Опустевший город

«ЧТО?! Что он тут делает?!» — пробежало в голове Симон Райли, когда она поняла, что обрушилась и лежит на самом опасном преступнике Готэма, который к тому же обещался выпотрошить её, как рыбу. Джокер собственной персоной… — ТЫ?! — громко промолвили они в один голос. — Что тут происходит?! Меня всего три часа дома не было! — недоумённо и даже несколько раздраженно, что на неё не похоже, изрекла Харлин. Блондинке никто не собирался отвечать, потому как злой взгляд Симон был устремлён на Джокера. Кажется, она сжимала его пальто ещё сильнее, ведь была очень сердита, но не могла сказать ему этого в лицо. По крайней мере, тогда, когда его забирали в Аркхем. — Чего это ты такая серьёзная? — непринуждённо проронил клоун, на что Райли сдвинула брови и, рыкнув, наконец, отстранилась. Твёрдо стоя на двух ногах, Симон наблюдала за тем, как маньяк встаёт с пола и не могла поверить в его присутствие в этой квартире. Безусловно, она хотела всё высказать в глаза, но высказывать придётся так много… потому Райли не знала с чего начать. И, вообще, всё это казалось диким. Когда шаги в коридорах послышались громче, Джокер ринулся к входной двери, перед этим молниеносно выхватив ключи из руки Симон. Девушка была настолько сердита после такого жеста, что выглядела, как выброшенная на берег рыба — открывала и закрывала рот, и не знала, что говорить. Психопат же быстренько запер дверь, оставаясь возле неё и прислушиваясь к шагам и голосам полицейских, шарящих по лестницам и коридорам. — А ты не обалдел?! — вырвалось у Симон. Райли сама от себя не ожидала резких высказываний, хоть и давно должна была привыкнуть, что порой у неё срывает планку и она даже может кинуть что-то такое едкое, что ранит в самое сердце, сама того не желая. — Тихо, — проронил Джокер, прислонившись к двери, внимательно вслушиваясь и облизывая губы. — Тихо?.. — раздраженно сказала Симон и, обойдя клоуна, мигом провернула ключ, торчащий в замочной скважине и открыла дверь. Харлин ахнула, понимая, что соседка хочет сдать маньяка полиции, а сам маньяк не стал ждать и, резко дёрнув девушку за край куртки, оттянул назад. Джокер провернул ключ так, чтобы дверь снова была заперта. Райли разозлило это больше прежнего, она не сдавалась, потому нервно поправив куртку, двинулась к двери, уже намереваясь позвать копов, но как только разомкнула губы, Джокер тут же закрыл ей рот ладонью и притянул к себе, не давая ступить и шагу. Симон принялась вырываться. — Да тихо ты… — полушепотом проговорил клоун. — Заткнись, — твёрдо добавил он, понимая, что Симон не собиралась успокаиваться. Девушка билась в его руках до тех пор, пока Джокер не проговорил следующее: — Ты хочешь попасть в полицейский участок, идиотка? Во-первых, ты скрываешь преступника, а во-вторых, я вижу твои окровавленные руки! — он пытался говорить тихо, чтобы копы не услышали лишнего шума из их квартиры, но маньяк всё равно был на нервах (постоянно был на нервах), потому говорить тихо получалось слабо. Услышав такое, шатенка прекратила вырываться, так как мозгами понимала, что он прав. К тому же, столько проучившись в юридическом, понимала, что никто не станет разбираться во всём этом, при крайней мере сейчас. Заметив, что Симон успокоилась, психопат убрал ладонь и слегка ослабил хватку. Как только он это сделал, девушка демонстративно скинула его руку со своей, давая понять, что, во-первых она спокойна, а во-вторых, ей противны прикосновения маньяка! Харлин же времени зря не теряла и, прислонившись к двери, прислушивалась к тому, что творится в доме. По округлившимся глазам блондинки, Райли поняла, что что-то не то. — Они идут сюда! — испуганно промолвила Квинзель, на что Джокер отреагировал мгновенно. Преступник дёрнулся с