С глаз долой..

— Кто вы такой? — срываются резкие слова с губ, а в следующий момент я резко вдыхаю кислород со смесью чего-то явно наркотического. Запах. Я чую запах. И блять, это явно самое лучшее, что я чувствовал в своей жизни. Конечно, мне удавалось ощущать много разных запахов. Аромат посетителей которые являлись омегами, острый и терпкий запах альф и немного блеклый запах бет. Сначала было очень непривычно, но потом я привык практически не замечать ароматы других людей. Не передать словами, что я ощутил вдыхая его, но внутренности сладко спирало, а низ живота свело несильной судорогой. Я тут же отпустил ладонь Марлен и сжал вспотевшие пальцы на покрывале одеяла, не сводя взгляда с юноши, который немного притормозил перед порогом. Ошибся дверью? Девушка, сидевшая ранее на моей постели, поднялась и отошла в сторону, с интересом рассматривая незваного гостя. Сомнение ушло сразу, когда он крепче схватился за дверную ручку и переступил порог. Он был среднего роста, еще совсем молодой. Парень был одет в белую рубашку и тёмные штаны — вполне обычная одежда, но мой взгляд привлекло далеко не это. Это горящие огнем, зелёные глаза. Яростные, жадные, с расширившейся радужкой, которые совсем недавно смогли навести на меня ужас. Приоткрыв рот, он жадно разглядывал меня, замерев, будто перед прыжком. И так же безумно принюхивался, едва заметно ведя носом в мою сторону. — Эрен, ты идешь или уже передумал? — раздался недовольный голос позади него, а самого парня буквально впихнули ко мне в комнату. Он никак не обратил на это внимание, так же рассматривая меня и словно не решаясь подходить ближе. Мое сердце тут же застучало сильнее от чего-то совершенно непонятного. Эти самые глаза, которые принадлежали тому гиганту, который с бешенством дрался с той титаншей, не глядя как под грохотом его шагов разбивались окна, рушились здания и умирали люди. Так двойственно… Страх вместе с возбуждением завладели моим телом и я даже не знаю с каким порывом захотел броситься на него. Либо крепко дать в челюсть, либо с силой прижаться, ведь этот божественный запах принадлежал ему. Я ошибся. За парнем стоял далеко не один человек. Их было четверо. Самый первый мужчина зашел с мрачным видом и оглядев комнату, задержал взгляд на мне, выгнул бровь, после чего привалился к стене. Следующая зашедшая девушка была со светлыми волосами и ярким голубым взглядом, очень похожая на Марлен. Она нахмурилась и начала переводить взгляд с меня на парня-титана, который все еще пялился и теперь, кажется, не мог поверить свои глазам. Другая девушка с черными волосами прошмыгнула к парню, с интересом глядя на его, пока за ними не появилась женщина в очках. Как только увидела меня, улыбка затанцевала на ее лице. — Титан подери, неужели это ты?! — она быстро направилась ко мне, но сам я не успел ничего предпринять, как передо мной возникла мальчишеская спина, а в комнате раздалось яростное рычание. — Что ты себе позволяешь, щенок? — Удалось мне услышать мужской голос. Внутри от этого рыка все задрожало. Мне не удалось подавить желание коснуться его, и моя рука потянулась к мощной спине. Боже, что это со мной? Как только ладонь касается его, я чувствую как по телу скользит электрическая волна, прошибая, кажется, не только меня, но и парня. Он коротко дергается и оборачивается, будто и не помня себя, смотрит точно в мои глаза. Запах, как и приближающийся парень, все ближе. Он душит обоняние, заставляя вдыхать только его, кружит голову и вынуждает путные мысли улетучиваться, оставляя голую стену из желаний. Парень забирается ко мне на больничную койку и тут же аккуратно прижимается, обнимает и снова обнюхивает. Его тело пышет жаром, пацан чертовски горяч. Прямо как тот титан. Эта мысль сбрасывает