Я к твоей боли добавлял еще сотни порций

      Это больно - смотреть на то, как человек, которого ты любишь, любит другого. Ты улыбаешься ему, его смс, а он улыбается человеку, которого считает частью себя, второй половиной. С ней он делится секретами, в подробностях рассказывает как прошел день, что ел и как скучал. А тебе он что напишет? Напишет, что занят был, что не мог ответить на сотню твоих смс, ибо работа важнее. Да все важнее, но не ты. Ты - что-то похожее на лимон, которым закусывают после рюмки коньяка.       Забавно... Однажды во время ночного разговора ты сказала, что ни в коем случае нельзя делать человека смыслом жизни. Он уйдет, воткнув сотню ножей тебе в спину. А сейчас что? Ты сделала его своим смыслом жизни.       Это больно - видеть его счастливым с другой. Он расцвел рядом с ней. Наверняка засыпает с мыслями о ней, хотя она лежит рядом и мило сопит ему в спину. Просыпается, целует в лобик. Он живет рядом с ней. А ты в этот момент лежишь на холодном полу своей серой квартиры и просто существуешь.       "Что не убивает, делает нас сильнее". Он постоянно твердил так, он верил в это и хотел, чтобы ты верила в это же. Но сил не осталось совсем, даже на моргать, а он хотел, чтобы ты во что-то верила. Глупый. Сильнее нас делает любимый человек рядом и внутренняя сила, а ты пустая, человека любимого нет, вера в любовь погасла тогда, когда увидела блондинку за его спиной. Когда он сказал, что не любит тебя. Все, что не делает нас сильнее, убивает.       Это больно - ходить по местам, которые что-то значили для вас двоих, а теперь это просто место в городе, куда ты приходишь, чтобы пореветь. Воспоминания крышу сносят, слезы душат тебя, а ты не можешь сказать не слова. Ты совсем отчаялась, ты не живешь, а существуешь. ты - просто тело. Нужно же что-то решать. Определенно.       Ты хотела путешествовать много, чтобы рядом был он, маленький чемодан и куча воспоминаний.       Ты хотела дом большой, с окнами в пол, чтобы смотреть в них на рассвете или провожать день, глядя на закат. А в итоге, ты живешь в съемной квартире, с ужасной хозяйкой и шумными соседями. Ты хотела быть счастливой. Ты хотела улыбаться, но... жизнь сыграла очень злую шутку. Ты больше не ты, ты не та Алина, которая была раньше, ты теперь просто тело. Ты разлагаешься изнутри.       "Покончить с жизнью - это не выход", - твердят все вокруг. Но сейчас ты понимаешь, что это не выход, да, это вход в новую жизнь. В жизнь, где ничего не болит и все прекрасно. И ты моментально находишь нужный контакт в телефоне, который высвечивается на первой строке, с дурацкой фоткой и именем "Сереженька". Вы:

— Ты прав, нужно закончить эту игру. Но если ты успеешь, то я и дальше буду жить, так же безнадежно тебя любя.

      Ты залезаешь в воду, выдыхаешь весь воздух из легких и погружаешься на дно ванной, пока он в другом конце города бросает все и едет к тебе с мыслью «хоть бы блять успеть».       Вот только он не успевает и в ванной твое бездыханное тело находит. Бросается в крик, бьет тебя по щекам, вытаскивая из воды и никак не принимая, что не успел. Он ведь отказывается в это верить. ----------------------------------------------------------------------------------------------------------- - Алиночка, смотри, — рядом с могилой встаешь, где бываешь чаще, чем в доме собственном, — эта девушка делала меня счастливым по-настоящему. С ней я был живым. И однажды она мне сказала, что не надо делать человека смыслом жизни, он уйдет и воткнет в тебя кучу ножей. - А как же мама? - А мама твоя - это те самые ножи. Сначала тебе было хорошо, а потом с каждой секундой все больнее и больнее, — малышка маленькая свои косички дергает, пока ты стоишь, грустно улыбаясь, с тяжелым грузом на душе. -----------------------------------------------------------------------------------------------------------       Ты ведь так и не узнаешь, что он любил тебя так, как любит свою дочь. За четыре года, что тебя нет, у него родилась хорошая девочка, он стал любящим отцом, а жена его, Софа, поняла, что не нагулялась и укатила в Барселону к испанцу , оставив дочь на Сережу. Он винил себя во всех бедах, но обещал, что сделает свою дочь самой счастливой, как хотел сделать когда-то Алину.       Вот только жалеет, что важные слова для нее тогда не произнес, когда еще не поздно было все спасти.       «Алина, я люблю тебя».