Однажды я убил любовь. Теперь она вернулась и медленно убивает меня.

11 апреля 1976 Лестрейндж-Холл, графство Йоркшир, Норд Райдинг.        Высокая женщина твердым шагом прошествовала через грязный обшарпанный бар, брезгливо подобрав подол легкой шелковой мантии, отделанной кружевом по краям. Под небрежно накинутой на плечи мантией виднелся тонкий стан, затянутый в корсет, и длинная юбка. На блестящих черных локонах ловко сидела шляпка, непроглядная вуаль которой закрывала лицо выше губ. Вся в черной одежде она не сильно выделялась из окружающих её оборванцев и волшебников сомнительной наружности. За исключением того, что во всей фигуре чувствовалась какая-то надменность, словно волшебница привыкла к власти над окружающими и к высокому положению.        Кажется, ведьма точно знала, кого ищет, потому что уверенно подошла к барной стойке. Слишком грациозно для подобного места опустившись на высокий стульчик, она расправила юбку и завела за ушко непослушный локон. С презрением огляделась по сторонам. Справа неопрятный человек в рваной и заляпанной чем-то жирным кислотно-зеленой мантии дремал, уронив голову на руки, обняв бутыль с какой-то бурдой. Слева, сгорбившись, сидел подросток лет пятнадцати. Так же, как и только что пришедшая, он был одет неподобающе хорошо для подобного места. Худой, с молочной кожей в веснушках, нервный юноша с соломенными волосами и тонкими чертами лица. Огромные светло-карие глаза отсутствующим взглядом уперлись в кружку сливочного пива, которую молодой человек сжимал тоненькими, изящными, почти девичьими ладонями. - Лучшее огневиски, - небрежно бросила женщина в вуали бармену.        Получив стакан она, однако, не притронулась к алкоголю. Только поднесла к лицу, поиграла со стаканом, поворачивая его влево-вправо и глядя на то, как янтарная жидкость переливается в свете сальных свечей, расставленных то здесь, то там по всему помещению.        Подросток тем временем отставил своё пиво и судорожно вздохнул. Вынул из кармана стопку золотых галеонов, чем привлек алчные взгляды многих окружающих и, бросив на стойку один, тоненьким голосом попросил и ему плеснуть огневиски. - А не рановато ли тебе, мальчишка? - усмехнулся бармен, презрительно глядя на юношу. - Нет, - негромко ответил тот. - Соришь папашиными деньгами? - спросил хозяин заведения, протирая мутный стакан. - Вам-то какое дело? - вскинулся парнишка. - От него не убудет. - Не хочешь поделиться с моими дружками? - поинтересовался бармен, кивнув на здоровенных детин, сидящих за столиком у пыльного окна и не сводящих глаз с молоденького аристократа. - Не хочу, - дерзко отозвался юноша.        Он ещё не замечал, что только что пришедшая в вуали внимательно за ним наблюдает. Тонкие пальцы в перчатке выбивают какой-то дикий марш по поверхности столешницы, пухлые губы напряженно поджаты. - Как бы мои друзья не потрясли тебя немного, - с угрозой процедил бармен. - Дай моему товарищу то, что он хочет, - властно приказала женщина в вуали. - И поживее, а то как бы мои друзья хорошенько не потрясли тебя.        Мгновение хозяин заведения колебался, но властный тон женщины и её абсолютная уверенность в собственной силе заставили его выполнить требуемое. Он со звоном поставил стакан перед юношей и отошел к другим посетителям. - Мы знакомы? - осторожно спросил подросток у женщины в вуали. - Нет, - ответила она. - Пока нет. - Вы знаете моего отца? - с опаской поинтересовался парнишка. - О да, - протянула незнакомка, кивнув своим мыслям. - Если вы одна из его прихвостней, передайте старому упырю, чтобы отправлялся к инферналам. Домой я сегодня не вернусь. - Желая показаться взрослым, юноша взял в рот огневиски, надолго задержал его, и закашлялся.        