Я балансирую на грани

— До сих пор не верится, что тебя кто-то взял на работу, — хмыкнула Этель, бросая перед Майклом на стол тарелку с хлебом и сыром, опуская рядом кружку чая, — ну да может теперь хоть с людьми нормально общаться научишься. Парень скривил недовольную гримасу, но был слишком голодным, чтобы сейчас тратить время на пререкания. — Кстати, про тебя тут спрашивали, — добавила женщина, садясь напротив, — какой-то мужчина. Весь важный такой, расфуфыренный… сказал, что по жутко важному делу. Майкл, набив полный рот хлебом, мрачно нахмурился. Что-то последнее время слишком часто у местной элиты стали появляться к нему «важные дела». С чего бы вдруг? — Сказал, что потом еще как-нибудь зайдет, — продолжала Этель, сминая руками передник, — ты ведь там ни во что опасное вляпаться еще не успел, мальчик? Парень, продолжая жевать, неопределенно пожал плечами. Опасное или нет, но странностей вокруг него в Новом Орлеане, определенно хватало. А еще ему под нос отчего-то до сих пор лез запах цветочных духов… — И тебе это, наверное, не понравится, но у нас, похоже, смена власти, — с усмешкой сказала женщина, — видел здоровенный шатер, что поставили рядом с палаткой Пола? Нагрянула тут с утра одна мадам… по акценту, так видно из Германии. Уж какой она тут перфоманс устроила, ты бы видел!.. Все рыдала и рассказывала, что раньше стояла во главе какой-то цирковой труппы, да с теми какая-то беда приключилась. Ни то пожар, ни то газом отравились… и вот теперь услышала о нас и хочет начать все с начала. — И что, все так просто согласились? — вскинул бровь Майкл. — Как будто у нас особый выбор есть! — закатила глаза Этель, — дамочка вроде предприимчивая, и пока это главное. А что дальше будет — посмотрим. Тут брезент шатра с шорохом отодвинулся и в просвете парень увидел невысокую светловолосую женщину, что явно всеми силами пыталась казаться моложе своих лет за счет яркого макияжа и довольно вызывающей одежды. — Помяни черта… — едва слышно пробормотала Этель, отводя взгляд. — Так это и есть тот самый дивный юноша с особым даром? — со сладкой улыбкой спросила женщина, подходя ближе изящной походкой. Майкл, через силу проглотив слишком большой кусок хлеба, обернулся в сторону незнакомки, глядя на нее с мрачным подозрением. — Надо признать, я впечатлена, — томным голосом добавила она, протянув вперед руку и проведя пальцем с длинным ногтем по щеке парня. Майкл медленно отпрянул назад от ее руки, только теперь в его взгляде кроме настороженности появилось еще и недоумение. — Его зовут Майкл, — тихо откликнулась Этель, глядя на женщину, — если вдруг начнет вам хамить, не обращайте внимания, он по-другому разговаривать просто не умеет. — Вот как, — улыбнулась новая начальница, окидывая взглядом парня, и как бы невзначай опустив руку ему на бедро, крепко сжав его пальцами, — что ж… уверена, рано или поздно, мы найдем с тобой общий язык, дорогой. Майкл вскочил со скамьи так быстро, что чуть стол не опрокинул. Не сказав больше ни слова, парень быстрым шагом вышел из палатки. — Какой бойкий мальчик, — хмыкнула женщина, вытаскивая тонкую сигарету из маленькой бисерной сумочки. … Когда Майкл уединился в своем шатре и не раздеваясь рухнул на вздыбленную, давно не убранную постель, из его груди вырвался усталый стон. Пока он даже думать не хотел, чего ему ожидать от нового руководства… Парню проблем в жизни хватало и без домогательств старушки. Вспомнив, что завтра очередное выступление, он болезненно скривился. Хотелось верить, что этой мадам не придет в голову вдруг начать менять устоявшуюся программу. Когда они планировали номера с Барном, он оставлял для Майкла право выбора, не заставляя его делать то, чего парень не хотел. А вот что выкинет нынешнее начальство, Майкл и представить боялся. Запах цветочных духов уже почти выветрился… Шумно выдохнув, парень перекатился на другой бок, и накрыл голову подушкой. И с чего ему сегодня вдруг в благородство поиграться захотелось? Шел бы себе спокойно мимо, так нет же… Впрочем, если бы не этот героический побег женишка, что случился у него на глазах, он бы и пальцем не пошевелил. Бросать девчонку один на один с вооруженным типом — это было слишком даже для Майкла. Но чего он правда не ожидал, так это каких-то благодарностей в ответ. Ему казалось, что избалованная дамочка, какой он видел Мэллори, едва ли снизойдет до подобного. Ее неожиданный поцелуй удивил Майкла и пока он не особо понял, как на него реагировать. Впрочем, вряд ли ему стоило на