Искра во тьме

Сакура мыла посуду и напевала незамысловатую мелодию себе под нос, когда её обняли сзади. — Я настолько скучал по дому, что даже твоя стряпня кажется мне вкусней всего на свете, — он уткнулся носом в её затылок. — Договоришься же, — хихикнула она. — Не видать тебе в следующий раз моих коронных подгоревших блинчиков! — вымыв последнюю тарелку, Сакура вытерла руки полотенцем. — Только не подгоревшие блинчики! Ты не посмеешь, — он принялся её щекотать. — Ладно-ладно, только прекрати, — она рассмеялась, стараясь выбраться. — Са-а-аске-е-е! Саске развернул Сакуру лицом к себе и коротко поцеловал смеющуюся девушку в губы. — Это так странно, — хмыкнул он, не выпуская девушку из объятий и смотря ей в глаза. — Что именно? — она вскинула брови и прижалась к нему ближе. — Что ты называешь меня просто по имени, — он, наконец, отпустил Сакуру и направился к дивану. — Что я больше не услышу раздражающего “Саске-кун”. — Я даже не могу понять, скучаешь ли ты по этому, или просто насмехаешься надо мной, — она с размаху приземлилась рядом с ним на диване. — Ты такой жестокий, Саске-ку-у-у-у-ун, — проговорила она высоким голосом и захлопала глазами. — Раздражаешь, — хмыкнул он. Сакура на это лишь рассмеялась. Внезапно послышалась короткая мелодия, и Харуно, извинившись, потянулась к карману своей юбки и достала оттуда смартфон. — О, Наруто скинул фотки со свадьбы! Хочешь, посмотрим вместе? Вместо ответа Саске пожал плечами, придвинулся поближе и, напустив абсолютно скучающее выражение на лицо, уставился в экран смартфона. Сакура улыбнулась его типичному поведению. — Жаль, что тебя не было, Наруто очень хорошо выглядел в своём кимоно, а Хината была просто красавицей, — проговорила она, листая фотографии. — Ой, а это… — Я смотрю, ты передала ему мою записку, — Саске вскинул брови, смотря на высунувшего язык Наруто, который одной рукой показывал в камеру клочок бумаги, а второй рукой изобразил очень красноречивый жест средним пальцем, явно показывая своё недовольство скупыми поздравлениями лучшего друга. — Ох уж этот… — она сжала кулаки, но увидев, как Саске улыбается непосредственности друга, успокоилась и продолжила листать. Наруто не отправил всех фотографий, выбрав те, на которых присутствовала Харуно, но их всё равно было довольно много. Были фотографии Сакуры с молодожёнами, отдельно с женихом и невестой, с подругами. На большинстве же снимков, которые были сделаны без ведома Харуно, девушка была запечатлена с Шестым Хокаге. Вот они сидят вместе в первом ряду во время церемонии, вот они о чём-то беседуют, вот он наливает ей попить, вот она его передразнивает, а вот они оба над этим смеются. — Действительно, жаль, что меня не было, — задумчиво сказал Саске, когда фотографии закончились. — В смысле? — спросила Сакура чуть более нервно, чем требовалось. Учиха внимательно посмотрел ей в глаза. — Давай поженимся? — А? — она захлопала глазами. — Ты чего это, Саске? — Это не ответ, — его взгляд помрачнел. — Просто, я имею в виду, — она отвела взгляд. — Если ты думаешь, что мне обидно, что другие женятся, то не переживай. Я знаю, что у тебя очень важная миссия, и я бы ни за что… — Это не ответ, Сакура, — от его голоса пошли мурашки. — Чего ты от меня хочешь, Саске? — она всплеснула руками. — Ты ведь уйдёшь через час, оставишь меня чёрт знает на сколько месяцев, чтобы потом вернуться на один день! Я не понимаю, что я должна делать? Планировать свадьбу так, чтобы на тот короткий день, когда ты вернёшься, мы быстренько успели закрепить брак? Что? — она подняла на него свои глаза, в которых стояли слёзы. — Да, чёрт возьми, это не