Женщина по-доброму засмеялась, заботливо погладив мальчишку по спине и отведя ото лба светлые волосы. - Ты первый раз это пьешь? - Нет, - с напыщенным видом соврал тот. - Просто эта дешевая дрянь омерзительна. Организм чистокровного волшебника это пойло не переваривает. - В таком случае я лучше не буду рисковать, - улыбнулась женщина. - Спасибо, что предупредил, - она брезгливо поднесла свой стакан к лицу и, поморщившись, отставила в сторону. - Допускаю, что ты меня спас.        Юноша напряженно помолчал, но, поняв, что незнакомка не издевается, самодовольно улыбнулся. - Хочешь попробовать настоящий огневиски? - не дожидаясь ответа, она достала из кармана мантии кованную фляжку и, взмахнув изогнутой палочкой над обоими стаканами, опустошила их, после чего наполнила уже из фляги. - Это благородный напиток хорошей выдержки.       Мальчишка, придав себе смелый вид, поднёс стакан к губам, сделал глоток, и опять закашлялся. Волшебница потрепала его по плечу. - Не первый раз, говоришь? - беззлобно усмехнулась она. - Ну… - замялся юноша. - Возможно, я редко пил огневиски ранее. - Думаю, и по таким местам ты не часто гулял, - заметила незнакомка.        Мальчишка кивнул. - Как и вы? - Я похожа на человека, обитающего в такой дыре? - спросила женщина. - Нет, - улыбнулся парнишка. - Ладно, так как это пить? - Очень просто. Не держи напиток во рту слишком долго, это не вино, - улыбнулась волшебница в вуали. - Глотай быстрее. Попробуй ещё, смелее!        Чтобы не терять лицо перед загадочной собеседницей Барти Крауч смело хлебнул огневиски, быстро проглотил и охнул, зажмурился, прислонил тонкую руку в виску. - С непривычки ударяет в голову, - улыбнулась волшебница в вуали. - Есть немного, - признал Крауч. - Но что-то в этом есть. - Давай ещё немного, - казалось, вся незнакомка была полна лукавых одобряющих улыбок. - За что выпьем? - она подняла свой стакан. - Не знаю… - смущенно пробормотал мальчишка. - Тосты из высшего общества чиновников не подходят? Я только их и слышал. - Не очень. Выпьем за милого мальчика, спасшего меня от неминуемого отравления местной дрянью, - багряные губы растянулись в ослепительной улыбке.       Стаканы звякнули друг о друга, и Барти Крауч младший увидел, с какой легкостью собеседница опрокинула половину своего огневиски. Сам он сделал крохотный глоток. - О, какое необычное ощущение… - мальчишка встряхнул головой. - Полета и свободы… - Чтобы чувствовать себя свободным и летать в ночном небе не обязательно пить, - изрекла женщина. - О чём вы? - не понял юноша. - О том, что не обязательно оставаться под гнетом тираничного отца, - нетактично ответила незнакомка.        Бледные щеки мальчишки вспыхнули. - Я… Он… Как вы догадались? - Хм, думаю, твои пожелания старику отправиться к инферналам навели меня на мысли о том, что отношения у вас… необычные. Да и это бросается в глаза… - Пальчики в перчатке осторожно развернули лицо юноши так, чтобы волшебница лучше видела синяк на скуле.        Барти отвернулся, закрывая лицо соломенными волосами. - Прости, я не хотела лезть не в своё дело, - довольно неубедительно хмыкнула женщина. - Вы правы, - мрачно ответил Барти. - У нас с отцом сложные отношения… - В чём не сошлись мнениями? В том, кто из Пожирателей Смерти наиболее достоин поцелуя дементора? - усмехнулась незнакомка.        