Однажды я убил любовь. Теперь она вернулась и медленно убивает меня.

16 июня 1976 года Графство Норфолк, Брекленд, родовой замок Артуриуса Кэрроу        Всё было как в тумане. Или как во сне, нечетко и неясно. Чьи-то нежные руки, обнимающие меня достаточно крепко, чувственные губы, знающие своё дело. Хотя сознание никак не хотело проясняться, мне было достаточно хорошо, чтобы я не делал особенных усилий.        Тем временем, ласковые ладони умело погладили спину, вызывая приятную волну жара в теле. Губы становились все смелее, словно провоцируя меня, умоляя о большем. Горячий язычок бесстыдно коснулся моего.        Да и тело предательски отвечало на чужие прикосновения. Руки словно сами собой легли на узкую талию, припечатывая податливый стан к моему. Сладковатый аромат духов, исходящий от мягких волос, путал мысли ещё больше, потому что одновременно был знакомым, и раздражал тем, что почему-то казался неуместным.        В голове творилось что-то невообразимое. Вакханалия эмоций и ощущений. Вроде бы обычное желание, какая-то сладкая завеса, окутывающая сознание, долгожданное спокойствие, возможность расслабиться, потерять счет времени, забыть, где я нахожусь…        Нет, что-то не так. Это ощущение брезжит где-то на задворках воспаленного разума, но не исчезает. Что-то не так, чудовищная ошибка, подмена, фальш…        Кудрявая головка откидывается, маленькая ручка настойчиво наклоняет мою голову к нежной белой шее. Волосы щекочут лицо, тихие стоны слетают с пухленьких губок…        Что-то не так!       Волосы… Проблема в них.        Я цепляюсь за эту мысль, как утопающий - за последнюю соломинку. Подсознательно чувствую - необходимо прийти в себя.       Красивые, огненно-рыжие волосы. Буйные кудри, скорее всего взбитые каким-то заклинанием для пущего объема… Мягкие, пушистые и… невозможно красные, даже не рыжие. Минутку… Что? Красные? - Белла… - срывается с языка то ли вопрос, то ли призыв.       Зеленые глаза устремляют на меня удивленный, непонимающий взгляд. Зеленые глаза на обескураженном прелестном личике…       Почему зеленые? Нет, нет, так не должно быть. Глаза - темные, волосы чернее ночи. И больше никак.        Это не Беллатрикс.        Одновременно с этой мыслью происходит осознание того, что я нахожусь в объятьях какой-то распутной рыжей бестии. Что, в сущности, никак не может быть правдой. Откуда взялась треклятая Кэрроу? Как посмела!? Что происходит!?        В ту же секунду, когда сознание вспыхивает понимаем, я буквально отдираю от себя цепкую девчонку и отшвыриваю в сторону. Алекто Кэрроу падает на землю, запутавшись в многослойных юбках платья, и непонимающе на меня смотрит.        Наваждение! Быть не может!        В голове всё проясняется мгновенно. Я будто просыпаюсь от затянувшегося ночного видения и мгновенно взрываюсь такой злобой, что пальцы начинает покалывать от плохо сдерживаемой стихийной магии. - Как ты посмела? - рявкаю я первое, что приходит в голову, хотя в той всё ещё невозможный кавардак. - Но, Милорд, вы же сами… - бормочет Кэрроу.        Хотя в виски словно гвозди вбивают, я всё ещё слишком хорошо соображаю, чтобы поддаться на такую откровенную ложь. Смутно помню, как всё произошло, но я не мог быть инициатором! Просто не мог! Зачем мне эта маленькая дрянь, в конце концов!? Мерлин, да кто угодно, но не дочь же Паука! Конечно, иногда хочется поставить её на своё место и вернуть на грешную землю, но едва ли таким образом. - Завтра я выясню всё, что ты задумала. Так же, как и роль твоего отца в этом, - шиплю я сквозь зубы, нащупывая левой рукой опору и находя одну из мраморных статуй. Наконец-то удается выпрямить спину и взять себя в руки. Несмотря на приличную головную боль, мысли наконец-то становятся достаточно ясными. - Но я же ничего… Вы… Вы же… - замямлила девчонка. - Ни звука больше, или я вызову своих инферналов, - выплевываю я настолько ровным голосом, насколько получается, когда ярость достигает высочайшего уровня.        Невероятно злит тот факт, что я все ещё чувствую дурноту. Больше нельзя терять время, кто знает, что будет дальше.        Более не обращая внимания на жалкий лепет лживой школьницы, я разворачиваюсь, чтобы уйти… От резкого движение в правый висок как будто спица вколачивается с размаха. Нельзя показывать врагам ни малейшую слабость… Я выпрямляю спину и мысленно клянусь выпотрошить Паука и всю его семейку, как только полегчает. - Тебе и твоему отцу несдобровать, - бросаю я напоследок, прежде чем выйти на аллею парка и направиться к воротам, которые, как на зло, были достаточно далеко.        Пресловутые ворота поместья скачут из стороны в сторону, как хотят. И я с мучительным позором понимаю, что это только перед моими глазами. Ох, не хватало только растянуться на дорожке, выложенной плитками и зеркалами… И даже теперь мерещится Паук в отражениях! Поганая смеющаяся маска! - Милорд! Останьтесь со мной! - Алекто выбежала на аллею вслед за мной.        Запыхавшаяся, с румянцем, она была хороша. И белоснежное платье выгодно оттеняло рыжие кудри. Признаться, даже в таком критическом в моём понимании состоянии я ощутил секундный соблазн, что само по себе казалось странным.        Но нет, железная воля была сильнее минутных желаний. Нетвердой походкой я направился дальше к воротам особняка. Я чувствовал - измена, обман… Нельзя было оставаться в поместье Паука ни секунды.        За кустами отчетливо послышались шаги. Крадущиеся, осторожные. Засада, измена!        Я вынул палочку и замер.        Видит Мерлин, сейчас я бы ни капли не удивился отряду убийц, сформированному аврорами с Дамблдором и проведенному сюда подлым Пауком. Я замер, заняв удобную позицию и приготовившись впустить, по меньшей мере, Адский Огонь. Чтобы к инферналам сжечь это проклятое место. Да на кого они замахнулись? - Милорд! - воспользовшись тем, что я остановился, Алекто нагнала меня. - Милорд, вы странно выглядите. Позвольте мне проводить вас в дом!        Почему-то возникла мысль, что если я туда зайду, то уже не выйду. Уж больно девчонка настойчива… Даже посмела обвить мою руку своими, что за наглость!? - Уймись, пока я не убил тебя прямо здесь, - прошипел я таким голосом, что Алекто смертельно побледнела.       Вырвав локоть из её цепких ручонок, я отшатнулся и едва не оступился - опять закружилась голова. Главное, не дать понять маленькой предательнице, что со мной происходит. Но проблема была в том, что хитрая дрянь словно знала всё.        Тем временем шаги за кустами ускорились, приближаясь. Не то чтобы я боялся… Даже в таком состоянии я вполне мог за себя постоять, потому что я всё ещё оставался Лордом Волдемортом. Но всё же кто знает, как подействует на меня эта отрава или проклятие дальше? Что, если я вовсе лишусь чувств? И так некстати! - Ни звука, - коротко приказал я. - Вы думаете, тут кто-нибудь есть? - тут же спросила девчонка.        Заскрипев зубами, я повернулся к Кэрроу, чтобы ударить её хотя бы Ступефаем. Но, как и следовало предполагать, голова закружилась, и мне даже пришлось прикрыть глаза на секунду.        Кусты зашуршали и с одной из узеньких парковских дорожек вышел кто-то худощавый среднего роста. Я крепче сжал палочку и волевым усилием заставил взор проясниться. - Милорд! - произнес силуэт мальчишеским голосом. - Милорд, простите за дерзость, что я посмел вам помешать… - в свете луны я различил черты младшего Блэка. Приблизившись, Регулус испуганно на меня взглянул, словно не вполне понимая, имеет ли право тут находиться без приглашения. - Что с вами? Милорд, всё в порядке? Возможно, я могу что-нибудь сделать для вас?        Блэк. Хвала Мэрлину. Семье Беллатрикс я с горем пополам, но всё же кое-как доверял. Да и Регулус подавал большие надежды. Вальбурга воспитала его так, как надо. Чего нельзя было сказать о старшеньком сынке, разумеется. - Как тебе в голову пришло задавать такие вопросы мне? - выдал я надменно. - Что со мной, с Лордом Волдемортом, может быть не в порядке?        Блэк смешался и растерянно на меня посмотрел снизу вверх. - Прошу прощения, но… вы так бледны и… мне показалось… Впрочем, не важно. Примите мои извинения, Милорд, - он покорно опустил глаза, взволнованно теребя манжет рубашки и жутко теряясь.        Как ни странно, Регулус, который в другие дни порядком надоедал мне нездоровым фанатизмом и повышенным вниманием, сейчас был именно тем, кому я оказался несказанно рад. Я не собирался показывать мальчишке своё состояние, но и отпустить его теперь было бы чрезмерной глупостью, учитывая то, что головная боль не собиралась уходить, а мисс Кэрроу стояла и упорно чего-то ждала. - Мистер Блэк, - резко произнесла Алекто звонким голосом. - Ваше присутствие здесь неуместно.        Мальчишка волком взглянул на Кэрроу, которая в свою очередь буравила его колючим взглядом. - Это не вам решать, мисс Кэрроу, - в тон ей ответил юноша. - Разве вы не видите, Милорд? Он же шпион Беллатрикс Лестрейндж, приставленный к вам! - выплюнула Алекто, ошеломив меня небывалой наглостью.        Даже если так, я уже почти готов простить Белле многие её прегрешения передо мной. - Умолкни, - произнес я громовым голосом, собрав все силы в кулак. Необходимо поставить соплячку на мест прямо сейчас, дать понять, что я полон сил как никогда. - Мне решать, кому и где быть. Ты, - я кивнул в сторону рыжей бестии, - иди к своему отцу и скажи, что завтра я всем воздам по заслугам. Жду его в своём кабинете в начале восьмого вечера. - Но, Мило… - Немедленно убирайся, - я подкрепил слова взмахом палочки - огненная струя с шипением врезалась в одно из зеркал возле ног Алекто Кэрроу.        Испуганно отскочив, взбешенно посмотрев на Блэка, Алекто всё же убежала, опасливо озираясь. Мальчишка же, вытянувшись, неестественно расправив плечи в чисто блэковской манере, казался напряженным, как натянутая тетива, чем очень напоминал Беллатрикс в минуты гнева или волнения. Даже подбородок точно так же вздернул, провожая однокурсницу гневным взглядом серых глаз.        