Однажды я убил любовь. Теперь она вернулась и медленно убивает меня.

26 июля 1997 года, Литтл-Уингинг, графство Суррей        Операцию готовил я лично, поэтому захват Поттера был спланирован лучше некуда. Все силы были брошены на патрулирование Литтл-Уингинга. Пришлось задействовать даже задержанных в рейдах волшебников и применить к ним Империус. Пожиратели Смерти и эти несчастные, разбитые на пары, с ночи двадцать пятого июля кишели в небе. Вокруг дома Поттера были расставлены ловушки, которые должны были просигнализировать о применении магии. Благодаря нашим людям в Министерстве, над всем городишком был огромный антиаппарациооный купол, якобы для безопасности Поттера. Каминная сеть – давно взята под контроль.       Оставалось только караулить, пока вся орава последователей старика Дамблдора не явится за мальчишкой верхом на каких-нибудь тварях или на метлах.        Накануне уехала семейка Поттера. У меня была мысль взять их в заложники и шантажом выманить мальчишку, но, во-первых, их сопровождал патруль орденовцев, а во-вторых, насколько мне было известно, Поттер питал к ним такое отвращение, что если бы и вышел, то только для того, чтобы посмотреть, как я их убиваю.        Если говорить серьёзно, нападение на семейство магглов только заставило бы Орден Феникса усилить меры безопасности. Это мне было не нужно.        Около семи вечера двадцать шестого июля напряжение достигло апогея. Я больше не мог ждать в Малфой-меноре и аппарировал недалеко от Литтл-Уингинга. Быстро взмыл в небо черной дымкой и на всякий случай активировал Метки сподвижников, чтобы в меня ненароком не послали пару проклятий. Набрав высоту, я разглядел несколько парочек, плавно парящих в ночном мраке.        Ко мне подлетел один Пожиратель Смерти, сидящий верхом на метле с полированной черной рукоятью. Я совершенно в них не разбирался, так как никогда особенно не интересовался квиддичем, но велел всем участникам операции раздобыть самые лучшие метлы. - Мой Лорд, - я узнал голос Рудольфуса, а когда Пожиратель скинул капюшон, узнал и его маску. - Ничего? - Все тихо пока что, - кивнул Лестрейндж. - Присматривай за Беллатрикс, Рудольфус, - приказал я. – Мне не нравится её энтузиазм, есть ощущение, что она не совсем отдаёт себе отчёт в происходящем. - Она готова жизнь отдать, служа вам. Словно в этом есть что-то новое, - хмыкнул Пожиратель.        Я с усмешкой посмотрел в зеленые глаза за серебряной маской. - С годами ты стал невыносимо похож на отца, - констатировал я. – Тоже любишь поговорить. - Прошу прощения, если сказал что-то лишнее, Повелитель, - Рудольфус склонил голову. – Я только имел в виду, что все Лестрейнджи бесконечно преданы вам. - Сегодня есть повод доказать это делом, - заметил я. - Повелитель! – закричала резко подлетевшая к нам Беллатрикс. – Они здесь! Почти весь Орден Фенкса, даже старик Грозный Глаз! - Предупредите остальных, - отрывисто велел я. – Скоро начнётся…        Я видел, как силуэты Пожирателей образовали широкий круг, и сам парил над ними, зорко всматриваясь вниз. Мой взгляд пронзал облака и туман, и я мог видеть, как члены Ордена Феникса зашли в дом Гарри Поттера. Сложнее всего было дождаться, когда они выйдут. Неприятно сосало под ложечкой – а что, если мы чего-то не предусмотрели, что-то не учли? Вдруг мальчишка опять просочится сквозь пальцы?       Но вскоре я увидел, что орденовцы выходят из дома и взмывают в небо. От нетерпения сводило скулы.       Приближалась группа волшебников, их было человек четырнадцать-пятнадцать, рассредоточившихся по двое на метлах, фестралах и даже на каком-то заколдованном маггловском приспособлении. У нас численное превосходство больше чем втрое, неплохо.        Я был так напряжен, что, казалось, даже звук отошёл на второй план. Я весь обратился во внимание, жадно всматриваясь то в одну приближающуюся тень, то в другую. Когда Орден Феникса поравнялся с Пожирателями, они со всех сторон кинулись на врагов. Засверкали вспышки, и наконец-то я смог разглядеть тех, кто вступил с нами в битву… И тут же подумал, что помутился рассудком. Гарри Поттер за спиной рыжего парня, Гарри Поттер в уродливом маггловском мотоцикле, Гарри Поттер на фестрале вместе с ещё одним из семейства Уизли… - Инферналы побери, они использовали оборотное! – закричал где-то Долохов.        Вот же хитрые выродки! Такого даже я не мог ожидать. - Преследовать каждого! – прокричал я в ответ, судорожно соображая, за кем же помчаться мне.        Грозный Глаз самый опытный, только ему могли бы доверить настоящего Поттера. Без дальнейших раздумий я бросился вслед за ним. Я мчался что есть сил за старым аврором, буравя взглядом черную макушку очкастого подростка. Неужели этот час настал? Я быстрее, я вот-вот буду достаточно близко для точного заклинания, и, возможно, наконец-то закончится история Мальчика-Который-Выжил. Одна мысль об этом пьянила, и я уже предвкушал удовольствие победы, занося руку над жертвой…        Поттер почему-то не спешил геройствовать в этот раз, и в мою голову закрались первые подозрения. Мальчишка весь сжался, воровато оглядывался с испугом на лице, жался к Грюму… И хотелось бы верить, что это он так обрадовался встрече, но раньше, кажется, при виде меня он наоборот терял последние крупицы самосохранения…        И тут, когда я уже был готов проклясть его, Поттер вдруг взял да аппарировал! Проклятье, это был точно не он! Мальчишка совсем кретин, он бы скорее вступил со мной в схватку, чем бросил бы своих товарищей!        