Крауч сделал глоток огневиски, что придало ему смелости. Мальчишка выпалил: - Я сказал ему, что в некоторых аспектах поддерживаю идеи Сами-Знаете-Кого. Вот так! Думаю, отец знал бы это раньше, если бы иногда вспоминал, что у него есть сын. А теперь старый предатель крови закатил скандал про то, что я внезапно это выдал, чтобы его позлить. - Барти уже привычнее хлебнул огневиски. - Не представляю, зачем мать уговорила его забрать меня на каникулы. Она поймет, что мы с ним не можем находиться в одном доме только тогда, когда он меня покалечит.        Юноша нервно рассмеялся, проведя ладонями по лицу и потерев переносицу над тоненьким точеным носом. - Если бы я умел! Если бы знал, как… - Он осекся, поняв, что алкоголь заставляет болтать лишнее. - Ну вот я и вас шокировал, не так ли? - Ни капли, - твердо сказала незнакомка, сделав глоток огневиски. - Я поняла, каково тебе, милый мальчик. И чему ты хочешь научиться? Ставить блок? Защитный щит? Трансгрессировать?        В светло-карих глазах вспыхнул такой пожар чистой, ничем не замутненной ненависти, что женщина в вуали удивленно приоткрыла рот. - Нет. Я хочу научиться Непростительным, - жутковатым голосом выпалил подросток. - Всем трём. Империус - чтобы заставить его сожрать собственный язык. Круциатус - чтобы прошёл все круги Ада. Авада Кедавра - чтобы избавить мир от отвратительного лицемерного ублюдка, позорящего имя чистокровного волшебника.        Незнакомка ахнула, если бы мальчишка мог видеть её глаза, он бы заметил в них восторг и уважение. - Я могу научить, - шепнула она.        Барти недоуменно вскинул очи на женщину. Он явно не верил ей. - Даже если вы не шутите, за моей палочкой следит Министерство. Я несовершеннолетний. - Я найду тебе палочку, - серьезно сказала незнакомка, соскальзывая со своего высокого стульчика и протягивая Барти изящную руку в перчатке. - Идём, если не боишься.        Крауч немного колебался. Женщина его зацепила. Мальчишка был на грани, наверняка после нервного срыва, он был готов на безумства в эту ночь. А незнакомка словно была окружена какими-то чарующими тайнами, она сама была загадкой, причём с довольно недурной фигурой и, возможно, не менее хорошеньким личиком. И от неё веяло опасностью. - Я чувствую, что хожу по лезвию, но мне плевать, - выпалил Барти. - Сегодня меня уже ничто не заботит.        Он встал, вложив свою руку в протянутую ладонь женщины. Юноша оказался ниже её на половину головы. От выпитого с непривычки Барти качнуло, но незнакомка обвила его талию, показав неожиданную силу. - Как ты? - низким голосом поинтересовалась она на ухо мальчишке. - Голова почти не кружится, - промямлил парнишка, становясь на ноги твёрдо. - Тогда пошли. Я покажу тебе, как это - быть свободным, - она многообещающе улыбнулась и повела Барти к выходу.        Улица встретила волшебников по-ночному прохладным ветерком. Лютный переулок казался ещё более тихим, чем обычно. Он был почти безлюден, не считая какой-то парочки, обнимающейся в темном углу, и пьяной компании в переулке, ведущем в маленький грязный дворик. - Нам туда! - волшебница в вуали небрежно махнула рукой в сторону переулка. - Может, стоит их обойти? - робко спросил Барти, которого прохлада немного отрезвила. - Урок номер один - твоя репутация работает за тебя, поэтому заботься о ней.        С этими словами она твёрдым уверенным шагом направилась к шумной компании из четырех рослых мужчин. Барти, судорожно вздохнув, поспешил за спутницей. - О, куколке надоел зеленый щенок? - гаркнул один из неизвестных. - Давай к нам, детка, - добавил второй.        