search(light)

♫ ♪ Seven O'Clock — Eyes On You ♫ ♪ — Я как раз хотел предложить тебе прогуляться, Хёнджин ведь уехал, а погода приятно балует, — радостно улыбается Уджин неожиданной перемене планов в благоприятную сторону. Чан участливо улыбается в ответ. — Я буду только рад составить тебе компанию. — Только мне бы надо переодеться. — Но… ты и в этом отлично смотришься, — искренне отвечает Бан, неловко потирая шею. Ким на всякий случай оглядывает свой незамысловатый домашний ряд, состоящий из растянутой футболки и спортивных штанов. — Что ж, учитывая, что ты совсем не разбираешься в моде, я сочту это за комплимент, мистер учёный, — добродушно усмехается блондин. — Не мнись скромно в коридоре, подожди меня в гостиной. Можешь пока включить телевизор. — Спасибо. Я больше предпочитаю книги. — Тогда, — парень подводит учёного к стеллажу, — можешь ознакомиться с моей скромной библиотекой. Мне кажется, тут найдётся пара интересных экземпляров для тебя. А я пойду одеваться. Брюнет с благодарной улыбкой провожает блондина взглядом, принимаясь изучать полки с книгами. Учитывая, что Хван уехал с родителями загород, Ким примирился с мыслью скромно провести время дома, поэтому предвкушение прогулки заставляет блондина повеселеть. Ему безумно хочется отвлечься сейчас на другие мысли, проветрить голову. Тем более стоят последние тёплые дни сентября, так важно успеть ухватить прощальную весточку уходящего лета перед наступлением холодов. Гулять одному ему никогда не нравилось: одиночество в толпе ощущается ещё более явственно и остро, напоминая о том, что у него нет ни родного дома, ни родителей. Он предоставлен самому себе. Нет тех, кто по умолчанию любил бы его, просто за то, что он их родная кровь, их сын. Другим попросту нет до него дела, кроме Хёнджина. И Ким безумно благодарен названному брату за это. — Как дела? Чрезмерно увлечённый Чан пугается внезапно возникшему в тишине гостиной голосу парня. Чуть не выпуская книгу из рук и ставя ту на место, он многократно извиняется, поправляя волосы, и, поднимая взгляд на Уджина, восхищённо застывает. Та самая красно–чёрная рубашка в клетку, что не подошла брюнету, красуется теперь на блондине. Небрежно накинутая на чёрную футболку, она прекрасно сочетается с джинсами, привлекательно облегающими ноги парня. Если кожа Бана молочная, то у Кима — кофе с молоком, и чёрный цвет выгодно подчёркивает её смугловатый оттенок. Чан убеждается воочию, что Уджин и правда умеет красиво одеваться. — Мне нравится… твоя коллекция, — заключает учёный после беглого ознакомления с библиотекой, старательно потирая свои руки в попытке отогнать внезапно взявшиеся из ниоткуда мурашки. — Тебе холодно? — удивляется Уджин, подходя к парню. — Нет, лишь на мгновение показалось, — глуповато улыбается Чан, вновь переводя взгляд на полки. — Спасибо за то, что оценил мой вкус, — Ким опирается на стеллаж. — После работы меня нередко воротит от ноутбука или смартфона. Да и глаза становятся как мочалки. А книги помогают расслабиться, успокоиться, отвлечься от реальности без ущерба собственному здоровью. — Ещё они снимают депрессию. Своеобразный легальный способ убежать от существующих проблем, — солидарно добавляет Бан. — Мне кажется, нам стоит устроить литературный вечер, — тихо смеётся Уджин, явно выискивая определённую книгу. — Несомненно, — хихикает брюнет, радуясь отступающему напряжению в теле. — Читал Филиппа Дика? — Нет, — учёный в задумчивости обращается к закоулкам собственной памяти. — Но, если не ошибаюсь, он один из основоположников жанра фантастики в литературе? — Именно так, — улыбается хозяин коллекции, одобрительно поднимая вверх указательный палец. — Я всё собирался, но никак руки не доходили, — Чан улыбается в ответ. — Теперь у тебя будет такая возможность. У меня есть сборник с его наиболее значимыми произведениями. Выискивая глазами корешок с заветным именем, парни находят его одновременно. Соприкоснувшись внезапно пальцами, брюнет укалывает блондина непонятно откуда возникшим статическим электричеством, заставляя обоих одёрнуть руку. — Полегче, Электро, — смеётся Уджин. — Прости, больно? — Чан поджимает обеспокоенно губы, смотря на парня. — Нет, конечно, ты же не бьёшься током по–настоящему. Простое статическое