Искра во тьме

Сакура тыльной стороной ладони вытерла пот со лба: день выдался невыносимо жарким, а ведь ещё только конец апреля! Такими темпами было страшно даже представить, как солнце будет палить в июле. Харуно лишь обрадовалась тому, что по колени стояла в ещё не успевшей нагреться прохладной реке, и даже мелкие рыбки, что щекотали ей ноги, плывя по течению, не раздражали так сильно. — Что, не клюёт, Какаши? — Сакура вздрогнула, услышав громкий бас. Она посмотрела на мужчину, который, стоя на руках, был по локоть в воде. — Гай-сенсей! — возмущенно воскликнула Харуно. — Вы же своим криком всех рыб нам распугаете! — Сакура, ты сейчас, вообще-то, громче кричала… — устало заметил стоящий рядом с ней Какаши. — Какаши-сенсей!.. — Сакура сжала удочку, прикидывая, как бы покалечить ею сенсея. — О, клюёт! Он ловко достал крупную рыбу и бросил её в ведро, что стояло на берегу. Его действия были отточенными и профессиональными — Сакура до недавних пор и не знала, что сенсей так хорош в рыбалке. — Неплохо, Какаши! Уже третья, но ничего! Мы с Ли голыми руками сможем поймать больше, — Гай перенёс весь вес на правую руку, а левую поднял, демонстрируя. — Правда ведь, Ли? — Да-да, Гай-сенсей! — стоявший на берегу юноша в зелёном трико энергично закивал. — Если я не поймаю рыбу в ближайшие пять минут, то отожмусь три тысячи раз! Ли скинул обувь и запрыгнул в реку, не рассчитав, что камни на дне довольно скользкие. Не удержав равновесие, он попытался найти опору в стоявшей рядом Сакуре, которая к такому повороту событий совершенно не была готова. — А-а-а-а! Приземлилась Сакура не особо удачно — вся одежда вмиг промокла, не говоря о том, что вода была слишком холодной, и купаться в планы Харуно не входило. — Сакура-сан! Прости меня, — упавший рядом с ней Ли подполз к ней, с сожалением смотря на девушку. Харуно приподнялась и хотела уже разозлиться, когда почувствовала чужие руки на своих плечах. — Сакура, ты в порядке? — руки сенсея немного успокоили, и она вздохнула. — Всё в порядке, — Какаши помог ей встать, придержав одной рукой за талию. — Не переживай, Ли-сан, — кивнула она юноше, который тоже поднялся на ноги. — Будь осторожен в следующий раз. Ли улыбнулся и, поклонившись, направился к Гай-сенсею. Сакура же повернулась к Какаши, чтобы отблагодарить, но наткнулась на внимательный и чуть обеспокоенный взгляд. — Что-то не так, сенсей? — Ты поранилась. Она с удивлением оглядела себя и заметила, что сенсей прав: при падении она ударилась о камни локтем и коленом. Хмыкнув, она подняла левую ладонь, которая тут же засветилась зелёным, и поднесла было её к правому локтю, как Какаши её остановил. — Может, я обработаю? Сакура нахмурилась, совершенно не понимая подобной просьбы, но возражать не стала, и они вышли на берег. Он посадил её на траву, а сам сел рядом и открыл аптечку. — Никогда не наблюдала у вас тяги к врачебному ремеслу, — усмехнулась Сакура, наблюдая, как он аккуратно очищает небольшую рану на колене. — Ты так много раз меня лечила, — пожал плечами он. — Хотелось хоть раз помочь тебе. — Скажете тоже, — улыбнулась она, пододвинувшись ближе. — А сколько раз вы меня от смерти спасали? Это по-вашему не помощь? Он рассмеялся и взял её за руку, чтобы обработать локоть, как вдруг остановился. — Ты его носишь, — заметил он, продолжив своё дело как ни в чём ни бывало. Сакура не сразу поняла, что он имеет в виду браслет, который он подарил ей на день рождение около месяца назад, и почему-то смутилась. — Ну да, — она дёрнула плечами, словно чувствовала нужду оправдываться. — Вы же сами сказали, чтобы я его не снимала, — пробурчала Сакура. — Я лишь сказал, что мне будет приятно, если ты будешь его носить, — он с усмешкой посмотрел ей в глаза, и у Сакуры перехватило дыхание от его наглости. Вечно он пытался её смутить! — Опять издеваетесь, да? — фыркнула она, вырывая локоть из его хватки и тут