места и побежал в гостиную, при этом слегка зацепив Симон плечом, на что девушка пробурчала недовольное «придурок». В дверь настойчиво постучали, и от этого, прислонившаяся к двери, Харлин пискнула и отскочила. Как только Райли послышался стук, она тут же подняла оружие с пола, оказавшееся в углу после того, как она ворвалась в квартиру, и помышляла спрятать его в сумку. Лучшей идеи её мозги сейчас не могли воспроизвести, но когда девушка услышала гул гитары, упавшей на пол, не сдержалась и метнулась в гостиную, так ничего и не придумав с пистолетом, просто держа его в руках. «Мало того, что этот псих ворвался в дом, угрожал убийством, так теперь ещё будет трогать мою гитару?! Что угодно, только не это!» — возмущённо думала Симон, решительно направляясь в комнату. Как только она оказалась внутри, у неё чуть глаза на лоб не полезли. Джокер лез в окно, а когда она подошла, маньяк уже оказался снаружи, немного запутавшись в занавеске. «Точно придурок…» — Ты что, больной?! — довольно громко вырвалось у Симон. В эту секунду в дверь постучали настойчивей и даже что-то говорили, но Райли была растеряна и зла, потому не слышала, что кон­крет­но го­во­ри­ли по­ли­цей­ские. — Вообще-то, да, милашка, — непринуждённо кинул маньяк, одной рукой пытаясь освободиться от занавески. Райли хотела ответить, но клоун не дал этого сделать. — Этого не видно? — он прекратил попытки убрать ткань и проговорил ровно, одаривая шатенку мрачным прямым взглядом. Симон же была в лёгком недоумении. «Ему что, нужно подтверждение того, что он больной? Он слишком странный даже для больного на голову человека…» — думала Райли, смотря озадачено, и пока она думала над ответом, успела всмотреться в глаза клоуна и определить, что они у него карего цвета. — Ээ… весь город это видит… — немного нерешительно, скорее недоумённо ответила Симон. Джокер расплылся в улыбке, всё ещё смотря исподлобья. Похоже, он был доволен ответом, что напрягало Симон. Какому психу понравится слышать, что он псих? «Капец, он жуткий», — девушке так и хотелось сказать это прямо, и она бы сказала, если бы не услышала голос Харлин, который заставил обернуться, а Джокера шевелиться и осуществлять побег. — Сейчас, подождите секундочку, у меня тут ключ заел… — говорила Квинзель, пудря мозги, пока ещё не вошедшим, полицейским. Симон радовало, что Харлин тянет время, ведь это хорошо в первую очередь для Симон, а для Джокера вообще блестяще, и это должно было огорчать девушку, но почему-то не огорчало… — Если я сейчас не выпутаюсь из этой чёртовой тряпки, тебя повяжут вместе со мной! — нервозно говорил маньяк, держась одной рукой за подоконник окна, а вторую стараясь тщетно освободить от занавески. Райли подумала, что это логично, потому просто помогла и убрала ткань, высвободив руку преступника. — Это седьмой этаж, идиот, — раздраженно и насмешливо проговаривала Райли. — Как ты собираешься бежать? Несмотря на экстремальную ситуацию и, несмотря на то, что у неё тоже проблемы: пистолет в окровавленных руках, а за дверью копы; Симон было искренне любопытно, как маньяк провернёт побег. — Ворвусь в соседнюю квартиру снизу через окно и просто выйду через дверь, пока копы будут на верхнем этаже, — отмахнулся клоун, и Симон не успела ничего ни подумать, ни сказать, как он вырвал пистолет из её руки. — Что ты делаешь? — пораженно и опасливо кинула она. — Полагаю, копы охотятся не только за мной. Твои руки окровавлены, ты что-то натворила, — маньяк на миг замолчал, кинув на шатенку косой подозрительный взгляд. Симон этот взгляд не казался осуждающим. «Конечно, кому тут осуждать, если у самих рыльце в пушку?!» — Тебе не нужно, чтобы они нашли улики, а мне оружие сейчас пригодится. Райли не верила своим ушам. «Это что выходит? Услуга