От аппарации Грюма слегка занесло, и его метла пошла боком, замедляя ход, а он был слишком занят тем, что пытался выровнять её. И тут, увидев меня, он вдруг резко развернул древко ко мне и уставился прямо на меня с жуткой злобой на изуродованном шрамами лице. - Я не боюсь тебя! За Дамблдора! – взревел Грюм, собираясь послать в меня проклятье.        Но я оказался быстрее, и несказанным удовольствием поразил его мощнейшим Секо, угодившим прямо в безобразное лицо. Удар оказался такой силы, что Грюма крутануло несколько раз в воздухе вместе с метлой, и, выронив её из рук, грузный аврор полетел камнем вниз. Но я уже не смотрел за его последним полётом, так как погнался за ближайшей парочкой.        Поттер и рыжий парень на фестрале. Вряд ли… Впрочем, нет времени разбираться. - Авада Кедавра! – прокричал я.        Фестрал резко ушёл вниз, и зеленый луч пронёся в паре дюймов от рыжего волшебника. - Билл! – звонким голосом воскликнул испуганный Поттер, выкрикнул несколько слов на французском, и чисто женским движением всем телом прижался к Уизли.        Не тот, не тот! Опять ошибка!        Я стал бешено озираться.        Кингсли Бруствер! Конечно, Поттер наверняка под защитой этого сильного волшебника… Грюм слишком стар и уже выжил из ума, поэтому защиту Поттера доверили Брустверу…        Этот Поттер тут же стал защищаться изо всех сил и достаточно умело. Кажется, тот самый… - Настоящий! Милорд! Милорд! – завопил подлетевший ко мне Роули. – Мы нашли его, он в мотоцикле с великаном! Он использовал Экспеллиармус и у него там сова!        Не говоря ни слова, я полетел вслед за Роули так стремительно, как только мог. Подобно молнии я нёсся в облаках, и вокруг меня трещала и пульсировала моя магия. Рука, сжимающая палочку, словно свинцом налилась – так я был напряжен, так мне не терпелось.        Вскоре я увидел впереди мотоцикл, которым управлял недоумок Хагрид. Роули с одной стороны и Долохов с другой поравнялись с мотоциклом, не давая ему возможности уйти в сторону. - Авада Кедавра, - прошипел я не своим голосом. – Авада Кедавра!        Мотоцикл подрагивал в воздухе и оба проклятья прошли немного выше лохматой бошки Гарри Поттера. Поттер оглянулся через плечо и его глаза расширились. Он увидел меня, а я наконец-то понял, что на этот раз не ошибся.        Мальчишка стал не глядя швырять оглушающие заклинания во все стороны, но всё мимо. Хагрид тоже увидел меня и, взвыв от ужаса, бросил управление своим хламом. Мотоцикл стал уходить в пике, я камнем бросился вслед. Мимо пролетело чье-то тело – похоже, что Поттер задел Роули. Не было времени спасать Пожирателя, я видел только Гарри Поттера перед собой.        Дистанция между нами стремительно сокращалась. Метров десять, не больше. Но мотоцикл, падая, вращался, и мои Авады упорно рикошетили об него, вместо того, чтобы попасть в Поттера. Долохов, как сумасшедший, вынырнул из-под моей руки и кинулся к мотоциклу, уводя метлу в пике. Я едва не убил его Авадой Кедаврой и был вынужден замешкаться. Антонин уже протягивал руку к загривку Поттера, когда на него вдруг всей тушей бросился великан!        Метла, не выдержав их общего веса, полетела вниз, и я слышал только ругань Пожирателя, пытающегося стряхнуть Хагрида с себя.        Что же, один на один, так лучше.        Ничто уже не могло помочь Гарри Поттеру, нас разделяло буквально расстояние вытянутой руки. Я слышал, что за мной летят другие Пожиратели. Они опять окружали падающий мотоцикл. - Мой! – порывисто выкрикнул я. - Авада… - взревел я, взмахивая рукой.        Поттер, кажется, чуть ли не терял сознание, но тут я увидел, как его рука с волшебной палочкой поднимается в мою сторону. Вдруг из неё вырвалась мощная золотая молния. Я инстинктивно выставил перед собой палочку Малфоя, и заклинание ударило прямо в неё. Вспышка ослепила меня на несколько секунд, а палочка Люциуса в моей руке обратилась в пыль.        Поттер шарахнул по какой-то кнопке, из трубы мотоцикла вырвался огонь. Я был в таком состоянии, что магия плескалась через край, и одной поднятой руки хватило, чтобы пламя мягко обтекло меня с двух сторон, лишь обдав жаром. Зато Селвин рядом вскрикнул, обжегшись.       Нет, я не мог упустить его опять! Лицо моё исказила страшная злоба. Я уже не понимал, сколько осталось до земли, кто вокруг нас, что делает Поттер. Я только помнил, что где-то справа был Селвин. - Палочку, Селвин, дай твою палочку! – завопил я что было сил, вытягивая руку в сторону.        Почувствовав древко в ладони, я выхватил палочку из рук Пожирателя. Я уже был настолько близко от Поттера, что мы в упор смотрели друг другу в глаза. Всё, последний выпад.        Опять я занёс руку…        И вдруг всё пропало, абсолютно всё. Мотоцикл, Поттер, остатки огня… Но не было же хлопка аппарации! Не было! Как это возможно!? - Повелитель, осторожно! – окрикнул меня Долохов, летящий снизу.        