Однажды я убил любовь. Теперь она вернулась и медленно убивает меня.

3 января 1971 Графство Норфолк, Брекленд, родовой замок Артуриуса Кэрроу        Артуриус, конечно, не дал мне удовольствия даже наказать его за опоздание. Ровно через полчаса, как я и велел, Паук стоял на ковре в моём кабинете, с небольшой папочкой подмышкой и в полной боевой готовности. Так я всегда называл готовность докладывать мне о чем бы то ни было. Ещё лет двадцать назад я заметил, что азарт, который можно заметить в глазах боевых магов на кровавых рейдах, их решимость и сила проявляются в Артуриусе Кэрроу только во время докладов на моих собраниях или у меня в кабинете. В то время, как большая часть волшебников полагалась исключительно на свои палочки, Паук всегда в первую очередь рассчитывал на свои мозги. Его оружием, которым он владел в совершенстве, был язык вкупе с интеллектом.        Не могу не сказать пару слов об Артуриусе в юные годы. В дальнейшем этот человек сыграет немаловажную роль во многих судьбах, так что важно припомнить о нём хотя бы самое основное. Чтобы просто понимать то, как Паук смотрит на мир, понимать, чем он руководствуется по жизни и что для него важно.        Так как мы с Кэрроу учились в одно время с разницей всего в пару курсов, я имел бесценную возможность наблюдать за ним ещё в те времена, когда легендарный Паук, зловещий Чёрный Вдовец и один из самых влиятельных людей нашего времени был всего лишь подростком.        Познакомился я с ним сразу после того, как впервые ступил на платформу девять и три четверти. Кто бы узнал в том мальчишке Паука! Где был его знаменитый конский хвост, которым аристократ щеголял по молодости, и который теперь трансформировался в элегантный низкий хвостик? Где была мертвенная бледность и резко очерченные скулы? А эта вечная грусть и смертельная усталость в остром взоре? Нет, тогда это был задорный маленький гадёныш, вечно взлохмаченный слегка невменяемый мальчишка, первая любовь многих слизеринок и любимчик Слагхорна. Впрочем, похождения по свиданиям, безумные приключения с друзьями и дерзкие выходки на переменах не мешали Артуриусу быть одним из лучших учеников. Если бы не ЗОТИ, он мог бы закончить Хогвартс с отличием.        Да, трудно представить, но в своё время Паук с грехом пополам сдал этот предмет, да и то изловчившись как-то схитрить. Я не могу сказать, что Кэрроу посредственный маг. Нет, нет, он гениально готовит яды, может помериться с профессорами в нумерологии, великолепно владеет трансфигурацией. Но дело в том, что даже мальчиком Кэрроу был очень болезненным. Он собрал все заболевания, которые только мог. Чудом избежал последствий драконьей оспы, периодически падал в обмороки, да ещё и имел жесточайшую аллергию на многие вещи. Не смотря на весь задор и любовь к различным выходкам типа прогулки в Запретный лес, на третьем курсе Артуриус был ростом с меня, первокурсника, на четвертом он умудрялся свалиться замертво с сердечным приступом от чего-нибудь безобидного типа Таранталлегры, на пятом падал с метлы на квиддиче из-за головокружения, вызванного высотой, на шестом аристократ умудрился отравиться сливочным пивом и едва не отдать Господу душу, к седьмому курсу был ниже меня, пятикурсника, на голову и уже в плечах.        В общем, о слабом здоровье рыжего волшебника слагали баллады, от которых гриффиндорцы смеялись до колик, а слизеринцы густо краснели. Эта гордость факультета, приносящая десятки баллов на всех теоретических занятиях, везде, где требовалась физическая сила и выносливость, становилась посмешищем. Можно представить, как сильно это задевало гордого и амбициозного юношу. Казалось бы, при таком раскладе нельзя было и помышлять о том, чтобы присоединиться к моим пышущим здоровьем друзьям, как старшие Лестрейндж, Малфой или те же Крэбб с Гойлом. Многие пророчили Артуриусу тихую жизнь в его замке, так как молодые люди, которым я разрешал примыкать ко мне, все были сильными волшебниками. Но я всегда знал, что Кэрроу добьется куда большего, чем от него ожидают. Быть может, большего, чем кто