MOONCHILD

убывающая Луна фа­за Лу­ны, при ко­торой ос­ве­щена больше по­лови­ны, и Луна убывает символизирует благодарность

Тэхен остановился у могилы и, отодвинув носком ботинка засохшие нарциссы, положил возле надгробного камня букет белых гвоздик. Кутаясь в свое оверсайз пальто бежевого цвета, он засунул руки в карманы и, чуть склонив голову на бок, смотрел на позолоченные буквы.

Чон Хёндже 03.02.2000 — 27.05.2018

Его губы искривились в усмешке и, тяжело вздохнув, он пробормотал: — Двуличная сучка, — произнес он, — Если бы… Все тебя очень любили, твои братья, родители, Чимин и… даже я. Пока не увидел, пока не узнал твой маленький секрет. Ты же понимаешь, что после этого я не мог относиться к тебе по-прежнему? Быть может с возрастом это прошло бы, но… теперь ничего не изменить, Хёндже. Но я все еще храню твой секрет. А знаешь почему? — Тэхен присел на корточки, балансируя на носках. — Потому что не хочу, чтобы твои братья в тебе разочаровались. Особенно Чонгук. Я не хочу, чтобы он расстраивался. А он обязательно расстроится, если узнает то, что ты так тщательно скрывал. Чонгук он же… — омега поднял голову вверх, посмотрев на бескрайнее голубое небо, — Он превосходный детектив, раскрыть преступление для него не помеха, но от близких он подвоха не ожидает, а потому, его иногда очень легко обмануть. Но я — совсем другое дело. Я сразу понял, что что-то не так. Вот только не мог и представить, что именно. Но чем больше я за тобой наблюдал, тем больше я понимал в чем дело. Ты смог обвести вокруг пальца всех, кроме меня. Возможно, мне стоило поговорить с тобой совсем не так, как я сделал тогда. Но в тот момент я был не готов, а теперь уже поздно. И пожалуй, за это мне стоит извиниться. Тэхен поднялся на ноги, подбирая с земли засохшие нарциссы. — Интересно, ты знал, что означают нарциссы на языке цветов? Жизнь иногда так любит шутить, — усмехнулся он. — Это такая ирония, что твой запах — нарциссы. Такая ирония, — омега посмотрел на наручные часы. — Мне уже пора домой. У меня еще есть дела. Покойся с миром, Хёндже. Хватит преследовать нас. Восемью часами ранее Тэхен лежал в спальне на той половине постели, где обычно спал Чонгук, обнимая подушку, от которой мужем уже не пахло. Но омеге все равно мерещился запах горького шоколада. Он проплакал несколько часов, с того самого момента, как зашел в квартиру после встречи с отцом, не в силах успокоиться. Он думал, что была какая-то причина, почему именно они с Хёндже, но разговор с отцом никаких ответов ему не дал, лишь очередной раз растревожил с трудом затягивающиеся раны. В какой-то момент он просто выбился из сил и уснул. Дверь в квартиру тихо открылась, и Чонгук, не включая свет, разулся и разделся, а после направился в спальню. Он замер на пороге, смотря на спящего омегу, который лежал в позе эмбриона, хмурясь во сне. По его лицу было видно, что он плакал. Именно поэтому Чонгук не хотел, чтобы он ходил к отцу в тюрьму, пытался уберечь омегу от боли. Он только притворяется сильным и независимым, но на деле он очень ранимый. Альфа вздохнул и, присев на краешек постели, начал поглаживать Кима по голове, нежно перебирая спутанные пряди. — Зачем? — почти шепотом спросил Чонгук. — Зачем ты скрыл это от меня, Тэ? Что творилось в твоей милой голове, м? Вздрогнув, Тэхен открыл глаза и посмотрел на альфу. Взгляд Чонгука был нежным и каким-то печальным. — Что ты здесь делаешь? — спросил охрипшим голосом Ким. — Глупый вопрос, Тэ. Я приехал домой, к тебе, — ответил Чонгук, снова поглаживая его по волосам. — Нам нужно поговорить. — Нам не о чем разговаривать, Чонгук, — омега отпихнул от себя руку и принял сидячее положение, подтянув к себе колени. — Тут ты не прав, — Чон покачал головой. — Нам многое нужно обсудить. Например, почему ты мне солгал. Тэхен замер. Ему