Искра во тьме

— Я всё ещё не могу поверить, что наш план сработал, — Сакура села на берег реки и принялась наполнять фляги водой. — Нам очень повезло, Итачи. — Я целый день отлёживался от истощения после использования шарингана на троих людях, — Учиха сел рядом с ней и принялся помогать. — У этого плана не было иного выбора, он должен был сработать. — Сила твоего шарингана потрясает, — задумчиво протянула она. — Такие сложные иллюзии… Ты заставил троих людей поверить, что я действительно часть их семьи! — Сакура улыбнулась и покачала головой. — Нет, я до сих пор не верю. — Но как ты сказала, это иллюзия, — отметил он. — Она не продержится дольше нескольких дней. На данный момент её действие уже развеялось. Если бы у меня был Мангекё, то хватило бы сил и на Карин. — Не переживай, — Сакура пожала плечами. — Ты ведь её попросил при Какаши ничего не говорить. А она всегда была падка на Учих, — девушка хихикнула. — Вот Карин тебя и послушалась! — Саске? — Итачи вопросительно поднял бровь. — Саске, — кивнула ему Сакура. Какое-то время они молчали, набирая воду для сокомандников. Для Сакуры это была третья миссия в составе АНБУ, но она имела особое значение для девушки: поступила информация о том, что Орочимару присоединился к группировке отступников S класса, и их заданием было схватить змеиного саннина и вернуть в деревню с целью допроса. Сакура знала, что у этой группировки есть название: Акацуки. Она знала, что операцию они скорее всего провалят, ведь Орочимару покинет Акацуки лишь после того, как к ним присоединится Итачи. Перед тем, как отряд во главе с Какаши отправился на миссию, третий Хокаге сказал, что это, возможно, их последнее задание в таком составе. Он больше ничего не добавил, но вся команда понимала, что это значит: Учихе Итачи хотят доверить командование собственным отрядом. Харуно не хотелось думать о том, что они могут в скором времени встретить опасных нукенинов. Закрутив крышку последней фляги и отложив её к остальным, она посмотрела на ручей. Поток был достаточно быстрым, вода то и дело билась о камни, рассыпаясь сверкающими каплями. Сакура, не удержавшись, коснулась пальцами воды. Прохладная. — Странно, что та девочка была в ужасном состоянии, — подал голос Итачи. Сакура оторвала взгляд от завораживающего потока воды и вопросительно посмотрела на юношу. Точнее, на маску АНБУ, что скрывала его лицо. — Я о Карин. Она ведь всё-таки Узумаки. — Я виделась с Карин несколько раз, и поначалу мы друг друга недолюбливали, — Сакура покачала головой. — Но её здоровье всегда было идеальным. Как-то раз мы с ней работали вместе в лаборатории, и она между делом упомянула, что уже много лет не болела даже простудой. Видимо, это гены Узумаки. — Она не казалась мне очень здоровой, когда мы встретили её на крыльце рядом с Тануки, — заметил Итачи. — Мало того, что её зрение было хуже не куда, так она ещё и еле держалась на ногах. Сакура вздохнула и, осторожно сняв маску так, чтобы со стороны всё ещё не было видно лица, зачерпнула прохладной воды в ладонь и плеснула в лицо. — Из-за особой силы её крови, в родной деревне её используют как лекарство от всех болезней. Они не дают девочке восстановиться, и от этого уровень гемоглобина настолько низкий, что она не может избежать побочных эффектов. Таких, как стремительное ухудшение зрения, — Сакура вернула маску на место. — Без очков у неё нет никаких шансов нормально видеть. Однако я никогда не замечала за ней слабости в теле, — она поджала губы. — Единственный способ с этим бороться — это маленький трюк с циркуляцией чакры, которому я её научила. Это ускоряет процесс физического восстановления. Карин ещё маленькая, но у неё хороший контроль чакры, со временем этот трюк будет даваться ей так же