Gangbang

      Чонгук сидит на диване и листает один из притащенных Тэхеном каталогов какой-то выставки. Они раскиданы по их дому в приличном количестве, стоят стопкой на журнальном столике, парочка в ванной, еще несколько на кухне. Чонгук иногда просматривает их, чтобы разгрузить голову, для него они как книжки с картинками. По прошествии примерно полутора лет жизнь расставила все по своим местам. Чонгук, как и мечтал, владеет городом. Его задор и жажда жизни никуда не делись. Он с удовольствием сам держит в руках пистолет и не отсиживается в офисе. Постоянно встречается с поставщиками, подыскивает что-то новое и вовремя прижимает мелких тараканов, что снуют у него под ногами. Ему ли не знать, на что способны все они, жаждущие хорошей жизни и золотого трона. Поначалу многие из банды Намджуна Чонгуку не доверяли, считали, что босс сошел с ума, раз позволил этому юнцу забраться на свое место. Они не думали всерьез, что Намджун совсем уж отойдет от дел, но после нескольких удачных сделок сменили гнев на милость. Оказалось, что Чонгук умеет работать и, что самое главное, до безумия это любит. Он мог сорваться на встречу и посреди ночи, прикрыть спину, если потребуется, но серьезных осечек не прощал и не позволял собой пользоваться. Все свои легальные предприятия Чонгук передал уже на следующий день после примирения сторон. Оказалось, что тот отель на окраине, в котором последний раз видели Сокджина, был передан ему во владение, и теперь он тоже перешел Намджуну.       В одном из журналов взгляд Чонгука приковывает невероятной красоты серьга с крупным алым камнем — работа молодого дизайнера. Он подает большие надежды, а эта вещица взяла на выставке какую-то награду. Чонгук бегло читает описание, потому что серьга невероятно подходит Тэхену. Она словно была создана для него. Чонгук долго вглядывается в камень, расходящиеся лучи из золота и все сильнее желает заполучить ее для Тэхена. У них не намечается какого-либо события или праздника, но разве нужен повод для того, чтобы порадовать близкого человека. В голове Чонгука пролетает мысль, что с подобным украшением, пожалуй, можно и предложение сделать. Он улыбается и откладывает журнал. Какая глупость в самом деле, ведь им это совершенно не нужно. Они прекрасно живут, не собираются расходиться, да и все эти кольца, свадьбы. Чонгук может и так подарить с десяток всяких безделушек, если Тэхену этого захочется, он и сам может купить себе любое понравившееся. Однако шальная мысль не отпускает его несколько недель.       Чонгук покупает серьгу и, пока Тэхена нет дома, долго вертит ее в руках. Намджуну нужна какая-то информация, его хотят обмануть то ли с продуктами, то ли еще с какой-то ресторанной ерундой, и Тэхен выполняет свою работу, вот уже пару дней появляясь только к вечеру.  — Предложение…       Чонгук поглаживает пальцем камень и размышляет о том, где бы это могло произойти, как это сделать. Сама мысль уже не пугает его и даже не кажется абсурдной — он как-то сросся с этой идеей.       На дворе самое начало зимы, а Чонгуку уже холодно. Хочется погреться, отдохнуть, вытащить куда-то Тэхена, да и ребятам не помешает небольшой отпуск. Он выбирает место с пляжем, ярким солнцем и бесконечным морем. Дубай вписывается в эту картинку просто идеально. Чонгук прикрывает глаза и словно кожей чувствует легкий бриз. Замечательно. Они смогут отдохнуть от бесконечных сделок, оружия и наркотиков, побудут с Тэхеном вдвоем и поваляются на пляже. Чонгук бронирует виллу и идет собирать вещи, пряча в свой чемодан небольшую коробочку. Где-нибудь на пляже, вечером, когда солнце начнет прятаться за горизонт, он сделает это: предложит Тэхену остаться с ним навсегда.       