за услугу? Человек слова, говорит?..» — пробегало в её голове. — Ты, ведь, обещался выпотрошить меня, как рыбу?.. — хитро и насмешливо сказала она, смотря на маньяка и сощурив глаза. Девушка хотела скрестить руки на груди, но они были окровавлены, потому Симон не стала этого делать, дабы не запачкать одежду. Он кинул нервный смешок и прикусил щеку. — Обсудим это позже, — сквозь ехидную улыбку промолвил Джокер, а когда Харлин демонстративно громко сказала «Я уже открываю!», Райли не знала, что делать и куда бежать. Маньяк, будто прочитав её мысли, строго обронил: — Руки. В ванную. Девушка тут же принялась действовать по совету Джокера и ринулась в ванную комнату, закрывшись изнутри на замок. Она облегченно вздохнула и мигом открыла кран с водой. Тщательно смыв кровь с рук и запястий, Симон сняла куртку и, слыша, как копы врываются в квартиру, спрятала её в шкафчик вместе с сумкой. — Что происходит?! — ошеломлённо кричала Харлин, а Симон усмехнулась её актёрским талантам. Неожиданно один из копов дёрнул дверь ванной на себя, от чего кареглазая вздрогнула, но не растерялась. — Я уже выхожу, Харлин! — беззаботно промолвила она и действительно намеревалась выходить, дабы не вызывать подозрений. Райли завязала волосы в конский хвост, надеясь, что ее не запомнили в темноте, набрала дыхания в лёгкие и тут же выдохнув, подошла к двери и вышла из ванной комнаты. Напротив неё находился один из полицейских, держа оружие наготове. — Чт… что случилось? — испуганно промолвила Симон, переводя взгляд с одного вооруженного полицейского на второго и на Харлин. Теперь она удивлялась самой себе и собственному актёрскому мастерству, но глядя на Харлин, понимала, что до подруги ей ещё далеко. Квинзель прирождённый артист! — Я… я… Я не знаю, они ворвались… — испуганно проговаривала Харлин, невинно хлопая ресницами. Именно таким поведением Харлин Квинзель выпутывается из подобных ситуаций и порой манипулирует людьми. Нарочитая невинность — её козырь, коим она успешно пользуется. Но, что било блондинку в самое сердце, так это то, что такое поведение действует на всех кому не лень, но на самое ею желанное — Джокера никогда не действовало. Маньяка к тому же раздражало, когда Квинзель принималась за подобные манипуляции. (Порой девушке не приходилось притворяться, иногда он действительно говорил такое, что Харли только и оставалось молчать и хлопать ресницами). Харлин это не злило, а безмерно обижало, она не понимала, почему так, хоть тут и так всё предельно ясно — Джокер не умеет жалеть, у него нет такой черты характера, как жалость. — Извините, мисс, но нам нужно проверить вашу квартиру. Из Аркхэма сбежал опасный преступник, — говорил один из полицейских, размахивая руками, раздавая приказы своим подчинённым. — Также в этот вечер произошло убийство. Копы стали расхаживать по квартире и проверять каждый сантиметр в доме. Симон и Харлин невесело переглянулись между собой, а спустя несколько секунд, Квинзель выкатила глаза и мигом побежала в свою спальню. Симон не понимала, почему у подруги такая реакция, поэтому просто бесшумно направилась в гостиную вслед за двумя полицейскими. Они осматривали каждый угол, но Райли раньше времени заметила, что окно открыто и на одной из занавески, которую она помогала прибрать от руки Джокера, остались следы крови. Девушка прикусила нижнюю губу, и за эти несколько секунд один из копов всё же заметил неладное. Он ринулся к открытому окну, а в это время в гостиную влетела Квинзель. Она остановилась возле подруги, кажется, выкатив глаза ещё сильнее. Сейчас обе практически не дышали, ведь боялись, что маньяк мог не успеть ворваться в соседскую квартиру снизу (Харлин так вообще не соображала, что происходит), а из-за этого девушек