этом зацикливаться. С этого момента он твердо решил, что больше не станет к ней лезть. В конце концов, у них не было никаких причин пересекаться, ни случайно, ни намерено. У девчонки своя жизнь, у него своя. Правда, если она сама будет продолжать нападки в его сторону, вряд ли он сможет заткнуться и молча терпеть. Но зато, если после сегодняшнего дня девчонка не остановится в попытках его достать, он окончательно убедится в том, чего она на самом деле хочет. А там уж, пусть пеняет на себя… … — Дорогуша, да на тебе лица нет, — обеспокоенно сказала Коко, встретив подругу в холле, — что случилось? Устало покачав головой, Мэллори молча пошла по лестнице, что вела к спальням. — Ты ведь вроде с Трэверсом этим только что уходила, разве нет? — не успокаивалась девушка, шагая следом. — Не хочу о нем больше ничего слышать! — со злостью прошипела Мэллори. — Ого, — хмыкнула Коко, — он что, к тебе приставал? Мэллори закатила глаза. Она не была уверена, что ее жених на подобное в принципе был способен. Но ей богу, даже если бы он сделал попытку ее облапать, это оказалось бы менее мерзким поступком, чем тот, что он сейчас выкинул. Кто знает, что произошло бы, не попадись она на глаза Майклу. Быть может, ее труп уже лежал бы в той темной подворотне… Когда девушка вкратце рассказала подруге о случившемся, Коко от негодования чуть чаем не подавилась. — Ну и сволочь! — воскликнула она, — я бы на твоем месте ему уже все зубы выбила! Мэллори была с ней солидарна, но сейчас она слишком вымоталась, чтобы устраивать кому-то кровавую месть. — А ты ведь раньше говорила, что этот Майкл тот еще гад, — добавила Коко с усмешкой. — В сравнении с Трэверсом, кто угодно покажется нормальным, — хмуро пробурчала Мэллори, крутя в руках пустую чашку. — Правда? — со смехом спросила подруга, — кажется, еще вчера кто-то называл его заносчивой свиньей… не свиньям в обиду было бы сказано. … Уже лежа в постели и водя пальцами по цветочной вышивке на наволочке, Мэллори вдруг ощутила внутри дергающее горячее чувство, что расползалось внизу живота. Покрепче сжав и подтянув под себя ноги, девушка стиснула рукой край подушки. Тело, что уже давно требовало у нее хоть какой-то физической разрядки, изводило ее мучительной ноющей болью. Мэллори же сопротивлялась естественным позывам просто из принципа. Из очень дурацкого принципа… Разумеется, несмотря на свою девственность, Мэллори уже достаточно была знакома с собственным телом, чтобы уживаться с ним, так сказать, в гармоничных отношениях. Она вполне позволяла себе расслабиться время от времени, уединившись в ванной или спальне… Но если раньше в голову ей приходили просто абстрактные фантазии, не связанные с кем-либо, то сейчас они все ярче начали приобретать одно конкретное лицо. От одной только мысли, что она станет удовлетворять себя, думая о нем, ей становилось стыдно. И даже осознание, что он все равно об этом никогда не узнает, не спасало Мэллори. Воображение подсовывало ей настолько грязные образы, что девушка порой удивлялась, откуда у нее вообще подобное в голове взялось. Видно, стоило поменьше слушать о боевых похождениях Мэдисон, о которых та не стеснялась рассказывать в полный голос. Но возможно, именно грязь и запретность делали эти фантазии настолько возбуждающими. Мэллори все чаще представлялось, как парень забрался бы в комнату через окно и наплевав на ее протесты, сделал бы с ней все, что пришло ему в голову. Нагло и грубо, не спрашивая разрешения и не извиняясь… До боли прикусив губу, девушка со злостью взбрыкнула ногами под одеялом. … — Мэллори, зайди, пожалуйста, в мой кабинет, — сказала Корделия после общего завтрака. Девушка вскинула удивленный взгляд на Верховную. Мисс Гуд не так часто проводила личные аудиценции с ученицами, если только те не успевали натворить каких-то глупостей. Мэллори ощутила, что за столом на нее смотрят так же удивленно, как и она сама на Корделию. Когда белая дверь в кабинет с тихим щелчком закрылась, девушка неуверенно взглянула на Верховную, что со спокойным видом опустилась за письменный стол. — Не стоит волноваться, — улыбнулась женщина, складывая руки на столе, — я всего лишь хотела попросить тебя об одной небольшой услуге. — А… да, конечно, — растерянно ответила Мэллори, подходя к стулу, что стоял напротив, — чем я могу помочь? — Помнишь, ты рассказывала мне о юноше, что по твоим словам, смог применить магию на цирковом представлении? — деловым тоном проговорила Корделия, — я решила, что сделала преждевременные выводы