Незнакомка была к Барти спиной, поэтому он не разглядел её лицо, когда та подняла вуаль. Зато он видел испуг на лицах мужчин. - Простите, Миледи, ошибочка вышла… - Не узнали, мадам, леди… - Мы всегда радели за ваше дело, мадам Ле… - Закрой рот, - властно кинула та, которую с таким раболепством называли леди.        Барти изумленно смотрел, как она протянула руку. - Волшебную палочку мне. Живо. - Вилл, дай, - бросил старший из мужчин молодому человеку немногим старше Барти. - Но… - Дай, пока она не потребовала твою голову.        Получив толстую обшарпанную волшебную палочку, волшебница проследовала во дворик, ведя за собой Барти. Там она дерзко обняла его за талию и оба трансгрессировали.        Мальчишка испуганно огляделся по сторонам. Их теперь окружали высокие деревья. - Где мы? - В Запретном Лесу. Далеко от Хогвартса, можно сказать, на другом его конце, - заявила волшебница. - В чем дело, ты напуган? - Ни капли, - храбрился мальчишка. - Вы обещали мне палочку. - На, - она кинула толстую деревяшку, и Крауч поймал её на лету. - Урок второй - твоя реакция должна быть отличной.        Барти улыбнулся. - И это я ещё пьян, - горделиво усмехнулся мальчишка. - Ещё нет, - хмыкнула женщина, делая из своей фляжки глоток и передавая её собеседнику.       Крауч тоже хлебнул немного. Он, кажется, чувствовал себя неловко из-за того, что горлышка до него касались соблазнительные губы неизвестной волшебницы. - Это и есть свобода? То, что мы отправились черти куда, когда захотелось? - поинтересовался он. - Нет, милый мальчик, конечно, нет, - засмеялась женщина. В свете луны в её фигуре появилось что-то зловещее. - Свобода это то, что ты можешь вершить правосудие по праву крови и рождения. И ты не должен терпеть пренебрежение тобой. - Мне нравится, как это звучит, - кивнул Бартемиус. - Выпьем за свободу, - заявила волшебница, опять отпив из фляжки и передав её парнишке.        Того качнуло с непривычки, но женщина словно была абсолютно трезва. - Сначала тебе понадобиться уметь обращать заклинания на противника. Думаю, когда папаша использовал что-то против тебя, ты не раз хотел, чтобы он почувствовал то же? - О да! - горячо воскликнул Крауч. - Тогда пошли в меня самое сильное проклятье из всех, что знаешь, - заявила незнакомка.        Барти медлил. Он сомневался. Всё-так напротив него стояла молодая женщина, судя по всему из аристократок. - Смелее! Главное, после этого пригнись! - подбадривала его та. - Лайтус! - выкрикнул Крауч, делая выпад.        В руке женщины незаметно появилась палочка, она сделала стремительное движение и трещащая молния с шумом отлетела от неё и врезалась в ближайшее дерево. - Урок третий - не недооценивай противника. Протего - полезная штука, но тебе нужно кое-что помощнее. Ты что-нибудь слышал о Рефлекто? - Да, но получалось не очень… - признался Барти. - Ты кажешься мне способным. Думаю, я смогу тебя научить кое-чему, - решила волшебница. - Попробуй представить себе каменную стену с зеркальной поверхностью. Представь, как лучи солнца отражаются от зеркала. И отрази моё проклятье. - Я готов, - опять с чисто юношеской самоуверенностью заявил Барти. - Эверте Статум, - произнесла женщина.        Мальчишка успел вскинуть палочку, даже поставил слабый блок, из-за чего не отлетел на несколько футов, а просто потерял равновесие и упал. - Для начала неплохо, - одобряюще улыбнулась незнакомка. - А теперь представь на моём месте своего отца.        Барти мелко задрожал. - О, я хочу, чтобы он страдал. Хочу, чтобы катался по полу и визжал, как свинья… - Я научу тебя этому, - пообещала волшебница в вуали.        