заберут в полицейский участок. — Чисто, — сказал полицейский, отстранившись. Симон и Харлин мысленно выдохнули, но радовались рано. — Откуда это?.. — продолжил он, всё-таки заметив кровь на шторе. — Аа… Харлин! — выкрикнула Симон. — Ты снова готовила и, не вымыв руки, открывала окно?! — шатенка устремила на соседку сердитый взгляд, а сама думала о том, как глупо это выглядит. — Я?.. Ну, извини, я готовила рыбу и решила проветрить квартиру, — понуро ответила Квинзель, быстро вжившись в роль. — Сколько можно, Харлин?! — прикрикнула Симон для большей реалистичности. — Постоянно одно и то же! Ты вообще умеешь руки мыть?! Каждый раз, как ты готовишь… — Симон принялась жестикулировать рукой. — Будто ты не ешь мою еду?! — блондинка поставила руки в боки, грозно смотря на Симон. — Да мне твоя рыба уже знаешь где… Оба полицейских перекидывали недоумённые взгляды с одной на вторую, а потом переглянулись между собой и решили, что не должны и не хотят слышать этого инцидента. — Хорошо, тут чисто. Извините, что потревожили, леди, — сказал тот, который осматривал окно. Симон и Харлин кинули на них сердитые тяжёлые взгляды, демонстративно следя за тем, как они уходят. Вскоре из коридора послышалось «Здесь чисто. Нам нужно искать Джокера и убийцу в другом месте». Через пару секунд все полицейские покинули их квартиру и как только они переступили порог, девушки закрылись изнутри и, радостно выдохнув, хлопнулись ладонями. — Фух!.. Я думала, крышка… — с неимоверным облегчением сказала Симон, чуть не сползая спиной по входной двери. — И не говори. Надеюсь, мистер Джей уже далеко отсюда, — воодушевлённо промурлыкала блондинка. Райли только подавила смешок и потёрла один глаз ладонью. За сегодня она устала. Девушки прошли в гостиную: Харлин обрушилась на диван, а Симон подошла к окну, чтобы закрыть. Как только она приблизилась, в лицо дунул холодный ветер, развевая каштановые волосы. Сама за собой не заметив, девушка выглянула из окна, облокотившись руками об подоконник. Джокера больше не было, и она понимала это, иначе копы не ушли бы, но на пару секунд задумалась, задержавшись в таком положении и смотря вниз. «Этот психопат обещался убить меня, но сегодня приключилось что-то очень странное. Он даже помог, как мог… Он помог только потому, что это было выгодно в первую очередь ему!» — проходило в голове Райли, а время, казалось, замедлилось. Её даже не смущал ледяной ветер, она слишком была занята своими мыслями. На секунду девушка отметила, что где-то в глубине души ей хотелось, чтобы Джокеру всё же удалось сбежать, но Симон быстро откинула эти нездоровые мыслишки. — Симон, закрой, пожалуйста, окно. Я сейчас околею, — просто сказала Квинзель, потирая свои руки. Симон проморгалась и с трудом отпрянула от манящей высоты… Закрыв окно, девушка ещё не до конца выйдя из своих мыслей, двинулась к дивану. Следующий вопрос заставил кареглазую очнуться. — Кстати, откуда у тебя пистолет?.. — несмело спросила Харли, смотря на Симон и ожидая искреннего ответа. Симон же тепло улыбнулась и принялась рассказывать историю о том, как она сходила в магазин за шоколадкой! — Да… Похоже, в Готэме даже сладкое есть опасно! — весело выдала Харлин, смеясь. — Да в Готэме дышать опасно! — подхватила Райли. Девушки просто посмеялись над сегодняшним приключением, а Симон была рада, что нашла подругу, с которой можно посмеяться над такими серьёзными вещами. Смех — спасительное лекарство, которое порой разделить можно не со всеми.

