Паника

Домашний кабинет бизнесмена Вадима Павленко Павленко сидел, погрузившись в широкое мягкое кресло, и задумчиво вертел в руках бокал с минеральной водой. Пузырьки газа, наталкиваясь один на другой, тихо шипели и постепенно выдыхались. Бизнесмен старательно помогал этому процессу – слегка наклонял бокал то в одну, то в другую сторону. Несмотря на присутствие в комнате четверых мужчин, было так тихо, что давило на уши. Кроме лопающих вздохов безобидной минералки, да редких вздохов собравшихся, больше ничего не нарушало покой этого великолепного кабинета, обставленного дорогущей мебелью и увешенного драгоценными картинами в подлинниках. Прокурор Владислав Арсентьев поежился и незаметно оглянулся – не увидел ли кто его невольной слабости? Нет. Никто и внимания не обратил. Генерал ФСБ Егор Ефимов, так же как и Павленко, магнетизировал взглядом стакан с водой, а следователь с Петровки, майор Александр Миллер равнодушно скользил взглядом по заголовкам раскрытого журнала «Деньги и власть». Арсентьев снова поежился и снова оглянулся. Он никак не мог понять, что не давало ему покоя в этой тишине, почему она, черт побери, была такой странной и такой гнетущей… Закрыл глаза, внимательно прислушался, и казалось, вот-вот был готов ухватиться за разгадку, как раздался вибрирующий баритон Павленко: - А они в самый последний момент не выкинут какой-нибудь фокус? - Не выкинут, - моментально отозвался Ефимов. – Мои люди держат под прицелом его сынка в Лондоне. Я всегда говорил, что это ужасно – отправлять детей учиться в заграницу. - Давай без лишних и никому не нужных подробностей, - фыркнул Павленко. – Я даю бабки, вы действуете, но все мы стараемся для общего дела. А сейчас – у нас критический момент. В том числе и твои друзья, Егор, сидят у нас на хвосте. - Мы взяли слишком резвый старт. Нужно уйти в подполье. И надолго. - Значит Захаров?... А тот другой… ну начальник соседнего округа, он будет молчать? - Ну, во-первых, он вообще не в курсе. Во-вторых, после того, что случится с Захаровым, вряд ли кто-то захочет рыпаться. - Ну, а что на местах? Я имею в виду исполнителей? – подал голос Миллер. – Никаких изменений не будет? Устраняем тех, кто знал главного, и просто сливаем тех, кто ничего не знал? - Да, так и должно быть. От плана не отступаем. - ответил за всех Ефимов. – Уже начались первые чистки? - Начались…, - Миллер довольно склонил голову набок. – Сегодня убрали майора из «Митино». Несчастный случай. Авария. Ночью были застрелены в перестрелке два сотрудника патрульно-постовой службы и один участковый из «Пятницкого». - А что с этой… Зиминой? - Тоже все по плану. Кстати, на очереди ее водитель. В глазах подчиненных сама Зимина уже практически полный неадекват. Плюс ночное убийство сотрудников «Пятницкого»… Сама Зимина, кстати, почти всю ночь провела в ДПС, в кабинете у знакомого подполковника. Но осталась пленка, где видно, что она вытворяла на машине. С Зиминой все идет по плану. Осталось только записать душераздирающее признание и выбрать способ самоубийства. Это мы предоставили ей на выбор, - Ефимов хмыкнул и безжалостно сверкнул глазами. - Захаров? - Захаров даст показания. А потом тоже повесится в СИЗО. Все красиво и правдоподобно. Начальник и подчиненная. Решили избавить район от мрази. Но заигрались. Павленко сузил веки и улыбнулся. - Смотри сам не заиграйся, Егор. - Ве под контролем, Вадим. А, что с мальчишкой Зиминой делать? - Он уже на границе. Как только окажется у ее двоюродной сестры в Германии, она ей позвонит. Как и договорились, это и будет сигналом. - Остальные? - Остальные под контролем. – быстро выпалил Ефимов. Генерал не хотел сердить Павленко и остальных новостью о том, что со вчерашнего вечера его люди не могут ничего сказать о местонахождении подполковника Карпова. Впрочем, Ефимов был уверен, что пятницкий беглец скоро будет найден и, в случае чего, поставлен под надежный контроль. У них есть видеопленка, на которой видно, как он хладнокровно стреляет в своего подчиненного. Лучшей гарантии против возможного геройства Карпова и придумать нельзя… Павленко развернулся к Арсентьеву. - Влад, а ты как? Прокурор откликнулся мгновенно – будто только того и ждал. - Сегодня Захарова ждет мощная проверка. Павленко посмотрел на свет сквозь стакан с газировкой, удовлетворённо кивнул почти полностью исчезнушим пузырькам и залпом выпил содержимое. - Ну, тогда займемся делом. А у меня сейчас тренировка Только уже на выходе из кабинета до Арсентьева наконец дошло в чем причина. В этой проклятой комнате нет часов! Ни настенных, ни напольных, на настольных, ни наручных. В тишине не раздавалось привычного тиканья. Время словно остановилось… Так и есть. Когда умираешь, так и бывает – время останавливается. А он знал, что умер в тот момент, когда решил выйти из игры. В какой-то момент это стало просто невыносимо… В ту ночь он долго вертел в руках фотографии красивой рыжеволосой женщины в полицейской форме. Служебные фотографии – их немного… Другое дело - фотографии из ее семейного альбома, где она почти на всех снимках обнимает красивого кареглазого мальчика – своего сына. Внимательно прочитал личное дело полковника Зиминой. Не похожа на выскочку, прошла на службе все необходимые ступени – от простой работы в Следствии до начальника отдела, вроде честно заслужила каждое очередное звание… Более полугода назад оказалась в лапах маньяка, из рук которого умудрилась вырваться живой… И теперь именно этот момент они собираются использовать, как решающий – типа у нее после случившегося случился нервный срыв, который вовремя не выявили, не подлечили и вот он – результат… За что именно она попала под раздачу? Потому что сумела выжить в руках маньяка? Потому что среагировала на то, на что начальники соседних отделов не обращали внимания или не хотели обращать внимания? За то, что ближе всех оказалась к Захарову, которым они решили пожертвовать? Точного ответа не было, а философствовать в их рядах не принято. Они объединились, чтобы действовать. Невероятно богатый Павленко, чья дочь однако умудрилась погибнуть на улице – девочка не слишком любила гламурную жизнь, которую вели ее мама и сестры и однажды оказалась не в том месте, не в то время, совершенно одна... Общежитие подруги было далеко, водитель отца опаздывал, дело было зимой, поздно… вот и напоролась на несколько обдолбанных ублюдков, которые изнасиловали и жестоко убили ее. Генерал Ефимов, прошедший Чечню, и, по его словам, заглянувший на самое дно «дермовой человеческой души»… Майор Миллер – из идейных… самый страшный тип… И он сам… Но он не такой… Он не может так… Он давал согласие убивать педофилов, маньяков, насильников… На другое он согласия не давал…