eternity

Тэхён правда ужасен в гневе. Он прекрасно знает это и сам, но сейчас ничто не может сдержать его. Парень залетает в гостиную их с Сокджином квартиры, останавливается посередине и хватается руками за голову. — Ненавижу! — искренне, с придыханием шепчет он. Красивое лицо искажается гримасой гнева и отвращения, и он крутит головой, подыскивая, что бы такое разбить. Да, дурацкая привычка, но сейчас соображать правда трудно. Он и без того максимально импульсивен, а уж когда дело доходит до такого... Тэхён — самая знаменитая и востребованная модель. Ему до сих пор столько контрактов предлагают… А сегодня вот предложили «поработать» телом, да ещё и за кругленькую сумму. Впервые? Нет. К сожалению, это явление довольно частое. Тем не менее, каждый раз Ким злится до белых пятен перед глазами. Это дело чести, дело принципа. Возмутившись и оскорбившись до глубины души, как и всегда, он уже собирался высказать абсолютно всё, что за семь лет работы накопилось внутри. Его опередили: — Иначе ты больше не получишь ни одного заказа, — сказано серьёзно, твёрдо, без намёка на шутку. — Всё равно нет, — он ни секунды не размышляет, сразу же выплёвывает эти три слова и волком смотрит на начальство. Что за хрень вообще? Он отработал много лет в этом бизнесе, ни разу на такое не согласился. Разве может что-то поменяться? И ещё Тэхён надеялся, что начальство не поставит его перед этим абсурдным выбором. Он женат, в конце концов! — Мы всё замнём, твой муж ни о чём не узнает, — собеседник будто бы читает его мысли. — Сколько уже раз я отказывал? Вы серьёзно думаете, что это только из-за Сокджина? — фыркает Тэхён. Руки слегка подрагивают от злости, но это нормально. Он ещё неплохо держится, несмотря на то, что ситуация откровенно идиотская. — Это, безусловно, играет огромную роль в моём отказе. Но это далеко не единственная причина. Я ни за что не стану продавать своё тело. Никогда. Мужчина в кресле недовольно хмурит густые брови. В силу характера Тэхёну очень тяжело вести себя достойно. А так хочется плюнуть в напыщенную морду. Заткнуть раз и навсегда всех этих упырей, которые решили, что имеют право распоряжаться жизнями моделей. Джин попросил бы вести себя более рационально: мол, Тэ, разве ты не понимаешь, что в некоторых агентствах это обычное дело? Они не думают, что оскорбляют тебя. — Не хочу сказать, что в этом смысл твоей работы... — Я рекламирую одежду и создаю произведение искусства из тряпок, которые никто в здравом уме и не наденет, — черт, у него уже дергается глаз. Плохой признак. Надо заканчивать этот абсурдный диалог, пока в начальника что-нибудь не полетело. — За все эти семь лет я сотворил историю. Не знаю, может, и правда пора уйти уже из этого чёртового бизнеса, — из-за неожиданного нервного тика Тэхён злится еще больше. — Всего доброго. — До свидания, Тэхён. Жду тебя послезавтра на студии в восемь утра. Будет лучше, если ты придёшь, — мужчина за столом наклоняет голову и смотрит на него из-под бровей. Неприятно и мерзко. Сально. — Я тебя предупредил. Конечно, он не придёт. Даже шагу в сторону студии не сделает. Подумать только, напугать они его решили!.. Но вот уже дома, в спокойной и привычной обстановке, мужчина отчетливо понимает, что работу он не сможет бросить ровно до тех пор, пока его не попросят уйти. Слишком он любит эту индустрию: вспышки фотокамер, красивую, но странную одежду и всемирное признание. И слишком любит себя и Сокджина, чтобы согласиться на сделанное предложение. Что за замкнутый круг? По-хорошему, Ким Тэхён вложил в это дело все свои сбережения, все силы и все чувства. Он не был счастлив до тех пор, пока не вошёл в бизнес, не нашёл свое место, не нашёл Сокджина. Во многом ведь именно эта профессия сделала его счастливым, подарила