легко, как дышать. — И всё же, разве это не интересные совпадения? — по голосу было слышно, что Итачи усмехнулся. — То, как ты встретила Сая, и он оказался в Корне. Или то, как ты встретила Карин в ужасном состоянии, но помогла ей с этим бороться. — Это бы всё равно произошло, — Сакура пожала плечами. — Просто при других обстоятельствах. Без меня. — Может, ты и права, — легко согласился он, подхватив три фляги и встав на ноги. Харуно последовала его примеру. К лагерю они возвращались в тишине. Сакура всерьёз задумалась о словах Итачи. Встречи с Саем и Карин действительно были странными совпадениями, и сказать, что всё происходящее настораживало девушку — ничего не сказать. В лагере их должна была ждать лишь Югао, так как остальные члены их команды отправились на разведку ещё на рассвете. Однако отряд в полном составе ждал возвращения Сакуры и Итачи с водой. Каким-то образом Харуно почувствовала строгий взгляд Какаши через его маску с кошачьей мордой, однако предпочла сделать вид, что не заметила, и обратилась к Йоджи и Тэнзо. — Ну, как прошло? Нашли что-нибудь? — она передала Югао одну из фляг. — К юго-западу ничего нет, ни одного убежища, — вздохнул Тэнзо. — Зря только время потеряли. — Ничего, будем двигаться дальше, — воодушевлённо заявила Югао. — Источники информации заявили, что группировка скрывается близ границы Амэгакуре, а наша задача узнать, где именно, — она развела руками. — Миссия есть миссия, скажу я вам, — глубокомысленно кивнул Йоджи. — Собираем лагерь, — спокойный голос Какаши каким-то образом заслонил общее обсуждение миссии. — Через пятнадцать минут продолжаем движение, — отдав приказ, мужчина повернулся к Сакуре. — Есть разговор, — не дожидаясь ответа, он последовал к выходу из лагеря, в дебри леса. Девушка вздохнула и, словив на себе любопытные взгляды Югао и Ямато, направилась за мужчиной. Он так быстро двигался между деревьями, что Сакура в считаные секунды потеряла его из виду. — Капитан? — в какой-то момент остановившись, осторожно подала голос девушка. — Ты где? В следующий момент её прижали к дереву. Рефлексы не подвели, и она замахнулась для удара, но вовремя остановилась, признав в нападающем командира их отряда. — Ты чего? Зачем так пугать? — А ты прямо-таки испугалась? — он снял маску с лица девушки. Сакура задорно улыбалась. — И вот так выглядит твой испуг? — Снимать маску во время миссии строго запрещено, — передразнила она командира, который не так давно пытался вбить это правило подчинённой в голову. — Твоя правда, — он снял свою маску тоже, а затем обнял Сакуру за талию и потянулся за поцелуем. Сопротивления не последовало, и Сакура ответила на поцелуй, обняв Какаши за шею и прижавшись к нему крепче, только чтобы отстраниться спустя несколько секунд. — Какаши, нам нужно вернуться в лагерь, — прошептала она, мягко удержав его за плечи и призывая остановиться. — Я не хочу, чтобы остальные догадались… — Они уверены, что я тебя опять отчитываю, — он хитро улыбнулся. — И тем более, им есть, чем заняться. — Хатаке Какаши, вы командир отряда, и вам не следует отвлекаться на подчинённую! — она крепче сжала его плечи и отодвинула от себя. — Даже если эта подчинённая — моя невеста? — он лукаво улыбнулся и крепче обнял её за талию, вновь прижимая к себе. — Даже так! — смущённо воскликнула она, а предательский румянец тут же залил лицо. К статусу невесты она не привыкла, и ей было страшно хоть на минуту задуматься о том, что именно это значит. — И вообще, я не дала ещё своего согласия! — Чёткого “нет” я тоже не услышал, да и мой кунай, кажется, всё ещё у тебя, — он поцеловал её в щёку и отпустил. — Не умничай! Надевай свою маску и верни мне мою! — она отвернулась, стараясь не показывать смущения. — Ладно, ладно, — закрепив