Светло-карие глаза наполнились благодарностью, Крауч решительно поднял руку с палочкой. - Лестрейндж, ты ненормальная, - констатировал я, выбираясь из воспоминаний любовницы. - Ты устроила дуэль с сыном Крауча при первой же встрече.        Беллатрикс, сидевшая в кресле напротив меня, всё равно выглядела неприлично довольной. - Я знала, что делаю, - с железной уверенностью заявила она. - Ты напоила его и заставила с тобой сражаться, - проговорил я, с неверием глядя на ухмыляющуюся Беллу. - Долго длился ваш урок? - Пару часов. Мальчик оказался упорным, - с некоторой гордостью заявила Беллатрикс. - И талантливым.        Я с сомнением хмыкнул. - Тебе просто повезло найти его в таком состоянии, когда Краучу было на всё плевать из-за сильной домашней ссоры. - Я же говорила, что буду ждать момент, - усмехнулась Белла. - Рудольфус отлично следил за ним, и вот мы выбрали подходящее время. Посмотрите дальше, увидите мой абсолютный триумф над мальчиком. А как Алекто? - с усмешкой вопросила Беллатрикс.        Я недовольно промолчал. Девчонка Кэрроу, едва услышав мой приказ касательно Скримджера, залилась слезами и стала умолять избавить её от этого. Лепетала что-то про свою любовь, но я и слушать не желал. Надавив, заставил её получить пригласительный на грядущий прием в доме Фаджа, я ожидал результат от этого вечера. - Не твоё дело, - бросил я. - Показывай дальше. - Я положил руку на затылок любовницы и впился в её глаза твердым взором. Барти действительно выдержал жестокую тренировку с Беллой. И действительно овладел Рефлекто. Может, не в полной мере, но научился основам и главными правилами. Когда он совсем выбился из сил, мальчишка устало откинулся на молодую травку, вместо того, чтобы встать на ноги. - Ох. Голова кругом идёт, - простонал он.        Волшебница в вуали приблизилась и присела рядом. - На, это придаст сил.       Опять появилась фляжка, и Крауч уже с наслаждением глотнул огневиски. Скорее всего его голова шла кругом от неожиданного приключения, помноженного на семейную ссору. Наверняка он казался сам себе взрослым и бесстрашным.        Охнув после глотка огневиски, Барти опять положил голову на высокую траву, на которой появлялась первая роса. Время шло к четырём часам утра, было ещё темно. - Кажется, что-то мне всё-таки попало в голову, - пробормотал юноша.        Женщина задумчиво наклонилась, разглядывая его. Крауч был красив. Свеж и юн, как та же роса. Он ещё обладал ярким очарованием ранней молодости, годы ещё не наложили на него свой отпечаток. На гладкой молочной коже не было ни намека на морщинки, а веснушки добавляли особенного очарования. Легкий ветерок трепал светлые волосы, а необычные светло-карие глаза, если приглядеться, были пронизаны серыми вкраплениями ближе к зрачку. Он был хорош, как весна, как расцветающий хрупкий цветок.        Волшебница в вуали медленно приблизила лицо к юноше. - Я поцелую и всё пройдёт, - бархатным голосом проговорила она, отводя со лба мальчишки волосы и касаясь губами шелковой кожи. - Вы мне нравитесь, - улыбнулся Барти, разум которого был затуманен огневиски. - Ты мне нравишься. - Ты мне тоже, - весело улыбнулась незнакомка.        Она улеглась рядом, привстав на локте, и устремила взгляд к небу. - Как у тебя с Астрономией? В Хогвартсе ей уделяется много внимания, но я знала множество созвездий с детства. - Отлично, всегда одни отлично были, - хвастливо высказался мальчишка. Алкоголь горячил кипящую юношескую кровь. - Но я думаю, что ваши… твои глаза мерцают ярче любых звезд.        