Предложение погреться на пляже в Эмиратах Тэхен встречает радостно. Он, как и Юнги, выбрал работу на обе стороны их дел, поэтому в последнее время начал совсем уставать. У него давненько не было нормального отдыха или отпуска, а тут такое заманчивое предложение. Как тут отказаться? Да еще и все ребята поедут, можно отлично повеселиться.       Тэхен радуется как маленький ребенок, когда они едут в машине до арендованной виллы, рассматривая побережье залива, огромные офисные здания, торговые центры. Дубай выглядит как настоящая восточная сказка, только в более современной обработке.       Тэхен прижимается к окну машины, зажмуривается, представляя, как он будет плескаться в бассейне и загорать на этих чудесных пляжах с мелким золотым песком. Он в который раз осознает, насколько ему повезло связать свою жизнь с Чонгуком: жестким и справедливым боссом, но невероятно внимательным партнером в их обычной жизни. За полтора года их совместной жизни Тэхену так и не удалось найти в Чонгуке хоть один существенный недостаток. Их отношения, конечно, не были идеальны во всем. Они могли ссориться по мелочам, забывали иногда прислушиваться друг к другу. Но на общем фоне все эти бытовые неурядицы казались чем-то совсем незначимым, расставаться из-за них никто не собирался. В конце концов, они взрослые мужчины и могут разобраться с проблемами без инфантильного максимализма, а путем нормального человеческого разговора. В этот раз усталость Тэхена также не оставила Чонгука равнодушным, и он решил устроить им этот прекрасный отпуск.       Данная новость обрадовала всех ребят, которых босс позвал. Чонгук не просто предложил отдохнуть, но еще и за все заплатил.       Мечта, а не мужчина.       Вилла, ожидаемо, оказывается огромным особняком с зеленой территорией и двумя бассейнами. До личного, огороженного пляжа рукой подать. Все основные достопримечательности тоже совсем недалеко.       Тэхен бежит осматривать их временное место жительства и не может нарадоваться его красоте. Сзади, гремя своим огромным чемоданом, бурчит Намджун. Он не очень доволен, что за все заплатил Чонгук, и теперь ходит еще угрюмее невыспавшегося Юнги, у которого всегда был жуткий джетлаг после смены часовых поясов.       Тэхен посмеивается над тем, как его босс нарочито обзывает виллу «не самой лучшей» и критикует все элементы декора, попадающие под его недовольный взгляд.  — Эти двое иногда кажутся мне еще большими детьми, чем мы с тобой, — улыбается Тэхен, поворачиваясь к Чонгуку и целуя его в щеку. Сразу после примирения они решили всем рассказать про свои отношения, не стесняясь. Были конечно недовольные или люди, которые смотрели на них с неодобрением, но они долго в банде не продержались. В основном это был молодняк, так что вышвырнуть их на улицу не составило труда. — Спасибо за то, что организовал все это, Чонгук-и.  — Я соскучился. Мы последнее время почти не виделись, то ты где-то пропадал, то я. Не помню, когда последний раз удавалось отдохнуть. Сначала нужно было отвоевывать место, потом после примирения доказывать на что способен. Да и ребятам продохнуть было некогда, — Чонгук тянет Тэхена к бассейну, подальше от лишних глаз. — Скажи мне честно, если бы я тогда приполз к тебе после ранения, слабый, ни на что не способный, ты бы принял меня?       Тэхен делает наиграно задумчивый вид и отвечает серьезно:  — Даже не знаю, Чонгук-и. Если бы ты приполз в той ужасной рубашке от Армани, то вряд ли. Шучу, — расслабляется Тэхен, видя, как напрягся Чонгук. — Я и забыл, какой ты у меня скучный. Рад, что мы наконец-то выбрались. А то правда, живем вместе, а я даже иногда этого не чувствую.  — Я еще кое-что хотел, — Чонгук прячет руки в карманы легких брюк, потому что очень волнуется, но не хочет этого показывать, смотрит на воду. — Прогуляемся сегодня вечером на пляж? Побудем вдвоем. Здесь, говорят, очень красивые закаты, порой даже ярко-красные.  — Конечно, я и сам предложить хотел. Ночью ребята как раз хотели устроить что-то вроде барбекю-вечеринки у бассейна. Можно полюбоваться на закат и потом вернуться к ним.       