***

«Да сколько можно задевать мою гитару, мать твою?!» — сердито думала Симон, резко вставая с кровати. Услышав гул упавшей гитары, девушка проснулась и, откинув одеяло, вскочила с кровати, в таком состоянии даже не заметив, что её подушка куда-то пропала. Когда она держала путь к окну, возле которого стоял инструмент, запуталась ногами в одеяле и почти запахала носом. Райли упала на пол, но успела затормозить одной рукой, потому нос не пострадал, зато рука позже будет побаливать. Не страшно — на запястьях и так синяки… Как только она встала, увидела, что чехол с гитарой находится в лежачем положении. — Ну, всё! теперь Харлин не отделается… — враждебно пробубнила Симон и, пнув ногой одеяло, решительно пошла на кухню. Там Харлин не обнаружив, Райли зашагала в спальню, догадываясь, что соседка прихорашивается или крутиться возле зеркала. Как только она открыла дверь, увидела, что блондинка мирно лежит в кровати и, судя по всему, спит. Конечно, так бы подумал, кто угодно и не стал бы тревожить сон друга, но Симон же сильно злило, что этот самый друг в очередной раз трогает и постепенно ломает её вещи! Не сдержав эмоций, шатенка подбегает к кровати и, замечая, что Квинзель почему-то спит без одеяла, одним резким движением стягивает подушку. Скрутившаяся до этого в комочек блондинка недовольно мычит и скручивается ещё сильнее. — Харлин! — гаркнула Симон. — Просыпайся! Какого чёрта ты трогаешь мою гитару? Я же сказала… — Просыпайся?.. Гитару?.. — девушка подняла голову, даже не открывая глаз. — Симон, ты о чём?.. Спокойной ночи… — небрежно говорила Харлин, едва совладав с языком и укутываясь в имитированное одеяло. «Нормально, вообще?!» — сердито думала Симон, но наяву лишь стояла, округлив глаза. Простояв ещё пару секунд и поняв, что разговор сейчас не заладится, девушка фыркнула и решила принять душ. «Обожаю этого человека! Меня разбудила, а сама мирненько сопит». Под подобные невесёлые мысли, Райли накинула короткий халат на спальные шорты и майку и двинулась в ванную комнату. Почистив зубы, Симон решила принять душ, но после того, как отодвинула шторку, её удивлению не было предела, а писк раздался по всей квартире и даже разбудил, намеревавшуюся спать до упора, Харлин. В ванне спал человек, подложив под голову подушку и укрываясь одеялом. «Стоп. Что? Это моя подушка?!» Пока Симон соображала и поняла, что в ванной спит не кто иной, как Джокер, клоун быстро задернул шторку со словами «Выключи свет», помышляя продолжить сон. Шатенка же разозлившись из-за подушки, снова отодвинула шторку и забрала эту самую подушку примерно так, как пять минут назад проделала это у Харлин. Клоун слегка ударился головой об ванную и резко проснулся, но не от этого, а от того, что его беспощадно били подушкой… — Что ты тут, блин, делаешь?! Ты же сбежал! — кричала Райли, продолжая побивать. В этот знаменательный момент в ванную ворвалась Харлин и остановилась в дверном проёме, совершенно перепуганная происходящим, но когда она поняла, кого занесло в квартиру, страх, будто рукой сняло. — Мистер Джей! — восхищённо пропищала Квинзель и, оттолкнув подругу, кинулась к маньяку на шею. «Какая мерзость», — пронеслось в голове шатенки. — Харли! — рявкнул преступник и бесцеремонно оттолкнул блондинку от себя. — Проваливай. Квинзель чуть отошла, но сложила руки в замок и держала их возле себя. Её глаза восторженно светились, а кукольная улыбка не сходила с лица. Она определённо была рада появлению Джокера, что не скажешь о Симон. — Что ты здесь делаешь? — переспросила Симон, пытаясь выглядеть сдержанной, но было прекрасно видно, что она пытается. Некоторое время Джокер молчал, вставая из ванны и проходя на кухню, а Харлин мигом полетела за ним. Райли закатила глаза и, нервно кинув подушку обратно в ванную, тяжёлыми шагами прошла за этими двумя. Ей нужно было выяснить, что происходит и какого лешего клоун вновь очутился в квартире?! Симон влетела на кухню и лицезрела, как маньяк рыскает в холодильнике, а Квинзель сидит на подоконнике и