напряжение, не более, — блондин, наконец, достаёт интересующую книгу, передавая её в руки учёному. — То, что для меня ещё является возможным вариантом развития общества в будущем, для тебя скорее будет забавным чтивом в стиле ретрофутуризма. Мне было бы интересно узнать, что из предсказанного автором действительно сбылось, а что — нет. — Приличный по толщине сборник, — Бан открывает содержание книги, приятно удивляясь количеству произведений и заинтересованно вытягивая губы трубочкой. Эта привычка кажется Киму забавной. — У тебя будет время почитать его, пока я буду на работе. А сейчас идём. Кивая, учёный откладывает книгу на журнальный столик и выходит за парнем в коридор. — Волнуешься? — Уджин перепроверяет карманы перед выходом. — Только если немного, я же уже посмотрел в окно, — смеётся Чан. Ким улыбается, открывая дверь и выходя с парнем на лестничную площадку. Уджин уже достаёт ключи, как внешние обстоятельства заставляют его круто поменять все планы. Парню приходится практически насильно втолкнуть учёного своим телом обратно в квартиру, вжимая растерявшегося и обомлевшего гостя в коридорную тумбочку. Цитрусовый запах шампуня блондина, приятно обостряя обонятельные рецепторы, кружит голову, вызывая в животе брюнета неведомые ранее судороги. Уджин, сталкиваясь взглядом с напуганными глазами напротив, у которых из–за расширившихся зрачков даже радужек не видно, мгновенно ослабляет болезненную хватку на плечах Чана, тут же отстраняясь с виноватой улыбкой. — Прости, я напугал тебя? Ты весь побледнел. — Есть немного, но я в порядке, — сглатывает учёный, шумно выдыхая. — Точно? — Ким вновь делает шаг навстречу, участливо вглядываясь в лицо парня и поправляя на том рубашку. Бан ещё не успевает взять себя в руки и вернуть душевное равновесие, как обстоятельства вновь подвергают его самообладание испытанию на прочность. Что за день то сегодня такой? — Точно. Это… твой шампунь так пахнет? — смена темы разговора сейчас как нельзя кстати. — Вообще, это гель для душа, но я им и голову мою. Неплохая экономия, а разницы никакой, это же всё просто маркетинговые уловки, — блондин, удачно вспомнив про свою причёску, отстраняется, глядя на себя в зеркало, поправляет волосы. Наконец учёный облегченно выдыхает, к нему постепенно возвращается способность дышать, дыхание выравнивается, хотя сердце всё ещё непривычно быстро бьётся. — Прости, это из–за соседей, — закончив с марафетом, поясняет парень. — Я не понимаю, — Бан стыдливо поджимает губы, признавая собственную недогадливость. — Они стали открывать дверь, и пришлось вернуться обратно, а мы ведь не придумали тебе легенду, — Киму самому забавно от нелепости всей ситуации. — Так что давай условимся, что ты мой университетский друг, который снимает у меня комнату. Хорошо? Чан несколько раз кивает, согласный сейчас на всё на свете. Ему просто необходим свежий воздух.

***

♫ ♪ UNB — Only One ♫ ♪ — Добро пожаловать в Сеул, — Уджин учтиво пропускает взволнованного парня первым на улицу, продолжая, — сегодня 29 сентября 2018 года. Суббота, — с деловитой серьёзностью декларирует блондин, издавая тихий смешок. — А я Ваш экскурсовод, меня зовут Ким Уджин. Чан заливисто смеётся, делая сразу несколько оборотов вокруг своей оси, цепляясь жадно взглядом за каждую деталь, чувствуя что–то неясное и щемящее. Лишь выйдя за порог, он уже ощущает, что город совершенно иной и непохожий на свой будущий аналог. Но это определённо любовь с первого взгляда. — Даже воздух другой. — Лучше или хуже? — Это сложно объяснить. Ким улыбается, кладя руки в передние карманы джинсов и приятно жмурясь тёплым солнечным лучам. — Куда бы ты хотел сначала отправиться? — Это место кажется мне знакомым. Здесь ведь недалеко находится река Хан? — глаза Бана загораются. — Именно так. — Повезло же тебе жить здесь. Я так обожаю это место! — Тогда идём! Ещё нет и полудня, но уже ощущается нарастающий зной. Ситуацию спасает ветер, деликатно касающийся открытых участков кожи, приятно охлаждая. Каждый шаг даётся с необъяснимой лёгкостью. Будто бы Чану дали внутренний стержень, опору. Жизнь наделили смыслом. И город — одно из его воплощений. Странное чувство. Приветливая набережная сразу встречает путников своей теплотой и в некоторой степени