даже показалось, что он перестал дышать. Он… знает? В голове мысли бежали по кругу со скоростью экспресс-поезда, и омега пытался понять, где же он прокололся, где просчитался, как муж обо всем догадался? А потом вспомнил… Чимин… — В чем же я тебе солгал? — с вызовом спросил Тэхен, надеясь, что Чонгук говорит все-таки о другом. — Во многом, Тэ. Хотя бы в том, что больше не любишь меня. Ты действительно считаешь меня настолько идиотом, что решил, будто я тебе поверил? — Чонгук вскинул бровь. — Но это не самое главное, эта ложь лишь следствие другой. Альфа внимательно посмотрел на брюнета, тот тут же отвел взгляд, уставившись на одеяло, и начал теребить обручальное кольцо на пальце. — Я никогда не лгал тебе, Чонгук, — ответил Тэхен, не поднимая глаз. — Сокрытие правды — это ложь по умолчанию, Тэ. В тот день ты собирался что-то сказать мне, помнишь? Но так этого и не сделал. Я хочу знать, что ты собирался сказать мне. — Это не важно, — Тэхен перевел взгляд в окно. — Что наплел тебе Чимин? — С чего ты взял, что он мне вообще что-то сказал? — Теперь ты держишь меня за идиота, Чонгук. Чон тяжело вздохнул. — Заканчивай этот цирк, Тэ. Я долго мирился с тем, что ты так себя ведешь. Чимин просил не давить на тебя, и я не давил. Я не стал возвращаться, дал тебе время, оставил тебя одного насколько это возможно. Полгода прошло уже. Хватит! — выпалил альфа. — Ты мой муж, мой омега, мой истинный, будущий отец моих детей, так что ради всего святого, — Чонгук облизал пересохшие губы и перевел дыхание. — Просто скажи мне. Расскажи мне все. — Нет! — крикнул Тэхен и, подорвавшись с места, бросился прочь из комнаты. Чонгук чего-то такого ожидал, а потому поймал Тэхена и прижал брыкающегося омегу спиной к своей груди. Тот громко кричал, махая руками, норовясь ударить Чона, но тот был сильнее. — Просто скажи мне правду, я приму ее, какой бы она не была. — Не хочу, — вопил Тэхен. — Почему?! — уже закричал Чонгук, продолжая крепко держать Кима. — ПОТОМУ ЧТО Я НЕ ХОЧУ ВИДЕТЬ, КАК ТЫ УЙДЕШЬ ОТ МЕНЯ К ДРУГОМУ ОМЕГЕ! И тут Чонгук понял. Все это время Тэхен боялся, что Чонгук, узная правду, уйдет, бросит его за ненадобностью. И это мучало его все то время, что они были вместе после убийства Хендже. Альфа на мгновение представил какого это просыпаться с мыслью, что каждый день совместной жизни может стать последним. В заднем кармане джинс завибрировал телефон. — Я хочу услышать это от тебя, — прошептал Чонгук на ухо Тэхену. — От тебя, а не от Югема. — Что? — недоуменно спросил Тэхен, поворачивая голову к мужу. — Причем тут Югем? — Я попросил его достать твою медицинскую карту. И сейчас он хочет сообщить мне, что он узнал, — он взял ладонь омеги и опустил на карман, в котором дребезжал телефон. — Чувствуешь? У тебя два варианта, Тэ: либо ты говоришь мне сам, либо я узнаю это от своего друга. В любом случае, я уже догадываюсь о том, что он или ты мне скажешь. И Чимин мне не говорил ничего такого, лишь натолкнул меня на размышления в правильном направлении. Но я, — Чонгук помедлил. — Я хочу услышать это от тебя. Тэхен затих в его руках, тишина в квартире нарушалась лишь их дыханием и вибрацией телефона. Точка невозврата, точка принятия решения. Омега судорожно вздохнул, чуть откинув голову на плечо альфы. Он облизал пересохшие губы, прикрыл глаза и, закусив губу, тихо прошептал: — В ту ночь погиб не только Хендже, Гук-и… В тот день… Я хотел… хотел сказать… Тэхен обмяк в руках Чонгука, заходясь в рыданиях. 