Летний снег

      Роскошный пентхаус, в котором остановилась Коюки, немного ошарашил меня самим своим существованием. Я и не подозревал, что в Конохе можно найти такие хоромы. Логически, если предположить, что, раз уж деревню регулярно навещают богатые клиенты и, как минимум, мадам Сидзими, то существует и спрос на ночлег для высоких гостей. Но одно дело предполагать, и совсем другое — воочию лицезреть.       Коноха обладала на удивление высокой этажностью зданий в центре, пусть до девятиэтажек не доходило. Мы находились на седьмом, и панорамный вид из окна позволял видеть почти всю деревню. Убранство здесь отличалось от традиционного богатства особняка, в котором мы жили с Цунаде и Шизуне. Здесь как никогда чувствовалась рука модернизации, от минималистичного стиля мебели до излишне светлой цветовой палитры и открытости пространства. По правде говоря, оба этих качества раздражали меня больше, чем я ожидал. Всё выглядело… Безвкусицей.       Но, вполне возможно, что Цунаде меня просто разбаловала.       Коюки отослала почти все свои полтора десятка личных слуг и гвардии прочь, не терпя возражений. Её тон повелевал без повышения голоса, а взгляд давил своим весом, даже будучи нейтральным. Она почти не играла.       Власть шла ей к лицу.       Её небольшой караван встретили чуть ли не фестивалем. Потому ли, что Даймё Снега ни разу до сегодняшнего дня не посещал Коноху, или же роль сыграла её популярность как актрисы и просто красавицы, кто знает? Но, судя по следам недовольства, что я сумел уловить в её ледяных глазах, она не испытывала особой радости от шумного приёма.       Она даже не стала заморачиваться со слоями толстой, церемониальной одежды, в которую её нарядили, несмотря на летнюю жару. Коюки просто сняла с себя огромную шляпу и растеклась по креслу, вдыхая аромат подаренного мной букета и наслаждаясь прохладой, созданной моим присутствием. Она до сих пор не проронила ни слова, лишь царственно кивнула, получив цветы, но меня это устраивало. Тем более, когда в паре шагов от нас происходила иная, довольно интересная дуэль взглядов.       Как и положено любому Даймё, Коюки прибыла с охраной. Пятёрка самых обычных молодых самураев носила скорее церемониальный характер, не владея техниками чакры, а настоящим её охранником служил Рога. Отнёсся к задаче он явно серьёзно, даже надев броню чакры. К счастью, в состоянии покоя она не особенно выделялась своей технологичностью. В любом случае, он знал все риски, и всё равно предпочёл защиту Коюки защите информации, чему я был благодарен.       Я быстро поборол желание спросить, на кого мужчина спихнул свою административную работу, но я и так знал самых вероятных кандидатов. Точнее, кандидатку. Фубуки, как пить дать.       В то же время, мне на дипломатическую встречу с важной гостьей отправили Какаши. Потому что, разумеется, он оказался первым выбором деревни. Он ведь спас её в детстве от попытки убийства при перевороте.       И спас ни от кого бы то ни было, а от Роги, Фубуки и... Как там звали того полноватого идиота?.. А, не важно.       А теперь, новый лидер Юкигакуре, бывший чуть ли не основным зачинщиком тех событий, служил личным охранником Коюки. Презабавнейшая ситуация.       — Надаре Рога… Как это понимать? — голос пепельноволосого джонина был тщательно нейтрален, но лишь слепой и глухой не почувствовал бы опасность, исходящую в этот момент от мужчины.       — Хатаке Какаши… Давно не виделись, — усмехнулся гаденько Рога. — Что тебя так смущает?       — Коюки-сама… Он вам угрожает?       — Расслабьтесь, Какаши, — лениво ответила Даймё, не подняв взгляда. — У нас с ним… Договорённость и взаимопонимание. Моего дяди, что учинил переворот, уже давно нет в живых, и он унёс свои амбиции с собой в могилу. С его смертью у оставшихся шиноби Юкигакуре оставалось лишь два выбора. Попробовать отчаянно ухватиться за власть и править самим, или примкнуть ко мне, законному наследнику престола. Они сделали мудрое решение.       — Которое им помог принять Хаку-сан? — с еле заметной долей ехидности спросил Какаши.       — Я лишь немного подсобил сестрёнке Юкие, — улыбнулся я невинно, на что Коюки смерила меня сердитым взглядом и вздёрнутым кверху носиком. Ах, слишком «как ни в чём не бывало» после долгого времени разлуки.       От меня она заранее знала в общих чертах, о чём мы могли и не могли разговаривать. Как знала и о том, что за мной будет вестись постоянная слежка. Однако от неё не требовалось скрывать все детали наших отношений и событий в стране Снега… Лишь самые важные.       Учитывая вопросы Ибики, Конохе уже и так известно достаточно, чтобы подозревать моё прямое участие в смерти Дото.       Но я бы предпочёл, чтобы на этом их познания и закончились. А уж Хонока постарается, чтобы чьи-либо любопытные носы не обнаружили ничего лишнего, благодаря сонму наших следящих печатей.       — Я уверен, Рога-сан неимоверно рад служить девочке, которую он уже один раз предал и хотел убить, — протянул саркастично Какаши.       — Сосетсу-доно оставил страну Снега в тяжелейшем положении, — спокойно пожал плечами Рога. — И отказывался как-либо объяснять постоянно растущие налоги и нищету. У Юкигакуре просто-напросто не оставалось выбора, как последовать за кем-то, кто предложил альтернативу голоду. Мы не самураи с их службой до гроба, Хатаке.       — Ты говоришь красивые слова, но я слышу лишь наёмника, предавшего своих нанимателей дважды, — хмыкнул джонин Листа.       — Я вижу, что тебе очень хочется возмездия за своё старое позорное поражение, но правда в том, что ты просто не можешь меня понять, — улыбнулся ядовито Рога. — Для страны Снега — ты лишь ничего не знающий о нас чужак. Не трать время впустую, пытаясь меня уколоть.       — Хатаке Какаши, — взяла слово Коюки, заставив обоих мужчин мгновенно замолчать, прислушавшись. Она поднаторела в этом деле. — Мы премного благодарны тебе за наше спасение от рук сил узурпатора, и мы не забыли этот долг. Знай же, что мы пребываем в здравии тела и духа, и ни бремя титула, ни какие другие тревоги не гнетут нас.       — Я… Услышал вас, Казехана-сама, — чуть помедлив, учтиво поклонился Какаши. Его стойка наконец-то расслабилась по-настоящему, оставив лишь обычное для шиноби его уровня напряжение и готовность сорваться в действие в любой момент.       — Если у вас так чешутся кулаки, почему бы не устроить небольшой дружеский спарринг? — предложил я с небольшой усмешкой. — Что думаешь, Коюки? Доверишь мне свою безопасность на такой короткий период?       Рога напрягся.       — Я не могу просто оставить свои обязанности—       — Я уверена в твоих силах, Хаку, но слухи о наших отношениях и так зашли дальше, чем мы опасались, — вздохнула девушка, вновь отбросив формальный тон. Она отлично играла раздражительность, и только я, и быть может Рога, хорошо узнавший повадки Коюки, могли распознать злость в её движениях. Её бесило, что наше воссоединение проходило в таких условиях, с притворством, необходимостью держаться на расстоянии и отказывать своим чувствам. — Нам не стоит подбрасывать дров в этот костёр, оставаясь наедине на продолжительное время.       — Боюсь, для этого уже слишком поздно, — засмеялся я неловко — Хокаге-сама почти наверняка считает, что я охмурил и тебя, и Пятую Мизукаге.       — А ты, разумеется, этого не делал? — скептично подняла бровь Коюки.       — Конечно нет, сестрёнка, как ты могла такое подумать! Но если ты вдруг заинтересовалась?..       — Кхм-кхм… Разве у вас не назначена сегодня встреча с Шизуне-сан и Цунаде-сама? — кашлянул Какаши рядом. В её голосе читалось лёгкое веселье пополам с укором. Он почуял, что я играл на публику, но всё равно подыграл.       — Ох, и правда, я совсем запамятовал! — засмеялся я неловко. Коюки вперила в меня убийственный взгляд. Да уж, лучше её сейчас не подзуживать, иначе сорвётся с цепи. Она и так изводилась от зависти к соперницам, которым, в отличии от самой Даймё, не нужно ни в чем себя сдерживать. — Возвращаясь к делам насущным… Ты же понимаешь, что я не имею финального слова в каких-либо переговорах?       — Я уже успела повидаться с Хидеёши-доно по пути сюда, — отмахнулась Коюки, как будто официальная дипломатическая встреча с Даймё страны Огня была чем-то незначительным и не важным. Какаши, к его чести, никак не отреагировал, но я подозревал, что он и сам не питал особых патриотических чувств к правительству страны. Шиноби Конохи были прежде всего лояльны друг другу и воле Огня. Даймё был покровителем, спонсором и дорогим клиентом, но не более. — С Хокаге мы переговорим позже. Но можете передать ему заранее, что, если он рассчитывает на дорогие заказы просто потому, что ты меня «охмурил», то пусть закатает губу.       — Коюки, ты режешь прямо по живому… Я ведь даже успел ляпнуть, что могу помочь с установлением тесных отношений со Снегом… Хотя бы несколько больших миссий?       — Я подумаю, — хмыкнула девушка. — Танаку снова потянуло на юг, и ему с командой понадобится охрана. И, так уж и быть, я найму тебя для своей защиты, в том числе и на Экзамене. Большего не проси. Я не могу сорить деньгами в такое трудное для страны время.       — Я понимаю, — улыбнулся я. — Но значит ли это, что вы и правда пошлёте свою команду?       — Всего лишь одну, — уточнила Коюки. — И я честно не могу сказать ничего больше. Мои познания в тонкостях вашей профессии всегда оставляли желать лучшего. Спроси лучше Рогу.       — Пусть это останется в секрете, Коюки-сама, — ответил мужчина коротко. — Они докажут силу Юкигакуре делами, а не словами.       — Как скажешь. Если они опозорят меня и не смогут пробиться в финальный турнир, то вина за их провал ляжет на тебя, — хмыкнула Даймё. — Потому что путешествие в Коноху к назначенной дате уже оплачено. Я уверена, что другие гости с радостью воспользуются шансом посмеяться над моей неудачей.       — Скажи лишь слово, и я защищу твою честь, Коюки, — улыбнулся я галантно, но она лишь закатила глаза.       — Ещё чего. Лучше беспокойся о себе, Хаку.       Это будет сложно, учитывая, что ты окажешься в самом эпицентре неприятностей, сестрёнка…       — Коюки-сама… Что насчёт просьбы Танаки-доно? — внезапно подал голос Рога со сложным выражением лица.       — А? — моргнула непонятливо Коюки, прежде чем её озарило. — Ах да, точно. Добавь к моему прошлому предложению полноценные контракты на найм тебя в качестве актёра, — улыбнулась она. — Мы можем предложить и несколько контрактов поменьше, разумеется, для заинтересованных в актёрской игре шиноби. Как показала практика, с вами нужда в спецэффектах сильно падает, что очень выгодно отражается на бюджете… Но Танака прежде всего заинтересован в тебе, Хаку. Без тебя не будет и других заказов, ты понимаешь.       — Могу ли я задать вопрос? — неожиданно скромно поднял руку Какаши, собрав на себе наши взгляды. Коюки с любопытством наклонила голову, кивнув. — …Ходят слухи, что вы будете играть главную роль в экранизации первой книги в серии Флирта, «Рай»… Это правда или лишь домыслы фанатов?       Коюки тяжело выдохнула.       — Если мой вопрос неуместен, то я глубочайше прошу прощения—       — Нет, всё в порядке, — ответила Даймё устало. — Просто я до сих пор не могу поверить, что мой режиссёр уговорил меня сняться в романтической комедии, пусть и с вырезанными пикантными сценами. — Со стороны Какаши послышался еле слышный пораженческий стон. — Особенно в роли «Унаде». Её характер меня… Раздражает, — призналась девушка, посмотрев мне в глаза. Пропустить жирный намёк вышло бы с трудом.       — Хмм… А кто будет играть главную мужскую роль? — попытался я сменить тему.       — Ты.       — Ась?       — Ты будешь играть Дирая, — усмехнулась Коюки. — Это условие, которое я выставила. Если книжное издательство Листа так хочет эту экранизацию, они знают, что делать.       Какаши поперхнулся.       …Понятно. Двойной укол в сторону Цунаде.       Погодите-ка… Она же ведь до сих пор не знала о сюжетах книг Джирайи, насколько я мог понять… И вряд ли они с Шизуне пропустят фильм с моим участием…       …Надо бы посоветовать отшельнику в будущем слинять подобру-поздорову из деревни на время премьеры. Я не хочу брать себе на душу этот грех.       — Как насчёт небольшой экскурсии по деревне? — предложил я после паузы.       — К сожалению, моё время строго ограничено. Тем более, что Цунаде и Шизуне тебя уже наверняка заждались, — усмехнулась Коюки. — Было приятно увидеть тебя вновь, Хаку. Не забывай писать… И не пропускай мои миссии.              