Только когда мисс Кэрроу покинула нас, я заметил, как Регулус спрятал волшебную палочку, все это время сжимаемую в руке. Теперь вся его бравада как-то исчезла, и передо мной снова появился мальчишка-Блэк, бледнеющий и краснеющий при виде меня, отчаянно волнующийся, но фанатично боготворящий своего кумира. После недолгой паузы Регулус всё-таки решился подойти (когда меня немного качнуло) и сделал такой жест, как будто хотел предложить мне руку, но не осмелился.        Заскрипев зубами, я догадался, что, наверняка, выглядел не лучшим образом, да и вообще так, словно вот-вот упаду, не сходя с места. Великолепно, нечего сказать. И Блэк тому свидетель. Ещё лучше. - Всё не настолько плохо, - усмехнулся я, постаравшись придать себе наиболее бодрый вид.        О, Моргана, всю жизнь более всего презирал демонстрацию слабости… - Милорд, я умоляю выслушать меня! - затараторил мальчишка, нервно заламывая пальцы и кусая нижнюю губу. - Вы подумаете, что я сошел с ума, но тут что-то происходит! Во всём поместье что-то не так. Большая часть гостей весь вечер словно не в себе была. Уверен, когда они придут в себя, ещё не то откроется! Кэрроу чем-то всех отравили. Зельем, или проклятьем, не могу сказать… Но что-то как будто действовало на разумы… - Как же это тебя не коснулось, Регулус? - спросил я, внимательно глядя на мальчишку, а на деле борясь с дурнотой. Почему-то подумалось, что в черном камзоле, расшитом серебром, с парадной мантией на плечах он смотрелся не по годам взросло. Наверняка на то и было рассчитано. - Я ничего не пил и не ел, не участвовал в развлечениях, не смотрелся в зеркала, не подходил к статуям… - начал с энтузиазмом перечислять Блэк.        Надо сказать, что я даже не смог вспомнить, когда последний раз чувствовал себя таким идиотом. - Сам додумался? - беззлобно поддел я, угрюмо глядя на очертания замка. - Нет, - надо отдать мальчишке должное, врать он не стал. - Беллатрикс велела, чтобы я не приближался ни к чему, через что возможно провести заклинание или яд. - Надо полагать, что Беллатрикс также приказала и за мной следить? - подсказал я. - Или она и сама где-то поблизости? - Моей старшей кузины здесь нет, но она не могла не послать меня… - несколько помедлив, признался юноша. Что же, забота Беллы оказалась не лишней, судя по всему. - Не знаю, как она догадалась, но здесь точно что-то не чисто, Мой Лорд. Простите за очередную дерзость, но не лучше ли вам покинуть это место? - он невозможно нервничал и трепетал от восторга, пришедшегося не к месту. Ещё бы, мальчишка ни разу не удостаивался чего-то большего, чем пары стандартных фраз от меня. Да и то только раз - когда Блэка мне представили. Но при этом я знал, что юноша буквально заболел моими идеями и сотворил себе кумира в моём лице. - Ты дойдешь со мной до границы антиаппарационного купола, а после мы аппарируем в Лестрейндж-холл, - быстро проговорил я. - Сочту за честь, Мой Лорд! - Блэк с трудом сдержал радостную улыбку. - Считай это первым испытанием, - заявил я. - М-метка? - дрожа, спроси юноша. - О, Мой Лорд, вы решили, что пришло время? - в его голосе смешивались неверие и счастье, а глаза расширились точно так же, как у Беллы, когда она была чем-то шокирована или приятно удивлена. - Может быть. Только спрячь с лица этот восторг, не время сейчас, - я хмыкнул в знак презрения к такой щенячьей радости, Регулус стушевался и искоса посмотрел на меня.        Мы двинулись к высоким витым воротам - я впереди, с высоко поднятой головой и плотно сжав челюсти, Регулус позади, неловко мельтеша за моей спиной и безостановочно пялясь на меня.        Врата в логово Паука на первый взгляд казались совершенно безобидными - помпезными и затейливыми, модными в кругах аристократии. Обычно подобные им занимали скорее символическое место в интерьере поместья. Этакой символ родовитости с гербом на обе створки, знак власти на определенной земле, большее - обозначение границ этой самой земли. Функцию защиты и маскировки сполна выполняли многовековые чары семейного гнездышка, коими родовые поместья были напичканы по всему периметру. Но Паук не был бы собой, если бы и тут не исхитрился что-нибудь выдумать.        Пожалуй, я имел основания принять увиденное за галлюцинации, но судя по лицу Блэка и он видел примерно то же, что и я. А именно - вензеля, витые узоры и фигурные пики ворот и прилегающего к ним искусно выкованного забора при нашем приближении поспешно изогнулись в отвратительное подобие магловского тюремного частокола. С той только разницей, что внезапно заострившиеся пики сверху ещё и призывно изгибались, то и дело настойчиво протягиваясь в мою сторону. Да створки ворот настолько сильно переплелись между собой, что вовсе стаи единым целым. - Великолепно, - зло выплюнул я, переходя из взвинченного состояния в разъяренное. К слову сказать, это стало последней каплей, и во мне вскипела такая ярость, что даже головная боль отступила на второй план. - Мой Лорд, мне попробовать открыть? - наивно и услужливо поинтересовался Регулус. - Ну уж нет. Довольно терять время, - процедил я, поднимая руку с волшебной палочкой и собираясь разнести к мерлиновой бабушке всё, что помешает мне покинуть паучье логово.        Заклинание сорвалось с губ, рука сделала выпад вперед, и на врата в имение Паука обрушилась всесокрушающая лавина шипящего пламени. Ослепительная мощная струя, ревя и треща столкнулась с заколдованной металлической вязью. Хлопок получился оглушительным, превзойдя все мои ожидания. Взметнулось фиолетовое пламя - родовая Магия Кэрроу противостояла упрощенному аналогу Адского Огня. К моему мрачному удовлетворению, сопротивление длилось недолго. Выплевывая искры, защита поместья начала медленно разрушаться.        Я прищурил глаза не только от слепящего света, но и от удовольствия. Это было именно тем, что нужно, дабы выпустить гнев. Одно удовольствие наблюдать за тем, как расплавленный металл капает перед воротами, отваливаются вензеля, шумно падая на мощеную мрамором главную дорогу к замку, в порванная в клочья защитная магия тает в воздухе с редкими вспышками.        Я твердо держал палочку направленной на врата, огонь взвивался выше и выше, а металл плавился, растекаясь по мрамору дорожки.        Когда я опустил волшебную палочку, ворота уже слабо шевелились, а на моём пути ничего не стояло. Эх, жаль, не Паук мне попался… Искусно изготовленные врата, наверняка гоблинской работы, превратились в безобразные кривые палки, раскаленные докрасна, от которых валил пар. Я выдохнул. Немного полегчало. Ох попадется мне Паук… Я сделал было шаг к прожженному пути… - Повелитель. - Меня остановил елейный голосок.        Я с разворота послал в Артуриуса Кэрроу такой Эверто Статум, что мерзавец отлетел на добрых три фута, чтобы мягко приземлиться на пышную клумбу. Повезло Пауку, мог и в одно из своих проклятых зеркал врезаться. - Мой Лорд! - тут же возопил Паук, вылезая из ирисов и чего-то ещё в этом роде. - Неужели я вызвал на мою несчастную седую голову гнев Милорда? Или, быть может, моя неразумная дочь разгневала великого Темного Лорда? - эти высокие слова, произносимые страдальческим тонким голосом, невероятно дурно сочетались с обрывками цветов, которые Кэрроу снимал с камзола, выбираясь из густой клумбы. - Ты расплатишься за свои гнусные делишки, Паук, - ледяным тоном произнес я.        Дурноту как рукой сняло, а вот сил прибавилось в разы. Так и тянуло устроить подлецу взбучку безотлагательно. Магия, взбудораженная возможным предательством, кипела во мне. С палочки в руке сыпались искры, так и хотелось окатить Паука огненной струей. Вот только для этого нужно быть абсолютно уверенным в измене. - О, ваш почтенный слуга примет любую кару, Повелитель! - с готовностью отозвался Артуриус, вытаскивая из рыжего хвоста «седой головы» желтый нарцисс.        Не в силах более выдерживать треп Паука, я взмахом руки заставил его опрокинуться назад и с размаха шлепнуться на землю. Кэрроу зашипел от боли, но за сердце пока что не хватался, что несколько обнадеживало. Только привстал на локте, другой рукой касаясь узких губ - там выступила кровь. Что же, если удача на моей стороне, может, Артуриус не губу прикусил, а свой длинный и ядовитый язык. - Что ты задумал? Как ты посмел направить свою палочку против меня? - в голосе звенела сталь, магия клубилась темным облаком за спиной и шлейфом текла по пятам, я был готов убить предателя или его дочурку. - Скажи мне, Артуриус, когда легендарный Паук превратился в полного идиота? Чем ты вообще думал, когда колдовал против меня? - Мой Лорд, произошло недоразумение, у меня и в мыслях не было! - тонко вскрикнул Кэрроу, потихоньку отползая от меня.        Выходные туфли со столь любимыми невысоким Пауком каблуками жалко скользили по зеркальным плиткам, которыми как раз была вымощена дорога. Артуриусу никак не удавалось упереться ногами, чтобы встать, и мужчина всё так же позорно отползал, тяжело дыша и глядя на меня снизу вверх. Он забавно сучил тощими ногами и руками, как и полагается паукам. - Шампанское, брызги фонтанов, зеркала, музыка - что? Где именно был твой яд? Где таилось проклятие? Неужели ты хоть на секунду даже мысль допустил о том, что способен противостоять мне? - я всё горячился, разойдясь не на шутку. Регулус Блэк тем временем весьма благоразумно мялся у ворот, не смея меня отвлекать. - Клянусь своими детьми, Милорд! Я никогда не посмел бы предать вас! - упирался Паук.        Он благополучно отполз обратно в свою клумбу, полную желтых цветов. Это было даже занятно - цвет, всегда символизирующий ложь. Ещё одно совпадение? Едва ли. - Мой Лорд! Я готов всё объяснить, дать Непреложный Обет, достать Омут Памяти! - с нотками истерики заголосил Кэрроу, когда я занес волшебную палочку.        События последних часов почти рассеяли сомнения в невиновности Артуриуса. Слишком много странностей произошло. И не с кем-то, а со мной. Такая дерзость непочтительна, недопустима. Убить его, не выяснив все до конца, было бы глупо. Но не трогать врага совсем я не мог.        