ответ, потому что я не представляю, как мы с тобой можем пожениться, но и отказать я тебе не могу! — Почему не можешь отказать? — он чуть склонил голову. — Ты сейчас серьёзно? — она сделала глубокий вдох, не в силах сдержать злость. — Потому что я так долго тебя ждала! Потому что всю жизнь тебя любила! Потому что… — Сакура, — он остановил её. — Скажи, что ты меня любишь. — Я, — она запнулась, смотря на него в замешательстве. — Я… Я люблю тебя, Саске, — тихо проговорила она. — Люблю, — она опустила взгляд. — Ты врёшь. — Что? — опешила она. — Ты врёшь не только мне, но и себе самой. — Нет, — она покачала головой и взяла его за руку, посмотрев ему в глаза. — Нет, я не вру, с чего ты взял? Саске тяжело вздохнул и, крепко держа Сакуру за руку, встал на ноги и потянул её за собой. Он молча повёл её к стене, на которой было множество фотографий. Когда Сакура начала жить отдельно от родителей, первое время она чувствовала себя одиноко, и у неё появилось хобби: распечатывать фотографии с близкими ей людьми и клеить на эту стену. Поначалу было скудно, но со временем снимков становилось всё больше, и теперь яркая стена добавляла квартире уюта. — Что ты видишь, Сакура? — Фотографии? — она нахмурилась. — Я не понимаю. — Каждый раз, когда я возвращаюсь, я вижу, что снимков становится всё больше, — он внимательно смотрел на стену. — Ты с родителями. Ты и Ино. Ли, Шикамару, остальные ребята. Пятая Хокаге. Но больше всего фотографий у тебя с Наруто и Какаши. — Если ты намекаешь на то, что у меня нет фотографий с тобой, то мы можем хоть сейчас… — Для тебя это не просто клочки бумаги, а воспоминания, — он вновь посмотрел на девушку. — Пока я отсутствую, ты продолжаешь жить и создавать воспоминания с близкими тебе людьми. Меня среди них нет, и ты хорошо понимаешь, что, скорее всего, меня там никогда и не будет. Более того, — он указал на серию снимков, где Сакура подкрадывается к Какаши, пока он спит на работе, снимает с него головной убор Хокаге, примеряет на себя, а потом проснувшийся сенсей начинает тянуть её за щёки в качестве наказания. Эти фотографии были сделаны Наруто, который сам же их распечатал и принёс девушке на следующий день. Сакура молча смотрела на снимки, на которые Учиха указывал. Она начинала понимать, куда он клонит, но ничего не стала говорить. — Посмотри, какой ты здесь выглядишь счастливой, — он слабо улыбнулся. — А ещё, я могу казаться невнимательным к чувствам, но я не могу не заметить твой взгляд, и как ты смущаешься. Не могу не заметить, потому что раньше ты так краснела только передо мной, Сакура. — Ты бредишь, Саске, — дрожащим голосом сказала она. — Прекрати это. Пожалуйста. Всё, что ты говоришь… Всё бред, — из глаз потекли слёзы. Он повернулся к ней и положил руку ей на щёку. — Ты не можешь отрицать этого, Сакура, — покачал головой Саске. — Если даже я смог это понять, то и ты должна признаться себе в своих чувствах. Не нужно держаться за меня, потому что ты считаешь себя обязанной. Ты разлюбила меня, Сакура. И это нормально. — Саске, — она больно прикусила губу, а затем обняла его. — Я… — Всё в порядке, я сам виноват, — он положил руку ей на затылок и крепче прижал к своей груди, обнимая. — Меня никогда не было рядом, и я всегда ужасно к тебе относился. Я не могу приходить раз в несколько месяцев и делать вид, что всё нормально. Он в последний раз вдохнул её запах, прежде чем отстраниться. Затем он поцеловал Сакуру. Никогда её губы не были настолько горькими на вкус. — Мне пора уходить, — он ткнул указательным пальцем ей в лоб. — Не скучай, ладно? *** Тело невыносимо ныло, и первые секунды было тяжело даже