***

             Белые, исполинские кости уходили на многие десятки метров вверх, в кислотно-зелёное небо, периодически двигаясь вверх и вниз, будто на волнах. Их количество поражало воображение, создавая настоящий белый «лес» вокруг опушки, на которой мы собрались. Влажные, порой чавкающие звуки постоянно слышались со всех сторон, достаточно громко, чтобы простой разговор приходилось проводить на повышенных тонах.       Лес Шиккоцу, «мокрых костей».       Наша группа находилась в самом центре территории Кацую. Если ещё точнее, мы находились в центре Кацую. Её настоящие размеры покрывали десятки, если не сотни квадратных километров местности. Я знал, что слизень была особенной даже по сравнению с остальными призывами, но я плохо помнил, насколько.       Единый организм, подобный рою, но под одним сознанием. Способный разделиться на миллион отдельных частей, и управлять каждой без потери контроля, на огромных расстояниях друг от друга. Способный передавать чакру через эти части.       Пусть её неуязвимость и уступала возрождающимся после смерти Биджу, но, в какой-то степени, она уделывала их. Бессмертное существо, что выживет, пока остаётся хотя бы микроскопическая её часть. Обладающая неподражаемой многозадачностью.       — Какая дама… Каждый раз не перестаю восхищаться её великолепием, — с восхищением протянул Усагин с моего плеча.       — Усагин-доно… Вы смущаете меня… — послышалось с другого. Маленькая копия слизня сидела тут для лучшей коммуникации с нами. И с одним зайцем. — К тому же, вы знаете, что слизни…       — Конечно, но такие незначительные детали не мешают мне наслаждаться вашим обществом, товарищ Кацую, — глубоко засмеялся заяц. — Конечно, если вам неприятно такое обращение?..       — Н-нет, нет, что вы, Усагин-доно! Мне удобно и так, и так! И-и я тоже с нетерпением жду наших бесед! — заверила его Кацую.       — Знаешь, партнёр, я не уверен, чего испытываю больше по отношению к Усагину-доно. Страха или уважения, — прогудел у меня в сознании Исобу.       — Для него то, что внутри, гораздо важнее всех остальных мелочей, глупый брат. Что тут непонятного? — фыркнула Кокуо.       — Хочешь сказать, для него важна её слизь?       — Пфф.       Я терпеливо стоял, пока призывы флиртовали на моих плечах, под комментарии Биджу, наблюдая за двумя оставшимися гостями этого места.       Шизуне и Цунаде сидели на коленях друг напротив друга, расположившись на влажном теле Кацую, что служило здешнему лесу «землёй». Их руки сцепились в замок, переплетая пальцы, а лица застыли в напряжении. Если приглядеться внимательно, то не составило бы труда заметить, как кожа их рук в некоторых местах как будто бурлила, а суставы порой неестественно выгибались.       Шизуне, наконец-то, благодаря моим печатям, смогла достичь рубежа, отделявшего её от завершения своего обучения. В данный момент Цунаде передавала ей часть Джионгу, живых нитей, буквально всаживая «черенок» в тело ученицы, параллельно обучая её контролю над необычным органом. Процесс обещал оказаться быстрым, учитывая, что единственной причиной, по которой Цунаде не делала этого раньше, была нехватка контроля чакры Шизуне.       Джионгу служил первым, и очень важным этапом. Живые нити вырабатывали прорву чакры каждую секунду, благодаря чему Бьякуго не нуждалась в долгой подзарядке годами.       Брюнетка вздрогнула, приоткрыв рот. Цунаде тяжело выдохнула, её руки окрасились зелёной чакрой, а печать на лбу начала расползаться по её телу. Спина Шизуне вытянулась, застыла. Через несколько секунд дрожь, что её охватила, утихомирилась, и девушка открыла глаза, широко улыбнувшись. От её раскрасневшейся кожи шёл пар.       Никаких признаков усталости, что и следовало ожидать. А ещё… Я, пожалуй, ещё не видел её такой счастливой. Подозреваю, что девушка мечтала о сегодняшнем дне долгие годы, бессильно стучась в потолок своих возможностей. Пробыть столько лет ученицей Цунаде, вкладывая свою жизнь в заботу о ней, но так и не овладеть её лучшей техникой? Это не могло не ударить по самооценке.       — Странное ощущение, — прошептала Шизуне, к чему-то прислушиваясь. — Я чувствую свой организм до мельчайших деталей… И этот жар… Как будто во мне работает печь…       — Распределяй чакру по всему телу. Можешь поэкспериментировать с откатом, но аккуратно, — устало посоветовала Цуна. Она явно приложила немало усилий, чтобы как можно сильнее облегчить передачу Джионгу ученице. — Когда ты получишь Бьякуго, то скидывай всё в неё. Печать выдержит любой объём, благодаря связи с Кацую.       …Ах, кажется, я понял, откуда слизень набрала такие умопомрачительные размеры. Постоянный поток чакры подстёгивает её рост… Хотя не думаю, что одной Цуны хватило бы.       — Что насчёт самой фуин, Кацую-сан? — поинтересовался я. — Это ведь, по сути, ваша печать, верно? Вы сами её ставите, или это должен сделать призыватель?       — Бьякуго не принадлежит мне, — смущённо поправила меня слизень. — Это старая, скучная история, и я не хочу сейчас тратить ваше время, поэтому пусть этот секрет пока что останется со мной. Но, отвечая на твой вопрос, Хаку-кун, Печать служит меткой моего контракта. Не имеет особого значения, кто именно её нанесёт, только наша договорённость. После чего часть меня проникает в фуин, создавая связь и подтверждая наш контракт.       — Какой изысканный метод, — протянул Усагин заинтересованно, чеша подбородок. — Призыватель служит якорем, а их чакра напрямую влияет на ваш призванный размер, товарищ Кацую.       — Ох, Усагин-доно, вы меня перехваливаете, — затрепетал маленький слизень у меня на плече. Кажется, и земля под нами чуть задрожала. — В этом немного моей заслуги…       — Что вы, что вы—       — Вы не против, если я начну с печати, Кацую-сан? — вмешался я, пока они совсем не забыли, что тут есть и посторонние. Хотя, судя по чуть порозовевшей и любопытной Шизуне, она всецело была готова к этому эпизоду «Межвидовых Отношений». Цунаде лишь закатила глаза. Это не первый раз, когда наши призывы общались при нас.       — Кхм-кхм. Конечно, Хаку-кун, можешь начинать, когда тебе удобно, — смущённо произнёс слизень.       Я встал напротив девушки, положив свои ладони ей на виски и посмотрев в глаза.       — Ты готова? — спросил я мягко. Шизуне тепло улыбнулась мне и промолчала, прикрыв веки.       Что ж, после такой демонстрации доверия я просто не мог позволить себе допустить оплошность.       Импульс чакры активировал мои змейки с заготовленными пассажами. На теле Шизуне проступила моя нагрузочная История. Змейки сцепились с уже существующими узорами, подстраивая новые конструкции, в будущем способные проводить чакру из Печати Сотни по всему организму, пока я сжимал и утрамбовывал строчку за строчкой в небольшой ромб у неё на лбу, на месте третьего глаза.       Интересно, что, если чуть-чуть изменить иероглиф в названии печати, оставив чтение неизменным, «Бьякуго», получившийся термин означал бы «Урна», белую отметину на лбу Будды, символ прозрения и просветления. Когда-нибудь стоит узнать у Кацую поподробней о её так называемой «скучной истории».       Пока я размышлял, почувствовал, как тренировочная История Шизуне начала охватывать живые нити в её теле. На опыте Цунаде мы выяснили, что это идёт им обоим на пользу, поэтому я лишь с интересом наблюдал за процессом.       Через десяток секунд Бьякуго было завершено. Маленькая Кацуя с моего плеча, дождавшись нужного момента, прыгнула на лоб девушке.       — Контракт заключён, Като Шизуне, — с торжественностью заявил призыв.       Шизуне облегчённо выдохнула, когда излишек чакры, продолжавший копиться и копиться в её организме, полился в новый резервуар. Её кожа постепенно приняла нормальный цвет. Когда Кацую спрыгнула на плечо девушки, на лбу той красовалась начинавшая проявляться печать.       Никаких трёх лет сбора излишков. С моими улучшениями и Джионгу этого больше не требовалось, как обоим девушкам передо мной, так, скорее всего, и Сакуре в будущем.       — Благодарю, Кацую-сама, — встала и поклонилась Шизуне. — Я постараюсь не беспокоить вас по пустякам!       — Ох, не стоит волноваться. Правда. Зови меня, когда угодно, — замахала щупальцами Кацую. — Даже просто поговорить. Серьёзно. …Пожалуйста.       — Ах. Мне знакомо это чувство, — прокомментировал Исобу меланхолично.       — Кацую скучает здесь без дела большую часть времени, — пояснила растерянной ученице Цуна с лёгкой усмешкой, вытирая пот с лица. — Бедняжка даже от меня пыталась скрывать, как ей здесь одиноко одной. …По крайней мере, пока она не нашла себе кавалера.       Кацую с полувздохом-полустоном упала с плеча Цуны и растворилась в «земле» под аккомпанемент глубокого смеха Усагина.       