27 мая 2018 год Свет и воздух, запах цветущей вишни находился повсюду и приятно щекотал нос. Легкий весенний ветерок шевелил полупрозрачные шторы из органзы. Рассеянные лучи солнца играли на лице Чонгука, заставляя его слегка морщиться. Кто-то опять не задернул шторы перед сном. Был ли это он или его любимый муж, он не помнил. Предсвадебная вечеринка Юнги прошла на ура. Он даже не помнил как оказался в спальне. Неужели Тэхену пришлось тащить его на себе? Он застонал от этой мысли. Голова слегка гудела, но все же чувствовал он себя относительно хорошо. Лучше, чем ожидал. Чонгук, не открывая глаз, пошарил по кровати, но не нащупал ничего, кроме уже успевших остыть простыней. Тяжело вздохнув, он принял сидячее положение и, посмотрев по сторонам, увидел на прикроватном столике стакан воды и таблетку. Его муж позаботился о нем, подозревая, что утром тому может быть не хорошо. Впереди важный день — свадьба Юнги, а чувствовать себя как кусок дерьма ему не хотелось. Но вчера он почему-то об этом не особо задумывался. Собственно, как и сам жених. Альфа, зажмурившись, закинул таблетку в рот и запил её, опустошив стакан наполовину. — Сейчас полегчает, — пробормотал он, опускаясь обратно на подушки. Дверь в комнату открылась с едва различимым скрипом, Тэхен, вытирая рукой рот, а вторую держа на животе, потихоньку зашел в спальню. Повернувшись, он встретился взглядом с Чонгуком, и мягко улыбнувшись, забрался в постель, укладываясь тому на плечо. — Куда ты убегал? — Чонгук погладил его по голове. — Да так, в туалет, — ответил омега, выдохнув. — Тебе нехорошо? — альфа приподнялся, заглядывая любимому в лицо. — Ты какой-то бледный. — Все в порядке, — отмахнулся Тэхен, укладывая встревоженного мужа обратно. — Просто жирного переел вчера. — Уверен? — Да, не волнуйся ты так, — он чмокнул его в щеку. — Такой заботливый, — омега улыбнулся. — Конечно, заботливый. Ты же мой омега, мой истинный, — Чонгук чуть повернулся к нему, прижимая к себе ближе. — И я люблю тебя. Рука уже привычно пробралась под футболку и начала поглаживать мягкую карамельную кожу, отчего омега чуть прикрыл глаза, наслаждаясь прикосновениями. Пальцы заскользили вверх, цепляя соски, Чонгук покрывал легкими поцелуями его шею, пока сам Тэхен, запустил пальцы в темные волосы своего мужа. Альфа перевернулся, прижимая блондина к постели, и, укладываясь между призывно раздвинутых ног, начал целовать его в пухлые розовые губы. Стон вырвался из груди омеги, пока ловкие руки мужа продолжали ласкать его тело. Чонгук стянул с него футболку, отбросив ее куда-то в сторону. — Хочу тебя, — прошептал он Тэхену на ухо, опаляя его, а потом снова припал к его губам. Омега с энтузиазмом отвечал на поцелуй, помогая мужу стягивать с него пижамные штаны. Как только с этим было покончено, рука Чонгука заскользила вниз к уже повлажневшей дырочке. — Смазка, — пробормотал Тэхен ему в губы и засунул руку под подушку, вытаскивая полупустой бутылёк. — Какой предусмотрительный тигрёнок, — улыбнулся Чонгук. Обильно смазав пальцы, брюнет вставил сразу два, чем вызвал у омеги стон. Больно не было, скорее чуть неприятно, но это чувство быстро сменилось другим, более приятным, под действием умелых рук Чонгука. — Можно… можно я… буду сверху? — задыхаясь спросил он, когда Чонгук вытащил из него пальцы, считая, что уже достаточно его растянул. — Конечно, тигрёнок, — улыбнулся Чонгук и слегка вскрикнул, когда Тэхен толкнул его в грудь, опрокидывая на одеяло. Альфа глухо засмеялся, но его тут же заткнули поцелуем. Ноги парочки оказались на подушках, но им было все равно. Тэхен, смотря мужу в глаза, опустился на его член и закусил губу, сдерживая стон. Каково это, когда Чонгук в нем, не передать словами. Сильные руки мужа тут же оказались на его бёдрах, крепко сжимая их. Омега завёл руки за спину, хватаясь за лодыжки Чона и начал активно скакать, больше не сдерживая стоны. Чонгук тоже не был тихим, помогая мужу двигаться. Но им все равно было мало, и оба прекрасно понимали это. Нужно было больше, глубже, жёстче, до сорванных голосов, до фиолетовых пятен на бёдрах, сангиновых засосов на шее и ключицах. Тэхен