Письма призрака

После того, как Мишель забежал к каждому из нас в комнаты, сообщив, что дописал роман, предлагая отметить это дело, я начал постепенно замечать странности в его поведении на протяжении уже нескольких дней. Он постоянно улыбается, находится на позитиве, да и просто буквально светится. Это очень сильно удивило не только меня. Роберт и Андрэ тоже не понимали, что могло послужить такому настроению Мишель. Не думаю, что избавление от проклятья могло серебряными нитками перешить начинку Мишель, ведь поменялось в нём не только настроение и общее состояние, но и темп голоса и элементарные движения: как сидит, как ходит, как держит бокал. И я совру, если скажу, что меня это не настораживает. Такие резкие и кардинальные перемены не происходят просто так. Что-то должно было этому поспособствовать, причём не менее резкое и не менее кардинальное. У меня даже были мысли о том, что у Мишель могло произойти раздвоение личности на фоне пережитого стресса, но прежнего Мишель я так и не увидел. Значит дело не в этом. Но в чём? Не думаю, что виной всему неокрепшая психика Мишель. Но на днях произошло то, что абсолютно выбило из колеи нас всех. После довольно весёлого вечера, мы все завалились вместе с Мишель в его комнату, но, когда начали целовать его с трёх сторон, он закричал, заплакал и забился в самый дальний от нас угол комнаты, умоляя не делать этого. Андрэ тут же подбежал, начиная успокаивать его, и мы с Робертом, переглянувшись, покинули комнату. Понять, что произошло нам так и не удалось, и все попытки Андрэ Мишель лишь обрывал фразой «я не хочу об этом говорить». И мне до сих пор интересно, что могло послужить такой реакции, ведь мы никогда Мишель ни к чему не принуждали и уж тем более не поднимали на него руку. Можно предположить, что во время течки ему было больно и он просто напросто терпел, но как можно терпеть адскую боль со стонами и просьбами большего. Поэтому эта теория отметается. Вообще мы очень мало пересекались с Мишель последнее время. И мне уже давно хочется с ним поговорить тет-а-тет, чтобы понять, что же всё-таки происходит с нашим супругом. Но каждый раз, когда я пытаюсь его словить на откровенный разговор, он сразу же придумывает себе какое-то занятие и буквально сбегает, что тоже не может не напрягать. И меня не оставляет ощущение, что что-то тут нечисто, но понять, что конкретно, надеюсь, удастся после разговора с Мишель. И именно к нему я сейчас направился после того, как разобрался со своими делами. Я подошёл к комнате и постучал. Послышалось игривое «да?», и я вошёл в комнату. Мишель в это время крутился в своих шмотках перед зеркалом. И, честно, я в первый раз вижу его кокетничающим с отражением. - Привет, Стефан, - пропел Мишель. - Привет, - я закрыл дверь. – Найдётся минутка? Мишель изменился в лице. Видимо, понял, что я застал его врасплох и сбежать, как раньше, не получится. - Да. Что такое? – он уселся на диванчик около окна. Я сел напротив. - Как ты себя чувствуешь? - Эмм… - Мишель непонятливо нахмурился. – Замечательно, - он пожал плечами. – А почему ты спрашиваешь? - Просто ты так внезапно стал вести себя по-другому. Стал более улыбчивым, более позитивным. Ты таким раньше не был. Расскажи, что заставило тебя сменить свои настроения. Глаза Мишель забегали по комнате. Значит, будет врать. Интересно, и что же ты хочешь от меня утаить? - Да, не знаю. Просто посмотрел на всё под другим углом и понял, что жизнь надо ценить и радоваться каждому мгновению. Особенно в окружении таких чудесных женихов. - А что же тебе мешало это сделать раньше? - Что это за допрос? Не знает, что сказать и перешёл в атаку. - Это не допрос. Мне просто стало интересно. Я тебя таким раньше никогда не видел. - И? - Я волнуюсь за тебя. Ведь такая перемена не могла произойти просто так. Что-то должно было этому поспособствовать. Ты со