странное марево, навеяное запахом, и я снова ужасаюсь ситуации. Что вообще происходит? — Пусти, они сейчас переспят, на нас даже не посмотрят. — Слышу это и ощущаю как парня рывком снимают с меня, словно какого-то котёнка. Даже чувствую легкое разочарование и со стоном боли хватаюсь за голову — меня тут же простреливает кратковременная боль. — Приди в себя! — Мужчина его встряхивает, и тем он всё больше похож на нашкодившего кота. Но вслед за этой встряской парень действительно приходит в адекватное состояние. Сначала хмурится и трясет головой, оглядываясь, и возвращая уже ясный взор на меня. Не заметить как на нас пялились остальные, нельзя. Все до сих пор имеют шокированные выражения лиц, кроме угрюмого мужчины низкого роста, который и привел в чувства человека-титана. Я оборачиваюсь на Марлен и вижу на ее лице удивление — она нахмурилась и приоткрыла рот. Впрочем, и сам ничего не понимаю. Краем зрения замечаю как кто-то в красном отворачивается от нас. — Теперь все понятно, — говорит женщина, медленно подходя ко мне, с опаской поглядывая на обескураженного юношу. — Найти истинного омегу такая редкость… Истинного?.. Что это значит? — Кто вы такие? — хрипло спрашиваю, осматривая всех. — Разведкорпус! — радостно сообщает мне женщина, оказавшись перед кроватью. — Мы были шокированы тем, что ты спасся. Эрен в особенности. Он же обезумел в облике титана! — продолжала скандировать женщина, радостно рассказывая, пока ей не прилетел подзатыльник от мужчины. — Ауч. — Она потерла место ушиба. — Да-да, больше лишнего не болтаю. Я Ханджи Зое, тот кто ударил меня — Леви. Это Армин. — Женщина указывает на блондин…на? Это мужчина? — Микаса. — Нечто в красном шарфе. Но мне плевать на ее представления тех людей, которые не важны. Я сжимаю кулаки и смотрю на мужчину-титана. — Кто ты такой? — обращаюсь к парню, недавно прижимавшему меня к постели. — Я тебя видел! Я смотрел прямиком в твои чертовы глаза! Ты тот титан! Он глупо и растерянно хлопает глазами, после чего кивает. — Меня зовут Эрен. Эрен Йегер, — неловко говорит он. — Андреа Варфслер. — Прищуриваю веки и искривляю уголок губ. — Извини за то, что сейчас произошло, я себя не совсем контролировал. — Эрен косит взор в сторону. — Что? Плохо себя контролировал?! Сейчас?! — вырывается у меня. — Ты видел, что вы творили там? Всех тех погибших людей? Те лужи крови?! Трупы, разбросанные по дороге ты тоже не контролировал? Не подходи ко мне! — Я тут же двигаюсь в противоположную сторону от этого парня, который было хотел приблизиться, но увидев мою реакцию, замер. По щекам снова текут слезы. Не выдерживаю, и упираюсь лицом в ладони, размазывая солёные капли и не слышу ничего в ответ. Какая же я размазня… — Андреа, — растерянно говорит Марлен и тянет руку ко мне. — Успокойся, пожалуйста. — Ты самый настоящий убийца, Эрен Йегер, — зло стираю слезы и буквально выплевываю ему в ответ. Сразу же после моих слов вижу на его лице острое сожаление. Он понуро опускает плечи и прижимает губы, склоняя голову. Только этим сожалением он уже ничего не поправит. Не оживит мёртвых, не вернет кому-то родных. Что толку-то? — Ты многого не знаешь… — шипит в ответ та, которую представили Микасой. Ее лицо снова появляется из шарфа и я вижу слезящиеся как и у меня глаза. — Он пытался спасти вас. Нас. Все человечество! — Как убийствами можно кого-то защитить?! — начинаю спорить с ней, сжимая челюсть. Это просто стрессовая ситуация. Обычно я себя так не веду. Надо просто успокоиться и начать говорить нормально. Но только где моя хваленая выдержка и отстраненность, которая была у меня раньше? Как только я попал в этот мир, все эмоции стали ярче. Кто же в этом виноват? Я? Этот странный мир? Моя физиология, которая изменилась или запах