К сожалению для слизня, со своей основной массой она ничего не могла поделать.       — Хм. А учит ли Кацую сендзюцу? — задал я чесавшийся у меня на языке вопрос.       — Нет, — отрицательно качнула головой Цуна. — По той или иной причине она не способна к нему. Но в этом лесу есть источник, с помощью которого мой дед научился обращаться с природной энергией. Хочешь, покажу?       — Ах, нет, боюсь, мне эта дорога закрыта, — улыбнулся я виновато, бросив взгляд на Усагина. Тот лишь многозначительно улыбнулся.       Все эти странности… Могло ли так быть, что и сама Кацую не с этого мира родом?       И если так, мог ли её контракт с Цунаде быть причиной неудач куноичи?       Впрочем, сейчас не время для подобных расспросов.       Когда нас выдернуло из территории Кацую, я, не теряя времени, вручил Шизуне предназначавшийся ей букет. Девушка покраснела и расплылась в улыбке.       — Я ведь могла и не справиться, знаешь?       — Чепуха. Мы верили в тебя, а тебе пора начать верить в себя, — улыбнулся я.       Шизуне прикусила губу. Я вопросительно поднял бровь. В её глазах горел азарт.       — Цунаде-сама… — прошептала девушка неуверенно, бросив взгляд на наставницу. Та закатила глаза.       — Отпразднуй, девочка. Ты заслужила. Я монополизирую его в другой раз.       — Спасибо! За мной должок!       Внезапно я почувствовал, как тонкие ручки обхватили мой торс и закинули на хрупкое плечо, как мешок картошки, после чего понесли в спальню. Кто бы что потом не говорил, но я не издавал девчачьих вскриков, как бы не ухмылялась махавшая мне вслед Цуна.       Оставшийся вечер и ночь я поздравлял с успехом ставшую такой же неутомимой, как и наставница, Шизуне, и лишь утренние лучи солнца подвели конец моим стараниям.              

***

             Цуна с иронией посмотрела на букет, который я ей вручил.       — Интересная подборка, — хмыкнула она, разглядывая цветы. — И не думай, что я не заметила закономерность с визитом Коюки и прорывом Шизуне. Кстати, ты знал, что в моё время язык цветов был обязателен для изучения?       — Я не беру свои слова… цветы назад, — поправился я с улыбкой. — К тому же, я слышал, девушкам они нравятся. Прими их хотя бы в качестве извинения за головную боль, которую ты ради меня вытерпела.       — На будущее, я предпочитаю комнатные растения. В клане не любили дарить срезанные цветы, считая грубым и невежливым, и это частично передалось и мне, — ответила Цуна, но несмотря на её слова тон её голоса потеплел, а на лице играла тень улыбки. — Но за жест спасибо. Хоть и не стоит. Я действительно считаю, что твоя идея с психотерапией революционна. Мне не привыкать бодаться лбами с упёртыми стариками ради прогресса. Ты ведь начинаешь приёмы сегодня, если мне не изменяет память?       — Если не возникнет никаких неожиданных проблем, — пожал я плечами. — По правде говоря, я удивлён, что эту идею так быстро одобрили.       — Не рассчитывай на многое, — предупредила Цуна, посерьёзнев. — Как и с любым нововведением и переменами, многие смотрят на «лечение души» со скептицизмом. Вам придётся доказать свою эффективность прежде, чем тебя допустят до… Деликатных пациентов.       — Хмм… А ты не считаешься?       Блондинка смерила меня насмешливым взглядом.       — Ты действительно хочешь, чтобы твоим первым официальным пациентом стал человек, с которым ты спишь? Не думаю, что подобная репутация будет тебе сподручна. Особенно если это правда.       — Кхм. Да, пожалуй, так будет лучше …Погоди, ты сказала «вам придётся». Что значит «вам»?       Цунаде удивлённо моргнула.       — Тебе не передали?       — О чём?       В этот момент в дверь кабинета постучали, прервав наш разговор. Переглянувшись со мной, Цунаде позвала нежданного гостя внутрь.       — Цунаде-сама! Генин Яманака Ино прибыла! — отчиталась знакомая девочка в слишком коротком белом халатике, из-под которого виднелись бинты на её бёдрах, Её глаза расширились, стоило ей заметить моё присутствие. — И Х-хаку-сама! Как прошла ваша встреча? Цветы пригодились? Я— Ой. — Она уставилась на букет, который не так давно собрала, в руках Цунаде. Щёки девочки медленно заалели. — Ох. Ооох. Эмм. О чём мы говорили?       Цуна фыркнула, достав с полки вазу, и поместила в неё цветы, после чего повернулась к девочке.       — Яманака. Ты подписалась на волонтёрские миссии в госпитале, верно?       — Так точно! Я не могу уступить Сакуре! — с горящими глазами заявила Ино. Я тихо застонал, начав догадываться, куда всё шло.       — Похвально, — кивнула Цуна. — Немногие в твоём возрасте задумываются о подобной возможности. Я рада видеть, что новое поколение не совсем безнадёжно.       — А-ха-ха… — неловко засмеялась Ино, нервно смяв ткань халата. Было очевидно, что она не считала похвалу заслуженной. — Я, я постараюсь оправдать ваши надежды!       — Но так уж сложилось, что сейчас нам не требуются лишние медбратья и медсёстры, — продолжила Цунаде, еле усмехнувшись, заметив реакцию девочки.       — Н-но… Получается, что это всё зря?.. И волонтёрство, и костюм сексуальной медсестрички…       К чему ты готовилась?..       — Не совсем, — куноичи повернулась ко мне. Так и знал. — Видишь ли, наш Хаку хочет стать первопроходцем в области ментального здоровья и лечения. Верхушка со скрипом согласилась дать ему шанс, однако они поставили определённые условия. Одним из них стало присутствие Яманака на сеансах.       Ино встала столбом, слегка приоткрыв рот.       — П-погодите. Если вам н-нужен кто-то из клана, почему не мой отец, и-или шиноби постарше?!       — Видишь ли, старейшины наверняка планировали постепенно вытолкнуть Хаку с должности, оставив всё начинание на твой клан в будущем. Вот только они ни черта не понимают, что одной вашей специализации недостаточно для того, что мы задумали, — сказала Цуна, сведя руки в замок. Её взгляд будто пригвоздил бедную Ино к полу. Девочка беззвучно хлопала ртом, безуспешно пытаясь переварить информацию, явно не предназначавшуюся для её ушей. — Однако я сумела подловить их на слове. «Любой Яманака подойдёт». Поэтому ты здесь. Я заметила твою подпись в документах. Разумеется, ты не против помочь, верно?       Девочка отчаянно замотала головой. Мудрое решение, этот вопрос звучал совсем не как вопрос.       Но всё же, Ино?.. Я не имел ничего против девочки, напротив, у меня осталось вполне позитивное впечатление от нашей встречи, да и по воспоминаниям из прошлой жизни, она являлась самой уравновешенной из своего потока. К тому же, как Яманака, уверен, что она не будет бесполезной, даже без своего хидэна.       Однако, совместная терапия с человеком, с которым разговаривал лишь раз до этого… Более того, полнейшим новичком?       Впрочем, не стоило загадывать раньше времени. В худшем случае, мне просто придётся играть на два фронта. Хоть это и выйдет лишней тратой нервов.       Я задумался, оглядев девочку ещё раз. Почувствовав взгляд, Ино вытянулась по струнке, нервно улыбнувшись дрожавшими губами. Ёлки-палки. Сколько ей сейчас, двенадцать, тринадцать? Её менталитет, образ мышления подходил её возрасту, в отличие от вынужденных резко повзрослеть генинов Седьмой команды. Как бы не пришлось лепить из девочки что-то стоящее самому…       Я наклонил голову, поймав интересную мысль.       Ино отчего-то покраснела и неуверенно отступила на шаг. Моргнув, я понял, что на моё лицо сама по себе вылезла хищная улыбка.       Интересно, как отреагирует Иноичи, когда узнает, что его золотце попала в личное ученичество к такому мутному типу, как я?       — …Вижу, вы найдёте общий язык, — весело фыркнула Цуна. — Хаку. Учти, что, прежде всего, она волонтёр, а не твой личный миньон. Спланируйте свои расписания, но не забывай, что у неё есть своя команда, миссии и тренировки.       Пока что, хмыкнул я мысленно. Если я заявлю на неё права, моя воля станет первостепенной при составлении порядка дня Ино, и лишь сам Хокаге сможет оспаривать мои решения.       Но сейчас ещё слишком рано. Девочка может согласиться, а может струсить. Верхушка деревни может вмешаться, если я буду действовать слишком резко.       Зачем рисковать? Пусть поварится на медленном огне. Когда все сообразят, что к чему, будет уже поздно рыпаться. Это будет моё небольшое хобби, мой маленький коварный план.       — Он всегда так коварно хихикает, когда встречает новых людей? — прошептала Ино, наклонившись к Цунаде.       — Нет, девочка, и мне очень жаль, — ответила куноичи, похлопав Ино по плечу. — …С другой стороны, он не показывает эту сторону тем, кого невзлюбил, так что, не всё потеряно?       — Мне совсем не нравится то, как вы неуверенно звучите, Цунаде-сама…       С удивлением для себя я с нетерпением ждал начала нашей совместной практики.              