Послышался щелчок невидимого кнута, и Паука отшвырнуло дальше в гущу клумбы, откуда тот глухо застонал. Удар пришелся на живот, и теперь рыжий хитрец задыхался, жадно глотая воздух и хрипя. Наконец-то я увидел неподдельный страх в глазах Артуриуса. - Пощады! - всё-таки выдавил мужчина, выставляя перед собой руку с растопыренными тощими пальцами. - О нет, убивать тебя я пока не собираюсь, - я поспешил успокоить Кэрроу, пока того не хватил сердечный приступ. - Отвечай - что ты собирался делать, отравив меня? - Клянусь, ничего! - прошелестел Паук, после чего получил ещё один удар кнута. Впрочем, скорее слабый шлепок по щеке, чтобы не завирался.        Использовать Круциатус и другие сильные проклятия я не спешил, зная слабое здоровье Пожирателя Смерти. Не хватало только, чтобы он издох на моих руках, так и не дав ответов на все вопросы. - С кем ты объединился? Никогда не поверю, что хитрый Паук решился на такое, не заручившись поддержкой сильного союзника. Дамблдор? Крауч? Постой… Конечно, Скримджер! Тогда всё сразу становится на свои места!        Новое невербальное заклинание невысоко приподняло засуетившегося Паука и с силой опустило на землю. Тот коротко ойкнул, скорее от страха, чем от боли. - Отвечай же! - Клянусь, я не понимаю, о чем вы! - простонал Артуриус.        Педантично завязанный шейный платок затерялся в клумбе вместе с дорогой застежкой. От камзола отлетели пуговицы. С хвоста слетела лента, заставив огненные пряди беспорядочно рассыпаться. А Паук с готовностью изображал из себя несчастную жертву - корчился и стонал, заламывая руки и возводя глаза к небу. До чего же лживое создание! Давно бы раздавил, если бы не польза от хитреца в Министерстве! - А леди Лестрейндж? - вспомнил я. - Твоих рук дело, не так ли? - Мой Лорд! - дрожащим голосом провыл Артуриус, начиняя опять пятиться. - Неужели юный Блэк оклеветал меня?        Я мельком оглянулся на молодого человека. Несмотря на то, что вся сцена разворачивалась в гуще пресловутой клумбы, Регулус Блэк вовсе не находил её забавной. Напротив, сжимал кулаки, скрипя зубами. - Милорд! Тут есть ещё кто-то! - воскликнул Блэк. - Умоляю вас, идемте из этого проклятого места! Вам грозит опасность. - Опасность грозит окружающим, мальчишка, - бросил я, обходя вокруг полумертвого от ужаса Паука. - Итак, кто наблюдает за нами из-за кустов? Может быть, статуи совсем ожили? - Это была невинная шутка - статуи, зеркала, фонтаны, - прохныкал Паук. - Праздничное развлечение, не более! Прошу вас, Повелитель! Я стал жертвой наговоров! Позвольте все спокойно объяснить!        От очередного взмаха палочки Артуриуса подкинуло уже выше, а на землю он опустился с большей силой. - О, Мерлин… - провыл Паук из гущи раздавленных и смятых цветов. - Видит великий Салазар, никогда я не смог бы предать моего драгоценного Милорда! - Тебя самого-то не тошнит от всей лести и вранья, что извергается из твоего рта? - поинтересовался я. - Столько сладкой лжи, невыносимо приторной и гадкой! Открой мне свои планы, или мы поговорим по-другому… - я опять занес палочку… - Повелитель! - с вскриком между мной и Пауком бросилась Алекто.        Все так же в белом платье, с порядком растрепанными волосами - очевидно, бежала со всех ног. Девчонка кинулась на колени перед моими ногами, расстелив по развороченной клумбе пышный подол. В зеленых лазах стояли слезы, алые губки дрожали, грудь тяжело и быстро вздымалась. - Что произошло? Мой отец ни в чем не виноват! - заголосила девчонка, закрывая собой дрожащее тело Паука, скорчившегося на земле. - Как трогательно. Экая преданность семье. Ещё не помешала бы такая же верность Метке! - разъяренно выплюнул я, грозно нависая над обоими Кэрроу.        Паук был на грани обморока, он только приподнял трясущуюся руку, слабо пытаясь оттолкнуть дочь. Алекто же уже намертво вцепилась в отца, обвив его тощий стан руками. - Папочка, держись! Все будет хорошо! - всхлипнула девушка, орошая слезами местами разорванный камзол Паука. - Мне сейчас дурно станет от этой сцены, - изрек я. - Вы, Кэрроу, всегда так к месту подбираете слова и действия, разыгрывая очередной блестящий спектакль. Только, как обычно, немного перебор.        Паук задрожал всем телом и схватился за сердце. - О, нет! - возопила Алекто не своим голосом, судорожно ощупывая тело папаши. - Папочка, дыши ровнее!        Паук дернулся в судороге, выгнулся дугой в спине и захрипел.        Я же вдруг подумал о том, как отвратительно не сочетаются его огненные волосы и желтые цветы. - Милорд! - закричала Алекто не своим голосом. - Прошу, остановитесь! Он же умрет! - Симулирует, подлый, - подсказал Регулус из-за моей спины, тут же смутившись своего же выпада.        Алекто Кэрроу наградила юношу таким взглядом, как будто была готова своими руками разорвать. Но, справившись с собой, рыжая бестия опять обернулась ко мне. - Что ты задумал? Отвечай! - не обращая внимания на Алекто, я возвысил голос, скручивая Паука незримыми путами, начавшими медленно, не верно, стискивать его хрупкое тело.        У волшебника едва ли не искры из глаз посыпались, он опять выгнулся и испустил протяжный стон. С лица Кэрроу все краски схлынули, губы преобрели нездоровый синий оттенок, что могло говорить об одном - я действительно переусердствовал в своём желании докопаться до правды. - Болезнь Беллатрикс Лестрейндж - твоя работа?        Артуриус нечленораздельно застонал. - Папочка! - рыдала Алекто, сжимая тело отца в объятьях и слепо по нему шаря, словно это могло помешать моему проклятию. - Остановитесь! Вы же его убьете! - Это была часть плана? Сначала убрать подальше самых верных Пожирателей Смерти, готовых в любую секунду жизнь за меня отдать? - я все никак не мог уняться; вопросы, последние месяцы не дающие мне покоя, вопросы, которые я пытался прятать в глубине сознания, сыпались один за другим, рвались наружу, жаждали ответа. - Но зачем? Ты хотел совершить покушение? Чего ты намеревался добиться?        Путы сжались сильнее и Паук уже перестал дергаться, только паскудно хрипел и закатывал глаза. - Милорд! - Алекто, которую всю трясло, метнулась прямо мне под ноги, неистово вцепившись в них, да так, что у меня едва колени не подогнулись.        Регулус, наконец-то переставший стоять столбом, поспешил отодрать от меня девчонку. - Повелитель! Хозяин! Я умоляю! - она начала осыпать меня любимыми льстивыми словечками папаши. - Допросите его позже, в другой раз! Отец не выдержит! Он ни в чем не виновен, он не предавал! Он же погибнет, не сказав ни слова! Дайте ему оправиться, я прошу вас!        Алекто буквально приросла к моим ногам. Регулус, пытавшийся было оттащить её руками, уже плюнул на эту затею и занес волшебную палочку. - Артуриус, тебе совсем не жаль дочь? Избавь её от мучений, преврати уже мой монолог в беседу! Что ты хотел сделать, когда уберешь от меня Лестрейнджей и одурманишь своим колдовством? - говорил я, поигрывая палочкой в руках.        Регулус только заклинанием смог отшвырнуть от меня Алекто. Та отлетела на фут или два, но тут же снова, путаясь в юбках, подползла к моим ногам. - Милорд! Он не сбежит! Молю, поговорите с отцом в другой раз!        Как только девчонка вцепилась в мою мантии вновь, Регулус опять откинул её в сторону. - Артуриус, я ведь могу и за неё взяться, - меня словно осенило.        Несколько ослабив путы на кашляющем и хрипящем Пауке, я обернулся к мисс Кэрроу, которая с завидным упорством опять ко мне подползла.        Её белое платье было испачкано в земле и кое-где порвано, волосы растеряли все гребни и теперь курчавым облаком топорщились во все стороны, девчонку всю колотило от ужаса. Она дрожащими руками опять обняла мои ноги и в изнеможении припала к ним. - Прошу вас, умоляю! Я сделаю все, что пожелаете! Всё-всё! Заколдуйте меня, но не отца! Не трогайте его, Повелитель! Он же погибнет!        Наверное, совсем рехнувшись, Алекто принялась осыпать поцелуями подол моей мантии и ботинки. При всей моей слабости к унижениям врагов, пресмыкательству и мольбам, это было уже слишком. Сама по себе картина отвратительна, да к тому же девчонка была и остается чистокровной волшебницей, а не презренной маглой…        Я рывком поднял вскрикнувшую Алекто за локоть и хорошенько встряхнул. - То есть, ты предлагаешь рациональный обмен? Глупая школьница вместо предполагаемого предателя? - П-прошу вас, - дрожащим голосом проскулила Алекто, опять пытаясь покрепче за меня уцепиться. - Я сделаю всё, что захотите! Только не трогайте его!        Я смерил уничтожающим взглядом Артуриуса и… скинул с него заклинание. Паук задышал полной грудью и обессилено распластался на клумбе, прикрыв глаза. - Думаю, продолжения допроса твой родитель и впрямь не перенесет, - рассудил я. - Что не умаляет его ответственности. Но чтобы он не сбежал, мне нужны гарантии. - Я сделаю всё, что вы пожелаете, - простонала Алекто в который раз.        Я смотрел на её бледное лицо сверху вниз, до боли сжимая нежный локоток девчонки. Неожиданно я поймал себя на мысли, что мне это даже нравится. Доставляет эстетическое удовольствие, выражусь так. Дочь вероятного врага, раздавленная и сломленная в моей власти. Хоть что-то хорошее за день. - Да что ты можешь такого сделать, Алекто Кэрроу? - со смешком спросил я. - Всё, всё, что захотите, - выдохнула Алекто. - Что же, жертва принимается, - заключил я. - Паук приходит в себя, глотает лекарства и предстает перед более… щадящим судом. А твоя очаровательная дочурка, Артуриус, пока что побудет со мной и подробнее расскажет про это своё «всё-всё». - Нет, - прохрипел Кэрроу. - Папочка… - выдохнула рыдающая девчонка. - Сделка состоялась, - я словно точку поставил этими словами.        Когда я отпустил плечо Алекто, у той колени подкосились и школьница опять опустилась на клумбу, истерично всхлипывая и трясясь всем телом. - Блэк, - я привел оторопевшего Регулуса в чувства.        Когда мы - я и мальчишка, ведущий под локотки едва живую от ужаса Кэрроу - вновь предстали перед воротами, те уже начали восстанавливаться, но сами отворились.        Я оглянулся - Паук, вполне себе живой, нашел силы поднять руку с волшебной палочкой и распечатать выход. Мы беспрепятственно вышли за переделы поместья. - В Холл, - скомандовал я, оборачиваясь на каблуках и беззвучно растворяясь в воздухе.        