выпрямился, желая почувствовать губы мужа, и уже наклоняясь вперёд, он увидел в щели, между не до конца закрытой дверью и косяком, какое-то движение. Присмотревшись, он увидел широко распахнутые глаза Хендже, приоткрытые губы и руку в районе паха. Они встретились взглядами, но тут Чонгук резко перевернулся вместе с Тэхеном, прижимая его к матрасу и начал вдалбливаться в него, заставляя омегу кричать от удовольствия. — Мой сладкий Тэ, — прорычал он, каждый раз попадая прямо в простату от чего Тэхен кончил, окончательно срывая голос. Чонгук сделал ещё несколько фрикций и с рыком, вцепляясь тому в ключицу, где и так красовалась его метка, спустил в него и упал сверху. Хендже зажмурился и быстрыми шагами направился в свою комнату. Чонгук загнано дышал, не в силах даже скатиться с Тэхена, пока не понял, что тот вообще не шевелится. Он приподнялся и обеспокоенно заглянул ему в лицо. — Тэ? — позвал он его, погладив по щеке. — Тигрёнок? Тот едва слышно застонал, подавая признаки жизни. — Боже, не пугай меня так, — альфа чмокнул его в милую родинку на кончике носа и улёгся рядом. — Ты… просто зверь, Чон Чонгук, — устало выдохнул омега, не открывая глаз. С трудом шевелясь, он улёгся мужу на плечо, положив руку на грудь. Брюнет засмеялся, убирая влажные волосы со лба Тэхена, и поцеловал его. — Ты знал с кем связываешься, — Чонгук посмотрел ему в глаза. — Не жалеешь? — он провёл пальцем по серебряному ободку кольца на тонком длинном пальце омеги. — Сколько уже прошло времени? Два с половиной года? — Да, — Тэхен кивнул. — Прекрасные два с половиной года. И нет, Чонгук-и, я не жалею и никогда не пожалею, что сказал тебе «да». И всегда-всегда буду любить тебя, что бы ни случилось. Чонгук просто улыбался и смотрел на своего мужа, не понимая, как такое сокровище досталось ему, как вообще можно влюбляться в него каждый день все больше и больше. Тэхен видел мир по-особенному, и Чонгуку хотелось хотя бы понять, как он видит этот мир. И Тэхен показал ему, что даже в простых мелочах можно найти что-то прекрасное, показал, как радоваться обыденным вещам. Излишне говорить о том, как сильно Тэхен привлекал Чонгука и внешне, а из постели они могли не вылезать сутками, и дело вовсе было не в течках. Даже спустя почти пять лет отношений, они не могли насытиться друг другом, не могли оторваться друг от друга. Они были идеальным примером истинности — подходили друг другу во всем. Вдруг Тэхен нахмурился, вспоминая, что Хендже подглядывал за ними через приоткрытую дверь. Этот мелкий скоро допрыгается. — Слушай, — омега сделал невинное лицо. — Ты не заметил, что Хендже странно себя ведет? — Нет, не особо, — Чонгук закинул одну руку за голову. — Если честно, со всей этой подготовкой ко свадьбе я толком с ним не пообщался. Мы с тобой-то толком не общались эти дни. — Да, это так, — пробормотал Тэхен, ехидно улыбаясь в голове. Чонгук-то может с Хендже и не общался, зато вот сам Тэхен с Хендже общался, и мальчик мыслями был где-то далеко, постоянно убегая. Дошло до того, что папа Хендже за ручку привел его обратно к Чимину и Тэхену, наругав за то, что тот донимает братьев. Каждый день за ужином, Тэхен замечал, как Хендже откровенно пялится на них с Чонгуком. Хотя больше на брата, чем на самого омегу. И в чем было дело, Ким догадался уже давно. — Наверное, он соскучился по тебе, — Тэхен уткнулся носом в шею мужа. — Вы же были близки. — Пока он был ребенком, — отозвался Чонгук. — Его запах стал слишком резким и насыщенным, и я не мог много времени проводить с ним. А пичкать его таблетками… это был не выход. Так что мы отдалились друг от друга, и он большую часть времени проводил с Юнги. — Мой запах тоже насыщенный, — тихо сказал Тэхен. — Твой запах — прекрасен, — заверил его Чонгук. — Ты же знаешь, что я люблю его очень сильно. — Так