влюблённо наблюдает за тем, как он вытаскивает продукты и кидает их то на пол, то на тумбу — куда придётся. Симон уже хотела было переспросить в разы настойчивей, но Джокер всё же ответил. — Мне нужно недельку где-то перекантоваться, а в вашу хибару копы больше не сунуться. Я всегда говорил, что полицейские идиоты, сразу двоих упустить… — легко и непринуждённо проговорил маньяк и, наконец, захлопнул дверцу холодильника. Миг он стоял и просто смотрел на закрытый холодильник, видимо, о чём-то задумавшись. Это была хорошая возможность для Симон сказать хоть что-то, но ей будто язык отняло. Когда она уже собиралась отвечать (хоть и сама не знала что), Джокер повернулся к ней и продолжил говорить ещё небрежней. — А ты уверена, что с тобой всё нормально? — шатенка опешила, а преступник недобро ухмыльнулся. — Ты без грима, крошка. Теперь я видел тебя без грима… Пока Райли неловко думала над тем, что она без макияжа, без своей чёрной подводки и вообще в пижаме и халате, клоун начал что-то искать по шкафчикам и тумбочкам. Достав из одного банку кофе, он спросил: — А ничего покрепче нет?.. Симон это разозлило. Девушка нахмурила брови и, подлетев к клоуну, выхватила банку из его руки и поставила на место. — Хватит! — категорично выдала кареглазая и, скрестив руки на груди, смотрела на Джокера исподлобья. — Ты не будешь здесь скрываться. Мы и так дали тебе убежать и не сдали полиции. На такой ответ клоун нервно облизнул губы и подобно Симон скрестил руки и облокотился плечом об холодильник. — Ты же не станешь отрицать, что вчера вечером копы искали и тебя, — он устремил угрожающий взгляд карих глаз на девушку. — Нет, нет, мистер Джей, всё не… — начала Квинзель, но Джокер грубо перебил. — Заткнись, Квинн, — прозвучало монотонное в полной тишине. «Квинн?..» — прошло в голове Райли, но она не стала акцентировать на этом внимания сейчас. — За мной никто не охотился, меня никто не искал! — кинула девушка и, разомкнув руки, прошла мимо него, едва задев плечом. — Какой-то придурок был в бегах и вручил мне этот пистолет, — девушка принялась готовить кофе и открывала банку, но остановилась на миг и взглянула на Джокера, который внимательно и пронзительно наблюдал за ней. — Я никого не убивала. Райли смотрела прямо и её взгляд говорил о том, что она честна. На миг девушке даже показалось, что взгляд Джокера стал мягче и он, судя по всему, поверил. Но длилось это недолго, так как клоун отпустил пару смешков, неотрывно смотря на шатенку. Симон же в какую-то секунду захотелось, чтобы он просто прекратил на неё пялиться, это очень тяжело, взгляд Джокера тяжёлый и недобрый, а вкупе с маниакальным нервозным смехом, становится, мягко говоря, не по себе. Чувствуя, что не выдерживает, Симон просто выкрикнула: — Господи, да заткнись ты уже! — выдала она и звучно поставила банку на столешницу тумбы, так и не заварив кофе. Улыбка сошла с лица Джокера, вместо этого, маньяк слегка сощурил глаза, до конца не понимая такой неоднозначной реакции. Можно было предположить, что Симон сказала так из-за того, что просто-напросто боится, но они оба знали, что это не так, точнее дело не в этом, а если и в этом, то не только. Джокер не разгадал. Поистине Райли этот смех казался не просто маниакальным и бессмысленным, почему-то ей показалось, что в этом самом смехе столько боли… что самой становится больно… На секунду в помещении повисло молчание. Джокер смотрел на Симон недоумённо, слегка потерянно, но едва показывал это, Симон же вообще на него не смотрела, чайной ложкой набирая кофе из банки и кидая в кружку. Благо, что в таких ситуациях всегда есть кто-то на тип Харлин. — Джей, а где ты скрывался и куда дел пистолет Симон? — весело спрашивала блондинка, вскочив с подоконника и держа