этого парня, что туманит разум? — Если бы женщина пересекла стену, как и хотела бы, то скоро все здесь было бы уничтожено. Тебе стоит быть благодарным! — Я сам решу, кому и когда мне быть благодарным! А ты не влюбилась ли часом? — Прищуриваю глаза и наблюдаю как она тут же сдувается. — Защищаешь его как верная шавка! Убийствам людей нет оправдания... — Мне надоел этот цирк. — Леви идет к выходу. — Ханджи, Армин, Микаса за мной. Ты тоже. — Мужчина смотрит на Марлен, которая, кажется, находилась в прострации. — Это уже не тебе решать, Ривай. — Прищуриваю взгляд и наблюдаю за его потемневшими эмоциями. — Она мой гость, а всех вас я сюда не приглашал. Он молчит на это и выходит. За ним и выходят все остальные, включая и Марлен. Она легко проводит рукой по моему плечу и одними губами шепчет: «Скоро вернусь» - пытается утешить меня, когда сама шокирована. Замечаю как у Микасы трясутся плечи и как ее успокаивающе поглаживает блондин по плечу. Дверь захлопывается и мы с Эреном остаемся одни. Он стоит опустив голову и кусает губы. Только сейчас замечаю, что его запах немного поменялся и стал каким-то рассеяным. — Я правда, не хотел… — шепчет он, сжимая кулаки. — Неужели ты считаешь, что мне доставляло это удовольствие? У меня не было выбора. Мне приказали ее задержать. И не сделай я это… — Да-да, все бы мы тут умерли в адских мучениях. — Поднимаю руку, прекращая его поток оправданий. Юноша озлобившимся щенком вскидывает голову и смотрит на меня. — Она была моим другом и товарищем, как я думал. А на деле оказалась шпионом, которая способна превращаться в титана. И она знает о мире намного больше, чем мы, — обреченно рассказывает он мне. — Я надеюсь ты сам понимаешь, что частица ада уже прошлась по стене Сине. Да и по Розе тоже. Я понятия не имею, как ты влезаешь в шкуру титана, да и пока не хочу знать. Этот мир способен удивлять меня все больше. Но то, что здесь происходит… Это ненормально. Люди не должны умирать на каждом шагу. — Разведкорпус пропитан смертями. Они не каждом шагу, а на каждом вздохе. Мы пытается спасти человечество. — Путем убийства того самого человечества? И себя? - Парень молчит, опустив голову и руки по швам одежды. Истинный солдат, даже сейчас он стоит будто в строю. — Самое смешное, что я знал — не стоило туда идти. Но меня будто тянуло туда, никак самой судьбой. — Я невесело усмехаюсь. Он выгибает от удивления лицо и едва хмурится, размышляет. «Запаха становится мало. Хочется ближе, — надрывно тараторит что-то внутри меня. — Ближе». Я присаживаюсь на постели. Не только мне хочется забраться на него с ногами — понимаю это, когда он сам незаметно придвигается.  — Я прослыл убийцей на все человечество. Человеком гигантом, жизнь которого тоже стоит под вопросом. Меня судили, и разведкорпусу разрешили взять меня. Но капитан Леви… Тот который с пугающим выражением лица… Обещал убить меня, если это будет необходимо или если я потеряю контроль. Прямо как на исповеди. Выкладывает все на чистоту, не хватает только добавить: «Простите, отец, я согрешил». Либо слишком смелый, либо тупой. Наверное, все-таки второе… Но теперь даже жаль его. Надо было действительно узнать его мотивы получше, прежде чем начать обвинять его. Хотя, какое тут знакомство? Мы знакомы всего пять минут, две из которых тупо пялились друг на друга и принюхивались словно дикие звери. Ужасный, ужасный мир. — Кто такие истинные? Мальчишка удивляется и сразу после этого стушевывается, краснеет. — Ты не знаешь?.. Ну это… Предназначенные друг другу судьбой. Это пара омеги и альфы, которые полностью подходят друг другу. После обретения пары становится невыносима разлука, а запах друг друга кажется самым лучшим запахом на свете. — Он мямлит еще что-то, кусая губу и кося глаза. — Это