сильно, что запрещаешь пользоваться любой парфюмерией и средствами с отдушками. — Ничто не должно перекрывать этот чудесный запах. Чонгук уткнулся носом Тэхену в волосы и сделал глубокий вдох. Этот запах… Так пахнет в раю. Чонгук уже в раю, пока Тэхен рядом. Тэхен его рай. — Я должен кое-что сказать тебе, — Тэхен начал вырисовывать завитушки на груди альфы, не поднимая глаз. — Что-то случилось? — в голосе Чонгука послышалось беспокойство, он даже приподнялся, чтобы посмотреть на мужа. — Нет, все замечательно, — поспешил успокоить его Ким. — Просто… дождись вечера, ладно? Это сюрприз. — Приятный сюрприз? — Чонгук ехидно улыбнулся. — А разве бывают неприятные сюрпризы? *** Чужие руки на обнаженной коже жгли своими прикосновениями, будто каленым железом. А на контрасте с ними мокрая земля, ветер, казались ледяными и щипали оголенные участки тела. По ощущениям, руки перетянуло чем-то похожим на ленту, а брюки болтались на уровне лодыжек, в рту собственный галстук-бабочка, который не давал закричать. Повсюду петрикор, перебивающий даже собственный запах, который теперь отдавал горечью. Пелена слез застилала все. Он в лесу, ни шевельнуться, ни позвать на помощь. А все ведь начиналось так замечательно. Церемония прошла так, как и была запланирована. Даже послеобеденный ливень ничего не испортил, хоть Чимин и очень переживал. Но Тэхен был рядом с другом, всячески его поддерживая и успокаивая, так как понимал, какой мандраж тот чувствует перед свадьбой. Клятвы были произнесены, пара обменялась кольцами и поцеловалась под бурные аплодисменты толпы. А потом первый танец молодых под одну из любимых лирических композиций Чимина. Гости также присоединились к молодым. Чонгук утащил Тэхена на танцпол и, крепко прижимая омегу к себе, шептал ему на ухо всякие милые глупости, заставляя того хихикать как школьника. Когда очередь дошла до тоста за молодых, Тэхен технично подсунул бокал с шампанским своему альфе, а сам весь вечер пил сок, надеясь, что никто ничего не заподозрит. Потом он потанцевал с Богомом, который тоже был приглашен на свадьбу, обсудив планы на будущий отпуск. Он чувствовал прожигающий взгляд Чонгука все время, так что, стоило песне закончиться, Ким извинился и вернулся к своему мужу, который тут же заметно расслабился. — Он же просто друг семьи, — прошептал ему на ухо Тэхен. — Считай мой старший брат. Чонгуку на это было наплевать. Богом ему не нравился с той самой секунды, как только его увидел. И даже слова собственного истинного не могли этого изменить. — Он хочет залезть в твои трусы, Тэ, — раздражённо пробормотал Чонгук. — Поверь мне. — Бред, — омега покачал головой. — Он меня растил, я для него вечно буду ребенком. К тому же, у него кто-то есть, это во-первых. — А во-вторых? — Чон заглянул ему в глаза. — А во-вторых, я меченый замужний омега, — он чмокнул альфу в губы, улыбаясь. — И мне кроме моего мужа-собственника никто не нужен. — Ладно, убедил, — Чонгук улыбнулся в ответ. — Так что там за сюрприз, м? Может скажешь мне уже? — Скажу, но позже. Потерпи немножко, — попросил, Тэхен, взяв мужа за руку. Потом начался сам банкет, молодожены резали торт, родственники говорили тосты, отовсюду сыпались поздравления. Тэхен смотрел на счастливое лицо друга, в то время за руку его держал муж, которому он собирался сказать кое-что очень важное. Это был самый замечательный день, и его ничего не могло испортить, даже кислое лицо Хендже. Приняв душ после их утренних игр, Чонгук ушел поговорить с отцом, договорившись встретиться с Тэхеном в столовой через пятнадцать минут, чтобы позавтракать. Чмокнув мужа, он проследил за тем, как альфа скрылся на лестнице, и уверенным шагом направился в комнату подростка. Оказавшись у двери, омега услышал Хендже, стонущего одно имя, и резко открыл дверь, гневно смотря на