Тэхену очень нравится эта идея. Перед поездкой он решил посмотреть фото из Эмиратов и был поражен тем, какие здесь невероятные алые закаты. Для такого случая Тэхен взял даже свою камеру — дань почти забытому увлечению.  — Будешь мне позировать? Я с собой свою «Лейку» захватил. Ты очень фотогеничный.  — С удовольствием, — Чонгук приобнимает Тэхена за плечи и прижимает к себе. — Пойдем, я покажу тебе спальню. Их тут несколько, так что все поместятся, но лучше занять место сразу.       Времени до вечера предостаточно. Ребята разбирают вещи, много смеются, кто-то тут же отправился на пляж погреться на солнышке и искупаться. В доме стоит такой шум, что создается полное ощущение пчелиного роя, а еще постоянно снуют люди, то туда, то сюда. Громко и весело, все строят планы на вечеринку и даже прикидывают, куда можно отправиться после, ведь на отдыхе нет ночной или дневной жизни, она становится круглосуточной.       Чонгук посреди этого веселья выглядит чужеродно, хотя по всем законам жанра должен заводить толпу. Но нервы сдают и по угрюмости он может соперничать лишь с Юнги, и с Намджуном совсем немного, хотя даже они ближе к вечеру расслабляются и получают свою порцию удовольствия. Чонгук улыбается, обнимает Тэхена, но потом в общей суматохе тот как-то упускает его из виду. С каждым часом напряжение растет. Чонгук нервничает, достает из чемодана коробочку, открывает, прячет ее снова, боясь потерять или выронить, или сломать. Да черт возьми, что угодно может пойти не так. Чонгук хочет, чтобы этот вечер был волшебным, незабываемым. Нужно как-то успокоиться, и единственный способ это сделать — выпивка. Чонгук просто не знает другого, этот — самый доступный и никогда не подводит. Водки или соджу на вилле он не находит, а вот виски присутствует в огромном количестве. Чонгук потягивает его потихонечку в течение всего дня. Бокал за бокалом. Он и сам не замечает, в какой момент доза алкоголя в его крови становится критичной. Чонгук с трудом надевает легкие брюки, пару раз зажмуриваясь и снова открывая глаза, чтобы сфокусировать зрение, рубашку, кладет в карман коробочку и отправляется на пляж. Они договорились с Тэхеном встретиться именно здесь.       Чонгук жадно вдыхает вечерний воздух, надеясь, что это немного приведет его в чувство, но голова кружится еще сильнее.       Тэхен ждет довольно долго. Они договорились встретиться с Чонгуком в семь вечера, но на часах уже едва ли не восемь, еще чуть-чуть и прекрасный момент с закатом они упустят. Тэхен злится немного, но терпеливо ждет. Однако романтика вечера успевает в нем остыть. Вечером на пляже возле залива не очень-то жарко зимой. Тэхен сидит на прохладном песке, поджав колени к груди, начиная понемногу мерзнуть.       Наконец-то, спустя еще минут десять Чонгук решает все-таки появиться. И как эффектно! Он неуверенно трогает Тэхена сзади за плечо и тут же падает, словно мешок с кирпичами, на колени. Чонгук ударяется локтем о камень, шипит от боли. Тэхен наклоняется к нему подозрительно и едва не отскакивает в сторону.  — Чонгук, ты сколько выпил?! — Тэхен не стесняется повышать голос, на частном пляже все равно нет никого, кроме них. — Да от тебя за километр несет! Боже, какой ты дурак. Вали, проспись. Свидание окончено.       От крика Тэхена голова Чонгука бежит трещинами. Он даже сжимает ее руками, чтобы как-то зафиксировать на месте и по возможности не потерять все отвалившиеся части.  — Подожди… У меня… тут, — язык заплетается и почти не двигается, но Чонгук все равно идет до конца. Вздыхает громко. Поднимается на одно колено и лезет рукой в карман. Там пусто. Чонгук похлопывает себя по карманам, по груди, осматривается, но ничего не видит. — Я найду!       