***

             — Заходите, открыто! — позвал я, устроившись в своём кресле поудобней. Ино, которую я заставил переодеться в нормальную форму медсестры (всё ещё излишне короткую, на мой скромный взгляд), сидела рядом, на офисного вида стуле, с блокнотиком в чуть нервно сжатых пальцах. Сегодня её роль заключалась в наблюдении и архивировании, и я заранее предупредил, чтобы она поменьше говорила и побольше слушала. К счастью, я не успел потерять своего авторитета «Широ-сама» в её глазах, несмотря на свои приколы. Думаю то, что я оказался джонином Листа, перевесило увиденные недостатки, по крайней мере, на какой-то момент.       Дверь резко отворилась, впустив шум громких голосов из коридора.       В наш новый кабинет запрыгнула, будто спасаясь из-под артобстрела, Сакура, тут же захлопнув дверь и повернув на замок, тяжело дыша.       Она уже повернулась и приоткрыла рот, чтобы что-то мне сказать, но тут же заметила Ино и замерла столбом.       Блондинка выронила из онемевших пальцев блокнот.       — Что ты здесь делаешь???       — Что ты здесь делаешь???       Я тяжело вздохнул.       Спустя какое-то время, когда ситуация чуть подуспокоилась, установился паритет.       Обе девочки сверлили друг друга взглядом. Сакура холодным, Ино горячим. Настоящий баланс.       Нет-нет-нет, сейчас не время шутить.       — Когда я говорила о тренировках, я подразумевала совсем не это, — процедила Сакура. — Свинино, ты совсем берега потеряла? Хаку-сама, если она вас достаёт, только скажите.       — Я из доброты своего сердца решила помогать нуждающимся людям, а мне тут ещё что-то предъявляет розовая горилла, — подняла носик вверх Ино, свысока посмотрев на соперницу. — Между прочим, моё присутствие критически необходимо Хаку-сама. Это вопрос жизни и смерти!       — Это вопрос политики и бюрократии, — поправил я с лёгкой улыбкой. — И что это за разговор о тренировках? Ино-чан, тебе нужна помощь? Я совсем не против, но только в свободное от работы время, хорошо?       — Аа— А-ха-ха, что вы, Хаку-сама, не стоит! — замахала руками девочка, внезапно побледнев. — Я не могу отнимать ваше драгоценное время—       — Ей очень, критически важна помощь, — усмехнулась Сакура. — Ино тратит слишком много времени на поцелуи с землёй.       — Я не настолько занятой человек, что не могу найти времени на помощь младшему товарищу, — улыбнулся я, потрепав блондинку по макушке. Её пораженческое настроение было настолько высоко, что она даже не отреагировала на потревоженную причёску. Ну, это для её же пользы. — Но, если позволите, оставим пока что этот разговор. Признаться честно, я оплошал, не проверив заранее список записавшихся ко мне людей. Я не ожидал увидеть тебя так скоро, Сакура.       Девочка бросила последний едкий взгляд в сторону Ино, после чего повернулась ко мне.       — Цунаде-сама сказала, что я могу помочь, — сказала Сакура, почти оправдываясь. — Вот я и записалась…       — А что насчёт… Толпы в коридоре? — спросил я с нехорошим предчувствием.       — Ну, я подумала, что это несправедливо, что Хаку-сама пытаются помешать помогать людям, поэтому… Я немного, того… Распустила небольшой слух… — под конец её речь стала совсем тихой.       — Лобастик, не говори, что ты растрепала о Хаку-сама Ами и прочим? — спросила, нахмурив брови, Ино, успевшая отойти от поражения.       — Ну…       Я встал и нерасторопно подошёл к двери, открыв замок. Аккуратно выглянул из проёма.       — Ааа, Широ-самааа!!!       Я захлопнул дверь и повернул ключ. Вернулся и плюхнулся обратно в кресло.       — Ну, в какой-то степени им и правда нужна помощь с головой, — пробормотал я задумчиво.       Обе девочки отчего-то покраснели.       Что ж. Никто не говорил, что будет легко.