Так как Лестрейндж-холл был закрыт для чьей бы то ни было аппарации помимо самих Лестрейнджей и меня, пришлось в последний момент схватить Блэка за шиворот, чтобы мальчишку и ценный груз не расщепило. Ценный груз, представляющий собой мисс Кэрроу, первым делом рухнул на пол и зарыдал в голос. - О, уйми её, больше не могу выносить этих воплей, - шикнул я Регулусу.        Тот после секундного раздумья в чисто блэковской манере занес палочку. - Ступе… - Постой, постой, - пришлось вмешаться. - У вас это семейное, не так ли? Держи себя в руках. И поосторожнее, мисс Кэрроу должна оставаться целой и невредимой.        Мерлин, ну и ночка… Безумный бал, помутнение рассудка, вдобавок я едва не забил Артуриуса Паука Кэрроу до смерти и забрал в заложники его дочь… Что за несуразица? - Тише, - шикнул Блэк на девчонку, не понимая, что ещё можно предпринять без применения магии.        Вот уж воистину, если я хочу сделать что-то хорошо, приходится браться за дело самому… С Блэка станется. Уложит соплячку Авадой Кедаврой и ещё резонно возразит - зато замолчала. Ну и семейка у Беллатрикс, подстать ей… - Узнай, тут ли кто-нибудь из Лестрейнджей. Я имею ввиду - Рабастан или его отец. - Да, Милорд, - юноша поспешил прочь, выполнять на ходу придуманное поручение.        Когда за ним захлопнулись массивные двойные двери, я опустил взгляд на Алекто Кэрроу.        Девчонка затравленно смотрела на меня, придерживая рукой немного разодранный шальным заклинанием лиф платья. Её губы по-прежнему дрожали, в глазах читался страх.        Большая гостиная для дальнейшего разговора подходила не лучшим образом - огромное помещение, высокие потолки, высокомерные предки Лестрейнджей, изображенные на больших портретах… Нет, нет. Как показывала практика, я навожу куда более сильный ужас в относительно тесном пространстве. - Идем, - «позвал» я, прикасаясь к плечу Алекто и аппарируя прямиком в свои апаратаменты. - К-как? - выдохнула девчонка, не смотря на всю серьезность ситуации для её персоны. - Как я свободно перемещаюсь по всему замку? - поинтересовался я. - Это же Лестрейндж-холл, Алекто. Тут я наделен безграничными возможностями. А вот на твоём месте я бы поменьше беспокоился о таких мелочах и побольше думал бы о себе.        Небольшая гостиная, оформленная в темно-зеленых тонах всегда нравилась мне тем, что соответствовала моим вкусам. Так же, как и искусно вырезанная мебель из черного дерева. Гостиная имела строгий и мрачный вид, нагнетающий ещё больший трепет на моих гостей. Никогда не понимал этого. Два кресла и небольшой диванчик в стиле прошлого века были достаточно удобными, а резной столик между ними, книжные шкафы у стен и две тумбочки вовсе добавляли какого-то домашнего уюта.        Впрочем, Алекто так не считала. Ей-то было всё равно, где сидеть на полу в полуобморочном состоянии - в большой гостиной или здесь, перед моим любимым креслом у камина.        К слову сказать о камине, я нарочно не спешил его зажигать и в царящем в гостиной зловещем полумраке девчонка Кэрроу тряслась ещё больше. Наверняка, если бы не лунный свет, она совсем сошла бы с ума от страха. Он заливал всю комнату, можно было даже огонь не зажигать для пущего эффекта.        Я неспешно прошел к креслу, взмахом руки подвинув его так, чтобы спинка оставалась в тени. Сев, я как бы оказался окутан сумраком, хотя общие очертания можно было разобрать.        Алекто, замершая у ножек кресла, напротив, была озарена ярким лунным светом. Он был ей не к лицу, когда девушка теряла свои краски и представала в черно-белой палитре, вся её прелесть несколько преуменьшалась. - В-вы не зажжете камин? - одними губами прошелестела Алекто. - Боитесь темноты, мисс Кэрроу? - поддел я. - После ваших-то ночных прогулок по парку?        Я знал в чем дело. Девчонка, помимо страха передо мной, крепко ненавидела Лестрейндж-холл. Ещё бы, это была территория Беллы в её глазах. Лестрейндж могла оставить кучу ловушек для соперницы, могла следить за ней через портреты, могла сама нагрянуть в любой момент… Что уж там, тут все было пропитано Беллатрикс, и девчонка это чувствовала чисто женским чутьем. Ей было настолько неуютно тут находиться, насколько это вообще было возможно. - Тут холодно, - едва слышно прошептала Алекто, опустив голову.        Разговор становился слишком скучным, а дочь Паука в полутьме слишком неинтересной. Я сжалился, разжигая камин взмахом палочки.        Мисс Кэрроу тут же словно вспыхнула вместе с ним, обретя все свои краски - в свете огня буквально загорели огненные локоны, глаза приобрели более глубокомысленное выражение, да и легкий румянец радовал глаз. Что уж там и говорить, при свете Алекто преобразилась в лучшую сторону. Забавно, а Белла всегда выглядела великолепно в темноте, как, в прочем, и при хорошем освещении. - Спасибо, - прошептала девчонка.        Я мог бы предложить ей нормально присесть, но почему-то такой подавленный и жалкий вид дочурки Паука у моих ног слишком сильно мне импонировал. Она была в моей власти, она боялась. Нечасто заложник доставляет столько удовольствия одним своим видом. Хотя мне больше нравилось называть её гарантией своего спокойствия, а не грубым магловским словом. - Итак, Алекто Кэрроу, что задумал твой отец? - протянул я. - Н-ничего, - пробормотала девушка, опустив лицо и вздрагивая.        Я, смакуя удовольствие, приподнял её подбородок волшебной палочкой. - Что задумал Паук? Ты наверняка знаешь.        Палочка уперлась в нежную шею. Алекто всхлипнула и несколько слезинок сбежали по её побелевшим щекам. - Н-н-нет, М-милорд, - всхлипывая, выдавила она. - Брось, девочка. Что-то было нечисто даже в парке. Уж не знаю, сама ты там всё устроила или папаша постарался, но что-то происходило со мной. Вероятнее всего, дело рук Паука. Он мастер путать чужие мысли, не так ли? - Пожалуйста, - выдохнула Алекто, продолжая плакать и дрожать, пока моя палочка прочертила дорожку вдоль белой шеи и начала подниматься вверх, опять к подбородку. - Даа, хотел спросить. Что ты вытворяла в саду? - я как будто только вспомнил. - Н-ничего, - выдала Алекто с завидным упорством. - Мерлина ради, на память я пока что не жалуюсь, - с нотками раздражения заявил я. - Напомнить? - палочка скользнула выше и прошлась по пухлым губкам. - Не представляю, что меня на это сподвигло, но я поцеловал тебя. Потом, если я всё верно помню, спустился к твоей тонкой шейке. Ах да, попутно крепко обнял за прелестную талию, не так ли? Что я лично нахожу достаточно странным, потому что мне никогда особо и не нравились глупые маленькие девочки, к тому же твоей комплекции и внешности, - безжалостно закончил я, намекая на невысокий рост и немного плотное телосложение. Не то чтобы Кэрроу страдала от лишнего веса, но до худощавой Беллы ей было далеко.        Щеки Алекто пылали под цвет волос, она не смела глаза на меня поднять и молчала. - Но это ладно, не так уж и необычно. Бывало, что глупые светские барышни лезли ко мне со всякими глупостями, наивно желая почестей, денег, положения или ещё чего-нибудь. Алекто, тебя же совсем занесло. Скажи на милость, что за чушь ты выдала про какую-то там влюбленность? Пожалуй, скажи ты это в начале нашей беседы и я бы думал, что так дурно мне сделалось именно от этого. Как тебе в голову то пришло сказать мне подобное? Мне, Лорду Волдеморту? - О, Милорд, - неожиданно мисс Кэрроу перехватила мою руку с волшебной палочкой и сжала её в своих. - Я знаю, что не смела этого произносить, но я ничего не могла поделать! Простите меня, Мой Лорд, но это так! - она осмелилась оставить на бледной кисти несколько судорожных поцелуев. «Инферналов к тебе в дом, маленькая ненормальная бестия», - мысленно заключил я. - Я бы рада не тревожить вас всякими глупостями, Повелитель, но я не знаю, как совладать с этим чувством! - Мерлина ради, - я едва ли не взвыл, пытаясь освободить руку из цепкой хватки. - Со мной такое впервые, - доверительно сообщила Алекто. Она словно совсем обезумела - губы её дрожали, на щеках горел лихорадочный румянец, в глазах плескалось отчаяние, которое трудно подделать. - Ничего не могу собой сделать, становлюсь абсолютной дурочкой рядом с вами, - она испустила нервный смешок.        Видит Моргана, мне для этого вовсе необязательно быть рядом… - Не забывайся, Алекто, - я одернул девчонку резким голосом, сложив руки замком на коленях. - Помни, кто перед тобой.        Не представляю, с чего это Кэрроу стала такой смелой, но её было просто не остановить. Словно она месяцы напролет готовилась к этому моменту, терпеливо выжидала, репетировала, и наконец-то случилось что-то, что придало ей сил. Было ли этим чем-то чары, наложенные на меня, или Белла вовремя отошла в сторону? Не знаю. Но Алекто была уверена в своих силах и действовала смело. Бурно выражая эмоции, буквально пылая, она шла в наступление, если можно так выразиться.        Девушка подвинулась ближе к моему креслу и чуть дрожащими руками взяла мою руку в свою. Мне же даже стало интересно, как далеко соплячка сможет зайти.        Несколько мгновений Кэроу смотрела мне прямо в глаза, в которых явно читалось негласное согласие на все, что придет мне в голову. А затем Алекто без обиняков положила мою ладонь на своё сердце, судорожно вздохнув. - Чувствуете, как колотится? - прошептала она.        Помимо этого я ещё явственно ощущал упругую грудь, резко вздымающуюся под моей ладонью. О, ну что за бесстыдница?        На мгновение, признаться, я даже ощутил желание, как и любой нормальный мужчина на моём месте. В конце концов, вкусы у меня могут быть какие угодно, но Кэрроу по-своему привлекательная и хороша… Вот только Алекто опять забыла, что я не пятнадцатилетний юнец, который должен был потерять от такого голову.        Я высвободил руку. - Ты играешь с огнем, девчонка. - Простите меня, ничего не могу с собой поделать… - повторила Алекто, опустив голову. - Целыми днями мои мысли занимаете вы и только вы. Мне кажется, что я схожу с ума, я не понимаю, что я творю, но этому есть только одна причина. Вы поразили меня в самое сердце, Милорд.        