Я замер в воздухе, не долетев до земли метров пятнадцать. И, поняв, что упустил Поттера, издал протяжный бешеный рык. В припадке ярости я рассёк воздух палочкой, обрушивая на землю Адский Огонь. Мне всё ещё казалось, что Поттер просто упал вниз, что он где-то рядом… Не мог же он сквозь землю провалиться!        Подо мной вспыхнуло поле. Линии маггловских проводов взрывались и лопались одна за другой. Ревущее пламя за несколько мгновений осветило окрестности – нигде не было ни намека на мотоцикл или Гарри Поттера. Меня опять обыграли. Опять Гарри Поттер был прямо в моих руках, и опять он выскользнул из моих пальцев.       Из моих ноздрей вырывалось шумное дыхание, глаза метали молнии, вокруг клубилась темная магия. Пожиратели Смерти предусмотрительно отлетели на безопасное расстояние. Я бездумно смотрел на пламенную бездну под собой и сжимал челюсти так, что желваки сводило. Малейший звук или жест мог вызвать взрыв сейчас, и все это понимали.        В Менор я вернулся в мёртвой тишине, больше всего желая выпустить пар на ком-либо. Но и здесь мне не повезло – в холле уже царила суматоха, туда-сюда сновали домовики, ухаживающие за ранеными. Навстречу мне выбежал Рабастан. - Мой Лорд, Рудольфус! Он упал с метлы!        Я только утробно зарычал и отпихнул Лестрейнджа в сторону. О да, чем ещё можно было дополнить этот вечер? Странно, что не Белла упала. Тогда на торте была бы ещё и вишенка.        Я взмахом рук с грохотом распахнул двери в комнату Рудольфуса. Лестрейнж уже лежал на кровати, над ним орудовал Фоули. Беллатрикс, до моего появления сидевшая у постели мужа ко мне спиной, резко обернулась. В её глазах я увидел слезы и страх. - Уизли проклял Руди, и он упал… - прошептала она дрожащими губами. – Я кинулась следом, но не успела… Я не успела…        Беллатрикс заплакала и зажала рот рукой.        Я посмотрел на Рудольфуса – из уголка губ струилась кровь, всё тело было изломано, не нужно было быть лекарем, чтобы увидеть это. Грудная клетка приплюснута, видимо, что-то с рёбрами. Вот уж воистину, без волшебной медицины у него не было бы шансов. - Он будет жить? – спросил я у Фоули, между делом думая, что задавал этот вопрос ему уже с сотню раз.       Фоули устремил на меня уставший взгляд и тяжело вздохнул. Он тоже подумал об этом и уже предвкушал порцию угроз. - Ветки деревьев смягчили удар. Есть риски, но, полагаю, шансы неплохи… - аккуратно проговорил целитель.        Я кивнул Беллатрикс на дверь и вышел. Белла помедлила мгновение, посмотрев на бесчувственного супруга, и поспешила вслед за мной. В темноте коридора мы оказались вдвоём. - Поттер ушёл, Милорд? – прошептала Белла. - Да! Да, они использовали какое-то заклинание, расщепив пространство. Поттер словно проскользнул в игольное ушко и ушёл. Проклятье, я почти мог дотянуться до него рукой!        Я не сдержался, и окно в конце коридора треснуло. Беллатрикс молчала, но по её лицу градом бежали слёзы. Я почувствовал, как её подрагивающие пальцы сжали мою руку, и отвернулся к окну. Беллатрикс стояла ко мне вплотную, держа меня за руку и прислоняясь лбом к моему плечу. Её плечи дрожали. За окном начал моросить дождик. Я чувствовал уже даже не ярость, а опустошенность. Удача опять отворачивалась от меня.       Нет в этом мире ничего более невыносимого, чем уже верить в благополучный исход, и потерпеть неудачу! Так ведь во всём, во всех возрастах и ситуациях. Мечтать о высшем балле на школьном экзамене, и, уже почти заслужив его, допустить ошибку. Желать женщину, уже почти получить её, и в последний момент упустить. Хотеть убить врага, и дать ему уйти в последний момент... Полагаю, многие люди со мной согласились бы - нет ничего хуже для самолюбия, чем упустить что-то, что было уже в руках. В моём же случае ситуация с Поттером уже настолько неприлично затягивалась, что я уже не мог держать себя в руках.        Отняв руку у Беллатрикс, я стремительно направился в холл и остановился наверху лестницы. В это время как раз все Пожиратели прибыли и медленно разбредались по дому. - В ближайшее время мы возьмём Министерство Магии. Поттер может подождать, он всего лишь мальчишка, - бросил я.        К черту его, не будем зацикливаться. Надо действовать быстро, пока последователи Дамблдора ещё не оправились после его смерти.        Прежде, чем удалиться к себе, я всё же заглянул к Рудольфусу. Тот бредил, на лбу мужчины выступила испарина. Фоули занимался его позвоночником. - Срастить кости, и останется только лёгкая хромота, - заявил целитель. – Внутренние органы я уже привёл в порядок, но мистеру Лестрейнджу придётся принимать нужные зелья ещё довольно долго… Он будет в порядке, Милорд… - Темный Лорд? Он здесь? – пробормотал Рудольфус, пытаясь приподняться. – Я должен сказать.. Пока я ещё жив… - Судя по прогнозу, тебе ничего особенно не угрожает, - хмыкнул я.        Стоило ли разводить такую трагедию, раз Фоули пообещал его подлатать? - Мистер Лестрейндж, лежите смирно, - велел целитель. – Ваши ребра ещё не вполне срослись, пару дней вам лучше бы не двигаться лишний раз.        Рудольфус пробормотал что-то невнятное, и его голова упала на подушку. Я вопросительно взглянул на Фоули. - Он упал с большой высоты, сотрясение мозга – это нормально, - проинформировал он меня.        Я хотел было ядовито добавить, что для всех Лестрейнджей это нормально с пеленок, но не стал, так как в комнате опять появилась Беллатрикс, которая, судя по всему, очень переживала за супруга.        