же поднявшись на ноги. Какаши тут же поднялся и осторожно удержал её за плечи. — Ладно, ладно, я пошутил, — тихо сказал он, и Сакура сглотнула от того, как близко оказались их лица. — Мне действительно очень приятно, что ты его носишь. Тебе идёт, — он отпустил её, но Сакура не сдвинулась с места: напротив, на долю секунды её посетила мысль одним лёгким движением сократить расстояние между ними до минимума. Но Какаши отстранился первым, и Сакура помотала головой, пытаясь избавиться от наваждения. — Сенсей, — внезапно в голову Сакуры пришла другая идея, от которой она не могла так просто отказаться. — Вы так хорошо рыбачите, не могли бы и меня научить? — она мило улыбнулась. — Ну, ладно, — он почесал затылок. Он вошёл в реку и, как только Сакура выждала удобный момент, она схватила второе ведро, которое ещё было пустым и, набрав в него речной воды, окатила ею ничего не подозревавшего сенсея. Так Сакура начала кровожадную войну, которая длилась целых пятнадцать минут, в которую были втянуты и Гай с Ли, и из этой тяжёлой битвы никому не удалось выйти без потерь. *** — Операция прошла успешно. Поздравляю, Сакура-сан! — Поздравляем! Облегчённые вздохи сменили атмосферу напряжения, повисшей в палате. Коллеги, за прошедшие часы постаревшие, казалось, на несколько лет, искренне улыбались. Коллеги, которые убеждали Сакуру, что этого пациента уже не спасти, казалось, поверили в чудо. Вот только Харуно знала, что никаких чудес нет. Состояние Майто Гая стабилизировалось, но неизвестно, когда он очнётся. Она с улыбкой кивала на поздравления других ирьёнинов, до боли в челюсти сжимала зубы и продолжала улыбаться, когда её ободрительно хлопали по плечу, нахваливая её мастерство. А она пусто улыбалась и продолжала кивать, думая о том, что в соседней палате лежит Хатаке Какаши, который принёс своего друга, даже не обратив внимания на собственные повреждения. Хатаке Какаши, который так сильно её ненавидел, что был готов на что угодно, лишь бы она не прикоснулась к его другу. Хатаке Какаши, которого пришлось погрузить в иллюзию, чтобы успокоить. Стоило Сакуре выйти из душной палаты и оказаться в холле, она шумно выдохнула, прекратив выжимать из себя улыбку. — Как всё прошло? Она вздрогнула, увидев Итачи, который сидел прямо напротив выхода из палаты. Сакура открыла было рот, чтобы ответить, но поняла, что не может сказать хоть что-то осмысленное, поэтому, неопределённо пожав плечами, она быстрым шагом направилась в уборную. Стоило ей зайти, она быстро заперла за собой дверь и, прислонившись к ней спиной, скатилась на пол, не задумываясь о гигиене. Сжалась в комок, притянув колени к груди и зарывшись пальцами в волосы, судорожно массируя гудящую голову, изо всех сил стараясь привести мысли в порядок. Кап. Кап. Кап. Чёртов кран в уборной больницы Конохи всегда был проблемным и нарушал такую нужную Сакуре тишину, мерно отбивая свой ритм каплями. Каждое новое “кап” казалось громче предыдущего, не только отдаваясь эхом по всей уборной, но и болезненно пульсируя в голове Сакуры, не давая покоя. Сколько часов длилась операция? Сколько часов она и другие ирьёнины боролись за жизнь Майто Гая? Какие именно повреждения были у Какаши, и кто ими занимался? Почему Хатаке Какаши и Майто Гай явились в Коноху в таком состоянии? Кто, кто на них напал и зачем? — Сакура? Харуно вздрогнула, когда услышала голос Итачи по другую сторону двери. Она дёрнулась, чтобы встать, но с удивлением обнаружила, что ноги чуть подкашиваются. Схватившись рукой за край раковины, Сакура, наконец, сумела подняться. Взгляд задержался на её отражении в зеркале: лицо такое бледное, что Сай бы рядом с ней показался смуглым, а тёмные круги под глазами умоляли об отдыхе. — Какаши очнулся. Голова загудела сильнее — словно оба её виска проткнули раскалёнными прутьями и принялись усиленно ими крутить. Нужно было узнать о нападении, о том, кто и