мной согласен? - Ну… - Мишель замялся и стал смотреть куда угодно, но не на меня. – Да, наверное… - Что с тобой произошло, когда ты дописал роман? После этого вопроса Мишель всё-таки поднял на меня глаза. И в них читалась просто животная ярость. Я докопался? - Я расстроился, - произнёс Мишель. – Потому что не умею писать и в сравнении с дедушкой дописал роман довольно коряво. - А где он сейчас? - Я его выкинул. Он больше не нужен, ведь проклятье уничтожено. Мы смотрели друг на друга, не отрывая взгляда. Я – с подозрением, Мишель – с настороженностью. - Хочешь узнать что-то ещё? Хочу, но от тебя вряд ли ещё чего-то добьюсь. Поэтому просто встаю на ноги и, бросив короткое «нет», покидаю комнату Мишель. Значит, роман… Несколько следующих дней я потратил на то, что пытался понять, что же могло произойти с Мишель, что он стал вести себя так, будто его подменили. Но ничего более-менее вразумительного выдать не смог. Но в тот день, когда я уже практически отчаялся всё понять, ко мне пришёл вдребезги разбитый Андрэ. Я понял это по его взгляду. Он подошёл ко мне и сел рядом, пока я пытался создать новый рисунок. - Стеф, надо поговорить… - тихо произнёс Андрэ. - Эй, - я отложил карандаш и полностью повернулся к нему, взяв за руки. – Что с тобой? - Дело в Мишель. Он… Стеф, мне кажется… Точнее я… - Андрэ путался в словах, не зная, как выразить свою мысль. – У меня стойкое ощущение, что это не Мишель. - Почему? - Он сказал мне то, чего Мишель просто не мог бы сказать. - Что именно? – я нахмурился, внимательно слушая Андрэ. - Он сказал «ты же бета»… Вот чёрт… История с Адрианом повторилась. Но Мишель действительно не мог сказать подобного, ведь он знает, что у Андрэ это больное место. - Что с ним, Стеф? Что с Мишель происходит? - Я хотел бы ответить тебе, но… Я просто не знаю… - Может стоит показать его врачу? - Нет, дело тут не в этом. - А в чём? - Я… - я приложил руку ко лбу. – Я не знаю. Андрэ ушёл от меня ни с чем. Я не стал говорить ему про роман, так как может оказаться, что дело тут и не в нём вовсе. Остаток дня я провёл в одиночестве. Моя голова буквально кипела из-за воспоминаний о сегодняшнем разговоре с Мишель, ведь на его протяжении меня не оставляло странное чувство. От Мишель будто веяло мертвечиной. И это было очень странно. Мишель, что же с тобой происходит? Переодевшись в пижаму, я заварил себе мяты, понимая, что вряд ли усну без помощи. Я был слишком перевозбуждён от всех этих мыслей и догадок. Когда я почувствовал, что начинаю успокаиваться, тут же нырнул под одеяло, надеясь, что утро вечера действительно окажется мудренее и, переспав со всеми этими мыслями ночь, моя голова всё-таки выдаст мне что-нибудь. Да и может Андрэ прав, и Мишель действительно стоит показать врачу, а я просто ищу связь там, где её нет. Я уже начал потихоньку проваливаться в сон, как вдруг сквозь полудрёму услышал голос Мишель. - Стефан? Я невольно дёрнулся в сторону голоса, но глаз не открыл, всё ещё пребывая в сонном состоянии. - Стефан! – вновь услышал я, но уже слабее. - Мишель! – резко подорвался я, распахнув глаза, но в комнате никого не было. Я нахмурился, подперев голову рукой. - Что за чёрт? Но тут моё внимание привлекла моя дверь. С ужасным скрипом она начала медленно открываться, но за ней никого не было. Я встал на ноги и вышел из комнаты, посмотрев, нет ли кого за ней. Но коридор был пуст. Класс. Только призраков нам не хватало для полной картины. Я с довольно громким хлопком закрыл дверь и вернулся в кровать. Но этот голос. Это точно был Мишель, но… Так всё. Разберусь с этим завтра. Хватит думать, иначе ты так и не уснёшь. Но, признаться, от произошедшего стало по-настоящему жутко. Прислушавшись, я время от времени слышал звук открывающихся дверей. Мда, надеюсь, Мишель сейчас уже спит и не слышит этого. Вот только мне этой ночью уснуть так и не удалось.