Я балансирую на грани

Слушая размеренный стук движения поезда, Мэллори потухшим взглядом смотрела, как из тумана проявлялись знакомые пейзажи Лондона. Париж остался позади, как и все, что в нем происходило. С каждой новой милей, что отдаляла от города, девушка чувствовала, как ее снова болезненно выталкивало в реальный мир, где уже не было места для Майкла Лэнгдона и прошлого, за которое ей так отчаянно хотелось уцепиться. Жалела ли Мэллори о последней своей ночи в Париже? И да и нет. Ей хотелось поставить точку в этой истории, доказать себе, что кроме физического влечения, никаких других чувств к Лэнгдону у нее больше не осталось. Стоило ли говорить, что вся эта затея в итоге провалилась с треском? Снова ощутив его тепло и прикосновения, Майкл, из забытой тени прошлого, начал становиться для Мэллори чем-то живым и настоящим. Чем-то, что вызывало не только наслаждение, но и невыносимую боль. Каждый его нежный поцелуй ощущался словно по содранной коже, но несмотря ни на что, девушке хотелось чувствовать их вновь. Придя к нему ночью, Мэллори уже знала, что к следующему утру ее не будет в городе. Потому, наверное, девушке было легче пойти на этот шаг. Она ничем не рисковала. Как говорилось: «Все, что случалось в Париже, оставалось в Париже». Вести за собой тяжелый груз новых воспоминаний Мэллори совсем не хотела. Девушка не знала, как отреагировал Лэнгдон, когда нашел ее записку в опустевшей постели. Удивился ли, а может, ему просто было все равно? В конце концов, Майкл был уже достаточно взрослым человеком, чтобы понимать сущность подобных романов в путешествиях, пусть даже и с таким эмоциональным багажом, какой имелся у них. Так или иначе — не важно. Больше Мэллори его все равно не увидит, а значит, можно было закрыть эту книгу со спокойной душой. По крайней мере, она должна хотя бы попытаться. … Обратная дорога от Парижа до Лондона отняла целую неделю, и когда девушка, наконец, оказалась на твердой земле, она вздохнула с облегчением. Погода в столице, как и ожидалось, несмотря на конец апреля, была крайне паршивой. Улицы неустанно поливали дожди, а со стороны Темзы дул промозглый ветер. Поплотнее укутавшись в пальто, девушка подошла к первому же такси, что встретила на вокзале. Глядя на унылые серые виды за окном автомобиля, Мэллори старалась не думать о том, с какими язвительными комментариями ее сейчас встретят в поместье. А что до ее супруга — девушка искренне надеялась, что хотя бы сегодня не застанет его в доме. Любопытно, узнай Трэверс, что его женушка, все-таки, изменила ему, стал бы устраивать скандал? Возможно, Мэллори даже хотелось, чтобы рано или поздно эта новость до него дошла. Девушка настолько ни во что его не ставила, что ей было уже плевать, как он это воспримет. Центр Лондона остался позади и постепенно за окнами стали появляться густые ряды деревьев. Туман становился все более густым и лишь когда такси подъехало вплотную к территории поместья, Мэллори смогла разглядеть знакомые каменные стены и окна. — С возвращением, леди Мэллори, — с невозмутимой холодностью поприветствовал ее дворецкий, открывая перед девушкой дверь, — изволите ли подать вам чай в комнату или отобедаете в общей гостиной? По тени брезгливости и неприязни в его глазах, Мэллори прекрасно понимала, что будь воля мистера Гарольда, он бы давно насыпал ей в чай стрихнина. — Ничего не нужно, благодарю, — равнодушно ответила девушка, проходя мимо. … Переезд в Лондон оказался не самой простой задачей, вопреки ожиданиям Майкла. Первое, с чем ему пришлось столкнуться — это невероятно муторная и долгая возня с юридическими формальностями. Приобрести здесь жилье было не просто проблемой, а настоящей головной