путь к маньяку. Она выглядела так, будто не замечала странной обстановки в данном помещении. Возможно, так оно и было. Харлин Квинзель не всегда чувствует ситуацию и видит сущность людей. Точнее этого почти никогда не происходит. Джокер тут же перевёл взгляд на блондинку, но такой, что девушка остановилась и осталась стоять на месте, резко прекратив улыбаться. Симон только неодобрительно покачала головой на её вопрос, а преступник не задерживаясь ни на минуту, покинул кухню и, кажется, квартиру. — Куда же ты?.. — спохватилась Харли, провожая Джокера волнующим взглядом. — Действительно, — тихо сказала Симон, но после пнула ногой бутылку с соком и гневно и нервно прокричала Джокеру вслед. — Куда же ты? Продукты мы теперь убирать должны?! Как только за ним закрылась дверь, Харли подлетела к Симон. — Что я сделала не так? Теперь ты видишь… Я не пойму в чём не права, — обескураженно говорила она, а Райли не хотелось ничего отвечать. Симон не могла поверить в непонимание Харлин того, что Джокер ушел не потому, что блонда сказала что-то не то. Это просто джокеровские загоны! — Ты ни в чём не виновата, — спокойно ответила кареглазая. — Мне кажется, ему просто нужно уходить, — девушка сама удивлялась тому, как говорит спокойно, но продлилась эта идиллия недолго. — Он же не будет неделю находиться у нас в квартире, Харлин? Симона перестала копошиться с кружками и ложками и выжидающе уставилась на Квинзель. Ей было необходимо знать ответ на этот вопрос. — Ну-у… — Харли замялась и устремила взгляд вбок, а Райли уже ответ не понравился. — Он ведь помог тебе избавиться от оружия, и… — Нет! Это мы помогли ему сбежать от копов! — всё же шатенка не стерпела и её тон повысился. — Я думаю, что это была взаимная помощь, — быстро протараторила гимнастка и, поджав губы, впилась безвинным взглядом в глаза подруги. «Ох уж этот взгляд… На меня всё равно подобное не действует, как бы она не старалась», — думала бывшая студентка Массачусетса. — Всё, колесо взаимопомощи остановлено, — резко выдала она и, обойдя соседку, двигалась в сторону выхода из кухни. — Но, Симон!.. — услышав умоляющее обращение, темноволосая тяжело вздохнула и обернулась. — Пожалуйста, я не могу сказать «нет», к тому же это невозможно, сама знаешь. «Отлично…» Подумав несколько секунд, девушка закатила глаза и, сказав нежелательное «Ладно», держала путь в ванную комнату, потому как: — Приму я сегодня душ или нет?! После ответа Харлин широко улыбнулась и в пританцовку продолжила делать недоделанный Симон кофе: сыпать сахар и сам кофе в чашку. Симон же была не уверена в своём решении, как, впрочем, и всегда. Единственное, что её успокаивало так это то, что у неё действительно нет выбора, как бы это прискорбно не было. Но дав положительный ответ на то, чтобы Джокер остался тут на неделю, Райли чувствовала, что роет яму для Харлин. Симона наоборот должна ограждать подругу от этого маньяка, а вместо этого происходит непонятно что. На самом деле, это из-за неё, потому что, если бы не оружие, от которого клоун помог избавиться, они бы не стали помогать в побеге. Хотя Райли прекрасно понимала, что помогла не в корыстных целях. Она даже пыталась настучать копам в тот вечер, но осознавала, что в глубине души делать этого не хотела. Конечно же, Симон Райли не признается в этом никому, даже самой себе. Особенно самой себе. Спустя полчаса Симон зашла на кухню и увидела, что за столом сидит Харлин, безмятежно потягивает кофе и читает какую-то книгу. Продуктов же, разбросанных на полу, на полу больше не было. Единственный вопрос, который сейчас интересовал девушку — это почему циркачка не в колледже? Какое-то время она даже не замечала Симон, но поняв, что на неё кто-то смотрит, мгновенно оторвалась от книги. — Я