свою кошачью маску, он сам вернул маску Сакуры ей на лицо, и они пошли обратно, в сторону лагеря. — Кстати, Итачи не рассказывал о своей секретной миссии? — О какой? — вздрогнула Харуно. — На которой он был, когда мы с тобой были в портовом городе. — Ты ведь прекрасно знаешь, что это секретная миссия, — Сакура скрестила руки на груди. — Ты же меня сюда вытащил не с целью допроса..? Внезапно Какаши прекратил движение и вытянул руку перед Сакурой, заставив девушку остановиться. Понимая, что за ними кто-то следит, Харуно тут же встала спиной к Хатаке, чтобы прикрыть его тыл, и приняла боевую стойку, выставив перед собой кунай. — Кто тут у нас? — послышался глубокий мужской голос. Волосы Сакуры встали дыбом на затылке. С этим голосом были связаны далеко не самые приятные воспоминания. — Неужто знаменитый Копирующий ниндзя, — Акасуна но Сасори окружил их тремя марионетками, пока сам прятался за деревьями. Сакура разозлилась на себя. Прошло около пяти лет с её боя против нукенина из Суны, и сейчас ей есть, чем удивить самодовольного марионеточника. — Какаши, не дай этим куклам тебя задеть, — она тихо обратилась к мужчине. — Их оружия могут быть пропитаны ядом, а лечить его в полевых условиях практически невозможно. — Понял, — коротко ответил он, и они оба начали битву с марионеточником. Сражение с куклами длилось недолго: Какаши уничтожил две одновременно с помощью чидори, а Сакуре хватило двух сильных ударов, чтобы сломать третью. Они вновь встали в боевую позицию, прикрывая тылы друг друга и выжидательно смотря в гущу деревьев, однако Сасори не спешил выходить, и новых кукол он тоже не посылал. — Бежим к лагерю, — коротко отдал приказ Какаши. — Но не теряй бдительности. — Есть, —Хатаке побежал первым, и Сакура последовала за ним. Их боевые товарищи были в полном порядке, но в лагере явно были видны следы сражения. Югао стояла с вытянутой катаной, а Йоджи сидел, положив ладонь на землю и прислушиваясь к насекомым. Тэнзо, заметив приход Какаши и Сакуры, тут же подбежал к ним. — На вас тоже напали, Какаши-семпай? — Где Итачи? — мужчина проигнорировал вопрос. — Он исчез в пылу сражения, — Югао вмешалась в разговор. — На нас напали два отступника в странных чёрных плащах с красными облаками. — Одним из них был Орочимару, — мрачно добавил Тэнзо. — Значит, им нужен был Итачи? — у Сакуры пересохло во рту от волнения. Неужели… Неужели его собираются завербовать? Неужели так скоро?.. — Йоджи, удалось что-то разузнать? — Какаши обратился к члену клана Абураме. Тот лишь поднялся на ноги и отрицательно покачал головой. — Хорошо, значит делимся. Сакура и я проверяем северо-западную часть леса, а вы втроём северо-восточную. Встречаемся через полчаса в… — Я здесь, — Учиха появился внезапно, обессилено опираясь о дерево. — Пытался не потерять Орочимару из вида, но он ускользнул, — он повернулся к Какаши. — Извините, что действовал по собственной инициативе и покинул лагерь без прямого приказа. — Повреждения есть? — Сакура тут же оказалась рядом с Итачи, чтобы оказать первую медицинскую помощь. — Нет, — он встряхнул головой, и ему потребовалось несколько секунд, чтобы твёрдо встать на ноги без поддержки дерева. — Я в порядке, просто… — Глаза устали? — предположил Какаши. Итачи сжал руки в кулаки, явно недовольный тем, что о его слабости догадались, но утвердительно кивнул. — Воздержись пока от использования шарингана, — Хатаке вздохнул. — Сакура, ты же медик, — подала голос Югао. — Может, стоит разработать для Итачи специальную программу упражнений, чтобы снять раздражение и усталость с глаз? — Да и Какаши-семпаю не помешает, — кивнул Тэнзо. — Точно! — воскликнула Сакура. — Займусь этим, как только вернёмся в Коноху! — Хорошая мысль, — Какаши кивнул Югао и