бы то ни было, не считая меня. Потому что, к несчастью, очень немногие волшебники считают, что нужно включать мозги, если у тебя в руке есть палочка, который ты отлично владеешь. Так и случилось. В отличии от многих, если не всех моих людей, Кэрроу, рано осознавший, что на волшебство ему особенно полагаться не приходится, так тренировал и обогащал свои мозги, так штудировал точные науки, историю, философию и даже психологию, что к двадцати пяти годам он мог поставить на колени половину Министерства Магии, даже не достав палочки. Он с необычайной ловкостью расставлял ловушки, доставал компромат на людей, шантажировал, манипулировал, дергал за ниточки своей огромной паутины и был мне так же полезен, как половина Пожирателей вместе взятых.        И теперь все те, кто когда-то над ним насмехался и отпускал язвительные шуточки в сторону Паука, были шокированы его живым выдающимся разумом, внимательностью к мелочам, изумительной памятью и великолепной логикой. Даже Абраксас Малфой, который в школьные годы клал однокурсника на лопатки в дуэлях под хохот прихвостней, понял, какого врага себе нажил, когда в один день обнаружил, что Паук раскинул свои сети на всю страну. Разумеется, Кэрроу не забыл ни одного унижения, которое перенёс из-за Малфоя, поэтому теперь отыгрывался на нём при каждом удобном случае.        Кстати, ещё один интересный нюанс. Кэрроу всегда кто-то нужен. Кто-то, рядом с кем он может почувствовать себя в тихой гавани. Рядом с кем может отдохнуть душой. Так было всегда. Думаю, в этом мы с ним больше всего отличаемся. Я могу быть один, а Паук - нет. Когда у Артуриуса нет дорогого человека, любящего его, заботящегося о нем, кого-то, кому Кэрроу нужен, руки мужчины опускаются и он становится ни на что не способным. В детские годы его поддерживали мать и старшая сестра (во время войны Гриндевальда они умудрились не вовремя оказаться в самом эпицентре боя, из-за чего погибли от шального проклятья), потом поддержкой Паука стала Элеонор, теперь это близнецы. Подумать смешно - такой человек и так зависим от близких! Ох, как же меня это раздражает... Но с другой стороны я всегда знаю, как надавить на Кэрроу.        Не могу не признать, что, не смотря на антипатию временами, я в чём-то восхищаюсь Артуриусом Кэрроу. Этот волшебник может запомнить добрую треть министерского листа испещренного цифрами с одного взгляда. Может припомнить, какой рукой человек Дамблдора держал бокал с шампанским на приёме лет восемь назад и понять, что он левша, а знать это в бою - бесценно. Может без труда ответить, какая именно ступенька на определённой Хогвартской лестнице заколдована. Феноменальная память. К тому же, Кэрроу построил свои планы на годы вперёд и рассчитал вероятность тех или иных событий так гладко, что мне только и остается, что терпеть его закидоны.        В общем, ясно, что с Пауком мне приходилось считаться во многих вопросах. А из того, что я сейчас припомнил, можно сделать некоторые интересные выводы - если у Артуриуса и есть слабое место, то это его семья. И, возможно, слабое здоровье. А в остальном могу сказать только одно: если Кэрроу хотел чего-то добиться, он мог утереть нос всему миру. Думаю, не трудно представить, как я ненавидел то, что не был посвящен в некоторые его планы. Но, если хорошенько подумать, я, наверно, мог как-нибудь использовать слабые места Паука.        Нет смысла вдаваться в подробности моей беседы с Артуриусом, могу сказать только то, что и в этот раз он не ударил в грязь лицом, поэтому у меня оставался только один выход, как узнать, что он задумал - Беллатрикс.        Разумеется, после блестящего доклада Кэрроу и этой его гадкой полуулыбочки, настроение у меня было, мягко говоря, не ахти. Я не успел успокоиться, когда пришла Беллатрикс. Кстати, она очень забавно столкнулась с Пауком в дверях.        В тот момент, когда мужчина покидал мой кабинет и проходил в дверь, на него налетела Белла, так что Пожиратели протиснулись в дверь одновременно. На несколько секунд они оказались слишком близко. Кажется, Кэрроу отлично понял, что я планирую делать с Беллатрикс, после того, как заглянул ей в глаза. Артуриус кинул оскорбленный взгляд на меня, настороженный на девушку, но ничего не сказал. Быть не может! Я раскусил его?        