редкость? — Огромная. — Он горячо кивает и смотрит уже с вожделением. — Как только они встречаются, их судьбы связываются навсегда. — И ты… — Я сглатываю комок, понимая, что находиться на расстоянии невыносимо. Хочется прижаться, обнюхивать и быть как можно ближе. Впервые ощущаю такое. Это и есть эти инстинкты? Которые заставляют людей вести себя как животные? — Мы истинные. — Он кивает, безумно краснея. Пиздец. Просто пиздец. Это правда судьба. Быть заброшенным в этот мир, где существуют гиганты — монстры, съедающие людей за просто так. Но плевать на это, ведь природа поглумилась над людьми еще больше, создав вторичный пол, который более важен чем первый. Это просто пиздец. Но главное, что один из людей, неизвестно каким образом способный превращаться в огромного, человекоподобного монстра, становится тем, кто идеально подходит мне генетически — по научному можно сказать именно так. Мне просто повезло его встретить. И этот мальчишка стал моим альфой? — Да иди ты уже сюда! — рычу уже не имея никакого терпения и сам тянусь к нему. Этот говнюк словно того и ждал, голодно набрасываясь на меня, но все еще помня о моей раненой руке. — Прости меня, прости, — шепчет он, прижимаясь осторожно, зарываясь носом в перекат плеча и начиная прикусывать кожу, пока я запускаю руку в его вихрастые волосы. За что же ты извиняешься? За то, что спас мою жизнь, при этом разрушив чужие? Запаха много, действительно много. Из-за него выделяется слюна и ноги против воли сами раздвигаются. Что происходит со мной? С моим телом? Почему, почему мне это так нравится? Эрен растерянно тычется к моей коже за ухом, а после наводит свой горящий взор на мой. Руки подозрительно быстро оказываются на моих бедрах - да я даже не замечаю, как он уже уместился между. Никогда мне не удавалось думать, что всерьез буду обниматься с парнем, а не с девушкой. В своем мире у меня было нейтральное отношение к гомосексуальным отношениям, а пробыв в этом мире месяц, я увидел множество пар самых разнообразных сортов. — У тебя красивые глаза, — вырывается у меня и не выдерживая, тянусь к его губам. Он удивленно поднимает брови и пытается целовать в ответ, но выходит откровенно неумело. Блять. — Сколько тебе лет? — спрашиваю с придыханием, отрываясь от него. Несмотря на неумелость, заводит это очень сильно, чужие губы ощущаются безудержно сладко и правильно. — Шестнадцать. — Сука. — Я не могу оторваться от него, но блять, он же еще совсем малолетка. По развитой мускулатуре и росту не скажешь. — Меня посадят за совращение несовершеннолетних. — А тебе? — Двадцать. Он смеется, но все равно тянется к моим губам. — Это нормально, что мы провели вместе всего семь минут, а я хочу тебя трахнуть? Мальчишка снова смеется и качает головой. — Не знаю, но у меня тоже самое. Я слышу его смех и в память врезается смех Марлен. Почему воспоминания о ней выветрились, как только она вышла из комнаты? Она совсем недалеко, но я уже выкинул ее из головы, когда рядом появился Эрен. Что за… Мне становится горько и обидно за самого себя — ну не типичная же шлюха, которую привлекает член побольше? Которой похуй на чувства, все это ей чуждо когда перед лицом сверкает пачка свежих купюр. Почему произошло то, что я сижу в обнимку с парнем, которого я вижу первый раз в жизни, а не с ней? Он едва не убил меня, а она все время как я попал в этот мир была со мной? Но оттолкнуть альфу становится выше моих сил, кажется, если я отпущу его сейчас, то попросту сдохну. Становится еще более горько. Приходится лишь сдерживать подступающие рыдания, и прятать лицо от его огненного взгляда. Собственная ничтожность порой поражает меня. — Не плачь, пожалуйста, — тихо шепчет он и успокаивающе гладит меня по спине. Однако от этого становится