Чонгук торжественно поднимает палец вверх, демонстрируя, что у него все окей и ситуацию он сейчас исправит. Вот только со стороны все это выглядит просто ужасно. Худшего и представить себе нельзя. Чонгук явно собирается делать предложение, но кроме того, что он не может даже встать на ноги, он вдобавок потерял собственно и саму серьгу.  — Где-то… здесь, — Чонгук рыскает руками по песку, надеясь, если не увидеть, то хотя бы нащупать заветную коробочку. Но гравитация играет с ним слишком злую шутку. Видимо, весь алкоголь ушел в голову, а не в кишки, иначе не объяснить, почему она такая тяжелая. Чонгук, как страус, втыкается головой в песок. — Блять…       Тэхен, видя, как Чонгук становится на одно колено все, конечно, понимает сразу. Ему собираются делать предложение. И он бы уже давно заплакал от счастья, если бы не это ужасное поведение Чонгука. Тэхен цепляет его за ворот простой хлопковой рубашки и тянет резко вверх:  — Чон Чонгук, ты просто омерзителен, — выплевывает Тэхен. — Правда думал, что я скажу тебе «да», когда ты тут валяешься, как последний алкаш? Еще и кольцо умудрился потерять! Как можно было испортить такой сказочный момент?! Придурок, ненавижу тебя, — Тэхен отпускает Чонгука, встряхнув его еще раз в воспитательных целях. — Я ухожу. А ты можешь продолжать развлекаться с ребятами. Может, кто-то из них достаточно неприхотлив, чтобы согласиться на твое не очень заманчивое предложение.       Тэхен, злой и абсолютно недовольный, разворачивается и бегом направляется к выходу со злосчастного пляжа. Ему сейчас просто необходимо проветрить свои мысли. Он, если честно, сам иногда подумывал, чтобы сделать Чонгуку предложение, но как-то не решался, боялся спугнуть. Да и в Корее им жениться нельзя, мало ли как к этому их команда отнесется. И теперь, когда его самое сокровенное желание исполнилось, Чонгук просто взял и все перечеркнул. Тэхен, до слез обиженный, садится на ближайшую скамейку и начинает тихо плакать.       Чимин немного устал от шума и решает прогуляться. В голове приятная расслабленность, и хочется обнять весь мир. Идея поехать на отдых ему невероятно понравилась: смена обстановки, песчаные пляжи и теплые волны. Ничего лучше и придумать нельзя. Серый и грязный Сеул навевал тоску. За эти полтора года в жизни Чимина ничего сильно не поменялось. Он по-прежнему информатор, правда работы прибавилось, но Чимин только рад. Теперь он живет в дорогих отелях, ходит в рестораны, но не забывает любимый клуб. Его жизнь сладкая, как патока. Оружие теперь он держит в руках очень редко, хотя за то время, пока они вновь шли к вершине, его навыки значительно улучшились.       Хосок так и остался его тенью. Они по-прежнему сидят иногда у Чимина дома, смотрят тупые комедии и много смеются. С Хосоком классно, он — вечно неунывающее солнышко, даже несмотря на два серьезных ранения и приличное количество избиений. В последнее время тот, правда, много жаловался на одиночество. Найти партнера для секса никогда не составляло труда, сам Чимин подгонял ему девочек или мальчиков по желанию, а вот с кем-то близким были проблемы. Чимину этого не понять. Его полностью устраивает то, что он имеет.       Ветер приятно охлаждает разгоряченное после бокала виски лицо. Чимин жмурится и смотрит на волны, уже догорающий закат и не сразу понимает, что на пляже кто-то лежит. Первая мысль, пришедшая в голову — человеку плохо. Чимин кидается к нему, поднимает с песка и сразу понимает кто это.  — Чонгук, тебе плохо? — Чимин принюхивается, и вопрос тут же отпадает. — Видимо, тебе слишком хорошо.  — Плохо… — Чонгук не может говорить длинными предложениями.  — Держишься? — Чимин сажает его на песок и сам садится рядом.       Чонгук кивает.  — Ты чего так надрался? Я тебя уже пару лет в таком состоянии не видел.  — Я пере… пера… Блять… — Чонгук роняет голову на плечо Чимина: она слишком тяжелая и совсем не хочет держаться ровно.  — То, что ты перепил, я почувствовал, не понял только с чего, — Чимин совсем не против чужой головы на своем плече, он даже приобнимает Чонгука немного, чтобы тот не заваливался.  — Предложение… Тэхен, — Чонгук хмурится, собирается с силами и мыслями. — Я делал… предложение, но… перевол…  — Перенервничал что ли? — Чимин решает не издеваться. Он и так, кажется, все понял.  — Да.  — Ну, решение надраться — это явно не лучший твой выбор, — Чимин посмеиватся. Ему кажется, что Чонгук сейчас просто отрубится и надо бы позвать ребят, чтобы оттащили его в спальню.  — Тэхен меня… бросил, — реакции в голове Чонгука происходят очень медленно, но основную суть речи Тэхена он понял.  — Он тебя любит, — Чимин вспоминает тот день в особняке: точно ведь любит, уже тогда сомнений не было. — Так что остынет и хорошо все будет. Ты только извинись и сделай все нормально. Кто же так предложение делает? Надо красиво. Мне много раз делали, — он улыбается и прикрывает глаза. — Лучше всего при свидетелях, чтобы отказать не мог.       Чонгук отрубается где-то в середине чужой речи и падает Чимину на колени.       Тэхен, немного успокоившись, решает все-таки вернуться на пляж. Чонгук хоть все испортил, но намерения у него были совсем другие. Сам факт того, что ему собирались делать предложение уже является неплохим поводом для примирения. Не сегодня, конечно, но в ближайшем обозримом будущем.       Тэхен спешит обратно на пляж, все еще недовольный, но немного подобревший. Однако счастье его длится недолго. Приближаясь, он видит, что Чонгук уже не один. Подойдя к нему, узнает в «собеседнике» Чимина. Да, их команды вроде как теперь дружат, все отлично. Но у Тэхена осталась какая-то иррациональная ревность к Чимину. Этот бляденыш — один сплошной соблазн, не повестись просто невозможно, ему ли не знать. И теперь, наблюдая милую картину, как его несостоявшийся жених тихо лежит у Чимина на коленях, совсем больно.       Тэхен, наконец, просто взрывается:  — Я шутил, когда просил найти мне замену… Быстро ты однако, Чонгук, недолго горевал. Что, уже подарил ему кольцо? Или, может, пока я пытался найти тебе оправдание, вы и переспать успели?! Сука ты, Чонгук. Всегда все портишь. К тебе тоже относится, — отплевывается Тэхен, кивая на Чимина.  — Тэхен, подожди, — Чимин от такого напора офигевает немного. Чонгук классный парень, конечно, но он бы не стал в такой ситуации в его постель лезть. — Я с ним не спал, и кольцо мне никакое не дарили. Его отрубило просто. Ты чего? Позови лучше ребят, пусть в спальню его оттащат. Наутро выскажешь все, что думаешь. Уверяю тебя, с дикого похмелья ему это будет намного больнее, чем сейчас.  — Я твоего мнения не спрашивал, это последнее, что мне сейчас интересно. Говорить ему я ничего больше не буду, он все услышал. И если тебе так надо это… тело куда-то оттащить, занимайся сам. Я буду ночевать в комнате с Намджуном или Юнги. Оставлю вас наедине, голубки.       Где-то в глубине души Тэхен прекрасно понимает, что сейчас перебарщивает и все преувеличивает. Но у него есть на это право. Ему испортили день, который должен был стать едва ли не самым лучшим и светлым в жизни. И не кто-то посторонний, а сам Чонгук. Тэхену от этого крайне больно, на душе кошки скребут. Но он молча разворачивается и уходит, больше даже не пытаясь выслушать Чимина, хотя тот и прав сейчас.       Тэхен без слов заваливается в комнату к Юнги и лицом вниз падает на пустующую кровать в его комнате, почти сразу засыпая. В голове крутятся еще какие-то глупые мысли, но и они быстро сдаются усталости. Юнги, кажется, даже не обращает на незванного гостя внимания.       Чимин еще пытается кричать что-то вслед Тэхену или растолкать Чонгука, но и то и другое бесполезно. Он роется в карманах, находит там телефон и тут же набирает Хосоку.  — Хоби! Давай на пляж и прихвати с собой кого-нибудь, надо босса нашего в кровать унести.       