Через некоторое время я спустился в подземелья Малфой-менора, где в одной из темниц томился старик Оливандер. Вместо приветствия, я обрушил на него несколько Круциатусов. - Палочка Малфоя не помогла! – прокричал я ему в лицо. – Она буквально рассыпалась в моих руках! Что это значит!? - Пощадите… - хрипел Оливандер, трясущимися руками закрываясь от меня, словно это могло помочь. - Что не так с волшебной палочкой Гарри Поттера? – шипел я, склоняясь над ним. – И какая палочка нужна мне, чтобы не было этой треклятой связи? - Я не знаю, я не знаю, я не знаю, - задыхаясь, скрипел Оливандер.        По морщинистым щекам текли слезы. - Я буду пытать тебя до тех пор, пока не получу ответ, - прорычал я, опять занося палочку. – Круцио!        Дрожащий, надламывающийся голос Оливандера огласил подземелье. Едва я опустил свою палочку, а старик перестал кричать, я схватил его за подбородок и вонзил взгляд в его обезумившие от боли глаза. Ничего! Информация, о чём угодно, только не о том, что нужно! Он знал всё о том, как изготавливать волшебные палочки, но ничего не знал о том, как разорвать связь между нашими с Поттером!        Я вполне довёл бы его до сумасшествия, продолжая эту пытку Круциатусом и Легилименцией. Но тут Оливандер словно вспомнил что-то, замычал, при чём из его рта уже сочилась слюна, вознёс руки к небу и простонал всего два слова: - Старшая палочка!        Я тут же отпустил его и выпрямился. - Что? Олливандер беззвучно плакал и вздрагивал всем телом. - Что ты сказал, старик? – процедил я, опять поднимая палочку. - Старшая палочка! – хныча, просипел Олливандер. – Дары Смерти…        Я вопросительно вздёрнул одну бровь. Эту легенду я хорошо знал. - Это ведь сказка для детей, - нахмурился я. – Разве не так? - В Болгарии есть мастер по волшебным палочкам… Его фамилия Грегорович, - перемежая свою речь стонами и всхлипами, рассказал Оливандер. - И что же? Говори! - В начале века прошёл слух, что он нашёл старшую палочку, - простонал Оливандер и без сил откинулся на стену.        Большего он, к сожалению, не знал. Я проверил, разумеется. И, весь в своих мыслях, поднялся из подземелий. 1 августа 1997 года, Лондон, Министерство Магии        После неудавшейся операции я буквально заставил себя отодвинуть все мысли о Поттере на задний план и полностью сосредоточился на Министерстве Магии. Оставаться спокойным было крайне тяжело. Не могу описать словами, насколько это выводило из себя – в который раз Поттер уже был в моих руках, а потом волшебным образом испарялся! Мне даже казалось, что ещё один такой провал я попросту не переживу, так меня это выводило из себя.        Но как же для меня было важно – получить мальчишку и, в конце концов, убить его! Видит великий Салазар, я уже даже не хотел пытать и мучить его, просто использовать, в конце концов, Аваду Кедавру, и всё! И вместе с этим желанием в моей душе поднималось волнение. Было что-то не то с Поттером. Нас словно что-то связывало, и я никак не мог понять, что именно. Я полагал, что всё дело в палочках, но вот я использовал волшебную палочку Люциуса – и что же? Опять произошло что-то совершенно непонятное.        Поэтому, хотя дни напролёт я занимался разработкой плана захвата Министерства Магии, вечерами я бросался штудировать древние фолианты, собирая информацию про Дары Смерти. Пока что я не спешил делиться этим с Пожирателями, но решил сразу же после взятия Министерства заняться поисками следов Старшей палочки, если она, конечно, и в самом деле существовала…        Первого августа все Пожиратели Смерти до единого участвовали в захвате Министерства, за исключением разве что Рудольфуса, который всё ещё не до конца оправился.        Впрочем, всё прошло куда легче, чем я мог себе представить.        Стоило в холле Министерства появиться мне и моим людям, как поднялась жуткая паника, и все волшебники кинулись врассыпную. Только аврорат пытался оказать сопротивление во главе со Скримджером. Авроры высыпали к фонтану, где я и мои люди уже ждали их, а бравый министр Скримжер лично возглавил оборону. - Это бессмысленно, - прокатился мой голос, усиленный Сонорусом, под сводами Министерства. – Пожирателей Смерти и лояльных нам волшебников слишком много, и они уже наводнили всё Министерство. Те из вас, кто сдастся, получит моё помилование.        Надо сказать, эффект я произвёл впечатляющий. За моей спиной стояло около сотни Пожирателей Смерти и тех олухов, которые попали к нам в руки и теперь находились под Империусом. Рядом дьявольски хохотала Беллатрикс, которую все прекрасно знали в лицо и слава которой пугала немногим меньше, чем моя собственная. И, наконец, я. Лорд Волдеморт собственной персоной. Во главе целой армии, спокойный и уверенный в своей безоговорочной победе, с усмешкой на губах, поигрывающий палочкой… - Я не заставляю никого сражаться на моей стороне, - заговорил наш благородный министр. – Но знайте, что если зло не остановить сейчас, то оно станет ещё сильнее.        