испуганного мальчика, что сидел на кровати, прикрываясь одеялом. Не нужно было быть гением, чтобы понять, чем он здесь занимался. Густой запах нарциссов был повсюду, в изножии валялась полупустая баночка смазки с цветочным запахом. — А ты, я смотрю, смелый парень, — прошипел Тэхен, складывая руки на груди. — Что тебе нужно? — Хендже посмотрел на него с вызовом. — Вали из моей комнаты. Мешаешь. — Я мешаю? — Ким вскинул бровь. — Мешаю делать что? Дрочить на брата? Или быть может ты игрался с собой, представляя, как он трахает тебя, а? — съязвил Тэхен и сделал несколько шагов в его сторону. — Ты же за этим подглядывал за нами с утра? Чтобы посмотреть, а потом представлять, как он делает это с тобой? — Что ты несешь? — чуть ли не крича сказал Хендже. — Ты можешь говорить все, что угодно, — отозвался Тэхен. – Я вижу насквозь всех людей, это моя работа. И я вижу тебя. Интересно, как отреагируют на это твои родители? Удивительно, что они еще ничего не поняли. — Тэхен понимал, что сейчас Хендже в его власти и готов был на полную отыграться на нем. — Ты этого не сделаешь! — прошипел мальчик. — Не сделаю чего? Не скажу твоим родителям? А может мне все рассказать твоим братьям, м? — Тэхен чуть наклонил голову вбок, не скрывая ухмылку, в то время, как Хендже сжал зубы, что желваки зашевелились. — Мерзкий выродок, — выплюнул Хендже. — Я все скажу Чонгуку. Он узнает, какой ты на самом деле. — О боже, малыш, — сарказм так и лился из уст омеги. — Неужели ты думаешь, что мой муж не знает какой я? Я его истинный, — Тэхен дернул за полу халата, оголяя метку на своей ключице. — Я его муж и будущий отец его детей. А ты его брат. И этого ничто не изменит. Тэхен развернулся и вышел из спальни подростка. До его ушей донесся крик, который ребенок пытался заглушить подушкой. — А теперь время игры в сокровище! — радостно закричал Чимин. Правила просты: выбранные омеги, в их случае это были сам Чимин и Тэхен, прячутся в лесу, и те альфы, которые первые их найдут, получают приз. Хендже упросил «доброго» хёна, то есть Пака, разрешить ему тоже прятаться вместе со своими теперь уже братьями. Чимин разрешил, а Тэхену оставалось лишь мило улыбаться. — Я не думаю, что это хорошая идея, — хмуро пробормотал Юнги, смотря как омеги стоят на полянке, откуда и должна была начаться игра. — Расслабься, братик, — Хендже обнял его. — Все будет зашибись, — он улыбнулся. — Хендже прав, — отозвался Тэхен, поправляя галстук-бабочку. — В конце концов, это всего лишь игра. Омеги переглянулись. Хендже ехидно улыбнулся. К ним подошел Чонгук. — Так, через сколько начинаем? — поинтересоваться он. — Минут через пять, — отозвался Чимин. — Сейчас все соберутся. — Тэхен, — Богом появился словно из ниоткуда. — К сожалению, вынужден попрощаться. Неотложные дела, — он печально улыбнулся. — Как жаль, — вздохнул Тэхен, огорчившись. — Да, очень жаль, — отозвался Чонгук, подходя к мужу и положив руку тому на талию. — Спасибо, что приехали, Богом-щи, — он играл роль гостеприимного хозяина. — Спасибо, что приняли, — Богом протянул ему руку. — Еще раз мои поздравления молодоженам. Чонгук нехотя пожал руку, то же сделал и Юнги. Богом развернулся и направился к родителям Тэхена и Чона, что стояли неподалеку и что-то обсуждали. Сам же Чонгук не спускал с него глаз, пока тот не скрылся из его поля зрения. — Ну что, пора начинать! — воскликнул Чимин. — Мне это совсем не нравится, — тихо сказал Юнги своему брату, стараясь хоть кого-то убедить, что это смутная затея. — Нам просто нужно найти своих омег раньше, чем это сделают другие, — Чонгук покачал головой, успокаивая старшего. — Даем вам фору в пять минут, - прокричал Чимин и, громко засмеявшись, он бросился бежать. Хендже и Тэхен также скрылись в лесу. Но минутами позже, Тэхен смутно помнил, что было дальше, все было как