Лестрейндж проводила аристократа подозрительным взором, после чего прошла в мой кабинет. - Вы ничего не вытянули из него? - сходу спросила она. - Веришь ли, Белла, два часа, не отрываясь, смотрел ему в глаза и… Либо у него такой искусный блок, каких я ещё не видывал, либо наш Паук чист, как ангел Божий! - я стал мерить кабинет шагами, пребывая в полной задумчивости. - Не представляю, что ему от тебя понадобилось, Беллатрикс, но завтра же утром ты уедешь в Лестрейндж-холл и под любыми предлогами, отговорками и по каким угодно причинам будешь избегать Паука. - Как долго? - насупившись, спросила Пожирательница Смерти. - О, конечно, ты уже прониклась к нему симпатией! Дай угадаю, наш Кэрроу такая неординарная личность, окутанная ореолом тайн, что тебя дико раздирает интерес к нему? - предположил я злобным голосом.        Беллатрикс осмелилась только кивнуть. - Ладно, - смягчился я. - Не ты первая, кто попался на эту удочку. Знаю, что стоит сказать с ним пару слов, и уже сгораешь от желания полностью раскрыть этого человека и узнать о нём всё. Но, поверь, даже я не смог сделать этого за тридцать лет. - Как скажете, Милорд. Я уеду в Лестрейндж-холл и не буду с ним видеться, - покорно согласилась Лестрейндж, хотя я без труда понял, что больше всего ей бы хотелось проводить с Артуриусом много времени, чтобы разгадывать его тайны, учиться у него притворяться и врать, узнавать что-то новое…        Не знаю, руководила ли мною банальная ревность, или же только предосторожность, но я вбил себе в голову, что Паук раскинул свою сеть над нами с Беллой, что мне ой, как не нравилось. - Итак, начнём, - произнес я, приобнимая любовницу за плечи и подводя её к своему столу. - Постарайся не закрывать от меня, иначе будет больнее.        Белла облокотилась на стол спиной и встала лицом ко мне. Я даже достал палочку, чтобы наверняка. В больших черных глазах промелькнул испуг и ожидание боли. - Подожди, так не пойдёт. Беллатрикс, если ты будешь бояться, мне будет сложнее, а тебе - только хуже и неприятнее.        Видя, что мои доводы не действуют, я прибегнул к давно испытанному оружию. То есть, приблизился к Лестрейндж вплотную, прижав её к столу, и обнял за талию. - Белла, - негромко произнес я, - пожалуйста, расслабься и не сопротивляйся. - Я и не думала! - Да тебя трясёт от волнения!        И какой ублюдок сказал ей, как трещит голова после моего в ней пребывания?! - Если ты будешь мне помогать, у меня всё получится быстрее, - заявил я на полном серьёзе, отводя черный локон за плечико Беллы.        Она шумно выдохнула. Отлично. Я на верном пути. - Обещаю, я постараюсь не делать тебе слишком больно, - едва слышно пообещал я на ухо любовнице.        После чего сделал несколько шагов в другую сторону, поняв, что она более-менее расслабилась, а затем резко повернулся и, выкидывая руку с палочкой вперёд, произнес невербально «Легилиментс».        И хотя я старался действовать аккуратно, Белла вскрикнула, когда я ворвался в её разум, и девушке пришлось вцепиться в край стола, чтобы не упасть.        Картинки сменяли друг друга. Так… недавний рейд, моё последнее «наказание», немного позже… Сегодняшний разговор… Нет, раньше… Черт, вообще принятие Метки и страстная ночь в саду… Слегка перемотал назад. Пришлось вернуться на её разговор с Артуриусом два дня назад.        На террасе второго этажа было слегка прохладно, поэтому Беллатрикс куталась в легкий пеньюар, надетый поверх ночной рубашки. Но почему-то ей хотелось подышать свежим воздухом, не смотря на то, что шел снег. Большие белые хлопья ложились на бледное лицо, сливаясь с оттенком кожи, путались в пушистых смоляных кудрях, покрывали немного дрожащие плечи. Правильно, почему бы не попробовать схватить воспаление легких!? Ох, никогда не перестану удивляться её маразму...        