Чимин ударяет Чонгука кулаком по спине, пару раз для верности, но тот лишь посапывает и прижимается сильнее в поисках тепла.       Ловелас, ничего не скажешь.       Хосок кладет трубку, тяжело вздыхает и, повернувшись к своей спутнице, просит у нее прощения, обещая вернуться чуточку позже. С Наен они знакомы не так давно, всего пару месяцев, но он решил взять ее с собой на отдых. Чонгук не возражал. Она милая девочка, может поддержать любую беседу, хоть и наивна немного. Но ей чуть за двадцать, так что это простительно. Хосоку с ней очень уютно, он получает много заботы и внимания, есть с кем прогуляться. Хоби не может сказать, что влюблен, но ему комфортно и на данном этапе — это все, что ему нужно. Секс с ней его тоже вполне устраивает: все всегда очень красиво и романтично. Она любит носить миленькое белье, а Хосоку нравится прикасаться к нежной девичьей коже. Для чего-то более жесткого и яркого есть Юнги. Они продолжают спать периодически в машинах, квартирах и везде, где приспичит. Но Хосок не рассматривает этот вариант как постоянный. Юнги всегда подчеркивает, что у них просто секс, а Хоби и не спорит. Секс, так секс.       Главное, чтобы всех все устраивало.       Он тащит с собой на пляж Давона, и они вместе относят Чонгука в номер. На полу валяется какая-то коробочка, и Хоби ставит ее на тумбочку, чтобы не потерялась.  — Сегодня ты с ним спишь, вдруг ему плохо станет, — Чимин все это время идет следом. — Меня Тэхен пристрелит, если я останусь.  — А как же Наен? — Хосоку совсем не хочется оставлять девушку одну.  — Да можете вместе спать — кровать большая. Чонгуку сейчас все равно кто рядом, хоть королева Англии.       Чимин разворачивается и уходит тусить. Ему вся эта ситуация тоже неприятна, но оправдываться перед Тэхеном он не будет. Пусть тот думает, как хочет, а вот Чонгуку утром нужно будет высказать и желательно на повышенных тонах.       Юнги даже глазом не ведет, когда к нему в комнату врывается злой и заплаканный Тэхен. Сразу понятно, что со своим драгоценным бойфрендом поссорился. Юнги усмехается про себя — ему такая нервотрепка не светит. Постоянные отношения он не особо жалует, а для всего остального есть Хосок. У них в плане секса все просто замечательно: оргазмы бывают такие, что иногда приходить в себя приходится еще несколько часов. Юнги знает, естественно, про Наен, это ни для кого не секрет. Удобная, хорошенькая девчушка. Милая, податливая и смешная. Хосок с ней отлично смотрится, явно для более стабильных отношений подбирал, такую и друзьям не стыдно показать, и даже родителям. Юнги выдыхает. В последнее время мысли о Хосоке становятся какими-то совсем навязчивыми. Он пытался найти ему замену, хотя бы временную, пока тот со своими девчонками играет в любовь, но все было не то и не так. Почему-то многие партнеры его побаивались, в постели были крайне аккуратны. А Юнги ведь нужно совсем другое.       И это пресловутое другое мог дать только Хосок.       Подобная идея — просто невыносима для Юнги.       Он раздраженно поднимается с постели, сон после подобных размышлений тут же пропадает. Выходит в коридор, чтобы через него пробраться на кухню за бутылочкой виски, но, конечно, по всем законам подлости натыкается на Хосока и Наен. Они о чем-то мило переговариваются. Хосок, даже со своим не особо выдающимся ростом, все равно возвышается над девушкой, обнимает ее за талию нежно, улыбается ярко и невероятно тепло.       Юнги он так не улыбается.  — Идите уже в комнату, а, — бросает Юнги как можно равнодушнее и проходит мимо Хосока, задевая плечом. Через секунду его накрывает огромная волна стыда за свое детское поведение и какие-то абсолютно дикие мысли.       «Нет, я не ревную» — пытается убедить сам себя Юнги, забирая в свою комнату полную бутылку виски — без стакана и закуски.