Меня всегда умиляла эта привычка называть меня «Злом». Это ведь даже не было метафорой, большая часть населения Магической Британии действительно считала меня злом в высшей инстанции и боялась так, как средневековые магглы – Сатану. Это мракобесие было мне удобным, то, что я внушал страх, всегда помогало, хотя ограниченность и тупоголовость волшебников удручала. - Те, кто посмеет оказать сопротивление, будут жестоко наказаны. Подумайте о своих семьях прежде, чем принять решение, - не без издевки глядя на Скримджера, заявил я.        Министр смотрел на меня с крепкой ненавистью. О да, он ненавидел меня и всю мою гвардию ещё со времен истории с Алекто Кэрроу. Ведь тогда, в восемьдесят шестом, мне даже показалось, что он едва ли не влюбился в девчонку. Если бы не история с Пауком, возможно, я бы разыграл тогда этот козырь.        Несколько молодых авроров неуверенно и медленно опустили палочки и, помявшись, стали пятиться назад. Ладно, я и не ждал, что они мгновенно примкнут к моим рядам. Оставалось человек тридцать, не больше, и это казалось мне смешным. - Министр нужен мне живым, - прикрикнул я через плечо. – С остальными, полагаю, можно разделаться… Если, конечно, кто-нибудь вдруг не захочет рассказать о местоположении Гарри Поттера.        Ох, какое это было сражение! Ради таких дней, наверное, и жила Беллатрикс. Когда стенка на стенку, не на жизнь а на смерть, и превосходство на нашей стороне. Белла, как обычно, забывалась, лезла в самую гущу, и её бешеный хохот перекрывал шум сражения.        Я же медленно, но верно продвигался прямиком к Скримджеру, разя проклятьями направо и налево. Министр, надо отдать ему должное, был сделан из крепкого теста и не дрогнул перед моим лицом. Он был готов к этой дуэли, хотя и знал, что она будет последней в его жизни.        Скримджер даже умудрился продержаться в честной схватке минут пятнадцать, но мой Верикус сокрушил его защиту, и аврор, отлетев на несколько метров, угодил прямо в фонтан. Забавно, не так давно я разворотил это место к инферналам, сражаясь с Дамблдором, и вот я опять здесь.        Прежде, чем министр успел подняться, я обезоружил его и наступил прямо на раненую грудь. Скримджер застонал, и вода вокруг него стала окрашиваться в красный. - Где Гарри Поттер? – требовательно спросил я.        Министр сверлил меня ненавидящим взглядом и упорно молчал. - Круцио! Где Поттер?        Скримджер сперва держал зубы стиснутыми, но потом все же из его глотки вырвался протяжный вопль. К этому моменту сражение уже остановилось - каждый аврор понял, что их предводитель побеждён, и в ужасе замер, глядя в фонтан. Особенно упрямые были обезоружены и схвачены. - Где Гарри Поттер? – спросил я в третий раз. – У своих рыжих друзей? Но как найти их дом, он ведь так надежно от меня спрятан. - Я никогда не помогу тебе, - процедил Скримджер сквозь зубы. - Но я ведь всё равно узнаю правду, - пожал я плечами, обводя глазами моих Пожирателей и уже больше играя на публику.        Беллатрикс с готовностью визгливо расхохоталась рядом. Она стояла в окружении нескольких трупов и кокетливо наматывала локон на палочку, улыбаясь во все тридцать два зуба. - Зачем же страдать, Скримджер? – продолжал я. – А ты будешь страдать. Или, если хочешь, на твоих глазах я буду мучительно убивать твоих людей, пока ты не скажешь, где Гарри Поттер. - Мы все и так уже мертвы, - превозмогая боль, процедил аврор, стараясь говорить так, чтобы его люди слышали его. – И лучше умереть с честью, чем ползая у ног Лорда Волдеморта.       Он прямо таки выплюнул моё имя. Надо же, произнёс вслух. Значит, на самом деле ни на что не надеется и готов идти до конца. Что же, я выбью правду так или нет. - Круцио, - с удовольствием протянул я, направляя палочку прямо на рану Скримджера.        Тот закричал, плюясь кровавой слюной, забился под моей ногой. Некоторые из его людей дернулись было к нам, но были мгновенно убиты или крепко связаны. Я выждал несколько минут, чтобы окончательно деморализовать авроров и лишить министра возможности даже думать трезво, не то что использовать окклюменцию.        Когда он уже почти потерял сознание, я снял с него Круциатус и, сжав волосы Скримджера, подтянул его лицо вверх и внимательно всмотрелся в глаза. О да, как я и думал, он только вчера видел Поттера своими глазами. Конечно же, в окружении Уизли… Мерлин и Моргана, да мне повезло схватить хранителя тайны! О да! Теперь дыра Уизли в моих руках!        Я отпустил Скримджера и тот, хрипя и задыхаясь, откинулся на спину, всё ещё пытаясь не уйти под воду с головой. - Господа, - радостно протянул я, воспарив над фонтаном и зависнув в воздухе. – Сегодня один из бесконечных Уизли женится, в числе гостей Гарри Поттер. Не стоит ли и нам заглянуть на огонёк?        Пожиратели Смерти радостно загоготали. - Антонин, Беллатрикс, возьмите с собой человек двадцать, и отправляйтесь к Уизли немедленно, - велел я. – Кто-нибудь уже наверняка успел предупредить Поттера, но, возможно, мы успеем…        Беллатрикс и Антонином быстро кивнули и, отобрав пару десятков Пожирателей из старой гвардии, были таковы. Я же опустил взгляд на Скримджера, который все еще дышал. - Лайтус, - с упоением проговорил я, направляя на него палочку.        