И всё-таки не могу не признать, это было очень красиво. Как далеко ни смотри вдаль, а весь пейзаж белоснежный. Терраса из светлого мрамора покрыта пеленой снега. Одежда Беллатрикс такая же белоснежная. Её кожа не уступает своей белизной свежему снегу. Только глаза горят на бледном лице, да кудри резко выделяются.        Присмотревшись, я заметил, что по бледным щекам Лестрейндж стекают слезы. Так, что это вообще за день был? Ах да… Кажется, следующий после того, как я взял её силой и довольно жестоко… Да, точно. Нетрудно догадаться, наблюдая за немного ломанными и неловкими движениями женщины, некоторые из которых давались ей через силу. Да и на шее, которая покрылась мурашками от холода, ещё видны синяки и укусы. Тонкие пальцы лежат на широком подоконнике довольно долго, так как они покрыты слоем снега в пару сантиметров и уже немного дрожат от холода. Но Беллатрикс, кажется, не замечает этого. - Как он мог?.. - едва различимо шепчет она в пустоту. - О, я почти растроган, - хмыкнул я, глядя это воспоминание и начиная скучать.        Но вот на террасе появился ещё один человек. Беллатрикс не замечает, как Кэрроу подходит к ней, снимает с себя толстый сюртук, который статной Беллатрикс как раз в пору, и накидывает на плечи девушки.        Она дергается, как от удара, резко поворачивается, а потом с тихим стоном хватается за низ живота и немного сгибается. - О, простите, леди Блэк, я не хотел вас напугать! - весьма правдоподобно смущается Паук, придерживая девушку за предплечья. - Что-то случилось? Вы сама не своя. - Н-нет, - она прокашлялась и, отвернувшись, утёрла слезы. Через несколько мгновений Беллатрикс уже с непроницаемым лицом повернулась к аристократу. - Благодарю за беспокойство, но в комнате просто слишком душно и мне захотелось освежиться. - Думаю, вам лучше вернуться в тепло, - мягко предложил Артуриус.        Беллатрикс беспокойно оглянулась на балконную дверь. Припоминаю... Она тогда ещё слегка шарахалась от меня и хотела побыть одной. - Я так не думаю. - Вы совсем замерзли.        Он взял руки моей Беллы в свои и растёр их!!! О, как она смела это позволить!? А, нет, вырвалась… Слава Мерлину… - Мистер Кэрроу… - Для вас я просто Артуриус, - ослепительно улыбнулся волшебник, обнажив свои ровные белые зубы, которые не тронул возраст. - Мистер Кэрроу, - твердо продолжила Пожирательница. - Я, правда, ценю вашу заботу, но сейчас будет лучше, если вы меня оставите.        Она сняла с себя сюртук, и, протянув его мужчине, опять отвернулась к саду, холодная и неприступная, как одна из статуй, украшающая колонны террасы. - Ладно, если я не могу увести вас отсюда, придётся составить вам компанию, Снежная Королева, - усмехнулся аристократ, после чего всё же заставил Беллатрикс вернуть его сюртук на плечи.        Затем мужчина расчистил скамейку от снега согревающим чарами. - Мне кажется, вам лучше присесть. Вы кажетесь ослабленной, а стоите так близко к низким перилам, - заботливо произнес Кэрроу.        Брюнетка передёрнула плечами. - Мне будет бо… - Она кашлянула. - Я не хочу.        Артуриус тоже не стал садиться. Некоторое время они молчали. Беллатрикс смотрела прямо перед собой, а Паук - зорко наблюдал за ней. - Леди Блэк, я… - Лестрейндж. Я - Лестрейндж, - резковато поправила Беллатрикс. - Прошу меня простить. Но вы всё-таки невероятно похожи на всех Блэков в целом и каждого в отдельности. Скулы Вальбурги, брови Финеаса Найджелуса, осанка Ориона… И глаза, конечно, фамильные Блэковские глаза… - Да, да, я уже поняла, что вы отменно знаете мою семью, - устало хмыкнула Белла, взмахнув кистью с присущим ей одной изяществом.        Кэрроу проглотил язвительность моей любовницы, не моргнув и глазом. - Итак, мадам Лестрейндж, что привело вас в эту стужу на террасу в таком виде? - спросил Артуриус. - Вам не обязательно знать, - надменно бросила Белла. - Думаю, Милорду не хотелось бы, чтобы вы простудились.        Она засмеялась. - Думаете, это его волнует? Хотя… Да, наверно, Тёмному Лорду не понравится, если я не смогу выйти в рейд… - женщина машинально потерла шею, где красовалась одна из моих отметин. - Мадам Лестрейндж, мне кажется, вы не заслужили этого, - негромко произнес Кэрроу. - Чего? - спросила волшебница.        