Вселенная очерков

      — Солнце, открой дверь, пожалуйста, — очередной стук по несчастной доске, что отделяет их, заставляет Эделу сильнее сжаться в самом углу ванной комнаты. –Открой эту ебучую дверь, пока я не вынес её!              Кейго Таками — довольно милый парень, герой №2, добрый и завидный холостяк, как называли его раньше. По крайне мере, именно окружающие его люди и друзья знали его именно таким хорошим и просто прекрасным человеком. Но никто не знал другого Кейго Таками. Не знал жуткого ревнивца, который ради Мелоун был готов убить любого, лишь бы его возлюбленной было комфортно.              Да-да, именно убить. Впервые Эдела, хотя бы в своих мыслях, выражается коротко и ясно. И самое страшное, что она выражается буквально.              Поначалу всё было просто прекрасно, даже волшебно, как говорила раньше Мелоун. Кейго дарил цветы, постоянно заскакивал к ней во время ночных патрулей и мягко целовал в её лоб, желая прекрасной ночи. А что уж говорить про букетно-цветочный период, когда Эдела всё же согласилась встречаться с Ястребом — боялась, что это для него не серьёзно, но Кейго сумел переубедить её.              Но она видела его в этой алой, жгучей крови, что крупными каплями стекала с его ладоней, а перед его ногами лежал труп того знакомого, что навязчиво клеился к ней, и сама Мелоун подписала парнишке смертную казнь сама того не подозревая.              Тогда Эдела не узнала его впервые.       Не узнала своего Кейго Таками.              И сейчас снова всё повторяется, только на её квартире, в её чёртовой кухне, куда она больше никогда не войдёт, и скорее всего просто сменит квартиру. Мелоун трясёт, тело бьёт крупной дрожью, и она до сих пор не верит, что всё это — чёртова реальность, к которой она абсолютно не готова.              Почему нельзя вернуться немного назад и отказаться от предложения Ястреба?              Дверь слетает с петель, заставляя девушку зажмурить свои глаза только сильнее. Он подлетает к ней, и смотрит так невинно, так по-детски, словно не его руки сейчас в крови того незнакомца, которому она не желала зла. Да и кто вообще мог подумать, что Кейго убьёт его, причём самым извращённым способом, который она только знала?              -Ты же не боишься меня, да? — отчаянно спрашивает он, заставляя смотреть только на него и никуда больше, а крылья его слегка подрагивают. — Он ведь посмел прикоснуться к моему птенчику, разве это не считается неправильным, птенчик?              Он сжимает её щёки сильнее в своей руке, а после одна рука опускается на шею Эделы, и сжимает её. Какие-то хрипы вырываются из её рта, но Таками выглядел сейчас очень злым, но при этом он смотрел на неё так нежно и ласково, что Мелоун даже сопротивляться не особо и хочет, но пытается как-то разжать его пальцы на своей шее. Лишь бы ещё раз вздохнуть.              Может это она сделала, а не он? Она убила того человека? Тогда из-за чего?              — Или ты думаешь, что он не заслужил ёбанной смерти? — хрипло спрашивает он, сильнее сжимая свои пальцы вокруг её хрупкой шеи. — Тебе недостаточно того, что я тебя люблю?!       — Д-достаточно, — хрипит она, с новой силой хватаясь своими ладонями за его руку, впиваясь ногтями в кожу Ястреба, из-за чего тот лишь как-то странно хмыкает. — О-отпусти меня, п-пожалуйста, я не могу д-дышать.       — Ты же понимаешь, что я только твой, да? И ты моя, я ведь прав?              Прежний, ласковый Кейго возвращается к ней, заглядываясь до боли любимыми глазами глубоко в душу Эделы. Он ластиться к ней, укрывает своими дрожащими крыльями и прижимает к груди так крепко, что кости издают невольный хруст. Кейго словно боится, что всё это — сон, и Мелоун не реальна, что он обнимает сейчас галлюцинацию.              — Я так тебя люблю. До такого безумия, что просто не могу с собой ничего поделать. Мой птенчик же не оставит меня? Я ведь прав, Эд? Скажи, что я прав, прошу.              Голос его едва подрагивает, а с щёк Мелоун текут большими каплями слёзы. Таками смотрит так преданно, с таким раскаянием, что Эдела сама думает, что виновата в этой ситуации исключительно она. Никто другой. Она же вызывала очередной приступ ревности со стороны Кейго, да ведь?              Или же её сознание хочет, чтобы Мелоун именно так и думала?              Ей так невыносимо больно. Так морально тяжело, что внутри всё пылает дьявольским огнём, постепенно сжигая оставшиеся лоскуты прежнего сознания и души. Сердце истошно кричит внутри, просит остаться с Кейго, когда же разум уговаривает, словно проводит какую-то дискуссию на эту тему, бежать от него, сломя голову, бежать как можно дальше.              

И что ей делать?

             Мужчина трепетно ждёт её ответа, бережно сжимая холодные фаланги девушки своими большими ладонями, что покрыты липкой кровью. В его, едва ли не чёрных, глазах Мелоун видит безумие, и оно стало…              …родным?              — Я… — девушка собирается с мыслями.              Сердце и разум, вы можете замолчать хоть на один этот чёртов момент? Можете просто заткнуться на небольшое время, пожалуйста?              — Я останусь с т-тобой, — тихо говорит она, видя в его глазах детскую радость. — Но больше без убийств. Даже если кто-то будет косо смотреть на меня, не нужно их убивать. Я с тобой, Кейго, — Мелоун снова всхлипывает, пока Таками переплетает их пальцы. — Прошу, умоляю тебя.       — Конечно, — кивает тот и крепко прижимает её к своей груди, наслаждаясь запахом своей возлюбленной.              Пальцы Ястреба были скрещены…