Пожалуй, если бы не всё, что случилось в замке Кэрроу, мне было бы даже лестно. Вот только я отнюдь не спешил верить никому из этой семейки. - Это становится смешно, - усмехнулся я. - Сейчас меня куда больше интересуют проделки твоего отца, а не эти бредни. - Как вы жестоки! - она заломила руки и тяжело вздохнула. - Но даже это меня не заботит! - Успокойся наконец и сядь, - я махнул рукой в сторону софы.        Шурша юбками, девушка поднялась и присела на край диванчика. Она выглядела крайне напряженно, комкала рюши платья, заламывала пальцы. Ждала моего вердикта. - Что задумал твой отец? - опять спросил я. - Видит Мерлин, он не предавал вас! - уверенно воскликнула Алекто. - Тогда что ему от меня нужно? - я не собирался сдаваться так рано. - Он вам верен до гроба! - упрямо ответила девчонка. - Алекто, я не могу взять в толк - ты глупа или выгораживаешь папашу? - не выдержал я. - Что он задумал? Может быть, не предательство в полном смысле этого слова? Переворот среди Пожирателей? Смещение Малфоев в Министерстве? Что?        Девчонка всхлипнула. - Клянусь, я не знаю! - Сомневаюсь, что ты говорила правду минутой раньше, - заметил я, - но если это так, то самое время доказать свою преданность.        Кэрроу задумалась. Она в полном смятении шарила глазами по стенам, кусала нижнюю губку и явно судорожно придумывала ответ. - Нуу.. Он хотел рассорить Люциуса Малфоя с женой, - неуверенно протянула Алекто.        Все знали - с тех пор как пошел пятый год со свадьбы, а наследник так и не появился, Люциус и без посторонней помощи был готов собственноручно свернуть супруге шею. - Пауку то что от этого? - мой голос был полон сомнений. - Мистер Малфой, - я хочу сказать - старший мистер Малфой, - не был дружен с моим отцом, - сообщила Алекто. - Это не новость, - хмыкнул я. - Я спрашиваю о тайнах твоей семьи.        Алекто опять тупо на меня уставилась. - Знаешь, Паук никогда не выдерживал жестоких допросов или редких наказаний от меня. Ссылался на болезни, грозился помереть некстати… А чем будешь отговариваться от Крациатуса ты? - Милорд! Умоляю! - пискнула Алекто, размазывая по лицу выступившие слезы.        Тем временем, в дверь постучали. Я раздраженно распахнул её взмахом руки, чтобы увидеть Регулуса Блэка в сопровождении помятого Рабастана, заглядывающим в мой кабинет мутным взглядом, задержавшимся на Алекто. - Что-то случилось, Милорд? - спросил младший Лестрейндж, жуя слова. - Иди и проспись или выпей зелье от похмелья, - скривился я. - Я уже, Милорд. Подействует через секунду, - заверил меня деверь Беллы. - Надеюсь, - я кивнул. - Потому что сейчас ты отправишься в замок Кэрроу.        Рабастан непонимающе на меня уставился, но я не спешил с объяснениями.        Вынув палочку и произнеся соответствующее заклинание, я стал ждать появления гостей. - Открой защиту Холла ненадолго, - подсказал я Рабастану.        Пока Лестрейндж возился с защитными чарами, я перевел взгляд на Регулуса Блэка, который благоговейно на меня таращился. Мальчишка был страшно горд тем, что оказался в гуще событий рядом со мной. Буквально сиял, не сводя с меня восторженного взгляда. - Регулус, для тебя у меня тоже найдется задание, - милостиво проговорил я, ещё раз польстив самомнению юноши. - Но несколько позже. - Для меня это честь, Милорд, - горячо ответил Блэк. - Мой Лорд! - Алекто вернула моё внимание к своей персоне. - Прошу вас, скажите, что моему отцу ничего не угрожает! - Да уж конечно, - с сарказмом произнёс я. - Это будет видно по ситуации. - О, я умоляю… - Достаточно, - я скривился. - Не могу больше это слушать. Рабастан, вызови домового эльфа и пусть проводит мисс Кэрроу в одну из гостевых комнат. И убедись в том, чтобы она не покинула нас, пока я не посчитаю это возможным. - Да, Милорд, - с готовностью кивнул Рабастан, подходя к бледной девчонке и помогая ей встать, придерживая за локоток.        От меня не укрылось то, как Лестрейндж на неё посмотрел. Впрочем, он с малолетства так таращился на всех особ женского пола, так что ничего особенного тут не было. Вот только больно уж бережно молодой человек прикасался к Алекто. - Будьте милосердны к отцу, прошу вас! - простонала Алекто, прежде чем Рабастан вывел ей прочь.        Я остался наедине с Блэком, а Малфои всё ещё были в пути, так же, как и остальные вызванные Пожиратели Смерти. - Итак, мой юный друг, - задумчиво протянул я. - Твоя очаровательная кузина приставила ко мне маленькую няньку?        Жутко растерявшись от моей злой иронии, Блэк замялся и явно не понимал, в каком тоне ему следует ответить. - Беллатрикс просила, чтобы я по возможности был где-то рядом, чтобы в случае чего обезопасить вас, - выдал мальчишка.        Я не выдержал и закатил глаза. - Даа, защита школьника - именно то, чего мне не хватало все эти годы…        Регулус, кажется, расстроился и потупил глаза. - Вы же знаете, Повелитель, я готов служить вам до последнего вздоха… Вы - величайший человек своего времени! А ваши реформы… Ооо, они гениальны!       Я поднял руку, заставив Регулуса умолкнуть. - Не юли, я уже догадался, что условная опасность это Кэрроу, за которыми ты и следишь во всю, пока Беллатрикс… отдыхает.       Блэк молчал, но и так было понятно, что я верно уловил суть его задания.        Я внимательно посмотрел на мальчишку. Ровесник Кэрроу, которому ещё только будет семнадцать в скором времени. Зеленый юнец, буквально заболевший моими идеями и идеалами. Возможно, что-то и выйдет из молодого Блэка, если он обладает хоть половиной фанатизма Беллатрикс.        Хотя, глядя на высокого мальчишку, болезненно худощавого и бледного, так то и не скажешь, что это будущий сильный и опасный Пожиратель Смерти. На худом лице особенно выделяются большие серые глаза, но с точно таким же разрезом, как у Беллатрикс. Да и вообще Регулус был похож на кузину. Присущая всем Блэкам аристократическая белизна кожи, черные волосы, тонкие черты лица… Я невольно сравнивал его с Беллой. И брови то такой же формы, и овал лица похожий, и так же резко выделяются скулы… - К слову, мадам Лестрейндж ещё не достаточно отдохнула? - я постарался, чтобы мой голос звучал беспристрастно и даже равнодушно. - Не надоело уклоняться от долга?        Регулус замялся, не зная, что на это ответить. Я же никак не мог сказать, что почти волнуюсь об этой предательнице. - Ну же! Насколько всё серьезно?        Мальчишка опустил глаза, а я подумал, что в довершение чудесной ночки не хватает услышать что-то безрадостное о Белле. Не то чтобы я злился на неё меньше, но всё же… Это была моя Беллатрикс, как бы сильно она не действовала мне на нервы временами. - Беллатрикс писала, что через несколько месяцев будет чувствовать себя великолепно, - неуверенно проговорил Регулус. - Несколько месяцев! - взвился я. - И когда она собиралась соизволить сообщить об этом мне? - Не знаю, Милорд, - вздохнул Регулус. - О, сейчас я покажу ей несколько месяцев… - я разъяренно зашагал было к камину, но резко остановился. Не до Беллатрикс сейчас было. Будет ещё время устроить ей выволочку, а пока что нужно заняться более важными делами. - Впрочем, как пожелает, - произнес я уже спокойным голосом. - Пусть только не забывает о том, что пока она прохлаждается, другие изо всех сил стараются занять её место. Во всех смыслах этого слова.        Мальчишка Блэк, очевидно, опять не знал что мне ответить. От необходимости вымучивать какую-нибудь реплику Блэка избавил стук в дверь. Я всё ещё был зол на всё происходящее в эту кошмарную ночь, а потому когда взмахнул рукой, дверь не просто отворилась, а с шумом ударилась о стену. Оба Малфоя на пороге вздрогнули. - Мой Лорд, что-то случилось? Измена? - меньше всех мялся, как обычно, Долохов.        Оттеснив Люциуса с отцом, он первый шагнул в комнату, хотя и понимал, что я буквально гром и молнии мечу. Ох, Лестрейндж, кажется, разболтал всё, что только мог… Одно радует - не считая склизких блондинов, всем присутствующим я доверял настолько, насколько мог себе позволить. Трэверс, Мальсибер и Долохов ни разу не заставляли в себе сомневаться, а последний и вовсе всю жизнь положил на уничтожение маглов и служение мне. Сигнус Блэк и Сильвий Лестрейндж были сторонами заинтересованными в крахе Кэрроу, да и Малфои, если вспомнить былое, имели на Паука недурной зуб. - Как не грустно это признавать, вероятнее всего - да, - проговорил я.        Малфои беззвучно переглянулись, Сильвий Лестрейндж одними губами шепнул «Паук». - Возникли подозрения, что Артуриус Кэрроу замешан в заговоре Дамблдора, - выдал я.        Пожиратели опять начали красноречиво переглядываться. Не без доли злорадства, надо сказать. - Милорд, несомненно, вынесет справедливое решение, - буквально промурлыкал довольный до неприличия Абраксас. - Эта семейка стрит козни против всех, и наверняка в угоду старику Дамблдору, - с готовностью поддакнул Сильвий Лестрейндж.        Я нетерпеливо поднял руку, призывая Пожирателей к тишине. - Вы отправитесь в замок Кэрроу немедленно и перевернете там всё вверх дном. Ищите черную магию, странные артефакты, переверните кабинет Паука… Одним словом, я желаю видеть всё, что вызывает подозрения. Желаю знать обо всех делишках Артуриуса за последние месяцы.        Мужчины опять переглянулись, что уже начинало нервировать. - И без самодеятельности. Если кто-нибудь попробует подкинуть Пауку что-нибудь нелицеприятное и обмануть меня таким образом, расправа будет жестокой. - Готов поклясться, там и подкидывать ничего не придется, - вырвалось у Долохова. - Вопросы? - я проигнорировал выпад волшебника.        Люциус вопросительно покосился на Блэка. - Да, Регулус Блэк аппарирует с вами, - ответил я на невысказанное сомнение. - Пора приобщаться к общему делу… Антонин, присмотришь за нашим юным другом. И живее, мы и так потеряли много времени. Паук уже наверняка подчистил замок от своих чар.        