болью, особенно, если покупатель имел иное гражданство. Впрочем, как и в любой другой стране, деньги были решающим фактором в решении любого вопроса и даже английские строгие стандарты и чопорность не могли устоять перед заветным шелестом купюр. Лэнгдону пришлось отвалить не слабую сумму для того, чтобы провернуть все в максимально короткие сроки, но сейчас он слабо задумывался о потраченных деньгах, к тому же, у него их хватало в избытке. Впервые перешагнув порог своего собственного дома, Майкл был встречен прислугой, что была предварительно нанята агентством. Поместье, выкупленное им с таким трудом, впечатляло своими масштабами, потому, и штат обслуживающего персонала требовался соответствующий. Само собой, Лэнгдону дом подобных размеров был ни к чему, но он выбрал его за крайне удачное расположение. Говоря точнее, поместье находилось практически под боком от дома Трэверсов, если пройти несколько миль через парк. С верхних этажей, его даже из окон можно было разглядеть. — Мистер Лэнгдон, — манерно произнес молодой светловолосый мужчина в костюме, отделяясь от общего ряда прислуги, — мое имя Габриэль Галлант. Я ваш личный дворецкий и распорядитель касаемо всех дел, что касаются поместья. Майкл пытался не показать своей растерянности. Мысль, что у него теперь есть свой «личный дворецкий», казалось ему уж больно дикой. К тому же, еще и рабочий персонал сейчас смотрел на него, как баран, на новые ворота. — Можете расходиться! — сказал Галлант, обернувшись к прислуге, — работа не ждет, господа! — Вы еще привыкнете, — добавил дворецкий, оборачиваясь обратно к Майклу, — если вам неудобно, что они на вас пялятся, просто разгоняйте их по рабочим местам. У вас на это есть все права. — Ясно, — хрипло ответил Лэнгдон, закашлявшись, — спасибо… — Позвольте, я покажу вам дом и прилегающую территорию? — спросил Галлант, вскинув бровь. — Не стоит, просто покажите, где здесь моя комната и все… — И все же, я настаиваю, сэр, — уклончиво протянул дворецкий, медленно смерив Майкла взглядом, — насколько я могу предполагать, вы еще никогда не жили в подобном доме. И будет куда лучше, если со всеми его секретами и нюансами вы ознакомитесь раньше, прежде чем они смогут стать для вас не самыми приятными сюрпризами. — А что, здесь где-то есть камера пыток и тайный проход к Букингемскому дворцу? — хмыкнул Лэнгдон, оглядывая мрачный, слабо освещенный холл. — Думаю, мне будет, чем вас удивить, мистер Лэнгдон, — странно улыбнулся Галлант, — прошу за мной. … — Уже слышали? — спросила тетушка Флоренс за обедом, — бывшее поместье Гэмптонов, наконец, выкупили. Надеюсь, уж эти соседи будут поприятней предыдущих. — Так ведь и Гэмптоны были паиньками до поры-до времени, — хмыкнул отец Бертрама, нарезая стейк на своей тарелке, — что они схоронили в своем подвале с десяток другой прислуги, все узнали уже позже... — Ох, а можно не говорить об этом за едой? — с неприязнью спросила миссис Трэверс. Мэллори наблюдала за беседой в пол уха. Сегодня ее ожидал крайне унылый вечер. Званый ужин у ее приятелей Вудстоков отменился, а значит, скорей всего, придется торчать в поместье, слушая очередные сплетни от тетушки Флоренс и тетушки Дорис. — Ну и кто же новые хозяева? Мужчина? Женат? — с энтузиазмом переспросила кузина Дженни. Мэллори невольно покосилась на Дженни. Эта несчастная уже восемь лет отчаянно пыталась охомутать какого-нибудь наивного идиота, чтобы, наконец, отделаться от репутации старой девы. — По правде говоря, я этого до сих пор не слышала, — разочарованно протянула Дорис, — пыталась поговорить с их дворецким, как встретила его неподалеку от книжной лавки, но тот молчит, как рыба! — Как-то это подозрительно, — скривилась