Лайтус ударил в грудь Скримджера, и так как тот по-прежнему находился в воде, эффект получился чудесным. Вся вода забурлила и затрещала, наполняясь силой заклинания, и Скримджер, сопровождая свою кончину ужасающими воплями, буквально поджарился за несколько мгновений. Потянуло жженой плотью. - Итак, если есть желающие поклясться мне в верности и получить помилование, я буду в кабинете министра, - весело сообщил я, с громким хлопком аппарируя прочь.        Многие на самом деле присягнули мне на верность. Им не за кого было больше сражаться. Министр был мертв, с Орденом Феникса эти люди, по всей видимости, связи не имели и в Поттера не очень-то верили. Я, знаете ли, был куда реальнее, особенно, когда парил с палочкой в руке над фонтаном с поджарившимся Скримджером.        Поттер, конечно же, успел уйти буквально из-под носа Пожирателей. И как бы ни допрашивали присутствующих, никто на самом деле не знал, куда он делся вместе со своим тупоголовым рыжим другом и лохматой грязнокровкой. Долохов и Роули поймали было след, но троице опять удалось уйти, причем победив в схватке моих Пожирателей… Хотя я и был огорчен этим, захват Министерства несколько скрашивал моё настроение. Роули получил своё наказание, Долохова я пощадил, помня о его старых заслугах. В конце концов, только он один остался из числа тех, кто был со мной с юности.        С того дня дела шли с переменным успехом. Я фактически пришёл к власти, ибо теперь и Министерство Магии, и Хогвартс, и магический Лондон, и вообще все более-менее значимые точки в Магической Британии были под контролем Пожирателей Смерти. Газеты печатали уже мою пропаганду, министерские работники выполняли уже мою волю, в Хогвартсе детей учили так, как я велел… Даже сопротивление ушло в глубокое подполье. Но вот только я был бы очень наивным человеком, если бы поверил, что все последователи Дамблдора вдруг исчезли и не дадут о себе знать никогда. О нет, я никогда не был наивен, и попросту ждал.        О Гарри Поттере не было ничего известно. Он словно сквозь землю провалился вместе со своей шайкой. В школу, где его уже ждали, Поттер не явился. В доме Уизли, за которым теперь вели беспрестанное наблюдение, не появлялся. Но я не оставлял надежды и устраивал ловушки и засады во всех местах, куда он мог бы явиться.        Второго сентября Поттер с дружками едва не попались, явившись в Министерство Магии под оборотным зельем. Я об этом узнал, увы, только после того, как мальчишку в очередной раз упустили. Яксли почти схватил их, но, увы, грязнокровка аппарировала раз за разом, пока он не отстал. В итоге след Поттера опять бесследно исчез.       Больше всего удручало то, что я не понимал, ради чего они так сильно рисковали, явившись прямиком в руки моих людей… Видимо, мстили за что-то Амбридж, так как её кабинет оказался взломан, а на саму почтенную сановницу было совершено покушение. По крайней мере, так всю историю преподнесли мне. - Что это было, инферналы бы их побрали, - пробормотал я себе под нос, расхаживая по кабинету.        Нагини, свернувшись крупными кольцами, лежала под столом и оттуда на меня смотрели немигающие желтые глаза. - Мой Лорд, мне кажется, что это был способ показать разбросанному по страну сопротивлению, что Поттер ещё жив и ещё готов сражаться, - негромко проговорил Рудольфус, занимавший кресло у камина.        Рядом с ним стояла тросточка, с помощью которой он передвигался по дому. Несчастный Лестрейндж всё ещё был плоховат. - Необходимо наказать всех, кто упустил их! – кипятилась Беллатрикс, стоявшая возле моего стола. - Если бы я наказывал всех, кто упустил Поттера, то давно бы остался без слуг, - злобно заметил я, зыркнув на Долохова, который тоже присутствовал на нашем небольшом собрании.        Пожиратель потупился. - Однако же, я вынужден признать, что версия Рудольфуса звучит наиболее убедительно, - нехотя признал я. – Да, это определенно какой-то знак, который Поттер хотел подать своим сторонникам… Не будем дожидаться новых сюрпризов. Рудольфус, я хочу, чтобы ты подготовил список всех людей, которые связаны с Орденом Феникса, или даже могут быть связаны. - Повелитель, невозможно уничтожить их всех, это ведь огромное количество волшебников. Все силы придется бросить на это, и мы ослабим контроль стратегически важных мест… - начал было Лестрейндж, но я поднял руку, призывая его к молчанию. - Нет, нет, это слишком топорно. Мы поступим умнее – расставим дополнительные ловушки и будем ждать, пока Поттер выйдет с кем-нибудь на связь. Но, все же, неплохо было бы взять кого-нибудь из особенно ярких личностей. Так сказать, чтобы остальные вели себя потише. - Тонкс! – взвизгнула Беллатрикс так, что я едва не вздрогнул. – Его дочь – аврор и точно член Ордена Феникса. Если мы не можем схватить её, возьмём в плен её отца. - Все же семейные узы, Белла, не дают тебе покоя, - поморщился я. – Но пусть будет так. Одного Тонкса, безусловно, мало. Схватить бы кого-нибудь из Ордена Феникса… - Почему бы не арестовать половину Гриффиндора? – хмыкнула Беллатрикс. - Это поставит нас в глупое положение, - тут же проговорил Рудольфус. – Нужны взрослые волшебники, которых все знают, а не дети. - Именно, - кивнул я. – Хотя и в школе, пожалуй, не помешает ввести особенно жесткую систему наказаний. Благо, оба Кэрроу там и, хочется верить, справятся со своей миссией неплохо. - В этом нет сомнений, - усмехнулся Долохов.        