Тариф мечты.

Да-да, девушки прилетели в то место, где родилась знаменитая латиноамериканка Наталья Орейро. Любимая актриса и певица Луны с детства. Так что почти всё прибывание там они слушали её пение и смотрели сериалы с её главным участием. Чтобы как-то прочувствовать атмосферу этой страны. Хотя Лекса просто уступала жене во всём. Странно, с ней она никогда не ссорилась, а с телефонной незнакомкой почти при каждом звонке. Это та самая любовь, когда «бьешь – значит любишь», ну или ругаешься. — Привет, Кларк. Прости меня за последний телефонный разговор. — В последнее время ты много просишь прощения, Лекса. А может, просто стоит говорить друг другу правду и о чём думаешь, чтобы больше не ссориться? — её умненькая девочка, так бы и расцеловала Вудс блондинку. — Может быть.. — протянула та, как будто её наказывали, как ребенка. — И? — Да, я ревновала! А ещё я жуткая собственница и эгоистка! Чего не скажешь о тебе... — Эх... Я тоже ревнивица и эгоистка. Просто что я могла сделать, когда ты отказалась от нас? Я даже позвонить тебе не могу... — печально произнесла девушка. — И я жутко ревную тебя к твоей жене. Ты не представляешь как. Я готова крушить всё и всех на своём пути. Брюнетка улыбнулась. — Я поняла тебя, Кларк. Так ты спала с Грей? — А ты с женой? — Нет, я же тебе говорила, у нас фиктивный брак. Мы даже один раз пытались, но у нас не получилось. — Я тоже не спала с Грей. Мы вообще расстались. Я не могу быть с ней, да и вообще с кем-либо, пока люблю тебя. — Мне жаль... — Не ври! — Кларк уже читала девушку по интонации. — Ладно, мне не жаль. И я рада, что ты любишь меня до сих пор! — Вот так вот лучше, — улыбнулась Гриффин, хотя чему радоваться, плакать нужно. — И я люблю тебя. На этой неделе мы возвращаемся в Сидней. — Фотки будут с Монтевидео? Я тут уже начала альбом составлять из твоих фотографий. Когда мне грустно, я рассматриваю его и мне кажется, что я там рядом с тобой. — Конечно, будут! А почему ты грустишь, принцесса? Кстати, как сдала последние экзамены? — Сдала на «отлично». Не знаю, просто иногда «поймаю печальку». Ты прилетишь, а я улечу на оставшиеся два месяца лета. Я проведу каникулы с родителями в Германии. По ним я тоже очень соскучилась. — Удачной поездки, солнышко. И я всё равно буду тебе звонить. — А я буду ждать твоих звонков с нетерпением! Лекс.. Я тут начала создавать картины... Октавия предложила с Линкольном быть моими спонсорами, чтобы открыть галерею. Ты не против, если на некоторых картинах будешь ты? — Совсем нет. Но ты должна мне пообещать, что как только откроется твоя галерея, я первая получу пригласительный билет, — улыбалась девушка. — Конечно, можешь не сомневаться в этом. — Только помни, не подходить, — предупредила зеленоглазая. — Помню-помню. Как о таком забыть? — Умничка моя! А теперь давай, сладких снов, принцесса. Я немного подустала на отдыхе. — Хорошо. Сладких снов, Лекса. Я люблю тебя. — И я тебя, малышка. Они попрощались и сбросили одновременно. Как хорошо, когда в твоей душе покой и умиротворение. Нет тяжести от ссор и тебя не пожирает совесть. Остатки недели девушки посещали места, где бывала Наталья Орейро. Всё для Луны. Для этого создали множество экскурсий. А ещё Лекса рассекала на новенькой спортивной машине по Монтевидео. Отпуск удался, несмотря ни на что.