бабушка Милдрэд, — в наше время все новые соседи всегда приглашали к себе гостей! — Ну так и эти не исключение, — пожала плечами Флоренс, — я разве не сказала? Сегодня Гэмптонское поместье ждет всех на ужин. Приглашения пришли еще утром. Мэллори тяжело вздохнула. Похоже, сегодняшний вечер будет еще более неприятным. Снова придется тащиться куда-то в окружении всего легиона Трэверсов, включая мужа. Оставалось только надеяться, что новые соседи не будут скупиться на выпивку. … Когда печально известное поместье Гэмптонов появилось за кронами деревьев, Мэллори нахмурилась. Хоть история с многочисленными убийствами, произошедшими на территории этого дома, осталась далеко позади, внешний вид поместья все еще был довольно устрашающим. Темная каменная кладка, высокие готические окна, заостренные башни, уходящие железными шпилями в серое небо над которым взлетали стаи ворон. И кому только в здравом уме пришла идея здесь поселиться? На входе гостей учтиво встретил дворецкий дома. По правде говоря, выглядел он довольно странным типом. Сколько бы Мэллори на него ни смотрела, никак не могла понять, сколько ему лет, ни то шестнадцать, ни то сорок пять. Внутреннее убранство дома выглядело не менее мрачно, чем внешний фасад. Все в темных, подавляющих тонах и старомодной мрачной мебели, что явно здесь осталась еще от бывших хозяев. Войдя в большую гостиную, Мэллори уныло посмотрела по сторонам. Всюду знакомые, уже набившие оскомину, лица соседей близлежащих поместий. Даже не болтайся сейчас рядом с ней Трэверс, этот вечер все равно едва ли можно было счесть приятным. Безнадежно выискивая глазами хоть какой-то алкоголь, девушка молча брела между рядами гостей, чувствуя на себе их неодобрительные взгляды. Репутация о Мэллори среди соседей уже давно ходила на самая лестная, и для девушки это была не новость. — Мэллори! — раздался позади требовательный и уже изрядно опьяневший голос мужа (и когда он только успел?). Нехотя обернувшись, девушка с неприязнью посмотрела на Трэверса, что приближался к ней нетвердой походкой, едва не выплескивая шампанское из фужера на свой пиджак. — Идем, нам надо познакомиться с хозяином дома! — заплетающимся языком произнес он, хватая девушку за руку. Мэллори едва удержалась, чтобы не отпихнуть супруга, но на глазах стольких людей, все же, такого делать не стоило. Девушка с кислым лицом поплелась за Трэверсом. Ей было глубоко плевать, с кем там ее собирался знакомить муж, лишь бы поскорее отделаться. Впереди показался небольшой круг из людей и среди мешанины голосов и смеха, Мэллори показалось, что она услышала какие-то тревожно знакомые нотки. — Сэр, — произнес дворецкий, окликая хозяина, заметив приблизившуюся пару, — позвольте вам представить господина Бертрама Трэверса и его супругу Мэллори. Толпа чуть расступилась и когда девушка подняла взгляд, ей захотелось тотчас под землю провалиться. — Рад знакомству, — с невозмутимой улыбкой сказал Лэнгдон, чуть кивая Трэверсу. Мэллори словно в трансе наблюдала, как мужчина без спросу взял ее руку и медленно поднес к своим губам, при этом ни на секунду не сводя взгляда с ее растерянных глаз. — А мы с вам не встречались раньше? — рассеянно пробормотал Бертрам, — кажется, я вас где-то уже видел… — Сомневаюсь, — спокойно отозвался Майкл, уже отпустив ладонь Мэллори и бросив на Трэверса прохладный взгляд, — полагаю, вы с кем-то меня спутали. Супруг девушки был сейчас столь пьян, что подобный ответ его вполне устроил. А вот Мэллори, к своему несчастью, сейчас находилась в совершенно трезвом рассудке. — Не изволите ли уделить мне пару минут? — прошипела она сквозь зубы, глядя на Лэнгдона. Девушка изо всех сил пыталась удержать лицо, но черт