были полны слёз, что чёрными нитями тянулись вниз по щекам. Он думал, что должен был стараться больше.       Билл сорвал с доски объявлений плакат со своим изображением, прикусил губы и снова поднял взгляд к небу. Вокруг была сплошная тишина…

***

— Так и не нашёл свою нечисть? — спросил трактирщик, протирая пивные кружки.       Демон упал на неотесанный стул, подпёр ладонью подбородок и махнул двумя пальцами. Кожаная шляпа легла рядом с ним на стойку, арбалет привычно разместился у ног. Вокруг было шумно. Наверно, это было единственное место, куда ещё не сунул чёрные лапы неизвестный завоеватель — по лесным трактирам он явно не шлялся, а местная мелкая деревня ему, видимо, ещё не попадалась. — Ускользнул, зараза. Ты бы знал, как я хочу всадить ему стрелу прямо в лоб, чтобы больше не мог свои заклинания колдовать, — выдохнул Билл, прикрыв ресницы. Перед ним опустилась полная пивная кружка. — Сайфер, да ладно тебе. Изловишь ты эту змею скользкую. В первый раз, что ли, на тварей охотишься? — ободряюще улыбнулся трактирщик. — Лучше расскажи, как прошла охота на него. — Зус, ты меня временами просто убиваешь, — хмыкнул блондин. — Он просто взял и испарился, колдун хренов. — Думаешь, это был телепорт в другое место? — уточнил высокий парень с выделяющимися передними зубами. Его местные любили, поэтому и захаживали в его заведение каждый день. — Понятия не имею. Магический след я не засёк, — пожал плечами демон. — Видимо, ножками утопал. Ну, или сквозь землю провалился. — Понял, — хмыкнул Зус. — А как там твоя любовь поживает, о которой ты тут небылицы рассказывал по-пьяни? — Ты о ком? — фыркнул Билл, отпив пива. — Ну как же. О твоей незабываемой Сирене. Ты же тут в прошлый раз, когда в слюни был, кричал на весь трактир о своей любви к ней, и как скучаешь по ней и хочешь услышать её прекрасные песни снова. Я надеюсь, что Сирена — это имя девушки с, — как ты выразился, — прекрасными бездонными глазами. — Зус приподнял одну бровь, а Билл только глаза закатил. — Он в прошлом, — устало выдохнул Сайфер. — Мы поссорились. — Так это парень, — усмехнулся трактирщик. — Помирись с ним. По тебе же видно, что ты страдаешь без него. — Он очень и очень далеко, — грустно засмеялся блондин. — Наверно, у него уже другая жизнь. С другими… людьми. — Я бы на твоём месте его навестил, — прищурился Зус. — Любовь нельзя так просто отпускать, друг мой. — Лучше налей мне ещё пива, — прищурился демон.

***

      Мейсон лежал в густой траве и смотрел на небо. Он обнимал себя за плечи, горько плакал и желал снова оказаться рядом с Биллом, чтобы прижаться к нему и пожаловаться на несправедливую жизнь. Но он был совершенно один в незнакомом и враждебном мире… Один, с почерневшим сердцем и зияющей дырой вместо проданной души.