в тот день… если ты знаешь, где он сейчас находится, я бы попросила тебя пригласить его в академию для личной беседы. Мэллори удивленно захлопала глазами. — Боюсь, вряд ли он захочет сюда идти, мисс Гуд, — осторожно ответила девушка, прикусывая губу. — Почему? — мягко улыбнулась Корделия, прищурив взгляд. — Если честно, я уже ему предлагала… но он и слушать ничего не хочет, — тихо ответила Мэллори, потупив взгляд. — И все же, попытайся еще раз, — сказала Верховная, откидываясь на спинку кресла, — если продолжит упрямиться, так и быть, придется мне идти к нему самой. Девушка недоуменно вскинула брови. Любопытно, отчего мисс Гуд вдруг так резко изменила точку зрения, раз готова даже идти к парню самостоятельно? … — Для тех, кто еще не слышал или вдруг не запомнил, мое имя Эльза Марс, — с улыбкой, в которой явно читалось превосходство произнесла женщина, расхаживая на высоких каблуках перед собравшейся утром труппой, — с этого дня, мы с вами начнем плодотворную и долгую работу по реконструкции и совершенствованию нашего шоу и я надеюсь, что каждый из вас привнесет вклад в общее дело. — У нас вроде и без реконструкции все было неплохо, — мрачно откликнулась Иви. — Нам с вами нужен свежий взгляд, и я здесь как раз за этим, — продолжая улыбаться ответила Эльза, сделав театральный жест рукой, — многие из номеров уже давно устарели, и нам потребуется что-то более дерзкое и современное, чтобы зацепить публику. Майкл слушал новое начальство с хмурым видом скрестив руки на груди. Ох и не нравилось ему, к чему это все шло… — Ну и артистка, — тихо хмыкнула Этель, что стояла рядом, — интересно, что на самом деле случилось с ее труппой… не поубивала ж она их там всех? — Ты как хочешь, а я во всем этом дерьме участвовать не собираюсь, — так же тихо ответил Майкл, недовольно глядя в сторону Эльзы. — Может, все еще окажется не так плохо, — вздохнула женщина и подняв взгляд на Майкла, негромко усмехнулась, — а ты что, побрился наконец? — Все, я уже на работу и так опаздываю, — с раздражением отмахнулся парень, выходя из толпы и направляясь к выходу из лагеря. … — Серьезно, стану президентом? — удивленно вытаращился мужчина, сидя на табуретке перед Людвигом, что лениво валялся на боку. — Ну, а то! — усмехнулся мистер Флин, махнув рукой в сторону животного, — говорю вам, этот свин умеет предсказывать даже котировки на мировых биржах! Людвиг одобрительно хрюкнул, дернув передними лапками. Майкл незаметно давился смехом в углу, наблюдая, как хозяин лавки продолжал тянуть с несчастного простофили одну десятку долларов за другой, выдавая тому все более фантастические предсказания его будущего. Тут колокольчик на двери звякнул и парень оглянулся к входу. Мэллори все еще чувствовала себя неловко после вчерашнего, особенно вспоминая, какие мысли лезли ей в голову перед сном. Но сейчас она здесь по делу, а остальное уже неважно. Когда их взгляды с Майклом встретились, тот посмотрел на девушку как-то странно. — Чего тебе опять? — негромко спросил он, вскинув бровь. Несмотря на небрежность вопроса, в кой-то веки в его голосе не ощущалось ехидства или грубости. — Директор нашей академии приглашает тебя на личную аудиенцию, — сухо сказала Мэллори, стараясь смотреть куда угодно, только не в глаза парню, — я здесь только для того, чтобы передать ее слова, стоять тут и тебя уговаривать я не собираюсь. Возможно, ее речь прозвучала бы более серьезно, если бы не хрюканье Людвига в углу. Майкл посмотрел на Мэллори долгим взглядом, пока наконец не сказал спокойным голосом: — Ладно. Девушка подумала, что ослышалась. — Что? — удивленно переспросила она, вскинув бровь, — вот так просто? Парень молча пожал плечами, глядя на нее. — Ну и когда мне приходить? — равнодушно спросил он. Отсутствие хамства и сарказма со стороны Майкла обескуражило Мэллори. И чего он вдруг такой спокойный стал? — Сегодня вечером, — неуверенно ответила девушка, все еще ожидая ехидного выпада с его стороны. Мэллори усиленно пыталась прочитать хоть одну эмоцию на его лице, но оно оставалось непроницаемым. — Зайду после выступления, — тихо сказал Майкл, начиная качаться на стуле, — раз уж ты так настаиваешь… После этих слов, девушка увидела, как он подозрительно хмыкнул, пробежавшись взглядом по ее телу. Пренебрежительно фыркнув, Мэллори вышла из лавки. Парень продолжал молча смотреть ей вслед через стеклянную дверь. Директор академии с ним хочет вечером аудиенцию провести? Ага, так он и поверил. Но зато, хотя бы, побрился сегодня не зря...