хуже. — Я тебя понимаю. Моя мама рассказывала мне, что тоже безумно любила одного человека, пока не появился мой отец. Легче просто отпустить. — Ты так легко об этом говоришь… — задушенно говорю я и вижу как его рубашка впитывает мои слезы. — А если я не захочу… — Против истинности ты никуда не пойдешь, — так же продолжает он, и я чую как его запах едва меняется. Почему-то становится легче. Действительно, вместо горечи лучше испытывать злость. — С чего такая уверенность? — Ты умрёшь без меня, загнешься, как и я загнусь без тебя. Мы уже нашли друг друга и я нанёс метку. Стоп, что? — Всмысле? — Я отодвигаюсь от него, раскрыв глаза до безумия. — Что ты сделал? — Поставил метку. — спокойно ответил он. — Что-то не так? — Так вот что значило, что ты сразу кусаться полез, гаденыш… — Я с ужасом рассматриваю следы его зубов на ключицах. А до этого, рассматривал чужие шеи посетителей с чужими отпечатками челюстей. Многие уже зажившие, превратившиеся в вечные шрамы, а другие совсем новые. И я уж совсем не чаял увидеть подобное на себе… — А меня спросить?! Что ты творишь?! — То, что должен! — В мгновение его поведение меняется, на лице играют желваки, а сам он начинает агрессивно сжимать кулаки. — Ты не понимаешь, что истинностью не разбрасываются?! — А я что, животное, чтобы меня клеймили? Я человек! Этим люди и отличаются от животных! У нас есть чувства и прежде чем совершать необдуманные поступки мы можем поговорить! — Истинные пары - это пиздец. — В комнату врывается низкорослый мужчина с приподнятой бровью. — За семь минут вы успели два раза посраться и столько же едва не потрахаться. На твоем месте, Эрен, я бы зашил ему рот. А на твоем… — Он смотрит на возмущенного меня. — Придушил и перед этим выбил пару зубов. Но нам пора. — Капитан, вы понимаете… — Он поднимается с постели, не оборачиваясь на меня. Почему то становится обидно, однако я продолжаю смотреть с ненавистью. Сопляк. — Понимаю, но твой омега прав сейчас больше чем ты. Все таки мы не животные. — Я не его… — Снова начинаю возмущаться. — Поздно, уже его. Эрен выходит вслед за Леви и коротко оборачивается. Что-то шепчет, но слов я уже разобрать не могу. Я откидываюсь на подушки, мгновенно чувствуя себя опустошенным. Неужели, правда загнусь? — Андреа, — говорит Марлен и счастливо мне улыбается. Я и не заметил, как тихо она вошла. — Я тебя поздравляю! Найти истинного альфу… У тебя уже и метка стоит? Она приближается ко мне и едва морщит нос, но все же садится рядом и смотрит на повреждённую кожу и проводит по краям укусов. — Первая фаза только началась, но скоро и вторая будет. — У меток еще и фазы есть? — Устало говорю это и становится горько. Скорее всего, я больше не смогу быть с Марлен. Никогда. — Да, — она кивает мне, улыбаясь. — Я и не ожидала, что все так произойдёт. И этот Эрен… Тот титан… — Она сразу хмурится. — Это еще и очень неожиданно. А вдруг он погибнет? — Я за ним отправлюсь? — Нет, метка просто спадет. Вот оно. Если он умрет… Но я не убийца. Я не стану ждать когда его убьют и не буду надеяться на это. Это огромное и ужасное дерьмо, я не стану убийцей своего же истинного. Даже ради Марлен. Вечером она уходит и без нее становится все более тоскливее. Без ее присутствия назревает вполне значимый вопрос: как можно скучать по человеку, с которым ты пробыл десять минут? А еще, что за странные мысли о его смерти? Просто если допустить такую возможность… Эрен и сам говорил, что положение его шаткое… Отвешиваю себе жесткую пощечину и ощущаю уже двойное чувство вины. Какая же сука живет во мне, которая способна допустить мысли о смерти человека. Но себе я этого не позволю, даже надеяться. Ничто не дороже человеческой жизни, даже любовь. Не дороже. Убеждать себя становится все легче.

