Лекарство от любви

Он видел только тьму. Сгущающуюся и вязкую, словно патока. Он пробирался сквозь неё, отодвигая руками и ногами сгустки темноты. И когда ему окончательно надоело это занятие, он зажмурился и попытался представил небольшое окно, маленькое такое окошко, в стекло которого бил солнечный свет. И у него получилось! Он мысленно похвалил себя, криво ухмыльнувшись (ощущение мимики и астрального тела всё же остались при нём). Его материальное тело двигалось на большой скорости. Мимо пролетали дома, фонарные столбы, ворота церкви. Ему была знакома эта дорога. И когда наконец показалось здание апартаментов Эддисона, он ужаснулся. Что-то внутри дрогнуло, и он со всех сил попытался остановить монстра, завладевшего его телом. — Не… смей… — прохрипел демон, хватаясь за пульсирующие виски. — Мальчишка… — Не смей трогать Сала! — рявкнул Ларри, до конца не осознавая, услышит ли его недруг. Всё же демон нашёл в себе силы, чтобы подняться. Он медленно приближался к апартаментам. Вот его рука ложится на ручку двери. Вдох и выдох. Судорожные, через силу. По лицу стекает пот. Каждый шаг давался демону с трудом. Он ослабевал под натиском подростка, который, казалось, был силён, что несвойственно простому человеку, и демон это знал. Отлично знал. — Не смей! — продолжал металлист, начиная колотить в плотное стекло, к которому удалось приблизиться. Демон молчал. Он заходил в лифт, нажимал нужные кнопки и прямой наводкой направлялся в квартиру Фишеров. В комнату Салли. — Нет… чёрт… — шипел Ларри, озираясь по сторонам в поисках чего-то тяжёлого, но увы, вокруг была пустота и тьма. И в какой-то момент темнота стала обволакивать оконную раму, краями заползая на стекло. — Ларри? Сынок… — внезапно послышалось позади демона. — Нет… только не… мама… *** — Фишер, что за ритуал?! — Трэвис пытался отдышаться, согнувшись пополам, а Сал тем временем спешно листал жутковатого вида книгу. — Не мешай, Трэвис, прошу! — отмахнулся Салли. Отца не было дома. Поэтому надеяться на защиту не приходилось, хотя чего бы смог сделать человек против демона? Ничего. Оставалось защищаться самим. — Нашёл! — выкрикнул голубоглазый, схватив с комода альбом, который когда-то прикупил для уроков рисования с Ларри, и стал чертить карандашом какие-то символы, быстро отрывая листы один за другим и раскладывая их вкруг. — Метка. Ты исходный сосуд для демона. Нужна метка. Она есть у тебя? — Я… Я не знаю, — проблеял ошарашенный Фелпс, пожимая плечами. Фишер вскочил с пола и стал спешно оглядывать руки Трэвиса, затем задрал футболку и краем глаза заметил, как покраснели щёки подростка. — Есть! — возвестил его о находке Сал, резко стянув с парня свитер. — Осталось… За пределами комнаты Салли послышался оглушительный грохот выбитой из петель двери. Парни дёрнулись, но всё же не стали показывать свой испуг. Ларри ворвался в комнату ураганом, взбешённый и взъерошенный. Его глаза сияли алым, на губах хитрый оскал, а на руках набухли и почернели выпирающие вены. — Мерзкие детишки… — прорычал Джонсон, двинувшись на подростков, но его тут же отбросило к стене. Сал коварно ухмыльнулся, чем немало взбесил демона, и отступил на шаг назад. Трэвис прижался к стене спиной и стал вопросительно глядеть на Салли, который, казалось, знал, что нужно делать. — Трэвис, возьми левый крайний листок! Ну же! Блондин послушался и схватил лист, крепко прижав его к груди. Сал начал что-то бормотать, отступая к ванной. Язык был незнакомым, странным и пугающим, Фелпсу даже показалось, что голос Фишера изменялся по мере приближения к концу этого таинственного заклинания. — В круг! Трэвис, живо! — Ты не сможешь, — хохотал демон, приближаясь к Салли, медленно, с особым усилием игнорируя руны, начерченные на бумаге. Внезапно демон кинулся на Фишера, но тот увернулся и прошмыгнул в ванную комнату, а там схватился за душ и направил мощные струи воды прямо на Ларри, который застыл на месте. Вода окрасилась в алый, потекла тонкими ручейками по лицу и рукам. Футболка намокла, и демон даже не смел слова сказать. Молча опустился на колени, запрокинул голову, слегка шатаясь и широко раскрыл рот. Из глотки подростка тёмными сгустками стала выходить тьма. Чёрный силуэт вырисовывался из той смрадной жижи, потоками вырывающейся изо рта Джонсона и застывающей в воздухе мириадами обсидиановых капель. Он сформировался полностью, и засверкали два рубиновых глаза. Демон зарычал, двинулся на Салли, но вмиг рассеялся с протяжным воплем неподдельной боли, когда Трэвис швырнул в него какой-то открытой склянкой, из которой брызнула вода. — Ты… в порядке, Фишер? — пробормотал Трэвис, бросившись к Салу. — Я… Да, — заторможено кивнул голубоглазый, не отрывая взгляда от лежащего на мокром полу Ларри. Фелпс проследил за его взглядом и грустно ухмыльнулся. «Джонсон. Вселенская любовь Салли-кромсали», — обречённо подумал блондин и уже собрался уходить, но Салли схватил его за руку.  — Что ты кинул в него? — озабоченно спросил Фишер, отпуская руку подростка под его недоумённым взглядом. — Святая вода, — вздохнул Трэвис, выйдя из ванной и натянув на себя свитер. — Спасибо, — мягко улыбнулся Сал, приподняв протез. — Не стоит благодарности. Внезапно Ларри подал первые признаки жизни и резко принял сидячее положение, что отозвалось резкой головной болью. Он опустился на мокрый пол, его каштановые волосы намокли и стали почти чёрными, футболка прилипла к худощавому телу и повторяла каждый изгиб его стана. — Ларри! — обрадовался Сал, тут же рухнув на парня сверху. — Сал, — ласково улыбнулся Джонсон, приобняв Салли одной рукой. — Я всё-таки смог пробить это чёртово окно… — Какое окно? — полюбопытствовал Сал, чуть отстраняясь. — «Форточка», о которой я говорил раньше, — встрял в их диалог Трэвис. — Я… пойду. Не буду вам мешать. — Трэвис… он спас нас, — прошептал Салли на ушко Ларри, но тот поморщился и выдавил из себя «Спасибо». Блондин махнул рукой и направился прочь. А Салли лишь крепче обнял металлиста, желая рассказать ему всё и сразу, тараторя и живо жестикулируя перед лицом только-только пришедшего в себя Ларри.