по–семейному домашней атмосферой. В этот тёплый субботний день здесь прогуливается множество семей с детьми, парочки и дружеские компании. Любители велопрогулок также не упускают возможности прокатиться в эту поистине замечательную погоду. На сочно–зелёной траве повсюду раскинулись группы людей, решившие устроить пикник на открытом воздухе. Жизнь в этом месте течёт размеренно, расслабленно и как–то по–особенному спокойно. — Нужно обязательно прийти сюда вечером, чтобы посмотреть на Радужный мост и городские огни, — Уджин учтиво решает разбавить тишину своим предложением. Хотя блондина, на удивление, совсем не напрягает молчание между ними, как это у него нередко бывает с другими людьми. С Чаном поразительно комфортно даже молчать. Словно они оба понимают друга и без слов. — Согласен, — отстранённый учёный внезапно становится поглощён собственными мыслями, продолжая лишь после некоторой паузы. — Наверное, это место единственное осталось практически неизменным и в моём времени, — с толикой грусти в голосе осознает брюнет, понимая, что Сеул 24 века утратил подобную самобытность, уступив место футуристическому преображению. — Когда я гуляю здесь в своём времени, то уже не вижу здания номер 63, Олимпийского стадиона или Башню Намсан, как сейчас. — Чтобы узнать, единственное оно или нет, тебе нужно увидеть панораму города, — приободряет парня Ким. — А можно? — Ну конечно, Чан! Разве могу я тебе запретить? Мне неловко, когда ты всё время спрашиваешь у меня разрешения или извиняешься, — парень говорит честно, но совсем не преследует своей целью обидеть друга. — Пр… Ой… я понял, — хмурится Бан, коря себя за то, что чуть было снова не совершает ошибку. — Чан, — Ким хватает внезапно ускорившего шаг парня за запястье. — Я не хотел тебя обидеть. — Всё в порядке, — улыбается учёный, внезапно замечая позади Уджина у одной девушки в руках плакат с нашумевшими BTS. Она восторженно хвастается приобретением своей подруге. — О, я их знаю. Отпуская руку брюнета, блондин оглядывается, сразу понимая, о ком идёт речь. — Серьёзно? Они обрели бессмертие что ли? — усмехается Ким. — В некотором смысле, — Бан решает продолжить неспешное движение вперёд, а когда блондин догоняет его, брюнет продолжает, — они оставили значимый след в корейской музыкальной индустрии. — Это и так понятно, — Уджин совсем не удивлён, пожимая плечами скептически. — Они уже сейчас на пике своей популярности. — Именно BTS первыми добились настоящего успеха в Америке, запустив своеобразный синергетический эффект для последующих к–поп групп, ставивших упор на продвижение за границей. И в моём 24 веке к–поп стал фактически неотъемлемой частью поп–культуры, — учёному становится жарковато, он безуспешно дует на свою чёлку в попытке охладиться. — Поразительно, — усмехается Ким, — учитывая, что я не так давно столкнулся с мнением, прямо противоположным: к–поп уже не в силах привнести что–то принципиально новое, и это неизбежно приведёт к снижению его популярности за рубежом. Знали бы эти эксперты, как сильно они, оказывается, ошибаются, — блондин уже сам жалеет, что не оделся легче. — Присядь пока, я куплю нам мороженого. Какое тебе взять? — Такое же, как и себе, — брюнет неловко улыбается, усаживаясь в ожидании друга на скамейку. Уджин настолько добр и внимателен к нему, что Чану начинает казаться, что он злоупотребляет добросердечностью этого парня. Учёный искренне надеется, что обязательно найдёт в будущем возможность отблагодарить его за всё, что тот делает для него. Прерывает его работы по самокопанию в недрах собственной души женский голос: — Извините… Чан, возвращаясь из своего мысленного путешествия, видит перед собой симпатичную молодую девушку. — Здравствуйте, — учёный совсем не понимает, что незнакомка хочет от него. — А вы случайно не из Stray Kids? — стеснительно поджимает губы брюнетка. — А? — парень глупо улыбается, потирая затылок. — Простите, Вы ошиблись, — спокойно отвечает Уджин, не глядя на девушку и протягивая парню мороженое. — Было только клубничное, остальное раскупили, уж извини. Девушка, почувствовав полное отсутствие интереса к своей персоне, молча удаляется к ждущим её поодаль подругам, уже о чём–то активно перешёптывающихся и прикусывающих собственные губы, поглядывая