* * *

— Строптивый какой он, Эрен, до ужаса! — Радостно говорила с ним Ханджи, пока они спускались к карете, что должна везти их в Эрмих. — Намучаешься с ним. Слушай… А вдруг, он тоже имеет способность обращения в титана? — Ханджи… — Вздыхает Ривай. — Если бы мог, обратился ещё в Тросте. — Впрочем, да, — легко соглашается Зое. — Микаса, тебе уже лучше? — Да, майор, — подтверждает Микаса. — Лучше. Она смотрит на Эрена и видит в нем глубокую задумчивость и опустошенность. Это и неудивительно — столько событий за последние дни… Сначала шок от того, что бывший товарищ — титан, а после нахождение истинного омеги, который слишком много о себе возомнил. Впрочем, не удивительно — практически все люди проживающие в Сине именно такие. Гордо задирают носы, хотя сами из себя ничего не представляют. А этот… Как же его зовут? Андреа?.. Этот Андреа сам ничего не знает о том, что происходило с Эреном, и чем он жертвовал чтобы спасти их. Эрену достался не тот человек. Микаса должна радоваться за Эрена, ведь ему необычайно повезло. В который раз. Но только счастья никакого нет, лишь горечь потери. Она сжимает губы и снова чувствует резь в глазах. Опять ее нашла печаль. Микаса любила Эрена, была уверена, что как брата, но на деле оказалось по-другому. Сильнее и искренней. А теперь он будет со своим истинным омегой, который совсем не достоин Эрена. Удивление всех солдат было неимоверным, когда обезумевший титан поднял руку вверх со спасенным на ладони человеком. Она не задумываясь схватила его. Бессознательного, не плюющегося желчью, покрытого красной испариной и немногочисленными ранами омегу. Она осторожно подхватила его, боясь ранить еще больше. Как никак, он побывал в руке титана не желанно. Интересно, как Эрен даже сквозь оболочку почувствовал свою истинную омегу? Но это Микасе никогда не суждено понять, ведь Микаса — бета. — Майор Ханджи. — позвал Армин, когда они сели в повозку. — Куда мы едем и… Что здесь делает пастор Ник? — Ох, он мой давний друг, — Женщина набросила на священника руку. — Мы едем к Сине смотреть беженцев. Возможно тогда он передумает, и расскажет, что же делает в стене замурованный титан. — Беженцев? — переспросил Арлерт. — Стена Роза, кажется, прорвана. — вмешался в их разговор Ривай. — Боже… — Прошептала Микаса, а Эрен в это время будто очнулся ото сна. — Пала?! Почему вы раньше не говорили, капитан?! — А смысл? Устроили бы только ненужную панику и суматоху. Тем более, с твоими потрясениями. — Андреа… — зашептал альфа, зарываясь руками в волосы. — Он… Он ведь… — Уймись, — жестко оборвал его мужчина. — Он в безопасности. Отсиживается сейчас в Сине, в отличии от тебя. Нас ждут серьезные испытания, поэтому весь свой пыл подключи на спасение человечества. И своей омеги. — Да, конечно. — Эрен еще ощущал следы недавнего сокрушения, но взял себя в руки. Им многое предстоит пройти. — Пастор Ник, почему вы скрываете тайну о стенах?