где на них напал. Кому удалось так сильно покалечить двоих элитных шиноби Конохи сразу? Но больше всего Сакура хотела узнать, как он. Как Какаши себя чувствует после ранений и наложенного гендзютсу. О чём думает? Каково ему сейчас? Она знает, насколько Гай важен для Какаши. Что с ним будет, узнай он, в каком состоянии сейчас его лучший друг?.. — Если хочешь, мы можем… — Я не пойду к Какаши в палату, — перебила Сакура Итачи, открыв дверь. — Он и так меня ненавидит. Учитывая, что он только что очнулся от гендзютсу, я стану лишь поводом для лишнего стресса. Уверена, другие ирьёнины смогут оказать должный уход за его повреждениями и допросить его о случившемся. Она выпалила всё тихо и на одном дыхании, смотря куда-то вбок, не давая Итачи и возможности её перебить. Юноша посмотрел на неё с жалостью, но не стал возражать. — Гай-сан… С ним всё будет в порядке? — Не знаю, — Сакура принялась теребить рукав медицинского халата. — Мы сделали всё, что могли, но… — Я не об операции, — Итачи положил руку на локоть Сакуры, привлекая её внимание. Когда она посмотрела на него, он многозначительно продолжил. — Я спрашиваю, будет ли он в порядке. — Ох, — Сакура несколько раз моргнула, осмысливая вопрос Учихи. — Насколько мне известно, да. Итачи с облегчением вздохнул и отпустил локоть Сакуры. Он хотел было добавить ещё что-то, но замер, когда они услышали громкие голоса и шаги, доносящиеся из другого конца коридора, но постепенно приближающимися. — Какаши-сан, вам нужно лежать, куда вы идёте?! — испуганный ирьёнин с очками в толстой оправе старался поспеть за Хатаке, всячески уговаривая его вернуться в палату, но Какаши его вовсе и не слышал: стоило ему завидеть Сакуру с Итачи поодаль, он надвигался на них со скоростью и разрушительной силой бомбы хвостатого. Как только Какаши дошёл до них, он тут же замахнулся, чтобы ударить Итачи. Учиха с лёгкостью увернулся: Хатаке всё ещё не отошёл от гендзютсу, да и перелом руки явно не добавлял ему шансов на победу в спарринге. — Что-то не так, Какаши-сан? — ровным голосом поинтересовался Итачи, словно не его хотели ударить. — Это ты стоишь за нападением, не так ли? — прорычал Хатаке. — Если тебе так нужен мой шаринган, сразись со мной! К чему посылать других выполнять грязную работу? К чему впутывать совершенно ни в чём неповинного Гая? — Какаши-сан, я не понимаю, о чём… — Учихи, — Какаши сжал здоровую руку в кулак. — На нас напали двое из клана Учиха. Они были замаскированы, но я прекрасно знаю, когда враг использует такое додзютсу, как шаринган. Так что нет нужды притворяться, Итачи. — Прекрати говорить глупости! — воскликнула Сакура, вклиниваясь между ними. — Итачи бы не стал..! — Я не собираюсь выслушивать, как ты защищаешь своего подельника, — тут же перебил её Какаши. Однако стоило ему взглянуть в лицо Сакуре, как его глаза расширились, словно он о чём-то вспомнил. — Гай, — Какаши нахмурился, а затем повернулся ко врачу в очках. — Как он? — Состояние Майто Гай-сана стабильно. Он сейчас без сознания, в реанимации, — пролепетал тот, явно напуганный поведением Хатаке. — Когда он очнётся? Слова застыли комом в горле врача, и он робко опустил взгляд в пол. — Неизвестно, — ответила за него Сакура ровным голосом. — Мы сделали всё, что могли, чтобы вытащить его с того света. Теперь всё зависит от него самого. Какаши медленно повернулся к ней. Всего мгновение спустя Сакура почувствовала, как затылок крепко приложили о стену, а горло её сильно сжимают. Перед глазами тут же потемнело от удара, и лишь спустя пару долгих секунд её взгляд сумел сфокусироваться на хладнокровном лице Какаши прямо в нескольких сантиметрах от неё. — Даже не вздумай приближаться к его палате, слышишь? — сжав шею Сакуры ещё сильнее, он вновь встряхнул девушку так, чтобы она ударилась затылком о стену. Харуно тут же зашипела от боли. — Если я узнаю, что во время операции ты специально