Делала ли она из себя дурочку специально, или действительно не поняла, но Артуриус осмелился коснуться кончиками пальцев синяков на ключице и руке собеседницы. Она отшатнулась. - Не нужно! Если он увидит!.. - Вы боитесь Темного Лорда? - слегка удивленно спросил мужчина. - Вы, которая знает о нём больше, чем любой из нас, вы, с которой он делится самым сокровенным и рядом с которой не боится засыпать, в то время, как не доверяет никому?        Польщенная Белла призадумалась. А я заскрежетал зубами. О, да он все делает, только чтобы умилостивить её и втереться в доверие! - Думаете, всё это не мешает мне его бояться? - глухо спросила она. - Это Лорд Во… Я даже имя его не смею произнести.        Уж не знаю, почему она так легко разговаривала с Пауком. Возможно, после всего произошедшего девчонке просто хотелось выговориться, а никого более подходящего не нашлось. Возможно, она была в слишком убитом состоянии и не находила в себе сил на молчание. Возможно, её железная маска дала трещину... Не знаю. Факт в том, что Паук воспользовался этим и изобразил недоумение. - И всё-таки вы на особом положении. Вот уж не думал, что сама Беллатрикс Лестрейндж трепещет от одного взгляда Милорда! С вашем-то положением можно было бы быть и смелее.        Ведьма опять рассмеялась. - Да что вы понимаете? - воскликнула она. - Вы не знаете его так, как я! Да, я боюсь Милорда до дрожи в колеях, потому что лучше, чем кто бы то ни было знаю, на что он способен, когда зол, или когда преследует какие-то свои цели, - она одернула себя, опомнившись.        От испуганной девочки не осталось и следа. Беллатрикс расправила плечи и окончательно взяла себя в руки. - Если хоть одно моё слово выйдёт за пределы этого балкона, я вас убью, - произнесла моя любовница ледяным тоном, после чего повела плечами, скидывая сюртук, и ушла к себе.        Я вновь оказался в кабинете. Злой, как сто гриндилоу, я испепелил любовницу взглядом. Она вся сжалась. - Что это было? - прорычал я. - Мой Лорд! - Я уже давно твой Лорд! - передразнил я. - Я-я-я была в подавленном состоянии, не понимала, что несу! - попробовала оправдаться Белла. - Мерлин, кто послал мне эту дуру? - злобно спросил я у кого-то незримого, а затем без предупреждения опять ворвался в мысли Беллатрикс.        Теперь Белла из воспоминаний выглядела немного лучше. Синяки под глазами стали менее заметными, на лице появились хоть какие-то краски. Она стояла в гостиной, за моим креслом, и вовсю ластилась ко мне.        Частенько бывало, что я читал, позволяя любовнице разминать мои плечи. Иногда она даже сидела у меня на коленях, когда я читал писанину Нотта. Это было своего рода развлечением. Или же Беллатрикс могла сидеть возле моего кресла на подставочке для ног, положив свою кудрявую голову мне на колени. В общем, когда у меня было более-менее хорошее настроение, я баловал её.        Так было и в тот вечер. Белла сидела в моём кресле у меня на руках, а я зачитывал ей отрывки из фееричного доклада. -…и в следствии этого, я полагаю, что в роду Дамблдоров могли быть русалки, гриндилоу и домовые эльфы.        Неприлично хохочущая Беллатрикс утёрла выступившие слезы. - Это шикарно, просто невероятно! - воскликнула она. - Да уж! - согласился я, одной рукой держа пергамент, в то время, как вторая покоилась на бедре Лестрейндж. - Нет, я поражаюсь, как он такое выдает? Клянусь, я отправлю это на именины Дамблдору! - усмехнулся я.        Помню, тогда я наивно решил, что с делами покончено, поэтому стал самым наглым образом расшнуровывать корсаж Пожирательницы Смерти. Она перекинула было ножку через меня, усевшись сверху, но потом спохватилась. - Мой Лорд, а что, если Кэрроу зайдёт? - Как зайдёт, так и выйдет, - отмахнулся я, в нетерпении распуская атласные ленты.        И в этот момент камин зашипел, а в нем появилась голова Долохова. - Хозяин! - воскликнул он. - Проклятье! Что такого случилось, что ты так нагло лезешь ко мне!? - рявкнул я.        