в тумане: он бежал, затем почему-то остановился, удар по голове, а потом лишь чьи-то чужие руки, мокрая земля, петрикор и резкая боль. Голос Чонгука доносился откуда-то издалека. Темнота. Очнувшись в следующий раз, он почувствовал запах горького шоколада и сильные руки мужа. Тот что-то говорил, но слов разобрать омега не мог. Его голова была наклонена вбок и в отражении лужи он видел сине-красные отблески мигалок. Кто-то кричал. — Гук-и, — с трудом позвал он мужа, поворачивая голову так, чтобы увидеть его лицо. С его щёк скатывались горячие слезы. — Он пришел в себя. Это Чимин. Чимин тоже здесь. Что случилось? Не сразу сфокусировав взгляд, Тэхен посмотрел на себя. По брюкам расползалось кровавое пятно. И тут он понял, что с ним произошло. Низ живота адски болел, как и задний проход. Кто-то снова громко закричал. Какие-то люди вырвали его из рук Чонгука и куда-то потащили. А крик все не прекращался. В какой-то момент он понял, что это кричит он сам, а потом почувствовал укол. Перед глазами все расплывалось, боль притуплялась, сознание ускользало. И перед тем как совсем отключиться, Ким почувствовал теплую ладонь мужа и его надломленный голос: — Все будет хорошо, Тэ. *** — Ты… просто… — Чонгук запустил руки в волосы. — Боже, Тэ, тебе нужно было сказать мне… ты не должен был проходить это в одиночку. Как же ты мучился… Я же…твой муж… — Ты так хотел детей… — Тэхен снова зашелся в рыданиях. — А я… я теперь… бесполезен. — Не говори так, — он прижал омегу к себе. — Не говори так, слышишь? Это не важно, я все равно люблю тебя. Я все равно буду с тобой. Мы со всем справимся, мы… — он перевел дыхание, а глаза тоже начали наполняться слезами. — Возьмем приемного, если захотим, — Чонгук охватил ладонями лицо омеги и посмотрел в заплаканные глаза, при этом сам с трудом сдерживая слезы. — Чимин тоже так… сказал, — Тэхен прижался к своему мужу, вцепившись в него двумя руками. — Ты должен был его послушать. — Прости меня, — Ким всхлипнул. — Я так виноват перед тобой. Я столько всего натворил. — Все в прошлом, Тэ. Теперь я с тобой и никуда тебя не отпущу, слышишь? — альфа крепко обнял своего мужа. Омега кивнул. Глупый. Глупый Тэхен. Чимин был прав, и стоило все раньше рассказать. А он лишь заставил страдать их всех. Тэхен правда считал, что так будет лучше, но только сейчас, рассказав все и находясь в объятиях мужа, который бросать его не собирался, понял, как же он ошибался. Но и Чонгук тоже корил себя, потому что не догадался раньше. Очнувшись в больнице, он услышал от врача то, что сломало его окончательно. — У вас был выкидыш, Тэхен-щи. И от полученных травм вы больше не сможете выносить детей. Сюрприз, о котором он собирался сказать своему альфе в тот вечер, был новостью о скором пополнении семьи. Срок был совсем маленьким, но омега уже успел свыкнуться с мыслью, что он скоро станет папой, что его прекрасный муж будет еще и прекрасным отцом. Мысленно он уже начал выбирать новую квартиру, обустраивать комнату и выбирать имя. В мыслях он уже родил и наблюдал за тем, как Чонгук нянчится с их малышом, и смотрит на омегу счастливыми глазами. Но реальность оказалась жесткой. Чонгук нашел его там в лесу, спугнул насильника, которым оказался собственный отец Кима. Но как оказалось, Ким Минсу собственного сына было мало, и Хендже, что подражал своему хёну, оказался следующей жертвой. Альфа сначала изнасиловал омегу, а затем задушил и бросил там же в лесу, на территории особняка Чонов. Тэхен опознал его по запаху. Петрикор — запах земли после дождя. Руки омеги были завязаны галстуком, в котором папа Тэхена признал собственный подарок на один из праздников. А он все отрицал. В суде он кричал, что не виновен, кричал, что и пальцем не трогал сына. Других доказательств не было. Судья в своем решении не колебался. Чонгук