Регулус возмущенно встрепенулся, но спорить не решился. Очевидно, видимость задания слишком его радовала, чтобы он осмелился возражать против наличия няньки. - Возможно, следует расспросить самого Паука? - осторожно предложил отец братьев Лестрейндж. - О, разумеется, предложи также Рудольфусу и Беллатрикс принять участие и все решится без суда и следствия, - хмыкнул я. - Если с Пауком что-то случится, я потребую ответа с каждого. Это ясно? Артуриус Кэрроу должен быть невредим. С ним буду разговаривать я. - Да, Милорд, - раздосадованное согласие прокатилось по кабинету. - Пожалуй, я так же хочу образец зеркала из парка и, возможно, голову садовой статуи, - заключил я. - Вода из фонтанов, вино… Что угодно, через что можно влиять на разум. - Цветы, - тихо произнес Блэк.        Я недовольно на него взглянул, не понимая, о чем речь. - В одном из бальных залов было много странных колючек вместо букетов, - добавил юноша. - Именно, - я согласно кивнул, будучи приятно удивленным. - Одним словом, мне нужно абсолютно всё, что не внушает доверия. - Иными словами, каждый сантиметр замка Кэрроу, - мрачно заметил Сильвий Лестрейндж.        Через час, когда все распоряжения были даны, а Пожиратели Смерти отправились их выполнять, я наконец-то оказался в спальне и скинул мантию и черный камзол, предвкушая долгожданный отдых. Были основания надеяться, что, испытывая неподдельную ненависть к Пауку, мои люди устроят тщательнейшую проверку. А мне не придется возвращаться в замок Кэрроу. Потому что тогда я точно не выдержу и изничтожу проклятого Паука… Я давно усвоил, что лучше выносить приговоры и приводить их в исполнение, когда эмоции поутихнут.        Я всё ещё чувствовал себя не самым лучшим образом. В теле была странная слабость, в голове вовсе какая-то каша. И я чувствовал себя уставшим.        Я не притронулся к ужину, который принес услужливый домовой эльф и мельком подумал, что Беллатрикс долго действовала бы мне на нервы с извечной проблемой - моим ужасным аппетитом. Мерлина ради, какой тут аппетит... Хотя, расстегивая манжеты рубашки, я не мог не обратить внимание на то, что запястья похудели ещё больше, как и весь я.        Опять возникло неприятное ощущение, словно я заболеваю. И сердце бьется в каком-то странном ритме… Я медленно приблизился к зеркалу. В глазах болезненный блеск, лоб в испарине… Напоминает обыкновенную простуду или нервное перенапряжение… Только непонятно вот что - то я совершенно здоров и чувствую себя, как обычно, то начинается нечто странное. К тому же я Лорд Волдеморт, такие напасти всегда обходили стороной мою персону. Точно кто-то какую-нибудь дрянь наслал, нужно бы разобраться поскорее. Кто знает… Недоброжелателей у меня много, и у некоторых даже хватит сил и мозгов на изощренное проклятие или особенный яд. Великолепно, так недалеко и до мании преследования дойти! А что, не редкость, что могущественнейшие маги боялись ядов или властные волшебники опасались покушений. Но я не они.        Размышляя в подобном ключе, я сел на постель и глубоко вздохнул, положив руку на грудь. Невольно вспомнилась обуявшая меня паника в гостевой спальне замка Паука. Но это же абсурд. У меня хорошие легкие, я никак не мог задыхаться из-за духоты. Ровно как и не мог страдать от головной боли ни с того ни с сего. О, Мерлин, я же не засну - столько мыслей крутится в голове. Если бы не некоторая усталость, я бы немедля отправился в библиотеку Лестрейнджей, дабы постараться разобраться в том, как именно меня прокляли. И опять - усталость. Вот уж что никогда не было мне помехой, даже если брать в расчет возраст!        Усталость даже не физическая, а скорее моральная. Нужен был выход эмоциям, какая-то отдушина, которой всегда была Беллатрикс. Хотелось забыться и расслабиться. Невольно вспомнилось, что прикосновения Алекто показались мне приятными…        Чем больше я ломал голову над своим состоянием, тем больше версий плодилось в моём деятельном разуме. Возможно, всё-таки зелье? Но когда и как? И что за странное ощущение внутри? Может быть, уже органы разъедает? Или всё-таки навязчивые и глупые мысли?        Очевидно, именно тогда я стал задумываться о личном зельеваре при мне. Слагхорн давно шарахался от некогда любимого ученика, как дементор от Патронуса, а доверять дилетантам не хотелось… Я твердо решил заняться этим вопросом на досуге. А пока что я решил, что мне необходимо постараться выспаться - ближайшие дни обещали быть изматывающими.        Но об отдыхе я мог лишь мечтать. Часы уже давно пробили четыре раза, за окном начинало светать, а я только-только положил голову на подушку, намереваясь через минуту блаженного отдыха нормально раздеться и лечь… Когда раздался стук в дверь.        Признаться, первым желанием было поставить заглушающие чары или вышибить половину стены Бомбардой-максима, чтобы избавить себя от незваного гостя. Но стук возобновился, и я подумал что, быть может, произошло что-то крайне важное, о чем мне необходимо знать немедленно. В самом деле, разве можно было осмелиться ломиться в мои апартаменты в четыре часа утра?        Нехотя встав и небрежно накинув мантию, я прошествовал через спальню, кабинет и гостиную к двери в мои комнаты. Настойчивый стук опять повторился. Взмахнув палочкой в сторону камина, я отпер дверь… и едва удержался от того, чтобы не произнести действенное проклятие. - Милорд! Умоляю, позвольте мне зайти! - проконючила бледная и встревоженная Алекто Кэрроу.        Сощурив потемневшие глаза, я медленно отступил вглубь гостиной, пропуская девчонку. - Мисс Кэрроу, - процедил я, случайно воспроизведя интонацию строго учителя. - Ваше появление тут я могу рассматривать исключительно с двух сторон - вы готовы обеспечить меня ценной информацией о собственном отце, или же… задумали что-то совсем не подходящее для статуса благородной ведьмы. - Повелитель, я могу только просить вас о милости выслушать меня?        Мой ядовитый тон оказался не воспринят, как предупреждение. Во время затянувшейся паузы я смог как следует разглядеть Кэрроу. Пышное платье было заменено на… о, Мэрлин, кажется, бесстыдная девчонка осталась в корсете и нижней юбке, соизволив всё-таки накинуть сверху мантию. - Проклятье, ты хоть понимаешь, что ты творишь? Отдаешь себе отчет в собственных действиях? - не выдержал я. Алекто стушевалась и втянула голову в плечи, но и не подумала убраться прочь.        Хотя бы теперь у неё хватило ума промолчать. Но Кэрроу пристально смотрела прямо мне в глаза, кажется, надеясь, что я должен что-то там прочитать и избавить её от необходимости вымучивать из себя нечто важное и волнительное. В сознании девушки, к слову сказать, была абсолютная каша мыслей и образов. В основном дело касалось её папаши и какого-то сильного чувства, как я понял с помощью легилименции.        Я очень надеялся, что Алекто решилась на предательство своего хитрого отца, а не на то, о чем я грешным делом подумал.        Пауза затягивалась. - Говори быстрее, зачем пришла.        Видит Мерлин, мне было не до разговоров. Хотелось отдохнуть, а не выслушивать новую порцию бреда. Что ей неймется-то? Нельзя было дождаться утра?        Алекто сделала ещё несколько шагов вглубь гостиной, приближаясь к камину. Мне показалось, что она выбрала ту позицию не случайно, как бы помня, что при более ярком свете она и сама выглядит ярче. И действительно, в отблесках огня девчонка словно заиграла новыми красками, если можно так выразиться, потому что она была бледна и выглядела испуганной. Только огненные волосы облаком вились за спиной, и зеленые глаза выделялись на почти белом лице. - Я слышала, что вы отправили людей в наш замок? - пролепетала Алекто жалким голосом. - И велели допросить отца. - Не сгущай краски, - скривился я. - Но в общих чертах верно. А ты, конечно же, пришла просить за него? - я надменно приподнял подбородок и скрестил руки на груди.        Наверное, все дело в тяжелом дне, но мне неожиданно сделалось даже смешно. Парадоксальная ситуация. В предрассветные часы я беседую в своих покоях с полуобнаженной Алекто Кэрроу. Занятно, чем это всё кончится. Да и в самом деле, что уж теперь то… После всех событий этой ночи уже нечего терять. - Нет, - проговорила Алекто.        Это короткое слово удивило меня и окончательно прогнало дрему. - Нет, - повторила девушка. - Я понимаю, что если вы что-то решили, никакая сила не сможет вас переубедить, - началась грубая лесть. -Что же ты тут забыла в таком случае? - хмыкнул я. - Третьего признания в чувствах за одну ночь кто-то из нас точно не переживет.        Вот уж действительно, либо я окончательно рехнусь, либо убью девчонку. Пусть только заикнется о любви… - У меня было время подумать… - начала девушка издалека в лучших манерах отца. - Неужели? - поддел я. - О да. Я думала об этом долгие месяцы, не зная, как подступиться к вам… - Алекто сделала несколько шагов ко мне. - Вы никогда не воспринимали меня всерьез. А затмить Беллатрикс Лестрейндж в ваших глазах я не в силах, что бы ни делала. Но так уж вышло, что не всё в этой жизни складывается так, как нам хочется… - Избавь меня от философских размышлений, - перебил я.        Опять она про Беллу… Хотя пока что говорит всё верно. - Я давно поняла, что в ваших глазах я всегда буду ничем. Я не могу тягаться с леди Лестрейндж, вы ясно дали это понять… Но, мой Лорд, Беллатрикс Лестрейндж нет сейчас рядом с вами. Где же хваленая верность? Почему она, та, на которую вы своими руками возложили корону, сбежала от вас? Как смогла променять вашу привязанность на спокойную и мирную жизнь? Как смогла покинуть вас? - Закрой рот, девчонка, - шикнул я, угрожающе подходя к Алекто. - Это не касается тебя. Не вынуждай меня применить Круциатус.        Но Алекто было не остановить. - С детства я видела вас вместе везде. Куда бы вы не пошли, Повелитель, на каком бы приеме ни оказались, всегда за вами следовала Беллатрикс Лестрейндж. Я помню, как в одну холодную зиму вы вместе провели какое-то время в замке моего отца. Я помню, как она всегда вела себя. Повелитель, мадам Лестрейндж давно приравняла себя к вам. Её гордыня, жажда власти и почестей - разве вы не видите, что рядом с вами уже не верная слуга, а настоящая Миледи?        Алекто вскрикнула, когда по её телу прошла волна Аратаса, но проклятие было быстро снято. - Я говорю последний раз. Не лезь не в своё дело, - прошипел я.        