Белла дернулась было с моих колен, но я удержал её, надеясь, что быстро избавлюсь от Антонина. - Мы взяли его! Сотрудника Отдела Тайн! Он поведал нам такое! Вы должны немедленно узнать! - затараторил Пожиратель. Цокнув языком, я грубовато спихнул с себя Беллу и поправил свою одежду. - Упаси Моргана я сочту эту информацию ненужной, - предупредил я. - Лестрейндж, выйди.        Мне не хотелось, чтобы она знала больше, чем полагается. Всё-таки не люблю я доверять людям. Мало ли, кому Белла может случайно выдать мои секреты?..        Я из воспоминаний остался в комнате, а обиженная Лестрейндж вылетела за дверь. Её щеки пылали от унижения. Быстро пройдя по коридору несколько метров, она ворвалась в бильярдную, по дороге кое-как подтягивая шнуровку корсажа. Но это было трудновато. То, что я с легкостью развязал, требовало более длинной и кропотливой шнуровки.        Белла в бешенстве отворила дверцу шкафчика и приложилась к бутылке с огневиски. - Фи, леди Блэк, не очень-то женственно, - заметил Кэрроу, вставая из кресла, развернутого к камину.        Очки на носу и книга на журнальном столике говорили о том, что Паук что-то читал.        Лестрейндж вспыхнула и резким движением так дернула за ленты корсажа, что мгновенно затянула его. Благо, шнуровка была спереди. Пока взбешенная Белла возилась с узлом, Паук снял аккуратные прямоугольные очки, протёр стеклышки с помощью волшебной палочки и какого-то бытового заклинания, затем спрятал их в нагрудный карман домашнего халата, небрежно накинутого поверх белой рубашки и брюк. - Что привело вас в бильярдную в столь поздний час? - спокойным голосом спросил мужчина. - Выпивка, - буркнула Белла, занимая другое кресло и вытягивая ноги. - Я вижу, нынче Повелитель к вам благосклонен? - с самым безобидным видом спросил аристократ.        Черные глаза несколько секунд внимательно впивались в зелёные. Но, не найдя в них насмешки, Белла вернула внимание к бутылке. - Вас это никак не касается, - хмыкнула она. - Темный Лорд помнит верных ему слуг. - Безусловно, - с готовность отозвался Паук, аккуратно отнимая у Пожирательницы бутылку и возвращаясь к шкафу. - К слову, сколько лет вы уже служите Темному Лорду верой и правдой? - Я всегда была его верной слугой, - уклончиво ответила Белла. - Молодец, девочка! - злорадно воскликнул я, просматривающий воспоминания. - Как и все мы.        Непробиваемый!        Артуриус достал два вытянутых бокала и разлил на ним дорогое вино. Затем протянул один собеседнице. - А всё-таки, мне всегда было интересно, когда вы успели так сблизиться с Милордом? Два года назад? Три? Больше? - Имейте смелость спрашивать прямо то, что вас интересует, - раздраженно посоветовала брюнетка, отпив вина. - Вы хотите знать, как давно я в его постели.        Если Артуриус и был смущен, то и виду не подал. - У нас вроде бы была статья за растление несовершеннолетних.        Я задохнулся от гнева. Белла рассмеялась. - Напомните об этом Милорду! Черт, а я хотела бы видеть его реакцию на эти ваши слова! - Я не самоубийца, - усмехнулся Паук.        Белла откинула голову назад и задумчиво посмотрела на аристократа, прищурив глаза. - А вы не боитесь, что я сама передам этот разговор Тёмному Лорду? - задумчиво протянула Беллатрикс. - Не думаю, что вы станете это делать, - немного поразмыслив, отозвался Артуриус, прислонившись к бильярдному столу. - Почему же? - вскинулась Пожирательница. - Хотя бы потому, что вам лучше моего известно, что наш Хозяин не очень любит шутить и не всегда понимает чужие шутки. - Мне лучше знать, как Милорд отреагирует на мои слова! - напыщенно заявила Лестрейндж. - Но, так и быть, я успокою ваше дурное воображение. Когда Милорд оказал мне честь, я была уже совершеннолетней волшебницей, закончившей Хогвартс. - Честь? - переспросил Паук.        Беллатрикс нахмурилась. - Мне уже начинает не нравиться этот допрос. Чего вы от меня хотите? - Просто любопытство, - примирительным тоном заявил мужчина. - Слабо верится, - отбрила моя любовница. - Ну, поддавшись слухам, вы видите во мне какое-то расчетливое и корыстное существо, - грустно улыбнулся Артуриус. - Мне больно от этого.        