Sawёнок: Игра на выживание

За шесть месяцев до начала «Игры»…

В тёмной комнате, освещаемой одними лишь разноцветными пикселями двадцатичетырёхдюймового экрана, сгорбившись, сидел человек, пустым взглядом уставившись в монитор. На секунду экран потемнел, и я увидел собственное лицо. Вспышка телефона мигнула, выхватив его особенно чётко, и тут же прозвучал звук входящего сообщения. Я щёлкнул мышью по открытой вкладке социальной сети. Крайне редко случалось, чтобы мне там кто-то писал — да ещё и в час ночи. «Кого же там нелёгкая принесла? Уведомление о начале стрима?» Однако увиденное заставило меня удивиться. «Мария Хацунова». «Привет, Семён! Представляешь, я завтра прилетаю в твой город! Вот здорово, да? Слушай, я тут думала… Может, встретимся? Я ведь никогда-никогда тебя не видела! Даже фотками не обменивались ни разу! Давай встретимся, умоляю! Хочу посмотреть на тебя вживую! Если не хочешь гулять, можем сходить в кафе или в ресторан… Ой, это, наверное, уже слишком, да? Ну, можем в кино сходить! Хотя… Друзья же в кино не ходят, это только парочки… Но мы ведь просто по-дружески! Ответь, пожалуйста, как можно скорее!» Пока я читал сообщение, улыбка на лице растягивалась всё шире, а на последних строках я не удержался и прыснул со смеху. «Господи, её манера разговаривать — это нечто». С Машей я познакомился лет пять назад в одной онлайн-игре. С ней было легко и весело: мы сидели в дискорде, играли и болтали обо всём подряд. Она была открытой, добродушной и почти никогда не унывала. Несколько недель назад она внезапно пропала из сети — не заходила в соцсети, не появлялась в игре и в дискорде. Хотя играть мы к тому моменту уже давно перестали. Я даже подумал, что с ней что-то случилось, писал её знакомым, но каждый раз получал один и тот же ответ: «она занята». Я открыл окно чата. «Семён Сычёв». «Привет, Маша. Рад, что ты наконец написала. Думаю, завтра вечером сможем встретиться. Не знаю, что ты там себе напридумывала, но ресторан — вполне хорошее место. Завтра созвонимся и уточним детали». Я давно не был в ресторане — даже имея деньги, — поэтому выбор пал именно на него. Щёлкнув по крестику вкладки социальной сети, я развернул плеер с сериалом на весь экран.

***

Пила: Привет, спецагент Демьяненко. Представляю ваше удивление. Вы не можете поверить в то, что я всё ещё жив и сейчас говорю с вами. И вы в полном недоумении от того, что я знал — вы придёте. Вы думали, что станете охотником в собственных джунглях, но ошиблись. Позади группы раздался оглушительный скрежет, мгновенно прорезавший пустое помещение. Спецназ резко развернулся на звук и лишь успел увидеть захлопывающуюся дверь, через которую они вошли. На несколько секунд коридор погрузился в полную темноту, прежде чем под потолком загорелись тусклые лампы с зеленоватым оттенком. Пила: В этой игре вы станете дичью, не в силах контролировать ситуацию. Вы думали, что сможете избежать испытания, но вы нашли его сами. Добро пожаловать в игру, агент. Спецназ бросился к двери, пытаясь вскрыть её. Демьяненко отбросил плеер в сторону и схватился за голову, закрыв глаза. Вассерман: Это ещё что за херня?! Сыроежкин: Что, чёрт возьми, происходит? Откуда он знал, что мы придём?! Откуда он знал, что это будешь ты?! Командир: Твою мать, рация накрылась! Нас не слышат! Ломаем дверь, ребята! С противоположного конца коридора доносились крики командира СОБРа, пытавшегося организовать вскрытие. Демьяненко: Я не знаю… не знаю… Он продолжал держаться за голову, нервно шагая из стороны в сторону. Сыроежкин: Значит, он следил за нами! Но как? Он ведь не мог… Твою мать, а ну отставить! Отставить, я сказал! Рявкнул агент на группу спецназа. Командир резко развернулся и с издёвкой посмотрел на Сыроежкина. Командир: Хватит, агент. С меня довольно ваших игр. Я слышал, чем обычно всё это заканчивается. Если вы собираетесь играть в эту чёртову игру вместе с господином Демьяненко — это ваш выбор. Я забираю группу, и мы уходим. Демьяненко отвернулся от остальных и трясущимися руками достал из пиджака таблетки. Бросив две в ладонь, он тут же закинул их в рот. «Спокойно. Ты знал, что это рано или поздно произойдёт». Демьяненко: Прекратите ломать дверь! Вы уже играете в его игру и не выйдете отсюда. Он не даст вам этого сделать. Командир: Ну да, конечно. Сказки, в которые я не верю. Я знаю одно: отсюда нужно выбираться. И эта дверь — единственный выход. Доставайте отмычку! Демьяненко: Нет! Этого нельзя делать, как ты не понимаешь?! Он сделал два шага к группе спецназа, но командир вскинул оружие, направив ствол автомата прямо в лоб агенту. Вассерман, стоявший позади Демьяненко, медленно поднял руки. Вассерман: Нам всем нужно успокоиться! Опусти пушку! Командир: Стоять! Хочешь сдохнуть — дохни. Я останавливать не стану. Но меня и моих ребят в это не впутывай. У меня скоро пенсия, понимаешь? Я не собираюсь дохнуть на старости лет, пытаясь спасти какого-то американского хера и его шавку. Он отступил к двери, не сводя прицела с Демьяненко. Командир: Вскрывайте. Демьяненко: Да одумайся ты, идиот! Что ты делаешь?! Нельзя идти против правил! Ты угробишь нас всех! Командир ухмыльнулся, глядя прямо в глаза агенту. Командир: Плевал я на правила. Пошёл! Один из бойцов достал электронную отмычку и вставил её в замочную скважину. Демьяненко тяжело вздохнул и бросил взгляд на Сыроежкина. Тот лишь неодобрительно покачал головой. Через несколько секунд в двери глухо щёлкнуло. Спецназовец: Кажется, открыл! Командир опустил оружие и победно развёл руками. Командир: Ну вот, я же говорил тебе, что… Договорить он не успел. Оглушительный взрыв ослепил коридор белой вспышкой. Ударной волной группу спецназа отбросило от двери, смешав с дымом и клубами пыли. Песок ударил Демьяненко в глаза. Его швырнуло назад, и он ударился затылком о бетон, мгновенно потеряв сознание.