положил руку на плечо Сакуры. — Однако наша миссия ещё не завершена. Он достал кунай и, ткнув острым концом в свой большой палец, сложил печати техники призыва. На поляне тут же появились восемь нинкенов. — Нам нужно найти Орочимару. Он был на этой поляне совсем недавно, проверьте, сможете ли учуять его след, — командир АНБУ тут же перешёл к делу, давая призывным животным задание. — Орочимару близко, так что давайте не дадим этому змеюке опять ускользнуть. *** Сакура искренне считала, что ненависть к Змеиному Саннину осталась в далёком прошлом. Однако когда вся их команда окружила его, она вспомнила. Когда он призвал свою змею, она вспомнила. Когда он высунул свой длинный язык, откровенно насмехаясь над ними всеми, она вспомнила. Вспомнила тот животный страх, который она испытала тринадцатилетней девочкой в лесу Смерти. Когда её сокомандники, её друзья боролись. Боролись не просто за свиток, а за жизнь — за свою и за её, Сакуры, жизнь. А она стояла без дела. Напуганная. Беспомощная. И абсолютно бесполезная. Настолько бесполезная, что, разобравшись с Наруто и Саске, саннин даже не взглянул в её сторону, не рассматривая её как угрозу. И был прав. Всё, что она могла сделать — это спрятаться в пещере и ухаживать за своими товарищами. Именно тогда Сакура поняла, что у неё нет выбора, и стать ирьёнином — это для неё единственная возможность быть хоть немного полезной для Наруто и Саске. Саске. Саске, которого она так любила, и которого этот подлый змей заманил к себе. Тогда она не просто потеряла его на несколько лет. Из-за Орочимару Сакура потеряла Саске-куна навсегда. Ту связь, те отношения, что они строили более года — всё пошло к чёрту, когда он оставил Коноху. И даже после войны ничего нельзя было вернуть. К чёрту, к чёрту мысли о будущем. Если не будет Орочимару, Саске не уйдёт. Нападения на Коноху не произойдёт, и Третий Хокаге не умрёт. Кабуто не использует Эдо Тэнсэй на войне, а значит никакой Учиха Мадара не вернётся, и Кагуя тоже не пробудится. Сакура сжала руки в кулаки. Их миссией было захватить Орочимару, но она не может упустить шанс убить его сейчас. Как там говорил Итачи? "Мы все строим наше будущее вместе”? Отлично. Она построит новое будущее. Без Змеиного Саннина. — Я всегда считал, что Коноха воспитывает честных шиноби, — он склонил голову набок, стоя на голове Манды — своего призывного змея. — А вы решили драться вшестером против одного старика? — он улыбнулся. — Ну, мы это дело исправим. Техника Восьмиглавой Гидры! Он вытянул руку в сторону, и из его ладони выбралась гигантская восьмиглавая змея белоснежного цвета. Она была слишком огромна для леса, в котором они находились: настолько, что несколько десятков деревьев были уничтожены вмиг. Каждая из голов тут же направилась к своей жертве, а Какаши и Итачи досталось по две головы. Сакура же, ослеплённая желанием покончить с Орочимару как можно скорее, решила не тратить время и силы. Как только одна из змей подобралась достаточно близко, Харуно увернулась от её пасти, и, запрыгнув ей на голову, побежала по всей длине, с каждым шагом высвобождая чакру через ступни точно так же, как она делает, когда бьёт по земле. Стоило Сакуре добежать до основания, как вся змея, с которой она должна была драться, упала без сил. Девушка перепрыгнула на голову Манды и встала прямо перед Орочимару. — Какая смелая девочка, — он улыбнулся. — Ты, кажется, не знаешь, кто я. — Лучше бы не знала, — прорычала она, разминая руку, и ударила кулаком себе под ноги, прямо по голове призывной змеи. Манда тут же зашипел и взвился. Он начал крутить головой, стараясь скинуть Сакуру, но она направила чакру в ступни и держалась твёрдо. — Хм… Интересно, — он посмотрел на Сакуру с любопытством. — Твоя сила… Напоминает