Этика клона

Когда она зашла в маленький, пропитанный пылью кабинет, едва наступил полдень. Тонкие шпильки тонули в мягком ковре, застилающем весь пол. Она была того типа людей, которых я на дух не переношу. Стоило только бросить взгляд на ее руки, и все становилось ясно. Маникюр цвета бордо был изжеван. Пальцам некуда себя деть. Она то и дело подносила ладонь к лицу, собираясь в привычной манере начать грызть ногти, но вовремя себя одергивала. — Вы должны мне помочь. Вот так сразу? Ни здравствуйте, ни до свидания. Единственное, что я сейчас должен, так это выпить таблетку «Мотрина», или мои колени меня прикончат. Она села на гостевое кресло. Разумеется, успев пренебрежительно поморщиться от старой обивки. Местами потрескавшаяся, искусственная кожа жалобно зашуршала под тяжестью женского тела. Теперь, когда нас разделял только письменный стол, я смог рассмотреть её получше. Это была женщина слегка за сорок — в каждой складке кожи ощущался груз прожитых лет. Но она не пыталась молодиться. От нее исходила энергетика мудрой женщины, которую напрочь сбивали рваные и дерганые движения. Она уложила маленькую сумочку себе на колени и все никак не могла решить, как положить на нее руки. Не люблю иметь дело с невротиками. — Мне сказали, что вы можете помочь в таких делах. — Кто сказал? — Я несколько неуклюже потянулся к записной книжке, чтобы начать собирать информацию. Словно не ожидая, что я умею говорить, она сильно дернулась, подняла на меня удивленный взгляд… — Ох, нет-нет! — …И яростно замотала головой. — Я немного не так выразилась. Я нашла вас через закрытый портал услуг. Я не выдержал и начал рыться в ящике стола. Эта дамочка может сколько угодно покусывать свои тонкие губешки или нервно мотать головой, пока на ушах, как маятники, раскачиваются серьги с рубинами, но если я сейчас же не съем пару пилюль, то ничего длиннее её имени не запомню. — Так что же произошло, мисс… — Миссис Прэтт. Простите мне мою грубость, детектив. Но это очень деликатное дело. Да-да. Вы все так говорите. Три белые таблетки были тошнотворно горькими. Их едва получилось проглотить не запивая. Боже, когда там уже обед? Я опять вернулся к записной книжке. Что сегодня? Письма с угрозами? Любовница? Сталкер? Очередная жертва мании преследования или других расстройств психики? Авторучка щелкнула, начиная отсчет новой печальной истории. С другими ко мне просто не приходят.