возьми, с каждой секундой это становилось сложнее. — Разумеется, — со слабой ухмылкой ответил Майкл и, развернувшись, направился к выходу из зала. Бросив Трэверса истреблять запасы шампанского в одиночку, Мэллори, яростно стуча каблуками, последовала за Лэнгдоном. Как только они вышли из гостиной и дворецкий, что все это время шел неподалеку, прикрыл за ними двери, Мэллори закричала, топнув ногой: — Что это все значит?! — Понятия не имею, о чем ты, — съязвил Майкл, опуская руки в карманы. Мэллори от злости покраснела до самых ушей. — Испортить мне жизнь один раз тебе показалось мало?! — продолжала кричать девушка, — зачем ты сюда заявился?! Решил, что раз я легла к тебе в постель, то мне на тебя не плевать?! Да мне… Договорить Мэллори не успела. Лэнгдон прижался к ней поцелуем так резко, что едва не сбил с ног и мужчине пришлось подхватить ее за талию, чтобы девушка не упала на пол. Мэллори возмущенно запищала, пытаясь вырваться и оттолкнуть от себя Майкла. Его настойчивость граничила с грубостью и как бы девушка сейчас не отпиралась, он явно не собирался ее отпускать. Впрочем, сопротивление Мэллори продлилось недолго, с каждой секундой постепенно сходя на нет. — Если бы я знал, что тебе действительно плевать, меня бы здесь сейчас не было, — тихо сказал он в губы, прерывая поцелуй, но все еще удерживая девушку за шею. — Это ничего не меняет, — со злостью прошептала Мэллори, глядя ему в глаза. — Я не собираюсь терять тебя еще раз, Мэллори! — ни то с гневом, ни то с отчаянием проговорил Майкл. — Тебя не было четыре года… ЧЕТЫРЕ ГОДА, МАЙКЛ! — снова перешла на крик девушка, наконец, вырываясь из рук мужчины и ударяя кулаками по его груди, — думаешь, теперь, как ты приехал все сразу волшебным образом исправится?! После свадьбы я ждала тебя каждый... каждый день! Верила, что ты, все-таки, передумаешь и вспомнишь про меня! А сейчас, когда я уже выкинула тебя из жизни куда подальше, ты, наконец, решил прийти?! Для чего? Чтобы через несколько месяцев снова меня бросить, когда я тебе надоем?! Мэллори не заметила, как по ее лицу уже градом бежали слезы. — Мэллори… — Нет! — снова яростно крикнула девушка, не давая Лэнгдону и слова сказать, — я больше не хочу тебя слышать! И если у тебя еще осталось хоть немного совести, то перестань надо мной издеваться и оставь, наконец, в покое! Мэллори продолжала захлебываться слезами и прижала ладони к лицу, тут же чувствуя, как ее осторожно прижали в груди сильные руки. — Прости… — срывающимся шепотом произнес Майкл, проводя ладонью по ее волосам и утыкаясь носом в макушку, — я не могу тебе вернуть эти четыре года, но сейчас еще возможно что-то исправить. Возможно, если ты позволишь это сделать... Девушка вцепилась пальцами в его пиджак, словно боясь, что если она сейчас ослабит хватку, мужчина тут же испарится в воздухе. На белой рубашке Лэнгдона уже точно остались следы от потеков туши, пока она рыдала, уткнувшись лицом в его грудь. Несмотря на все ее гневные выпады, Майкл продолжал обнимать девушку так, словно между ними и не было никакой ссоры. Наверное, Мэллори бы стоило на это еще больше разозлиться, но отчего-то, находясь в его руках, девушка чувствовала такую защищенность и умиротворение, что ей не хотелось из них выбираться. — Эй… — тихо добавил мужчина, осторожно касаясь подбородка Мэллори пальцами и приподнимая ее голову вверх, — я не собираюсь отсюда никуда уходить, ясно? — Сэр, — послышался невозмутимый голос из приоткрывшихся дверей, — не хочу вас отвлекать, однако, должен сообщить, что господин Трэверс весьма настойчиво разыскивает свою супругу. Девушка отпрянула от Майкла сразу же, как только заметила дворецкого. Впрочем, тот не выглядел удивленным