пошевелить пальцами. Прежде чем открыть глаза, Сакура почувствовала запах. Запах больницы. Нелюбимый многими, но ставший ей уже родным. Больница? Неужели Сакура жива? И где она? В Конохе? Всё ещё в прошлом, или в своём времени? — О, проснулась, — услышала она властный, но такой родной женский голос. Сакура медленно раскрыла глаза, чтобы убедиться, что ей не показалось. Не показалось. Над ней действительно склонился внушительный бюст её наставницы, Цунаде Сенджу. Что это значило? Неужели она каким-то образом вернулась в своё время? — Сакура, верно? — надежды о возвращении домой тут же разрушились вдребезги. — Заставила ты нас, конечно, поволноваться. Целых три недели не хотела просыпаться при том, что никаких смертельных ранений у тебя не было. — Цунаде-сама? — только и смогла проговорить Харуно в ответ, заменяя привычное обращение к своей шишо. — Значит, ты знаешь, кто я, — женщина принялась сканировать тело Сакуры, чтобы узнать состояние пациентки. — Ну, это неудивительно. Мне рассказывали, что ты училась по трудам моего дедушки и моим собственным. И это многое объясняет. Например, то, что Кацую-сама лично обратилась ко мне за помощью, потому что ты была в слишком плачевном состоянии после боя с Орочимару, и она знала, что никому, кроме меня, не под силу тебя вылечить. Сакура зажмурилась, вспомнив произошедшее. Вспомнив, как её просто-напросто парализовало. Парализовало ровно в тот момент, когда она могла покончить с Орочимару и предотвратить столько бед… Она замерла, вспомнив, что она видела, когда её парализовало. Вспомнив, как Наруто и Саске предали деревню. Нет, это невозможно. Это ничего не значит. Она была уверена в Узумаки: какими бы ни были обстоятельства, он бы всегда действовал правильно. Что бы ни случилось, он бы спас Саске, а не присоединился к нему. Ей всё привиделось. Игры воображения, не более. И всё же… — Хм, твой организм в порядке, но потоки чакры всё ещё не стабильны, и тенкетсу требуется восстановление, — зелёное свечение, исходившее от её ладоней, погасло. Послышался стук, и женщина повернулась ко входу в палату. — О, к тебе, кажется, посетитель! — Здравствуйте, Цунаде-сама, — Сакура закрыла глаза и вздохнула, услышав голос Какаши. — Смотри, кто проснулся, — женщина отстранилась от кровати, на которой девушка лежала, показывая её вошедшему. — Присмотри за моей пациенткой, я вернусь через несколько минут, — коротко сжав плечо Какаши, она вышла из палаты. Хатаке, внимательно смотря на Сакуру, придвинул стул поближе к её постели. — Как самочувствие? — в его вопросе не было ни капли искренности. — Замечательно, — тихо сказала она, смотря в потолок. Избегая его взгляда. — Значит, сможешь объяснить, почему ты наплевала на нашу миссию и собиралась убить Орочимару, Сакура? — он склонил голову набок. — Если это вообще твоё настоящее имя. Она прикрыла глаза. В тот момент, когда Сакура оставила сокомандников бороться с восьмиглавой гидрой, она уже знала, что потеряет его доверие, да и доверие остальных ребят из их отряда. Ей было нечего ответить. Они оба понимали, что Сакура из портового города не стала бы нападать на саннина с целью убить. Только если у неё нет на это важной причины. — Не хочешь разговаривать? Странно, ты у нас обычно самая разговорчивая, — он усмехнулся. — Пока ты здесь лежала, кстати, у тебя отросли волосы. Девушка вздохнула. Конечно, чёрт возьми, у неё отросли эти глупые волосы. Значит, на корнях заметно виден этот ненавистный розовый цвет. — Это странно, ведь розовых волос нет ни у кого в твоей семье, — протянул он. — Я их, кстати, решил проведать. Но ты не представляешь, что