What's Up, People?!

      «Вижу себя огненно-эфирной кометой, хвостатой звездой. Мой путь — всего два шага: падение и крах. Сорвалась с небесных просторов, лечу навстречу смерти по небесной колее, а лёд мой тает в пламени огня. Так часто из-под ног моих уходила земля. Я — ослепительная комета с печальным свечением и холодным ядром. Пытаюсь кричать и понимаю, что воздуха нет и я задыхаюсь, но всё ещё на что-то надеюсь. Безысходность и отчаяние вынуждают меня. Люди останавливаются, показывают пальцем и шепчут в изумлении «Посмотрите на это!». А потом — раз, и меня уже нет. И больше они никогда обо мне не вспомнят. Никогда».       — Кометам падать смысла нет, — Саманта перевела взгляд на пламенеющий кофе и сделала глоток, измазав нос взбитыми сливками. Второй глоток она сделала медленнее, раздумывая над безрадостной картиной, но горячая жидкость вновь обожгла язык, — Ауч, — Сэм глубоко вздохнула и поставила кружку на кухонную тумбу. Протерев лицо салфеткой, она стала искать корицу, которая, скорее всего, находилась на верхних полках, — Где же она?       Бывают такие дни, когда кажется, что неудача буквально следит за каждым сделанным шагом: невозможно работать, что-то готовить, убирать в комнате, ведь все предметы буквально выскальзывают из рук, да и солнце встает исключительно с целью унизить. Сегодня как раз такой день — двадцать второе февраля, по-другому — день рождения Саманты Найтрей. Ей исполнилось восемнадцать так же, как в прошлом году ей стукнуло семнадцать: скучно, однообразно и грустно. Глупый праздник, ненужный, но, ведь, любой праздник покажется бесполезным, если на душе так печально…       — Сэм! — девушка вздрогнула, когда Джеремайя положил руку ей на плечо, но не повернула головы, — Прости, не хотел тебя напугать, — он обнял её за талию и зарылся лицом в пушистые волосы. Саманта постояла так немного, чувствуя его дыхание на шее, наигранно рассмеялась, а потом повернулась к нему лицом. Она постаралась выглядеть счастливой и спокойной, но по встревоженному взгляду, которым одарил её Джеремайя, стало ясно, что если ей и удалось изобразить подобие улыбки, то его она никак не провела, — С тобой всё хорошо?       Девушка, словно очнувшись от ступора, быстро что-то пробормотала и извинилась: — Я в полном порядке, просто… сегодня мне как-то не по себе. Не бери в голову, это мои личные заморочки. Так-то всё отлично! — бегая глазами по комнате, она стала теребить замок на своей кофте.       — Закрой глаза! — неожиданно произнёс Джеремайя, и Сэм закрыла, — Я хочу, чтобы ты больше не думала о плохом, — она кивнула. Парень вытащил из кармана пиджака подвеску с фианитом — золотую, роскошную, блестящую, а затем вложил её в руку девушки, — Всё, можешь открывать глаза!       — Саманта подчинилась, а затем перевела взгляд на раскрытую ладонь.       — Майя, что ты… — из нежных глаз покатились слёзы, а на щеках появился румянец, — С… спасибо, — она кинулась ему в объятия, крепко обняв. Неуверенно, он прижал её ближе, проведя рукой по волосам.       — Всё хорошо? — парень поцеловал её в лоб, и от прикосновения его жарких губ её обдало теплом.       — Просто… просто… мне никогда не дарили подарков, особенно таких… не нужно было.       — На день рождения принято дарить подарки, — он немного рассмеялся, посмотрев на удивлённую Сэм.       — Так ты знаешь! От тебя вообще можно что-нибудь скрыть? — отложив цепочку на тумбу, девушка довольно улыбнулась, — Поцелуй меня, пожалуйста.       Джеремайя усмехнулся, снял очки и накрыл её губы своими, крадя дыхание, затрагивая душу и останавливая мысли; притянув девушку ближе, он углубил поцелуй, захватывая её верхнюю губу своими, а затем перешёл и к нижней. Саманта обвила руками его шею и, робко вздохнув, приоткрыла рот, давая возможность его языку исследовать каждый уголок её влажной пещерки. С каждой секундой поцелуи становились всё более страстными, настойчивыми, а дыхание прерывистым и хриплым. После того, как в лёгких больше не осталось воздуха, они отстранились друг от друга. Хотелось ещё. Парень поднял глаза и, будто получив согласие, прижал брюнетку к кухонной тумбе, да так резко, что мука, которая находилась на верхней полке, рассыпалась, покрывая собой большую часть тела девушки.       — Оу, прости, неловко вышло, — поморгав, Майя стряхнул с ресниц муку, а затем взъерошил свои волосы. Посмотрев на Сэм, он чуть не рассмеялся: сейчас она была как приведение, которого испугало другое приведение, или как кошка, которая забавно отряхается.       — Да ничего страшного… я больше переживала за подвеску, — брюнетка мило чихнула, — Я прям как кексик! Вот только вместо сахарной пудры — мука.       — Ты ведь любишь сладкое? — парень достал баллончик со взбитыми сливками и, выдавив остатки, размазал их по лицу Саманты, — Я вот люблю, — он обвел языком контур её губ, а затем провёл им по губам. Она страстно ответила на поцелуй, сжимая его плечи. Джеремайя спустился ниже, и начал ласкать её белоснежную шею. Девушка зарылась руками в его огненно-рыжие волосы и томно вздохнула.       Медленно и очень нежно парень стал стягивать с неё одежду: серая кофта упала к ногам, а следом полетела и футболка. Саманта стояла, закрываясь руками, и вообще на него не смотрела. Дыхание замерло у неё в груди, а щёки налились румянцем.       — Мне так стыдно… — потупив взгляд в пол, брюнетка учащённо задышала.       — Доверься мне, — Джеремайя потянулся к пряжке её ремня, но Сэм тут же перехватила его руки.       — Подожди… здесь ведь неудобно будет, — она быстро направилась к столу, который находился в центре кухни, при этом звонко стукая каблуками чёрных сапог по белому кафельному полу, — Может… лучше здесь? — он подошёл ближе и страстно обнял её. Его руки стали гладить её выгнутую спину и упругие бёдра. Нащупав застежку бюстгальтера, он попытался расстегнуть его, но девушка вновь его остановила, — Я так не могу, прости…       — Я не скажу ни слова, если ты не хочешь…       — Нет! Я хочу тебя! Просто… — она прервалась, подбирая нужные слова, — Я так стесняюсь… а ещё… сейчас ты так похож на… в общем, давай я сама разденусь. Только не смотри, пожалуйста.       — Сэм, ты точно этого хочешь? — проведя рукой по её лицу, Майя одарил её трепетным взглядом.       — Точно! Закрой глаза!       — Но… совсем необязательно так спешить.       — Закрывай уже! — парень подчинился и прислонился к столу. Грациозными движениями Саманта сняла с себя сапоги и отбросила их в сторону. Стянув с себя обтягивающие джинсы, она расстегнула лифчик, а затем стащила и трусики с милыми пандами. Резко придвинувшись к парню, девушка поцеловала его в губы, — Хорошо… можешь смотреть… — она слабо чихнула, когда мука с её головы коснулась носа, — На моём теле так много шрамов. Думала, что тебе не понравится…       — Перестань, ты очень красивая, — он осторожно усадил её на стол, а затем быстро разделся и предстал перед ней совершенно голым.       Девушка засмущалась, отвела взгляд в сторону и произнесла: — Я люблю тебя, можешь делать со мной всё, что хочешь…       — Да, ты только моя, — Джеремайя коснулся её губ, вначале легко, потом настойчивее — и вдруг впился в них со всем пылом неутолённой страсти. Когда он плавно вошёл в неё, брюнетка тихо застонала и ещё шире развела ножки. Синхронные движения, дыхание становилось чаще и прерывистее… Она чувствовала его… он медленно двигался внутри. Сэм восторженно ахнула, когда парень внезапно опустил её на стол и нашёл губами грудь. В едином ритме он ласкал её соски и поглаживал белоснежные бёдра. Саманта громко застонала, пронзительное удовольствие терзало её тело.       Раздался стук в дверь, а затем послышался голос Экко: — Босс, у нас проблемы!       — Он немного занят, — Саманта произнесла это сквозь зубы. Её стоны перешли в тяжёлое дыхание, а пальцы сжали плечи рыжего, как тиски; ноги же обвили его талию, и он легко поддержал её, зафиксировав руки на её бедрах. Поцеловав её в шею, Майя прижался губами к её ключице, жадно вдыхая её аромат.       — Я заметила! Но это очень срочно! — вновь раздался ворчливый голос Блонди, — Босс!       — Хорошо, я скоро подойду, — парень поцеловал брюнетку в губы, а затем отстранился, — Сэм, прости.       — Вот всегда так, — девушка слезла со стола и стала наблюдать за парнем, который в этот момент поспешно одевался, — Вечно Экко тебя ворует!       — Ты так сильно ревнуешь? — Джеремайя застегнул последнюю пуговицу белой рубашки и обнял Саманту, которая всё ещё что-то бормотала.       — Уже уходишь?       — Придётся, — он взял свой пиджак и подошёл к двери, — Да, ещё кое-что, если хочешь, можем продолжить вечером.       — Ещё бы мы не продолжили! — Сэм бросила в него своей кофтой, но благополучно промахнулась.

* * *

      Саманта лежала на кровати и, от нечего делать, напевала известные мелодии. «Этот день не так уж и плох» — эта фраза, вот уже как час, крутилась у неё в голове, заставляя сердце трепетать.       — Почему же так долго? — спросила она в пустоту, — Без тебя так скучно…       Через пол часа Джеремайя вернулся и сел на кровать рядом с Самантой. Он выглядел грустно и очень устало, брюнетка сразу же догадалась — что-то произошло.       — Майя, — начала она неуверенно, — Это… что случилось? — крепко обняв его, она залезла к нему на колени.       — Джером… — парень сделал небольшую паузу.       — Что Джером? Ну же, ответь!       — Сбежал из Аркхэма.       — Что…

22 февраля, пятница — неудачный день.