или смущенным, став невольным свидетелем довольно интимной сцены. — Я сейчас вернусь, — хрипло выговорила Мэллори, уже собираясь войти обратно в зал, но Лэнгдон тут же впился пальцами в ее предплечье. — Я передам, что леди вышла прогуляться в сад, — спокойно добавил Галлант, снова исчезая за закрытой дверью. — Хватит уже от меня бегать, — устало сказал Майкл, чувствуя, как девушка пыталась вывернуть руку из его хватки, — к тому же, в таком виде, тебе уж точно возвращаться не стоит. — А что не так с моим видом? — огрызнулась Мэллори, все же, высвобождая предплечье. Было заметно, что Лэнгдон пытался удержать серьезный вид, но уголки губ предательски дрожали, срываясь на улыбку. Глядя, как Майкл невольно давился смехом и замечая черные следы туши на его рубашке, девушка уже и так догадывалась, что происходило сейчас у нее на лице. — Идем, — тихо сказал он, осторожно подталкивая ее в спину, — я тебя не покусаю, просто умоешься и все. Эти слова тут же болезненно царапнули память Мэллори коротким дежавю. Кажется, что-то похожее он уже говорил ей однажды. Девушка нехотя пошла вперед, все еще чувствуя теплую ладонь на своих лопатках. Лэнгдон довел ее до ближайшей комнаты, что находилась слева от гостиной по коридору. Майклу хватило галантности не стоять у Мэллори над душой, пока она смывала с себя размазанные следы косметики. Когда же девушка вышла из ванной комнаты, то увидела, что парень уже успел переодеться в чистую рубашку. Мэллори с опаской покосилась в сторону кровати, что стояла в комнате, и этот взгляд не ускользнул от внимания Майкла. — Против воли тебя здесь никто держать не станет, — сказал он с усталым вздохом, — если только в крайних случаях. — Крайних случаях? — ехидно переспросила девушка, медленно пятясь в сторону двери. — Если я увижу, что ты опять накидываешься какой-то дрянью до такой степени, что на ногах не стоишь — уж не обессудь… — мрачно ответил он, прислонившись спиной к двери, за которую Мэллори уже хотела выскочить. — Мне не нужна твоя помощь! Сколько раз мне еще нужно это повторить?! — с раздражением воскликнула девушка. — Можешь слать меня ко всем чертям и ненавидеть сколько влезет, но из того дерьма, в которое ты уже по уши влезла, я тебя все равно вытащу, нравится тебе это или нет, — сердито проговорил он, скрестив руки на груди. — Прямо жду не дождусь услышать, как ты это все собираешься объяснить Трэверсам, — съязвила Мэллори, — или считаешь, что все вокруг настолько идиоты, что не поймут, кто ты и чего тебе нужно? — Выбраться из помойной ямы нужно в первую очередь тебе, а не мне, — хмуро откликнулся Лэнгдон, — а уж как я буду это объяснять — уже не твои заботы. — Да с чего вдруг тебе это вообще так важно?! — со злой беспомощностью топнула ногой Мэллори. — С того, что я люблю тебя, мать твою! — рявкнул Лэнгдон, снова выходя из себя. То, что он только что ляпнул, дошло до Майкла уже спустя пару секунд. Девушка уставилась на него как на психа, а парень устало прижал ладонь к лицу. — И когда ты это понял? — звенящим от злобы голосом спросила Мэллори, приближаясь к нему почти вплотную, — когда я сбежала от тебя на утро, бросив как уже ненужную вещь? Это не любовь, Майкл, это твое самолюбие! И я смотрю, оно у тебя разрослось до фантастических масштабов, раз ты по этой причине ехал аж до самого Лондона! — Хватит, — прошипел Майкл, все сильнее стискивая кулаки. — Как ты там тогда сказал?.. — ядовито протянула девушка, едва сдерживая очередные слезы, — «Ничего кроме отвращения ты у меня уже не вызываешь?» Пожалуй, теперь я могу повторить тебе тоже самое! Не дожидаясь, пока Лэнгдон хоть что-то скажет, Мэллори выбила магией дверь за его спиной и кинулась прочь из комнаты.