случилось! Они совсем про тебя забыли! Кошмар, не правда ли? — нарочито удивлённо протянул он. Сакура зажмурилась так, словно это вмиг решит все её проблемы. Всё прикрытие, что они с Итачи построили специально для Какаши, всё рушилось. — Хорошо, что ты проснулась сейчас, — Какаши приблизился к Сакуре. — Я переживал, что уйду на миссию, не успев сказать тебе кое-что очень важное, — он наклонился к ней ближе и прошептал: — Ты уволена из АНБУ, предательница, — Хатаке тут же выпрямился. — Ну, мне пора, — поднялся со стула и подошёл к двери. — Чуть не забыл, твой брат всё же пришёл тебя проведать, несмотря на то, что не помнит тебя. Очень мило с его стороны, не правда ли? — стоило ему открыть, в комнату вошёл Тануки. — Не скучай, ладно? — помахав на прощание, он вышел, закрыв за собой дверь. Мальчик, сестрой которого Сакура была всего один день, подошёл к ней. — Привет, Тануки, — Сакура слабо улыбнулась. — Как твои родители? Он ничего не отвечал, лишь молча смотря на неё. Его лицо ничего не выражало: он не был на неё зол за враньё. Казалось, ему было абсолютно наплевать. — Я веду дневник, — наконец, подал голос он. — Конечно, ты ведёшь дневник, — Сакура усмехнулась. Ей вдруг стало смешно от осознания того, что восьмилетний мальчик оказался хитрее не только её, но и Итачи. Ни одному из них даже не пришло в голову, что Тануки просто-напросто запишет всё происходящее. — Наверное, удивился тому, что ты почему-то писал о сестре, которой у тебя нет и никогда не было? — Вроде того, — он пожал плечами. — Но твои игры меня не волнуют. Я записывал, что вы говорили о каком-то Корне и Данзо. Где я могу найти этого Данзо? — Ох, Тануки, зачем тебе это всё? — простонала она. — Ты не знаешь, во что ввязываешься. У тебя замечательные родители, спокойная жизнь, зачем?.. — Мне не нужна твоя забота, не стоит вживляться в роль сестры, — он скрестил руки на груди. — Либо ты говоришь, где Данзо, либо я сам его найду. Исход не изменится. Сакура даже не сомневалась в правдивости его слов. Пусть она и знала этого мальчика всего пару дней, он уже произвёл впечатление очень умного и целеустремлённого человека. Она не знала никого, кто был бы настолько образованным в столь юном возрасте, кроме Итачи. Однако стоило отдать Тануки должное: он не ходил ни в какую Академию шиноби, но при этом знал о теории больше, чем его коноховские сверстники, которые сейчас метали сюрикены под строгим присмотром Ируки-сенсея. — Так, время визита окончено, — в палату вошла Цунаде-сама, держа в руках толстую папку. — Я забираю пациентку, и, — она подняла взгляд, запоздало понимая, что оставляла пациентку на попечение Хатаке Какаши, вместо которого теперь был незнакомый ей мальчик. — А ты..? — Меня зовут Шигараки Тануки! — он учтиво поклонился женщине. Сакура удивлённо вскинула брови, заметив, как поведение мальчика поменялось в считанные секунды. — Какаши-сан привёл меня, чтобы проведать мою нээ-сан! *** — Итачи, я говорила, что ты лучший? — Сакура вошла в палату, вытирая влажные волосы полотенцем. Учиха сидел на кровати девушки, спиной ко входу, смотря в окно. — Принёс все мои душевые принадлежности, хотя я даже и не просила, — она запрыгнула на кровать и подползла поближе к нему. — Ты говоришь это не так часто, как я того заслуживаю, — пожал плечами он. — Ты лучший, лучший, лучший, самый-самый-пресамый лучший! — она улыбнулась ему. — Нет, серьёзно, — она вздохнула. — Твой визит — самое лучшее событие с тех пор, как я в больнице. Последние два дня Цунаде-сама замучила меня сотней тестов и процедур, — она закатила глаза. — Я ведь медик! Я должна лечить, а не лечиться, — она