главного человека в жизни. Более того, все прошлые партнеры отвергли его по одной причине: несмотря на свою известность, он — никто в мире реального бизнеса. Это просто жалко. В трудные времена встретив Джина, он не надеялся, что тот окажется другим. Состоятельные люди, как правило, редко демонстрируют положительные качества. Но Джин все-таки показал, что бывает всякое. Он оформил на Тэхёна счета, дал безграничную свободу. И дело же не в деньгах — главной роли они не играют — всё дело в доверии, любви и уважении. А Тэхён не глупый и не алчный, он просто до мозга костей влюблённый. Поэтому мужчина особо и не пользовался сделанным подарком. Страшнее всего было разочаровывать того, кто поверил в него тогда, когда остальные отвернулись. Тем более, Сокджин постоянно помогал и до сих пор помогает Тэхёну в работе, делая всё, что только от него зависит. С самого начала он решительно откладывал важные встречи, переносил совещания, ездил по миру на недели моды. Да, терял при этом часть прибыли и вводил этим своих коллег в ступор. Но ни разу не изменил своё мнение. Джин никогда не давал ему повод усомниться, ревновать. Он отдавал всего себя и был настолько идеальным, что у Тэхёна к нему не было никаких вопросов. И вообще, Сокджин умный, он понимает все тонкости модельного бизнеса. Даже если сам и ревнует, то пытается тщательно скрывать это. Если, конечно, вообще испытывает подобное чувство. Честно говоря, Тэхён бы этого не хотел. И теперь он, Ким Тэхён, не собирается ставить их отношения под угрозу. Господи, как же ему всё надоело… Он хватает с декоративного столика тяжелую хрустальную вазу, подаренную мужу на день рождения каким-то его коллегой, и с размаху швыряет в стену. Массивное, несомненно дорогое изделие разлетается на кусочки. Тэхён слышит, как осколки падают на дорогой паркет. Наверняка, оставляют следы. Несмотря на это, мужчина довольно улыбается, закрывая глаза. Пусть случится всё, что угодно, но он не будет выполнять этот заказ. Застыв каменным изваянием, парень снова и снова прокручивает в голове сцену в кабинете начальства и настраивается ещё решительнее. Если будет надо — он себя к чёрту изуродует, чтобы никто и никогда больше не захотел купить его или его тело. Тем более, зная свой скверный характер, он уверен в том, что его итак никуда не примут. В детстве он хотел быть художником. Его всегда привлекали природа и красота. Он видел во снах, как мажет красками по холсту и открывает собственную выставку. В реальности Тэхён посвящал всё своё свободное время обучению в художественной школе и делал ошеломительные успехи. Портреты, им нарисованные, ставили в рамки, пейзажи покупали, чтобы подарить на праздник. А немногим позже юный Ким понял, что не прославится. Ну не сможет он это сделать без соответствующих связей. Торговать своим лицом он всегда умел, а вот представлять работы… Через полтора года его встретил букер ведущего модельного агентства, и карьера пошла в гору, жаль, что в другом направлении. Он бы соврал, если бы сказал, что жалеет. Просто ему уже не кажется, что все мучения оправданы, что это стоило того. Дверь громко хлопает, заставляя Тэхёна очнуться, и в комнату входит Джин. Замирает на пороге и удивлённо окидывает взглядом собственную гостиную. Сокджин быстро отмирает, пересекает комнату и присаживается на колени рядом с мужем. Молчит, но нежно гладит по щеке, пристально глядя в глаза. Тэхён знает, что Джин хочет услышать причину произошедшего, однако упрямо держит рот на замке. И смотрит исподлобья. — Дорогой, что?.. — наконец, не дождавшись ни слова, Сокджин решает уточнить сам. Он не договаривает, но Тэхён видит, как любимый взволнован. Он берёт руки мужа в свои, прижимается лбом к плечу и произносит: — Я злюсь так, что не могу держать