Я кинул на него мрачный взгляд, пытаясь понять, почему он так радуется. В последних воспоминаниях Антонина я углядел девчонку в короткой форменной юбке, курносую, со значком Слизерина. Вот ведь мерзавец, вместо того, чтобы искать Поттера в Хогвартс-экспрессе, пялился на старшекурсниц. - Можете быть свободны. Белла, останься, - негромко проговорил я, направляясь к креслу у камина и давая понять, что аудиенция закончена.        Антонин и с ним прихрамывающий Рудольфус покинули мой кабинет, и я услышал, как зашуршали юбки Беллы, подходящей ко мне. Нагини встрепенулась было, но я жестом велел ей оставаться на месте. - Я отлучусь на несколько дней, Беллатрикс, - сказал я, когда двери за спиной Антонина закрылись со щелчком. - Мой Лорд, - взволнованно начала было Белла и умолкла, не зная как продолжать.        Я положил руку на подлокотник кресла. Беллатрикс поняла знак и, подобрав юбки бархатного темно-синего платья, опустилась на толстый мягкий ковёр у моих ног, глядя на меня снизу вверх с выражением бесконечной преданности на лице.        Я сжал её плечо, ощущая под пальцами такие знакомые хрупкие косточки, и уставился в огонь. Присутствие Беллатрикс давало мне ощущение спокойствия хотя бы ненадолго. Это, знаете ли, как привычка дымить трубкой или цедить виски из стакана – привычные, знакомые действия, дающие иллюзию равновесия и стабильности. Вредные, в сущности, привычки. - Мой Лорд, могу я узнать, где вы будете в эти дни? – тихо спросила Беллатрикс, устремляя на меня взволнованный взгляд тёмных глаз. - Откровенно говоря, я и сам пока смутно представляю, - вполне честно ответил я, всё так же глядя в огонь. – Не бойся, Белла, мне ничего не будет угрожать. Это скорее… туристическая поездка, чем рейд.        Белла непонимающе нахмурилась. - Впрочем, тебе необязательно знать детали, - опомнился я. – Ты присматривай тут за всеми и делай то, что получается у тебя лучше всего – ходи с напыщенным видом и давай понять, что ты-то близка с Темным Лордом, как никто другой, и виделась с ним, то есть – со мной, не далее, чем пару часов назад.        Беллатрикс не обиделась на мою беззлобную шутку, и понимающе кивнула. - Никто не догадается, что вы отлучились, Мой Лорд, - кивнула Беллатрикс.        Я сжал и погладил её плечо, и откинулся в кресле, опять глядя в камин. В Малфой-меноре было прохладно даже в относительно теплые месяцы. Если осень Британии вообще бывает теплой… - И всё-таки, Белла, что-то не так с этой выходкой в Министерстве, - заметил я.        Беллатрикс, заметив, что я выгляжу устало, поднялась и встала за моим креслом. Её руки легли на мои плечи. - Это безобразная выходка – ни что иное, как попытка что-то доказать вам, Милорд, и всем остальным. Попытка сказать, что Орден Феникса всё ещё жив, а Поттер не сдался, - заговорила Беллатрикс, массируя мои плечи.        Я прикрыл глаза и расслабился. - Должно быть что-то ещё, - покачал я головой. – Я чувствую, что упускаю что-то очень важное… - Мой Лорд, в ваше отсутствие я проведу расследование происшествия в Министерстве, - предложила Белла. - Этим занимается Яксли, но ты встреться с ним, нагони страху, - кивнул я. – Может, станут работать более продуктивно… Беллатрикс Лестрейндж с проверкой в Министерства Магии! Как им это понравится, а? А ведь ещё совсем недавно они все кинулись бы тебя ловить, если бы, конечно, не скончались от сердечного приступа раньше. А теперь будут расшаркиваться, вот увидишь.        Умелые пальчики Беллатрикс прекрасно разминали мою спину, и я слегка разомлел. - Это будет необычно – после стольких лет опять спокойно показаться на людях, - прошептала Беллатрикс мне на ухо, в то время, как её ладони скользнули по обеим моим рукам, массируя каждую мышцу. – Это же ведь победа, Мой Лорд. Где это сопротивление? Его нет. Магическая Британия склонилась перед вами. Вы вольны делать всё, что пожелаете. - Поттер… - начал было я, но замолчал, наслаждаясь тем, как Беллатрикс разминает воротниковую зону. - Поттер – это только вопрос времени. Да и что может бездарный мальчишка против великого Темного Лорда? – нашептывала Беллатрикс.        Ох, великий Салазар, во дни самых тяжких сомнений и раздумий, если бы мне предложили на выбор любое успокаивающее средство или любой алкогольный напиток, я бы только попросил привести ко мне эту ведьму… Бесспорно, никто кроме Беллатрикс не мог видеть меня в такие моменты, когда я, уставший и измотанный, позволяю себя немного расслабиться и отдохнуть. Никто кроме Беллатрикс не мог так умиротворяюще на меня действовать. - Беллатрикс, тебе в детстве рассказывали какие-нибудь сказки? – задумчиво спросил я.        Руки Беллатрикс замерли на мгновение, а потом скользнула пальцами к моим вискам, решив, видимо, что я всё же переутомился из-за поисков Поттера и всей последней кутерьмы. - Может быть, в раннем детстве, - неуверенно ответила Белла, массируя мои виски. – Нянька. Родителям было особо не до этого, а няньку я не слушала – она ведь была грязнокровкой. - Я помню, каким ты была невозможным ребёнком, - фыркнул я. – И все же, какие-нибудь легенды или сказки тебе рассказывали родители? Вашему роду инферналы знают сколько веков, неужели никаких старинных легенд не вложили в твою юную головку? - Что-то, конечно, рассказывали. Про славные подвиги предков, по большей части. А почему вы спрашиваете, Милорд? Вам ведь известно, что с детства я слышала от родителей истории о вас, и вы были моей любимой легендой.        