сделала тебе кофе, но ты так долго была в душе… он остыл, — сказала Квинзель. — Давай я сделаю тебе ещё раз? Не дождавшись ответа, блондинка вскочила со стула, кинув открытую книгу на стол, и подошла к кухонным тумбам. Райли лишь пожала плечами, но воспользовавшись моментом, быстренько закрыла книжку, держа пальцы на тех страницах, на которых Харлин остановилась, и пробежалась глазами по названию. Симон не удержала смешок, потому Харли тут же развернулась, уличив подругу в том, как она крутит книгу и тихонько посмеивается. — Что смешного? — недовольно спросила Квинзель, поставив руки в боки и насупив брови. Поняв, что её поймали на горячем, Симон прокашлялась и, открыв книгу на том месте, где соседка остановилась читать, положила её на место. — Да ничего… — невозмутимо, даже равнодушно ответила шатенка, двинув бровью и едва сдерживая смешки. — Это ты показала мне этот фильм, между прочим, поэтому… — деловито начала Харлин. — Да читай ты, что угодно, просто, насколько я знаю, ты не увлекаешься подобной литературой, — настороженность в голосе Симон была едва уловимой. — Фэнтези, но любовные романы… — Симон так и не закончила, но не потому что её перебили. — Ладно, не суть. Я хотела спросить, как прошло знакомство с владельцем цирка? Райли упала на стул и приготовилась слушать. Харлин стала бегать взглядом с угла в угол, оттягивая момент рассказа, сопровождая плоским «э-э-э…». В итоге она повернулась лицом к тумбам и принялась возиться с кружкой. Симон терпеливо ждала ответа и блондинка, поняв это, всё-таки начала говорить. — Мы поужинали, он просто узнавал меня лучше, — налегке проговаривала девушка, всё ещё повёрнута к соседке спиной. — Ну-у-у? Он взял тебя на работу? — с нетерпеливостью и лёгким раздражением в голосе спрашивала Райли. Харлин прекратила копаться и, остановившись, промолвила: — Думаю, да, — выдохнула она. Услышав это, Симон удивилась тому, что радуется за кого-либо. Точнее, человек должен быть очень близким, чтобы Симон воистину радовалась его жизненным победам. — Это же замечательно! — воскликнула темноглазая и ясно улыбнулась. Услышав такую реакцию подруги, Харлин сама заулыбалась и повеселела. — Да, но мне нужно будет выступить через полторы недели в его цирке, — Квинзель облокотилась об тумбы, совершенно забыв о чайнике на плите и, вообще, о том, что хотела сделать кофе. — Первое пробное выступление. Люди должны оценить его, тогда я точно получу работу. — У тебя всё получится. Я в этом уверена! — Райли сама не знала почему, но она была уверена в том, что у Харлин получится завоевать сердце зрителей. Харлин светлый человек, плюс ко всему много занимается и работает. Она точно должна получить эту работу. Кто если не такие, как она? — Спасибо, Симон, — сказала девушка мягким голоском, но их диалог прервал свистящий чайник. Спохватившись, Квинзель, наконец, заварила подруге кофе. Конечно же, Симон всё ещё интриговала и интересовала обстановка встречи Харлин и владельца, но девушка была уверена, что если бы что-то было не так, то подруга наверняка обо всём бы рассказала. Так ведь?.. Впрочем, Квинзель слишком чиста для каких-то там интриг. Она не похожа на девицу, которая будет действовать нечестно или аморально. Невзирая на щадящее снежное утро, вечер и ночь девушкам предстоят длинные, ведь как-никак сегодня рабочий день, от которого никуда не деться. Единственное, что радовало Симон то, что Джокер не появлялся в доме весь день, и ей было очень любопытно, где этот человек скрывается, если намеревался переждать в их квартире? Его невозможно понять… Вообще, клоуна ведь могут поймать, а если нет, если у него есть, где исчезнуть на недельку, то пусть остаётся там, не мешая жить Симон привычной жизнью и не туманя разум Харлин.