тяжело вздохнул, поднимая омегу на руки. Тот уснул в объятиях мужа, но спать на полу, там, где он поймал убегающего Кима, ему не хотелось. Он уложил Тэхена на кровать и, сам быстро раздевшись, лег рядом и прижал его к себе. Теперь все будет хорошо. Он аккуратно снял шнурок с шеи. Кожаная ниточка выпала из кольца и потерялась в складках простыней. Чонгук надел кольцо на безымянный палец, где и было его место. Навсегда. *** Чонгук проснулся в гордом одиночестве. Соседняя половина кровати пустовала, и судя по всему уже продолжительное время. Альфа чертыхнулся и взял в руки мобильный телефон. Еще и десяти утра не было. Куда мог исчезнуть омега так рано утром в субботу? Босыми ногами Чон прошел на кухню, где царила стерильная чистота. По всей видимости, Тэхен сбежал, даже не позавтракав. Нахмурившись, альфа на всякий случай заглянул в ванную и мастерскую. Там он заметил новые отметки и фото на стене, что Тэхен внес после последнего убийства. Чонгук подошел поближе к карте. Рядом на стикере аккуратным почерком Тэхена было написано «Синчон». Омега-таки нашел его охотничьи угодья. В коридоре хлопнула дверь, и послышался чей-то голос. Чонгук быстрым шагом вышел в гостиную и увидел Тэхена с коричневым бумажным пакетом в руках, прижимающего телефон плечом к уху. — Нет, прости, Богом, сегодня никак не получится, — пробормотал омега направляясь на кухню, не заметив своего альфу. — Уже другие планы… Да, давай в другой раз. Позвони папе. Уверен, он захочет сходить на эту выставку… Да, пока. Тэхен поставил пакет на барную стойку и бросил мобильник рядом. Тяжело вздохнув, он заметил своего мужа, который сиял в лучах утреннего солнца, что проникали в комнату через не зашторенные окна. Альфа стоял в пижамных штанах, низко сидящих на его бедрах, и смотрел на омегу, чуть напряженный, руки были сжаты в кулаки, плечи отведены назад. Ким мягко улыбнулся и слегка покачивая бедрами подошел к Чонгуку и, обняв, уткнулся носом ему в шею, делая глубокий вдох, наполняя легкие запахом горького шоколада. — Уже проснулся, — протянул он. — Думал, успею приготовить завтрак к твоему пробуждению. Чонгук моргнул, перевел взгляд на темную макушку и обвил руками худое тело, что прижималось к нему. Как будто и не было этих шести месяцев разлуки. Их обычное утро в выходной день. Чон, уставший за неделю, спал дольше омеги, который вставал пораньше, готовил завтрак и будил своего мужа нежным поцелуем, который в большинстве случаев перерастал в ленивый утренний секс, тягучий и сладкий как карамель. Еда, старательно приготовленная Тэхеном, конечно же, остывала, кофе приходилось делать по новой, но это того стоило. — Ты в порядке? — спросил Чонгук, отстраняя от себя омегу и заглядывая ему в глаза. — Теперь да, — Тэхен кивнул и погладил мужа по шершавой щеке. — Тебе стоит побриться. Ты совсем себя запустил. — Кто бы говорил, — хмыкнул альфа, лохматя отросшие темные пряди. — А мне нравится, что они такие длинные, — омега тряхнул головой. — Возможно стоит вернуть былой цвет. Тебе, кажется, так нравится больше. — Не сейчас, — сказал Чонгук, снова прижимая Кима к себе. — Как только засадим этого ублюдка за решетку. А пока… оставайся темненьким. Тэхен снова кивнул. В объятиях мужа было спокойно. Как будто все время сердце было где-то не на месте, а теперь наконец-то вернулось туда где и должно быть. Чон погладил его по щеке, и омега, кожей почувствовал прикосновение прохладного гладкого металла. Обручальное кольцо снова было на пальце. Две истерзанные души снова были вместе, подпитывая и излечивая друг друга. Вдруг Тэхен отстранился и подошел к окну. — Он все еще где-то там, и мы должны поймать его. — Поймаем, — отозвался Чонгук, снова обнимая его, но теперь уже со спины. — Обязательно поймаем. Альфа положил руки на живот Тэхена, прижимая его ближе.