что-то сделала не так и хоть как-то ему навредила… — Какаши-сан, — Итачи задел было Хатаке за плечо. — Послушай, — прохрипела Сакура, сжав обеими руками запястье Какаши. Сжала в полсилы, но этого хватило, чтобы он разжал свою хватку. — Майто Гай-сан мой пациент, и я буду лично заниматься его лечением, нравится вам это или нет, уважаемый Какаши-сан. Хатаке постарался выдернуть руку из хватки Сакуры, но она лишь сжала сильнее, отчего послышался хруст. Харуно, наконец, отпустила Какаши, и кисть его руки безжизненно повисла. — Танигучи-сан, кажется, помимо перелома левой руки, у вашего пациента ещё и перелом дистального отдела лучевой кости правой руки, — Сакура с улыбкой повернулась ко врачу. — Позаботьтесь об этом, пожалуйста! — Когда Цунаде-сама вернётся… — Не вернётся, — Сакура размяла шею, не смотря на Какаши. — Цунаде-сама покинула Коноху, как только Сандайме-сама назначил меня врачом в этом госпитале, — она развернулась к ним спиной и зашагала в противоположную сторону, давая понять, что обсуждать больше нечего. Ноги были деревянными, но Сакура продолжала движение, хотя ей вообще не нужно было в ту сторону. Когда она, наконец, услышала удаляющиеся шаги Какаши и Танигучи-сана, она завернула за угол, в совершенно пустой коридор, и, остановившись, прислонилась виском к стене, чтобы перевести дыхание. Ей так хотелось злиться на Какаши, но разве у неё было на это право?! Разве он незаслуженно ей не доверял? Она обманывала его с самого первого дня знакомства, беспрестанно. Да, — повторяла себе она — выбора нет, она обязана скрывать от него правду, но в какой момент стёрлась та черта, которую она зареклась переступать? В какой момент она решила позволить себе с ним сблизиться? Если бы она только держала дистанцию, ничего бы не произошло. — Шаннаро, — прошипела она, совершенно обессилено ударив стену. — Какая же я идиотка… Сакура замахнулась для второго удара, но кулак перехватили. Она подняла глаза, чтобы увидеть Итачи. — Не надо бить стены, — он склонил голову. — Пожалей больницу. У Конохи не так много денег, чтобы отстраивать всё заново. — Да ну тебя, — Сакура шмыгнула носом, но улыбнулась. — Когда ты успел стать таким высоким? — она приставила вытянутую ладонь ко лбу юноши, а затем по-ребячески протянула линию над собственной макушкой. — При нашей первой встрече ты был одного роста со мной, а теперь, вон, на полголовы вымахал! — фыркнула она, скрестив руки на груди. — Я подросток, у меня растущий организм, а вот ты уже — как там выразился Наруто? — ах да, старуха. — И ты туда же?! — Сакура вспыхнула, тут же пригрозив юноше кулаком, на что он тихо рассмеялся. Она легонько ударила его в плечо, чтобы угроза не была пустой, но всё-таки улыбнулась. — Что будешь делать? — посерьёзнел Итачи, заметив, что настроение Сакуры улучшилось. — Лечить Гай-сенсея, — пожала плечами она. — И по возможности не видеться с Какаши. Но надо быть внимательней, — Сакура помрачнела. — Если на них действительно напали из-за его шарингана, нет никакой гарантии, что они не попытаются пробраться в больницу. — Я прослежу, — кивнул Итачи. — Пока мне не дали миссий за пределами деревни, буду наблюдать за палатой Какаши-сана, а также нужно разведать обстановку в клане и выявить нападавших. Сакура задумалась. Когда Какаши сказал, что на них напали Учихи, её первой мыслью был Обито, но разве у него есть сообщники-соклановцы? Ей не было известно ни об одной попытке нападения на бывшего сенсея из-за шарингана, но они наверняка были, и не раз. Однако ей казалось, что его глаз хотели прибрать к рукам враги из других стран. — Ещё после войны мой отец принял решение уважать решение Обито Учихи, и на общеклановом собрании объявил, что шаринган Хатаке Какаши трогать запрещено, — проговорил Итачи, словно прочитав её мысли. — Я должен с этим разобраться. — Мы разберёмся, — решительно кивнула Сакура. — Обязательно разберёмся.