заинтересованно на парочку парней. Ким усаживается рядом с Баном, нагло смотря на девушек в упор. Те, отводя в смущении взгляды, спешат удалиться. Чёрт знает, что они подумали о них двоих. Но Уджин примерно догадывается, недовольно хмурясь. — Никакой совести и воспитания, — качая головой, блондин вздыхает, разворачивая обёртку своего стаканчика. — А мне она показалась достаточно приятной особой, — поблагодарив за вкусность, подытоживает непродолжительную встречу с девушкой брюнет, присоединяясь к занятию. Уджин хитро улыбается, внезапно решая подколоть парня. — А не боятся твои учёные, что будучи на миссии ты влюбишься в местную девчонку? Чан застывает с мороженым в руке, впадая в ступор от прямолинейности вопроса блондина, не зная, что и сказать. Он совсем не замечает, что мороженое в его руке пачкает воротник рубашки сладкими каплями. — Твоя рубашка… Бан впадает в дикий страх, понимая, что испортил личную вещь другого человека. — О боже, Уджин, я испачкал твою одежду! Я её испортил! Что же делать, мне нужно было надеть свою рубашку. Что если не отстирается? Тебе придётся её выбросить? — паникует учёный, размахивая руками. — Тише, ты чего? Постираем, погладим, — Ким хлопает глазами, не сразу понимая, как ему вести себя. Наконец он хватает парня за предплечья, чтобы тот хотя бы не размахивал руками. — Сейчас себе ещё в глаз мороженым залепишь, — блондин смеётся в голос, брюнет определённо выбрал не ту стезю для себя. Прирождённый комик. — Я сейчас. Отдав на временное попечение своё мороженое парню, Уджин убегает к продавцу и тут же возвращается с влажной салфеткой в руке. — Не маши руками и подожди секундочку. Сейчас я всё вытру, — склонившись над парнем, Ким сосредоточенно стирает с ткани розовое пятно. Он ощущает на своей щеке горячее прерывистое дыхание Чана. Этот учёный такой впечатлительный. Киму и в голову не приходит принять подобную реакцию на свой счёт, исключительно списывая всё на волнение. Или же Бану просто жарко, только и всего. А Чан вновь чувствует этот дурманяще–сладкий запах цитрусового шампуня, и ему до безумия хочется зарыться носом в мягкие волосы блондина, дабы вдохнуть этот аромат полной грудью. Ему кажется, что Уджин ещё ближе, чем в тот раз. Он спасительно жмурится, на время происходящей пытки лишая свой мозг зрительной картинки — так проще отогнать нехорошие мысли в собственной голове. — Ну вот, смотри! — облегчённо выдыхает блондин, выпрямляясь с победной улыбкой. — Всё легко оттёрлось, зря ты так волновался. Мороженое было из натуральных компонентов. Сейчас высохнет и будет как новенькая! — улыбка внезапно сходит с его лица. — Ты снова побледнел. Или у тебя солнечный удар? — Я в полном порядке! — Бан нервно улыбается, спешно протягивая Уджину мороженое и спасительно принимаясь за собственное. Чудо, что оно не успело растаять в его руках. Чану мнится, что на улице вместо реальных 27 градусов, все 40. — Тогда я спокоен, — вновь улыбается парень. — Прости меня… И прости за то, что снова извиняюсь. — Тебе не о чем волноваться, — Ким тактично не давит на парня, несмотря на то, что эта рубашка — подарок его брата. Парни в тишине доедают своё мороженое. — Получается, что твоя одежда никогда не мнётся и не пачкается? — озвучивает вслух ещё с первой встречи зародившуюся догадку Уджин. — Да, она сделана из специальных материалов. Водоотталкивающих и немнущихся. — Удобно, должно быть, — завидует парень, потягиваясь. — Да и время экономит. У тебя, наверное, столько свободного времени благодаря всем этим технологиям. — У меня его немного, к сожалению. У учёных ненормированный рабочий день. — Прости… я не подумал. Зато сейчас ты можешь немного отдохнуть, — улыбается искренне Уджин. — У тебя своеобразный мини–отпуск в другом веке. Здорово, не правда ли? — блондин ободряюще хлопает в ладоши, словно брюнет выиграл значимый приз. Учёный смущённо улыбается, отводя взгляд и кивая. Знал бы Уджин, что всё совсем иначе. Но есть вещи, для которых время ещё не наступило. Блондин поднимается, готовый продолжить сегодняшнюю экскурсию, брюнет следует его примеру. — Ну что, пойдём? Апогеем сегодняшней экскурсии должна стать панорама Сеула. Для этого нам необходимо добраться до ранее упомянутой тобой башни Намсан. Метро недалеко отсюда.