Губы, накрашенные темной помадой, растянулись в улыбке. Волшебница нежно провела рукой по волосам Крауча. - Сними вуаль, пожалуйста, - попросил мальчишка. - Я хочу увидеть твоё лицо. - Не сейчас, милый мальчик, - усмехнулась незнакомка. - Я не мальчик! - возразил парнишка, приподнимаясь навстречу к волшебнице.        Он нежно и несмело коснулся её губ своими. Та не отстранилась. - Пить не умеешь. Целоваться не умеешь, - засмеялась она. - Мальчик, кто же ещё? - Я не мальчик, - упрямо повторил Барти, садясь, чтобы нависать над улыбающейся незнакомкой.        На этот раз он прижимался губами к её устам дольше, но больше было горячности, чем умения. Волшебница взяла инициативу в свои руки, запутавшись пальцами в волосах парнишки и направляя его. Она показала ему, что такое настоящий поцелуй. Когда они отстранились друг от друга, Крауч тяжело дышал, положив руки на узкую талию молодой женщины. - Останься со мной сегодня, - попросил он. - Я не могу, - грустно улыбнулась незнакомка. - Я не свободна.        Крауч не выглядел удивленным. - Я понял это с самого начала, - признался он. - Я знаю, кто ты. Хотя, думаю, уместнее всё же вы. Теперь сомнений нет.        Волшебница наклонила голову на бок. - И кто же я? - Вы одеты в лучших традициях старой аристократии. Одеты дорого и со вкусом. В ваших ушах старинные серьги, а под перчаткой топорщится массивный перстень. Думаю, фамильные украшения. На другой руке, - Барти взял кисть волшебницы в свою и погладил тонкие пальчики, - колечко поменьше. На безымянном пальце. Вы замужем. Перчатки - способ скрыть фамильный герб на одном кольце и замаскировать существование другого. А так же спрятать ещё кое-что, уже на левом предплечье. Вы Пожирательница Смерти. У вас на руке горит Метка Того-Кого-Нельзя-Называть. Остается добавить, что ваше лицо так известно, что его узнают на улице, и вас боятся до дрожи, немногим меньше, чем вашего Хозяина. Вы из Ближнего Круга Сами-Знаете-Кого. И ваши знаменитые Блэковские черные кудри, их сложно не узнать. Стать, рост, властность. Грация королевы и надменность чистокровной ведьмы во многих поколениях. А уж ваше владение магией впечатляет. Даже чисто физически вы - натренированный выносливый боец, далеко не хрупкая барышня.        Волшебница внимательно слушала. - Наверно, я совсем безумец, если ещё не пытаюсь от вас сбежать. Я делаю глупости весь вечер. Но мне плевать на всё, я отлично провёл время, даже если вы сейчас меня убьете. Впрочем, в этом я сомневаюсь. Королева Темного Лорда, о которой я слышал, убила бы меня ещё в баре, если бы хотела. Или передала бы своему Хозяину. Но я тут, мы пьем, шутим, вы научили меня полезному заклинанию, и я даже удостоился поцелуя самой опасной женщины своего времени, которую так же называют одной из красивейших. - Ты так и не назвал моё имя, - Пожирательница не выглядела испуганной или обескураженной, наверно, она особенно и не пыталась скрыть свою личность. - Вы отлично знаете звезды с детских лет, потому что это традиция вашей семьи - давать членам рода имена звезд и созвездий. Ваше имя - одна из ярчайших звезд. Вы Беллатрикс Блэк-Лестрейндж,- выпалил Крауч. - Единственная Пожирательница Смерти, самая близкая к Сами-Знаете-Кому. Его тень, его длань.        Белла медленно подняла руки, снимая с головы шляпку. Лунный свет озарил густые черные волосы и бледное аристократичное лицо. Черные глаза действительно сияли ярче звезд.        Барти восторженно уставился на неё во все глаза. - Ты смышленый, Барти, - усмехнулась Беллатрикс, стирая с лица мальчишка следы своей помады. - Почему вы не убили меня? - поинтересовался мальчишка, с глуповатым видом таращась на красивое лицо перед собой. - Милорд хочет не этого, - уклончиво ответила Лестрейндж.       