мне мою давнюю знакомую. Цунаде-сама рассказывала, что Орочимару истинный гений в техниках, но он никогда не был ей ровней в тайдзютсу. А значит и Сакура будет сильнее него в рукопашном поединке. Однако как Сакура ни старалась, она не могла подобраться к нему ближе из-за того, что они стояли на голове Манды, который слишком активно крутился и извивался. Сжав зубы от злости, Харуно спрыгнула с призывного змея и, за пару секунд добежав до его хвоста, схватилась за самый конец. Активировав печать Бьякуго и почувствовав, как каждая частичка тела наполняется нечеловеческой силой, Сакура потянула хвост Манды на себя. Зарычав от напряжения, она, наконец, смогла поднять огромного змея. Девушка начала крутиться вокруг своей оси. Сделав несколько кругов, она отпустила хвост Манды, забросив при этом змея на пару сотен метров дальше. Своим весом он сломал несколько десятков деревьев и испарился, возвращаясь в своё измерение и оставляя Орочимару одного. Сакура направилась к Змеиному Саннину, но он не был из тех, кто будет ждать нападения сложа руки. Мужчина опустился на четвереньки и раскрыл рот, из которого тут же начали выползать змеи. Пасти змей были открытыми, и в них были клинки, направленные на Сакуру. Одна, две, десять, двадцать — с каждым мгновением число змей с клинками во рту увеличивалось, складываясь в десятки. Их было не меньше сотни, и радиус этой атаки был очень широким. Сакура ничего не предпринимала, дожидаясь нужного момента. Ближе. Нужно подпустить их ближе. Ещё. Ещё немного. Сейчас! Сакура воткнула специальный кунай прямо перед собой и крутанула рукоятку, выпуская через него свою чакру. Земля раскололась на две части, отделяя Сакуру от линии сотни змей. Неспособные предвидеть такого, они не успели остановиться, и вес клинков тут же утянул их вниз. Однако стоило Сакуре подняться на ноги, её обвило нечто толстое, липкое… И жгучее. Настолько, что она закричала от боли. Потребовалась секунда, чтобы понять, что это был удлинённый язык Орочимару. Сакура сжала кулаки и с усилием вытащила руки из силков. Это был шанс, и она не могла его упустить. Харуно запустила регенерацию, что хоть как-то притупило боль от ожога. По всей видимости, змеюка пропитал чем-то свой язык, но времени определять яд сейчас не было. Пересиливая жгучую боль, она попыталась схватиться за язык и притянуть Орочимару к себе для удара, но он оказался проворнее. Не давая Сакуре времени на обдумывание стратегии, он начал укорачивать свой язык, притягивая этим движением девушку к себе, и она увидела, как из его глотки вылезла змея, изо рта которой торчит Кусанаги. Сакура понимала, что меньше чем через секунду Орочимару притянет её, и этот меч тут же пронзит её. Наверное, она действительно слишком многое на себя взяла. Убить Великого Змеиного Саннина?.. Глупости. Она Сакура Харуно. Она никто. Девочка без клана и без способностей. “Сакура!” — голос наставницы, услужливо подкинутый подсознанием, тут же её отрезвил. Нет, не для этого так много тренировалась. Не для того, чтобы быть убитой этим отвратительным змеюкой. Сакура в последний момент успела поставить блок. Меч прошёл через предплечье и разбил маску АНБУ. Сейчас или никогда. Сакуре показалось, что всё вокруг стало медленнее. С болезненным криком высвободив раненную руку, Сакура схватилась за лезвие клинка здоровой рукой и потянула его на себя со всей силой, не заботясь о новой ране на ладони. Харуно победно улыбнулась, когда она сумела твёрдо схватиться за рукоятку Кусанаги, и направила клинок остриём прямо в глотку Орочимару. Стоило ей замахнуться для удара, всё её тело парализовало. Взгляд затуманился. — Что происходит? — Сакура почувствовала, что её больше не сжимает язык. — Где я? — внезапно всё вокруг изменилось. Она