Белла недоверчиво взглянула на Паука. - Послушайте, чего вы хотите добиться? Вы полагаете, что вы первый, кто допрашивает меня о нем? Мне не нравится ваш чрезмерный интерес. Что вы хотите услышать? Нет, меня никто ни к чему не принуждал. Я была счастлива отдать Повелителю всю себя, и не менее счастлива от того, что он принял мой дар. Милорд не пользуется своим положением, чтобы добиться меня. Скорее это я бегаю за Хозяином, как собачонка. Я не жертвенный агнец и не несчастная овечка. Я счастлива от того, что Темный Лорд позволяет мне с ним быть. Всё? Ах да, я никогда не гналась за положением в обществе. Всё, чего я хотела - это служить Повелителю. Вы довольны?        Артуриус мрачно поглядел на Лестрейндж. Она же кипела гневом. Представляю, каково ей, когда каждый идиот норовит что-нибудь разузнать обо мне… - Я оскорбил вас, моя великолепная Белла… - Только он волен так называть меня! - резко воскликнула Беллатрикс. - Ох, мне остается только рассыпаться в извинениях! - горестно простонал Паук. - Мне это не нужно. Только запомните одну вещь - если вы что-то замышляете против него… Если хоть один волос… Нет, не так. Если вы заставите его хотя бы немного поволноваться или огорчиться… Я сотру вас в порошок. Уничтожу. Растопчу. И, да, отвечая на ваш возможный вопрос, это будет не защита цепным псом хозяина, не обычное выполнение работы слуги, нет. - Аристократка поднялась на ноги и приблизилась к внимательно слушающему Артуриусу. Они были примерно одно роста, так что Паук даже нарочно расправил плечи и вытянулся, прибавляя себе парочку драгоценных дюймов. - Это будет месть обезумевшей от ярости женщины за любимого и единственного мужчину. Надеюсь, мы поняли друг друга.        В эту минуту она выглядела грозно. Белла всё-таки совсем немногим уступала Пауку в росте, так что могла смотреть ему прямо в глаза. И в её очах горело нечто такое, что Паук попятился. В этом пылающем взоре отразилась вся внутренняя несгибаемая сила моей Беллатрикс, моего черного ферзя. Казалось, что даже Артуриус Кэрроу готов преклонить колени перед этой необычной женщиной. - Теперь я четко вижу, что вы ничего и никогда не делали для карьеры… - тихо сказал мужчина.        Белла не ответила. Она уже шла к дверям. - Мадам Лестрейндж? - окликнул ей Кэрроу. - Я рад, что рядом с нашим Повелителем есть такие люди, как вы.        Беллатрикс это изречение точно понравилось. Она благодарно кивнула, а затем вышла из комнаты. - Браво, браво, Белла! - я несколько раз хлопнул в ладони и злорадно рассмеялся. - Брависсимо! Ты дала отличный отпор Пауку! Ещё бы поменьше экспрессии… Но мне кажется, что надо копать глубже. - Я стал серьёзным. - Этого недостаточно. Эти воспоминания поверхностны. Я должен увидеть больше!        Говоря всё это, я не обращал внимания на то, что Белла едва стоит на ногах и потирает виски. - Пожалуйста, небольшой перерыв, - взмолилась она. - Нет, ещё слишком рано! Я знаю очень мало! - не унимался я. - Мой Лорд, мне нехорошо. Кажется, я сейчас лишусь чувств… - простонала девушка. - Ладно, ладно, - нетерпеливо отозвался я, произнося невербально «Акцио» и подзывая графин с водой и стакан.        Пока Белла потягивала воду, я, как тигр в клетке метался по кабинету и не переставал размышлять. - Эти воспоминания не тронуты. Точно, я в этом уверен. Их никто и никогда не изменял. Тогда когда же он успел?.. Когда сумел всё из тебя вытянуть? Ох, этим надо заняться тщательно и поскорее! Как ты, пришла в себя?        Привыкшая терпеть боль, Белла отважно кивнула. - Кстати, ты много раз общалась с ним наедине, без свидетелей? - спохватился я. - Шесть или семь… - неуверенно отозвалась девушка, прислоняя ко лбу прохладный хрустальный стакан. - Осталось немного, - воодушевленно заключил я, становясь в позицию.        Меня обуяло такое желание открыть обман Паука, такой азарт, что я уже не мог остановиться. Если Кэрроу действительно покопался в мозгах Беллы, я выясню это!