всплеснула руками. — А первый день вообще был кошмаром. Сначала Какаши выгнал из отряда, потом привёл Тануки, тот начал требовать, чтобы я отвела его к Данзо, — она замолчала. — Спасибо, кстати, что помог мне с ним. — Это было единственно верным решением, — Итачи пожал плечами. — Этот ребёнок просто идеальный материал для Корня. Тем более, не мог же он оставаться ночевать в твоей палате. А как Данзо был счастлив свежей крови, — он усмехнулся. — Могу представить, — фыркнула Сакура и устремила свой взгляд за окно. Солнце медленно начинало свой путь к горизонту, но всё ещё радовало жителей деревни своим сиянием. Был конец августа, и на земле уже можно было заметить потихоньку опадавшие листья. Жители Конохи гуляли, наслаждаясь прекрасной погодой последних летних деньков. По аллее, на которую отрывался отличный вид из окна палаты, бродили парочки, и Сакура вздрогнула, разглядев в одной из них своих родителей, Харуно Мебуки и Кизаши. Внезапно её мама, подкравшись к одному из деревьев, сделала страшное лицо, словно пыталась кого-то напугать. Затем она тут же схватилась за живот и начала смеяться, а отец Сакуры, который наблюдал за всем действием, принялся хохотать. Из-за дерева вышла девочка, надув щёки и скрестив руки на груди. Вновь обиделась на своих родителей, которые постоянно над ней смеются. Кизаши тут же взъерошил розовые волосы дочери, и она смягчилась. Затем мама и папа взяли её за руки, и они втроём направились в сторону выхода из аллеи. — Скучаешь по ним? — подал голос Итачи, который тоже наблюдал за маленькой Сакурой и её семьёй. Она скучала. Прошло около трёх месяцев с тех пор, как она попала в прошлое. С тех пор, как она разговаривала с родителями. С тех пор, как её в последний раз отчитывала мать, а отец в последний раз опустил шутку по поводу отсутствия у неё женственности. Признается ли она в этом человеку, который в скором времени должен будет собственноручно убить собственных родителей? Конечно же нет. — Как думаешь, что теперь? — она осторожно положила голову ему на плечо. — Меня повышают до командира отряда, — задумчиво проговорил он. — Возможно, Третий приставит тебя в мою команду. А возможно, он отправит тебя на поиски того самого свитка. — Скорее всего, второе, — она вздохнула. — Зачем меня и дальше держать в Конохе? Я и так провалила задание, которое мне поручил Хокаге, и только ухудшила ситуацию с Какаши, — Сакура поджала губы. — Надо уходить, пока я окончательно всё не испортила. — Что случилось тогда, во время битвы с Орочимару? — Итачи посерьёзнел. — Ты была в шаге от того, чтобы его убить. Почему ты остановилась? — Я не остановилась, — она подняла голову с его плеча и подтянула колени к груди. — Во всяком случае, не по собственному желанию, — она обняла колени и затряслась мелкой дрожью, вспомнив, как её тогда парализовало. — Я… Я действительно думала, что могу что-то поменять в лучшую сторону, знаешь? Я устала всё портить. Хоть раз… Хоть раз хотелось предотвратить ужасное. Чуть погодя, Сакура решила рассказать Итачи о том развитии событий, которое она в тот момент увидела. Она долго раздумывала, стоит ли говорить ему об этом, но пришла к выводу, что если кто-то и сумеет разобраться в происходящем, то только он. После того, как Харуно дрожащим голосом завершила рассказ, поёжившись от воспоминаний, она подняла глаза на Учиху. Итачи ничего не отвечал. Он выглядел очень задумчивым. Впервые в его голове было столько вопросов, на которые он никак не мог найти ответа. — Итачи, послушай, — решила перевести тему она. — Во время миссии, когда ты пропал на некоторое время в том лесу, — Сакура помрачнела. — Скажи