заметила силуэт справа от себя и с усилием повернула голову. Тело не подчинялось. — С-Саске-кун? Губы шевелились сами, хотя Сакура давно уже обращалась к другу лишь по имени, да и голос её прозвучал гораздо тоньше. Экзамен на чуунина. Им по тринадцать лет. Они в Лесу Смерти. Парализованные. Сакура постаралась освободить чакру, чтобы выбраться из гендзютсу, но ничего не вышло. Саске медленно двигался. Он пытался что-то сделать. Точно. Сакура вспомнила, что он сделал тогда. Он проткнул ногу кунаем. Потому что боль — это единственный способ выбраться. Саске вонзил кунай в свою ногу… и исчез. Сакура осталась одна. Очертания леса тоже исчезли, сменяясь на светлую комнату. Она помнит эту комнату. Они втроём стоят перед Какаши-сенсеем, а он разводит руками и говорит, что они не справились. Потеряли оба свитка, и не проходят на следующий этап экзамена. Что? Нет-нет, всё не так. Сакура открывает рот, чтобы сказать глупому сенсею, что он ошибся, вот же они, оба свитка… Но она не успевает. Комната сменяется крышей больницы. Наруто и Саске смотрят друг на друга. Сакура вновь плачет и вновь бежит, как и в тот день, стараясь успеть, разнять их, но Наруто двигается навстречу Саске без расенгана. Они смотрят друг на друга безо всякой злобы. Наруто и Саске стоят бок о бок — вместе. Кивают друг другу и решительно поворачиваются к ней и появившемуся рядом с ней Какаши-сенсею. Но почему?.. Почему Наруто смотрит на сенсея с такой яростью? Почему винит во вранье? Кричит о том, что Какаши-сенсей и все в этой проклятой деревне знали всё о семье Наруто, но молчали. Его чакра бушует, оранжевой дымкой обволакивая тринадцатилетнего мальчика. Сенсей подрывается, стараясь помочь, но Саске сумел успокоить друга лишь сжав ему плечо. Учиха покачал головой, и они вдвоём спрыгнули с крыши больницы, скрываясь из виду, а Какаши-сенсей тяжело вздохнул. Она осторожно тянет к нему руку, чтобы поддержать… Но сенсей становится другим. Чуть старше и гораздо более потрёпанным. Протектора нет, маска разорвана, как и форменный жилет шиноби Конохи. А вместо горечи в его взгляде решимость. Сакура осознала, что и сама она другая — теперь ей пятнадцать. Она была очень вымотана и, не удержавшись от слабости в ногах, упала. — Сакура! — сенсей тут же присел рядом с ней. — Зачем? Зачем вы это делаете? — голос Какаши звучал почти отчаянно. — Ещё не поздно, вы ещё можете остановиться! К кому он обращается? Кто их противники? — Конечно, можем. — Но хотим ли мы, даттебайо? Сакура распахнула глаза и вскинула голову, чтобы увидеть их. Её друзей. Учиху Саске и Узумаки Наруто, одетых в чёрные мантии с капюшонами, что частично скрывали их лица, но Сакура видела. Сакура видела так хорошо знакомую улыбку на лице всегда весёлого блондина, но его глаза… Голубые глаза были холодны, ничем не отличаясь от пустых тёмных глаз Саске. Это всё кошмар. Совершенно точно. Такой исход событий просто-напросто невозможен. Нет, нет и нет. Вот сейчас она себя ущипнёт и проснётся. Но вместо этого её рот открылся против её воли. — Мы будем защищать Коноху до последнего вздоха, — прорычала Сакура, чем вызвала усмешку на лице Саске. — А ты всё так же раздражаешь, Сакура, — он подошёл и, сев прямо напротив неё, положил руку ей на плечо. — А ведь ты могла к нам присоединиться. Жаль… Придётся тебя убить. Она чувствует ранение в области груди. Лицо Саске растворяется, оставляя Сакуру утопать в темноте. Темнота окутывает всё больше, сжимая в своих тисках и никуда не отпуская. Не пропуская и просвета надежды. Она слышит миллион шёпотов одновременно. Весь этот гул душит сильнее тисков, проникая в голову и заполняя все мысли. Дышать становится всё тяжелее. Тошнота подкатывает к горлу. Разум покидает тело. Зачем бороться за жизнь?..