Сказал и тут же задумался, от чего так злюсь - потому что Алекто дерзит или потому что права? - С каждым годом она хотела всё больше, требовала от вас большего, - продолжала Кэрроу, бесстрашно приближаясь ко мне. - Вы и сами не заметили, как стерлись все рамки для Беллатрикс Лестрейндж. Вы только задумайтесь - её полномочия стали безграничными. Кто ещё из ваших слуг имеет право распоряжаться всеми без исключения Пожирателями, сколько ваших людей могут похвастаться тем, что отдают приказы Малфоям, Лестрейнджам, да и вообще кому угодно? И эти приказы исполняются беспрекословно. Вы же знаете, никто и никогда не смел возражать леди Лестрейндж. Даже мой отец не отваживался ослушиваться её, даже он склонял голову перед властью Беллатрикс Лестрейндж.        Я держал волшебную палочку направленной в грудь Алекто, но никак не мог произнести заклинание. Или же не хотел… Потому что девчонка, хоть и сгущая краски, говорила всё то, о чем я хотя бы раз задумывался. Но я всегда закрывал глаза на свои поблажки Белле. Даже когда её непомерная гордыня выходила кому-то боком. А ротик Алекто все продолжал изрыгать не самые лестные слова о Беллатрикс. - Я понимаю, что во мне нет того, что вы так цените в мадам Лестрейндж. Мы с ней слишком разные. Я пыталась подражать Беллатрикс Лестрейндж, но у меня не выходит… - Алекто протянула это грустным голосом, делая ещё два шага ко мне, словно и не замечала моей палочки, упертой между её ключиц. - Она - королева, как все говорят. Она всегда ставит себя на одну ступень с вами. Она сама думает и заставляет думать других, что есть Милорд, а есть Миледи. Вы даже не представляете, как часто её так называют. Но я не такая, Повелитель. Я была бы счастлива просто быть подле вас…        Она сделала ещё шаг в мою сторону и замолчала, потому что кончик волшебной палочки слишком сильно надавил на горло. Передо мной встал выбор - заставить дочь Паука замолчать или же позволить её ядовитым речам и дальше отравлять меня.        Я медленно опустил правую руку с волшебной палочкой. - И что же ты предлагаешь мне сейчас? - произнёс я уже без насмешки в голосе. - Беллатрикс Лестрейндж сейчас нет рядом с вами, Повелитель. А я здесь, сейчас. Я готова на все, чтобы скрасить ваше одиночество… - Оно никогда не было мне в тягость, - безразлично обронил я, сверху вниз глядя на Кэрроу.        В зеленых глазах плясали бесы, вишневого цвета губки призывно распахнулись. Алекто заглядывала мне в глаза, ожидая знака, позволения. Девчонка была ниже меня больше, чем на голову и ей приходилось постоянно смотреть вверх. - Каждому нужно иногда отдыхать. А на ваших плечах лежит такой груз… - Алекто подняла руки и её маленькие ладошки скользнули вверх от моих локтей к плечам. - Умоляю вас, Милорд… Позвольте мне помочь вам отдохнуть и восстановить силы…        Самым поганым было то, что я уже чувствовал не интерес, а влечение. В конце концов, Беллатрикс уехала уже месяц назад, а тело требовало своего… Да и что в этом такого, в конце концов? Алекто или кто-то другой, какое это имеет значение? Одна ночь, не имеющая значения. Ночь, о которой я и не вспомню совсем скоро.        Что да Беллы… Её это не должно касаться. Она сделала свой выбор, когда сбежала. Ничто не оправдывает этого. Да и почему я вообще должен думать о Лестрейндж или придумывать какие-то оправдания своим действиям и желаниям? - Я буду такой, какой вы захотите меня видеть, - прошептала Алекто, поведя плечами и скидывая мантию.        Тугой корсет поднимал пышную грудь девчонки, его глубокий вырез, рассчитанный на большое декольте, демонстрировал больше, чем скрывал. Тонкая нижняя юбка обрисовывала округлые бедра, а белизна одежд оттеняла огненные волосы. - Скажите хранить всё в тайне, я под угрозой смерти буду держать язык за зубами. Никто не узнает… - Алекто смело расстегнула застежку, удерживающую мою мантию. - Даже мой отец не узнает, даже мадам Лестрейндж не узнает… - Моя мантия с шуршанием опустилась на ковер. - Позволите быть вашей поддержкой и опорой, и я жизнь положу к ваши ногам, - продолжала говорить Кэрроу нежным и тихим голосом. - Никогда ничего не попрошу, не посмею ни в чем упрекнуть… - Её пальчики ловко принялись за пуговицы рубашки. - Всегда исполню любое ваше желание. Скажите убить брата - и я принесу его голову на блюде. Скажите подарить вам наследника - я сделаю это. Запретите это - я и думать забуду. Велите открыть все планы отца - я сделаю это. Видит Моргана, я расскажу вам всё. - Самое время начать, - проговорил я, глядя на Алекто потемневшими глазами. - Мой папочка хотел только одного - защитить меня от моих же чувств любой ценой. Он боится, что эта любовь станет для меня погибелью, только и всего. И всеми силами старается помешать нам… - Больше похоже на дешевый магловской роман, - заметил я. - Но это так, - заверила меня Алекто, расправляясь с последними пуговицами. - Он хороший легилимент, он знает всё, что я так долго пыталась скрывать ото всех… Знает, что я готова умереть за эту любовь, знает, что мне всё безразлично, если вы окажите мне честь… Если осените своим бесценным вниманием… Мой Лорд, мой возлюбленный Повелитель… - Алекто, трепеща все телом, заглядывала мне в глаза, положив руки на мою обнаженную грудь. - Ты слишком много говоришь, - скривился я, всё так же стоя неподвижно, словно статуя. - И я уверен, что во многом ты лжешь. - Я бы не посмела, - прошептала Алекто. - И я успела понять, что для вас важнее всего действия, а не пустые слова. Завтра я открою вам все секреты моего отца, какие только знаю. - Что же мешает сделать это сегодня? - поинтересовался я, когда Алекто начала отступать в сторону спальни, увлекая меня за собой. - Умоляю, я так долго этого ждала… В другой раз у меня не хватит смелости, Милорд, - прошептала девушка, опуская глаза и краснея.        Что же, что бы она ни задумала, ничто не изменит моего трезвого взгляда на эту семейку. Может быть, хочет так спасти отца? Или обезопасить себя от моего гнева? Пускай. Обесчещу дочурку Паука, а завтра при необходимости публично казню всю семейку, если будет за что, конечно. Это даже пикантно - давно у меня не было таких юных любовниц. Да и вообще большая часть моих женщин были высокими худощавыми брюнетками, так почему бы не привнести немного разнообразия в жизнь? К тому же будет, чем «порадовать» Беллатрикс, когда та вернется. - Неужели так легко плюнуть на собственную честь? Перечеркнуть возможность достойно выйти замуж? - насмехался я, всё же следуя за Алекто, которая спиной вперед отступала в сторону спальни, не сводя с меня глаз. - Я устала ждать, - заявила девушка, теребя шнуровку корсета. - Я хочу быть счастливой хоть немного. - Помнится, кто-то кричал, что роль любовницы тебе вовсе не подходит, - не унимался я, хищно наступая на Алекто.        Мы вошли в кабинет. Тут царил полумрак, в котором Алекто казалась едва различимой маленькой фигуркой. - Я всегда знала, что отец выдаст меня замуж за какого-нибудь мерзкого старикашку, годящегося мне в отцы, но имеющего связи и деньги. Я бы не могла быть счастлива в браке, - резонно возразила Алекто.        Послышались щелчки - несколько застежек на корсете были расстегнуты, а Алекто с шуршанием распутывала тугую шнуровку. - Ну, аргумент про старикашку абсурден. Девочка, я старше тебя больше, чем на тридцать лет, - с насмешкой заявил я. - Да и в самом деле, на что ты рассчитываешь? На некое счастье? Сомневаюсь, что смогу долго вынести твоё общество. - Возраст и всё остальное не имеет значения, когда речь идет о великом Темном Лорде, - благоговейно прошептала Алекто. - И для меня огромная честь и непомерное счастье - каждая минута рядом с вами. О большем я и мечтать не смею. - А как же несчастный Скримджер? - я продолжал насмехаться над Кэрроу.        Мы прошли в мою спальню, и после взмаха моей ладони поленья в камине начали тлеть, давая комнате тусклое освещение. Ещё неуловимое движение и дверь за моей спиной захлопнулась. Алекто вздрогнула и опустила глаза, не выдержав моего пристального взгляда. Что-то неуловимо изменилось в девчонке - она занервничала. Но это было вполне ожидаемо.       Её корсет теперь едва держался - шнуровка была практически распущена. Недлинная нижняя юбка обнажала тонкие щиколотки и босые ножки - очевидно, от туфелек Алекто избавилась по дороге. - Ты же не думаешь, что что-то заставит меня отменить блестящий план касательно твоего друга? Да что уж там, с завтрашнего утра тебе будет нечего терять, ты сможешь подобраться к Руфусу Скримджеру ещё ближе.        Алекто тяжело вздохнула, отступая к моей постели. Её пальчики скользнули по последнему узелку на корсете, и через мгновение тот был отброшен.        Моему взгляду открылась достаточно пышная грудь Кэрроу. Справедливости ради стоит отметить, что хотя Алетко не могла похвастаться худобой Беллатрикс, фигурка у неё была привлекательной.        Я плотоядно облизнул пересохшие губы и недовольно вздернул бровь, когда Алекто смущенно скрестила руки на груди. - Поздно стесняться, девочка, - хмыкнул я. Почему-то опять стало весело. Что же она всегда какие-то глупости говорит или делает? Я подошел вплотную к Алекто. - Знаешь, мне даже жалко лишать несчастного Скримджера того, о чем он так мечтает.        Алекто судорожно вздохнула, переминаясь с ноги на ногу. - Если… Если уж я решила, что брак не для меня… - Ммм, ты решаешь такие немаловажные вопросы сама, - усмехнулся я. - Если вы приказываете мне проникнуть в постель врага… - Не передергивай факты, я пока что не приказывал, - опять вырвалось у меня с ироничными нотками. - Это только вопрос времени. - Впервые умная мысль! - Так вот, если уж так сложилось… Мне бы хотелось, чтобы… Чтобы… - она замялась и покраснела. Что за нелепая непоследовательность? Краснеть надо было раньше, когда раздевалась. - Чтобы первым… - она неловко замолчала на полуслове. - Не понимаю, что ты там бормочешь, - мне начинало нравиться издеваться над Кэрроу. - Если уж я и переступлю через свои же принципы, если погублю свою честь, я хочу… - Алекто замолчала.        