Карие глаза вспыхнули неверием и радостью. - Он знает обо мне!? ОН знает!? - Да.        Барти хотел что-то ещё сказать, но Белла встала и подняла руку, заставляя его молчать. - Нам обоим пора. Тебе надо помириться с отцом, а мне рассказать Милорду о том, что так интересующий его Барти Крауч на самом деле солидарен с ним в некоторых взглядах.        Юноша быстро закивал, совсем как ребенок. Вскочил на ноги, как раз вовремя, чтобы Белла опять приобняла его за талию и трансгрессировала.        Теперь оба стояли в роще недалеко от средних размеров светлого особнячка с аккуратным садиком. - Я ещё увижу вас? - с мольбой в голосе спросил Барти. - Разумеется, - улыбнулась Белла. - А пока что окажи мне услугу. Помирись с отцом и скажи, что осознал все свои ошибки и больше никогда не будешь с ним спорить.        Бартемиус нахмурился. - Это обязательно? Это то, чего хочет Сами-Знаете-Кто? - Пока что этого хочу я, - заявила Беллатрикс. - А мои желания обычно совпадают с желаниями Моего Лорда.        Барти опять энергично закивал. - И, милый мальчик, пусть наша встреча остается тайной, - улыбнулась Беллатрикс, ласково проводя рукой по щеке парнишки. После этого она наклонилась, едва ощутимо коснулась своими губами его, и, сделав шаг назад, трансгрессировала.        Я задумчиво глядел на Лестрейндж, которая ожидала моей реакции с замиранием сердца. - Ты совсем потеряла стыд? - начал я. - Сначала Рудольфус, потом этот сопляк… - Милорд, он всего лишь ребенок, - постаралась убедить меня Белла. - И я сделала всё, чтобы он был нашим. Ошеломила, заинтересовала, да ещё и узнала, что он в восторге от вас.        Я задумчиво сцепил пальцы замком на коленях. - Если он сразу понял, кто ты, мог притворяться из страха.        Хотя я прекрасно понимал, что он не лгал ни капли. Но хотелось зародить сомнение в Белле. Она действовала чудовищно неосторожно, как обычно, идя напролом. И то, что ей повезло - чистая случайность и стечение обстоятельств. Она не имела права так рисковать. - Нет, я так не думаю, - чуть менее уверенно проговорила Лестрейндж. - К тому же, он и тебе самой понравился, - я попал в цель судя по покрасневшей Пожирательнице Смерти. - Он только милый мальчик, Мой Лорд. Но вы же знаете, что я принадлежу вам всецело!        Издеваясь, я с задумчивым видом покачал головой. - Кто знает. Даже Люциус в его годы был совсем немного красивее. Барти Крауч смазлив до невозможности. И он тебе понравился. Иначе ты бы обошлась без той до тошноты романтичной сцены в лесу.        Белла испуганно на меня смотрела, мотая головой. - Он просто симпатичный забавный мальчик, но не вы! - возразила моя любовница. - Ладно, ладно, - я усмехнулся, вставая, и прошелся по кабинету. - Не знаю, каким чудом, но тебе опять везет и ты действовала наиболее эффективно. Пусть мои инферналы взбунтуются, если даже я не восхитился образом таинственной незнакомки. - Обойдя кресло Лестрейндж, я наклонился к ней и поцеловал в затылок. - Браво, моя великолепная Белла, ты виртуозно завербовала Крауча! Ты действительно молодец! - Чего нельзя сказать о Кэрроу, - не упустила случая волшебница, на её губах расцветала улыбка. - Это к делу не относится, но да, сейчас ты на несколько шагов дальше, чем она, - я решил сказать то, что она хочет услышать. - Крауч в нашей власти. Если хочешь, можешь дальше играть с ним, но не переходи границы, если не хочешь навлечь мой гнев. - Да, Мой Лорд, - просияла Белла. - Клянусь, Барти Крауч ваш!