Я не удержался от того, чтобы улыбнуться краешками губ. Беллатрикс обвила мою шею руками и поцеловала меня в щеку. - Есть одна глупая сказка, про трёх братьев, - задумчиво протянул я. – Отношения у них были примерно, как у вас с сёстрами… - А, Дары Смерти? – вспомнила Белла. – Да, помню такую сказку. - Или это всё-таки легенда? – хмыкнул я. - Артефакты могли бы существовать, - предположила Беллатрикс. – Про то, что братья получили их из рук смерти, нечего и говорить. - И всё-таки, легенда или сказка? – продолжал я рассуждать вслух. - Я не верю в такие легенды, Мой Лорд. Я верю в то, что я вижу перед собой, - вполне в её манере ответила Беллатрикс. – А я вижу живую легенду – вас. Этого мне достаточно.       Она не понимала, про что я говорил, и от того начинала волноваться. Моя милая психопатичная Белла. - Правильно, Белла, - сказал я, и, похлопав её по локтю, чтобы отпустила, поднялся из кресла. – Я хочу выспаться в кои-то веки, завтра утром я отправлюсь в путь. Ты останешься со мной и завтра не спеши выходить из моих покоев. Пусть всё выглядит так, словно я в замке.        Засыпая, я думал о том, какой забавный каламбур получится – легенда в руках в живой легенды. Если, конечно, Беллатрикс ошибается и старшая палочка действительно не вымысел.        Подумав, что я уже сплю, Белла осмелилась придвинуться ко мне и обнять. Я не стал отстраняться, и, убаюканный её тихим дыханием, вскоре заснул.        Рано утром я проснулся, полный сил и энтузиазма отправиться на поиски Грегоровича. Но не тут-то было – Беллатрикс, будучи счастливой обладательницей множества психозов, караулила меня, и, стоило мне разлепить веки, заявила, что сойдёт с ума, если не будет знать, где я.        Чтобы не разбудить весь замок нашим скандалом, - а я, видит Салазар, всегда выходил из себя, когда она приставала с такими вещами, - пришлось задержаться, чтобы успокоить Лестрейндж. Успокаивал я её пару раз, и потерял на этом больше часа своего времени. Но в итоге я покинул менор вполне удовлетворённым, а Беллатрикс опять заснула.        Я проделал путь через море и, совершая прыжки аппарации, уже к полудню добрался Болгарии. А вот тут дела пошли не так легко – Грегорович, предчувствуя неладное, оказывается, уже несколько лет скрывался. Что же, жизнь давно научила меня быть терпеливым.       Используя угрозы, легилименцию и пыточные заклинания, я довольно быстро вышел на след старого мастера. В целом, путешествие по Болгарии напомнило мне мою лихую молодость, когда я, то в компании шайки друзей, то один, скитался по Европе в поисках таинственного и неизведанного. Мне, пожалуй, было полезно сменить обстановку, и поиски Грегоровича я воспринимал больше как небольшой отпуск. Я, признаться, до последнего не верил в то, что старшая палочка существует и что её реально найти.        Но, едва я обнаружил в одной захолустной деревушке Грегоровича спустя неделю поисков, я понял, что проделал свой путь не зря. Я «общался» с ним не более пяти минут, когда дряхлый старик, трепеща от ужаса, стал выкладывать мне всё, что ему было известно. -…сразу понял, что это необычная палочка. Каждое заклинание, произведённое с её помощью, многократно усилено. Она действует молниеносно, подчиняясь лишь ходу мыслей хозяина. Даже в руках самого бездарного волшебника эта вещица способна творить чудеса… - заикаясь, быстро говорил Грегорович. - Как волшебная палочка может усиливать заклинания? Магия заключена в волшебниках, палочки – только проводники, - проговорил я, не сводя глаз с мастера. - Эта палочка особенная, - слабым голосом объяснял Грегорович. – Бузина, пятнадцать дюймов, волос из хвоста фестрала… Она словно увеличивает силу магии, проходящей через неё… - Но чем это обусловлено? – допытывался я. - Этого я не смог понять. Но эта палочка, она необыкновенная, единственная в своём роде… - Так где же она? – воскликнул я, уже уверенный в том, что такая палочка мне вполне подходит. - Она была украдена у меня давным-давно каким-то мальчишкой, - сокрушенно качая головой, признался старик. - Покажи мне, - велел я, внимательно вглядываясь в его глаза.        Воспоминание было очень старым, размытым… Похититель, застигнутый Грегоровичем на месте кражи, был практически неразличим – была глубокая ночь, за окном лил дождь, а тучи надежно скрывали луну и звезды… Лишь на мгновение, когда юноша уже вскочил на подоконник, а в небе сверкнула молния, я смог разглядеть его профиль. Совсем молодой, кажется, белокурый… Ох, проклятье, как же мне найти его, спустя лет семьдесят? Если не больше…       Больше Грегорович ничего не знал. Я забрал его воспоминания о похитителе, сохранив их на всякий случай. Ещё немного покопался в его голове. И, поняв, что больше толку от старика нет, добил.        Что делать дальше, где искать следы того мальчишки, который больше полувека назад пробрался в волшебную лавку Грегоровича, чтобы украсть старшую палочку?.. Возможно ли это? И на что я буду опираться, на слова этого старого маразматика? Буду ли я вознаграждён по достоинству, заполучив эту палочку?.. Вопросов было слишком много.