правду, что тогда произошло? Ты говорил, что напал на след Орочимару, но я тебе не верю. Ты бы не потерял его, — она осторожно положила ладонь на руку Итачи и ободряюще улыбнулась, показывая, что ей можно доверить правду. — Человек в маске, — юноша опустил взгляд. — Представился Учиха Мадарой, — он сжал руки в кулаки. — Приглашал присоединиться к ним, — вздох. — Но ты об этом и так догадывалась, когда нам поручили эту миссию, не так ли? — Ох, Итачи, прости, — она обняла его за шею и уткнулась лбом ему в плечо. — Мне так жаль, что это происходит с тобой. — Не извиняйся, — он погладил её по голове. — Знаешь, я рад, что ты здесь. — В больнице? — В прошлом, — он усмехнулся её шутке. — Ты стала для меня другом, в котором я нуждался, сам того не зная. — Д-другом? — Сакура застыла и, подняв голову, посмотрела в глаза Итачи. Он улыбнулся и кивнул в ответ. — Тогда, — она робко протянула ему мизинец, — нам нужно это закрепить. — Что за детские игры, — улыбнулся он, скрепляя дружбу на мизинцах. На глаза навернулись слёзы. Учиха Итачи считает Сакуру другом. Все проблемы отошли на второй план. Три месяца в прошлом? Ха, да это всего ничего! Какаши считает предательницей? Не страшно, она обязательно сможет вновь завоевать его доверие. В конце концов, Учиха Итачи — человек, который является в её глазах настоящим героем и истинным шиноби — признал её своим другом. После этого ни одна цель больше не кажется недостижимой. — Эй, старуха! — дверь громко открылась. — Ого! Смотри, старый пердун, а ты мне не верил, когда я говорил, что она совращает детей! Сакура тут же развернулась в сторону входа, чтобы увидеть маленького Узумаки и Третьего Хокаге. — Сандайме-сама! — она поспешно встала с кровати и поклонилась старику. — Наруто! — тут же она обратилась к мальчику. — Ты у меня договоришься, — она пригрозила ему кулаком на уже ставшее привычным обращение, на что тот показал ей язык. Итачи тоже встал с кровати и поклонился Хокаге. Наруто же быстро начал чувствовать себя как дома и забрался на постель. — Неужели ты наконец помылся? — Сакура упёрла руки в бока, хитро посмотрев на Наруто. — Впервые вижу тебя с чистым лицом, — она села рядом с ним и потрепала по блондинистым волосам. — Сандайме-сама, прошу, не стойте на входе, присаживайтесь, — она указала на стул, что стоял у постели. Мужчина принял приглашение девушки. — А я тебя знаю! — Наруто указал пальцем на Итачи. — Ты брат этого Саске-дураске! — он скривился, стоило лишь вспомнить о своём вечном сопернике. Сакура, не удержавшись, прыснула со смеху, наблюдая за каменным выражением на лице “брата этого Саске-дураске”. — А я тебя тоже знаю, — спокойно ответил он. — Мой брат говорил о тебе, Наруто. Я обязательно передам, что он тебе не безразличен, — мальчик вспыхнул, и его щёки заалели. Третий Хокаге не сдержал улыбки, а Сакура рассмеялась в голос, вспомнив о первом поцелуе двух её лучших друзей. Надо бы не забыть рассказать об этом Итачи позже. — Эй, это не смешно, даттебайо, — он с кулаками бросился на юношу. — Сандайме-сама, — Сакура тихо обратилась к Хокаге, пока Наруто отвлёкся на Итачи. — Я… подвела Вас. Провалила задание. — Когда тебя выпишут отсюда? — он внимательно посмотрел ей в глаза. Его взгляд был добрым и успокаивающим, вселяя надежду, что всё обязательно наладится. — Цунаде-сама сказала, что мне потребуется около недели на физическое восстановление, — Сакура поджала губы. Она никогда в своей жизни не получала настолько серьёзных ранений на миссии, чтобы оставаться в больнице дольше пары часов, и ей, как медику, было не по себе от этого. — Тогда и решим, что делать дальше.