себя в руках. Знаешь, какое предложение мне сделали и что сказали потом? — в его голосе столько желчи, что Джин невольно хмурится. Его лицо приобретает вопросительное выражение, поэтому Тэхён выдает себя с потрохами. Рассказывает обо всём, что стало причиной его настроения, попутно всхлипывая и шмыгая носом. Размазывает слезы по щекам. Джин слушает его внимательно, изредка сжимает длинные пальцы. Гладит по голове и спине в попытке немного заземлить и успокоить. Сидя на полу их гостиной в объятиях мужа, Тэхён выговаривается и наконец затихает. Сокджину больно за него. Он чувствует, как обидно было его мужу, и непроизвольно крепче сжимает мужчину в своих руках. Джину требуется несколько долгих минут, чтобы обдумать ситуацию и собраться с мыслями. — Тэхён-и… — наконец произносит он. Муж видит, что Джин размышляет над каждым следующим словом. — Я запрещаю тебе принимать это предложение. Не потому, что это измена мне, а, в первую очередь, потому что это измена самому себе. Тэхён только кивает, соглашаясь. Предательство своих принципов всегда было для него табуированной темой. — И вообще, ты у меня столько старался, ты такой талантливый, дорогой, — переполненный эмоциями Джин вдруг срывается на бессвязный шёпот. — Ты заслуживаешь всего самого лучшего, — и целует разлохматившуюся макушку. Тэхён благодарен ему за всё: особенно, за понимание. Он поднимает голову, цепляется пальцами за ворот рубашки Джина и спрашивает, глядя в глаза: — Скажи честно, что насчёт вазы? За вазу не злишься? — Она мне никогда особо не нравилась, — хихикает Джин, и это так на него похоже, что Тэхёну становится в сто раз легче. Он смущается и легонько шутливо толкает Сокджина в плечо. — А что? Она совсем в интерьер не вписывалась! — Ты знаешь, Джин-и, я недавно присмотрел такую, которая впишется, — смеётся над возмущённым супругом Тэхён и ловит себя на мысли, что выход из ситуации найдётся всегда, раз рядом его муж. — Все, что твоей душе угодно, дорогой, — Сокджин оставляет лёгкий поцелуй на капризных пухлых губах, зная, что Тэхён этого хочет. — Пойдём, я сделаю тебе чай. Сокджин буквально поднимает его с пола, пыхтит, но тянет в сторону большой и светлой кухни. Усаживает там Тэхёна за стол, а сам мечется, ставит чайник, кружит по кухне, доставая сладости. Как будто что-то вспомнив, Джин неожиданно откладывает все дела и дёргается в сторону мужа. Хватает за руки, пристально рассматривает на наличие повреждений, будто не он держал ладони Тэхёна в своих руках считанные минуты назад. Спустя пять минут сидящий с чашкой горячего ромашкового чая Тэхён грустно говорит: — А если я буду сидеть дома, ты сильно расстроишься? — Нет, Тэхён-и, я не расстроюсь, но вот ты не сможешь, — поразмыслив, отвечает Джин. Он переводит на супруга внимательный взгляд, однако Тэхён итак знает, что это правда. — Что мне делать? — он вновь сутулится, снова шмыгает носом. — Месяца два или три назад я говорил тебе о своем знакомом, он руководит очень известным модельным агенством. Чон Хосок, может, помнишь? — Чон Хосок? Конечно, я итак слышал о нем. Его агенство конкурирует с моим. Знаешь что, — Тэхён сначала хмурит красивые брови, а потом аж жмурится от удовольствия. — Это прекрасная идея! Во-первых, я смогу вывести их на другой уровень, они будут в топе. Во-вторых, Чон поможет мне подняться ещё выше. Все в плюсе. Я в шоке от гениальности этой идеи. — Лично я в тебе не сомневаюсь, дорогой, — Джин нежно улыбается и смотрит на оживлённого и удовлетворённого будущей местью мужа. Уж он-то всё сделает, чтобы помочь любимому человеку. Чтобы осчастливить его. Сокджин крайне твёрдо стоит на ногах. Под его влиянием и Тэхён становится всё более и более решительным. У них не то что идеи гениальны, у них просто идеальный тандем.