Я безжалостно поднял её лицо за подбородок. - Обычно, когда со мной разговаривают, хотя бы пытаются смотреть в глаза, - медленно проговорил я, в упор глядя на Алекто. Прошлось опустить голову, чтобы моё лицо приблизилось к пылающему личику Кэрроу.        Из расширившихся зеленых глаз скатилось несколько слез. - Мне бы хотелось, чтобы моим первым мужчиной стали вы, Повелитель, - выпалила Алекто, тут же заливаясь густой краской и попытавшись опустить лицо, но я не позволил. - Очень трогательно, - заявил я. - Интересно, как на это посмотрит младший Лестрейндж?        Алекто вздрогнула, как от удара хлыста и уставилась на меня с таким всепоглощающим ужасом, словно перед ней материализовалась Беллатрикс на пике гнева. - Я… Я не… Он… Мы…Лестрейндж меня не интересует, - начала оправдываться девчонка, все больше подтверждая мои догадки о том, что что-то между этой парочкой было. - По правде сказать, из всей этой семьи больше всего меня волнует леди Лестрейндж хотя бы потому, что наверняка теперь попытается убить самым ужасным способом, - Алекто всё же удалось взять себя в руки. - Ну что же, если ты так решительно настроена… - я пожал плечами, будто бы размышляя. - Будь по-твоему. Хотя бы будет чем порадовать твоего подлого папашу.        Алекто шумно выдохнула, когда мои холодные пальцы сомкнулись на её талии. Я ощутил дрожь в её теле. - Неужели волнение? Куда же девалась вся смелость? - я жестоко усмехнулся, делая несколько размашистых шагов к постели и заставляя Алекто двигаться в том же направлении. - Самое время напомнить себе же, что ты сама явилась сюда.        Треск ткани и нижняя юбка опускается на пол, а мисс Кэрроу даже зажмуривается, словно бы страшась своей абсолютной наготы.        С моих губ случайно сорвался приятно-удивленный негромкий возглас. Да уж, отсутствие нижнего белья заставляло задуматься, но пленительные бедра и тут же прикрытый рукой треугольник рыжеватых кудряшек убедили меня в том, что я был прав, когда не прогнал Алекто как только та пришла.        Я оттянул голову Кэрроу за локоны, чтобы та опять смотрела мне в глаза. - И хватит изображать из себя недотрогу. Это глупо после твоих сегодняшних выкрутасов и изрядно раздражает. Не надо со мной играть.        Алекто всхлипнула, испуганно на меня глядя. Она шумно дышала и казалась невозможно напряженной. Словно два разных человека были передо мной две минуты назад и теперь. Но было уже поздно что-то менять.        Я толкнул девчонку на кровать и презрительно посмотрел на неё сверху вниз. Алекто выглядела так, словно к ней приближается дементор. Она попеременно бледнела и краснела, тщетно пыталась взять себя в руки. Даже натянуто улыбнулась.        Я же наконец-то выпустил из рук волшебную палочку, опустив её на прикроватный столик, с каменным лицом скинул с себя рубашку, после чего передвинул Кэрроу на подушки, сжав дрожащие плечи. Девчонка поспешно отползла подальше к изголовью.        Через несколько мгновений, когда я навис над Кэрроу, та опять выжала из себя улыбку. - О, какой ужас я вижу на твоём лице, - усмехнулся я. - Разве оно не должно светиться от счастья? - Это… это от волнения, Милорд… - нервно улыбнулась Алекто, после чего осмелилась поднять руку, чтобы провести дрожащими пальчиками по моей щеке.        Я в ответ с ухмылкой раздвинул её ноги и заставил согнуть в коленях. Кэрроу зажмурилась. Выглядела она довольно жалко. Вздрагивала от каждого моего движения, нервно сжимала мои плечи. Но попыток к бегству пока что не предпринимала. Только опять по щекам слезы заструились, а колени девчонки напряженно зажимали мои бедра. Она словно боролась с собой, а так же подсознательно пыталась меня обездвижить.        Вцепилась в плечи едва ли не царапая, не давая мне толком приблизиться, нервно ерзала, отворачивалась… - П-подождите, - выдохнула Кэрроу. - Я не… я не уверена… - Что-что? - я даже смешок испустил.        Ещё одна глупость. Что она несет? И она говорит это сейчас, когда лежит подо мной в моей же постели, обнаженная, полностью в моей власти? Когда я чувствую тепло её нежной кожи, вижу все сокровенные места? - Я… Милорд, пожалуйста! - Алекто опять всхлипнула и уперлась руками в мою грудь, силясь меня отстранить. - О, ты точно не в своём уме, - заключил я.        Кэрроу хотела было что-то сказать, приоткрыла ротик… Но промолчала. Только таращилась на меня во все глаза. Когда мои губы коснулись её, девчонка рвано вздохнула и вся подобралась. Я мстительно прикусил нижнюю пухлую губку, впрочем, не сильно. Алекто не шевелилась.        Мои руки заскользили по телу Кэрроу, исследуя его. Не в моём вкусе, конечно. Зато, как похабно говорит Рабастан, «есть за что подержаться». Хотя мне больше нравятся более худенькие девушки, но да ладно. В конце-концов, об Алекто Кэрроу мечтают многие благородные волшебники, даже приятно, что этот цветок сорву я.        Кэрроу тщетно пыталась расслабиться, что получалось у неё из рук вон плохо. От моих прикосновений она вздрагивала, её глаза бегали из стороны в сторону, не сменяя встретить мой взгляд, руки нервно комкали простыни.        Когда я начал входить в её лоно, Кэрроу вонзила ноготки в мою спину и сильно закусила губу. - Осторожнее, - потребовал я, перехватывая тонкие запястья и заводя за голову девушки. - П-простите, если я сделаю что-нибудь не так, - пробормотала Кэрроу.        Я опять увидел за маской решительной и роковой волшебницы, коей Алекто себя, безусловно, считала, всего лишь напуганную соплячку. Да какая собственно разница? На эту ночь она для меня просто безликая женщина, с помощью которой я смогу расслабиться, вот и всё.        И что за бревно? Беллатрикс бы сейчас разожгла мою страсть, а эта лежит как на смертном одре, не шевелится.       Тем временем я уперся в преграду и, хотя и ожидал этого, скривился. Так только сложнее, больше слез, нервов и проблем. Но выбирать не приходится, сегодня придется довольствоваться Кэрроу.        Я сделал первый толчок и Алекто, до этого тихо всхлипывающая, вскрикнула и дернулась. Но как же мне было плевать на эту девчонку. И как же сильно меня разъедала злость изнутри. На всё. На Паука и его семейство, на Беллатрикс, на Дамблдора… Необходим был выплеск эмоций.        Толчок, ещё один, и ещё - Алекто продолжает лежать, не шевелясь. Только вздрагивает в такт моим движением и вскрикивает. Ладно, что с неё взять… Приходится полностью взять дело в свои руки. Грубовато сжав бедра Кэрроу, я начинаю ускорять темп, не обращая внимания на её слезы и вскрики.        И хотя удовольствие начинает возрастать, меня не покидает чувство, что что-то сильно не так. А если не врать самому себе - это что-то именно отсутствие Беллатрикс. Она должна быть тут со мной, а не глупая школьница. Где носит треклятую Лестрейндж, когда она мне нужна?        Со злости вколачиваюсь в Кэрроу все быстрее и глубже. Почему-то хочется сделать ей побольнее. Выместить на ней всё, что накипело. За то, что волосы рыжие, а не черные. За то, что глаза зеленые. За то, что она такая маленькая, невысокая… А если вспоминать мой визит в замок Кэрроу, то поводов только добавляется.        Я перевернул Алекто на живот и утопил лицом в подушках, крепко схватив за кудри. Девчонка начала трепыхаться сильнее и верещать громче. Отпустив её гриву, я хорошенько шлепнул Кэрроу по ягодицам. Её громкий вскрик только усилил возбуждение и уже через несколько движений я излился в ревущую Алекто, после чего опустился рядом на постель.        Кэрроу сжалась комочком, всхлипывая и размазывая по лицу слезы. Я же зло уставился в потолок. Раздражает, всё раздражает! Алекто словно деревянная, ещё и придает себе вид мученицы. С Беллой никогда такого не было… Наши ночи в любых обстоятельствах были незабываемые. Она угадывала все мои желания и всегда отдавалась мне как в последний раз. И что же заставило её сбежать подальше от меня… Глупый и, наверное, в некоторой степени наивный внутренний голос кричал, что Беллатрикс не могла охладеть ко мне. Но разум говорил обратное - она же сама уехала, сама тянет время, не возвращается…        К реальности меня вернула Алекто, которая попыталась было встать с постели. - Куда это ты собралась? - раздался мой холодный голос. - Я ещё не отпускал тебя. - Милорд, я… - девчонка замолчала и замера, сидя на углу кровати, понуро опустив голову с растрепавшимися волосами.        Чтобы выкинуть из головы пресловутую Лестрейндж и что-то доказать самому себе, я с новым пылом накинулся на дочь Паука. Перехватив её поперек талии, заставил встать на четвереньки и взяться руками за изголовье. Она тут же сгорбилась, намеренно отстраняясь от меня. - Мой Лорд, может, хватит на сегодня? - жалко проныла Алекто.        В ответ я сжал её плечико так, чтобы наверняка остались отметины и жестоко прикусил нежную шею. Кэрроу заплакала сильнее, судорожно вцепилась в изголовье дрожащими руками. - Это буду решать я.        Дотянувшись до волшебной палочки на прикроватной тумбочки, я произнес одно невербальное заклинание для таких случаев*, в своё время опробованное на Беллатрикс. Гриндилоу её разорви, опять Белла!        Стиснув зубы, я отложил палочку в сторону и поудобнее перехватил Кэрроу, чтобы было сподручнее войти в задний проход. Алекто опять заверещала, что действовало на нервы не лучшим образом. В самом деле, чего ещё она ждала, когда пришла ко мне? Глупых нежностей или сопливой романтики?        Грубо насаживая мисс Кэрроу на свой член, я не мог не злорадствовать. Мерлин, давно хотелось выбить из неё дурь, а заодно и сбить спесь с Паука. И растоптать гордыню этой предательницы Лестрейндж, которая посмела от меня уехать в самое неподходящее время. Одним словом тот факт, что Алекто была совершенно никакой в постели в силу отсутствия опыта, компенсировало моральное удовлетворение.        Не хотелось бы думать, будто я настолько подвержен чувствам, что имею дочку Паука на зло Беллатрикс, но почему-то эта мысль не оставляла меня до тех пор, как разум совсем затуманила похоть. *Очевидно, Милорд имеет ввиду чисто эмм постельное заклинание, действующее на примере нашего магловского аптечного лубриканта.