What's Up, People?!

      Вот уже неделю Саманта лежала в кровати с головой укрывшись одеялом. Весь день в наушниках, но музыка в них не играла; они лишь внушали чувство недосягаемости. Ничего не ела, просто не хотела, от пищи воротило и кружилась голова, даже любимые сладости перестали доставлять удовольствие. Её серые глаза были красными не то от слёз, не то от бессонницы, а звёзды в них словно погасли. Она никого не хотела видеть, ничего не хотела слышать, замкнулась в себе и отстранилась от мира.       Джеремайя отлично понимал, в чём дело, всеми силами старался подбодрить девушку, но та его игнорировала. Она не знала, холод это или нет, но всем своим сердцем и душой чувствовала одно: больше всего на свете ей хотелось навсегда забыть его. В её жизни нет глупей поступка, чем так безумно влюбиться. И в кого же? Действительно… в кого? Каждый день хотя бы на секунду, на ничтожное мгновение, Саманта задумывалась: «А не станет ли Майя таким же, как Джером?».       Проведя столько дней в одиночестве, понимаешь одну закономерность: даже если ты и ответишь на все глубокомысленные вопросы, дикой пчёлке, поверьте, всё равно. Ей неважно мы живы иль нет. У неё нет душевных забот. Свободно над цветком порхая, она набирает свой нектар. Мир, который однажды сложили, для неё — лишь дорога цветов.       Саманта заснула ненадолго, но через некоторое время её разбудил стук открывшейся двери. На пороге спальни стояла Блонди. Она нажала выключатель, и брюнетка зажмурилась от яркого света, словно от головокружения.       — Оставь меня, — Сэм обняла себя холодными пальцами и сильнее зарылась в одеяло.       — Тебе нужно выпить лекарство, — Экко достала из баночки две таблетки и подошла к брюнетке, но та никак не отреагировала, — Саманта! — стащив с неё одеяло, она откинула его в сторону.       — Нет! Я полностью здорова, мне не нужны никакие лекарства… прошу тебя, уйди! Зачем ты вообще пришла?       — Босс приказал… а теперь, возьми, — Экко развернула Сэм к себе лицом и строго посмотрела прямо в глаза. Брюнетка села, выхватила банку с таблетками и бросила её об стену, довольно улыбнувшись, — Слушай, Джеремайя за тебя переживает…       — Мне всё равно!       Блонди замахнулась и врезала ей пощёчину, настолько сильную, насколько могла. Саманта прижала руку к лицу и растёрла место удара.       — Ты хоть что-нибудь ценишь? — Экко придавила её к кровати и засунула таблетки ей в рот. Сэм проглотила их кое-как, оттолкнула от себя блондинку и сильно закашлялась, — По-хорошему ты не хотела, получилось по-плохому!       Блонди протянула ей воду, Саманта выпила прямо из горлышка, завернула крышку и поставила бутылку на прикроватную тумбу.       — Экко, ты ненормальная! — прокричала она вслед уходящей девушке, а когда дверь с грохотом захлопнулась, закрыла руками лицо и тихонько заплакала.       Щека всё ещё болела и неприятно покалывала. Ей хотелось курить. Курить так, как никогда раньше; хотелось умереть, покончить собой… вскрыть себе вены или спрыгнуть с крыши многоэтажки, но она этого почему-то не делала.       Позволила ей так просто уйти? Какая же ты жалкая! Интересно, а чем сейчас занимается Экко? Может, милуется с твоим рыженьким? Или что поинтереснее? А может…       — Заткнись! — Подскочив с кровати, Саманта схватила себя за голову и, накинув кофту, направилась к Майе.       Парень сидел за столом и что-то проектировал, когда девушка влетела в кабинет и, громко хлопнув руками по столу, сердито на него посмотрела.       Хорошая стратегия… всё-таки это он послал к тебе Блонди с таблетками. Выскажи ему всё! Поверь, тебе сразу станет лучше.       — Джеремайя, зачем ты… Экко, — брюнетка зажмурила глаза, слёзы накатили с новой силой. Она немного опешила, ведь практически никогда не называла его полным именем, но, набравшись решимости, продолжила: — Ты считаешь меня чокнутой?       — Сэм, это не так! — он поднялся и подошёл к ней ближе, но та сразу же отошла назад, — Ты не в себе…       Да, он считает тебя поехавшей! Смотри, разлюбит ещё… хотя, нет, не сможет, он ведь и не любил тебя никогда!       — Не в себе значит? Чтобы ты знал, я в полном порядке и прекрасно себя чувствую!       — Послушай, — положив свои руки ей на плечи, он попытался прижать её к себе, но она ловко высвободилась.       — Не трогай меня! — Сэм откинула его руки и, глубоко вздохнув, продолжила: — Ты ненавидишь меня, да?       Ненавидит! Определённо ненавидит!       — Ты заблуждаешься! — придвинувшись ближе, Майя прижал её к стене. Она упёрлась ему в грудь ладонями и попыталась оттолкнуть.       — Джером, отпусти! Ты мне противен!       — Сэм, приди в себя, — парень взял её лицо в свои руки и, целуя, опустил на пол. Сейчас в его поцелуях не было никакой неуверенности, — Ты ведь любишь меня…       Ты не любишь его! Не любишь! И тебя никто не любит! Никто!       — А ты уверен, что я люблю именно тебя? — она отвела взгляд в раздумье и, подскочив на ноги, выбежала из кабинета. Саманта знала одно: ей нужно бежать. Бежать, как можно дальше. Обратного пути больше нет.       Интересно, как далеко ты забежишь?

* * *

      Саманта сидела на бордюре прямо под фонарём и рассматривала своё отражение в луже. Лекарство начинало действовать и голос в голове постепенно отступал. Она больше ничего не знала. Дождь капал на волосы, стекал по лицу, вместе со слезами, а редкие прохожие останавливались и смотрели на неё. Было очень неловко.       — У вас всё в порядке? — без лишних слов, нагло и вероломно, незнакомец закрыл её зонтом от дождя.       — Да, всё отлично, — безрадостно произнесла Саманта, даже не повернувшись, — Просто, погулять вышла, только и всего…       — А слёзы из глаз? — присев рядом с ней, он вложил в её руку зонт, — Не расскажете?       — Не думала, что в Готэме остались такие люди, — печально улыбнувшись, девушка поёжилась, — Зачем же вам это?       — Решил побыть героем, — незнакомец в плаще рассмеялся и сделал выжидающую паузу, но Сэм и слова не проронила, — Ужасный денёк?       — Угу, — она заплакала сильнее, сжав одной рукой золотую подвеску, которая покоилась у неё на шее, — Очень ужасный.       — Поделитесь?       — Нет.       Они просидели в тишине минут десять, словно прислушиваясь к чему-то… звуки дождя заглушали собой всё пространство; словно ожидая кого-то… никто так и не пришёл. Саманта выводила узоры на мрачной луже и всеми силами старалась держать зонт ровно.        — Я ужасный человек, — вдруг начала девушка, голосом своим покоряя звук дождя. Незнакомец прислушался, — Сегодня я обидела человека, которого, наверное, люблю больше всей своей жизни. Он был ко мне так добр, даже спас мне жизнь, а я… столько лишнего ему наговорила. Своей «ревнивой» любовью я причиняю ему столько боли и совсем не понимаю, почему так происходит, — Сэм чихнула, прикрыв рот рукой.       — Будьте здоровы!       — С… спасибо! Он сказал мне, что любит меня, а я такое ответила… — девушка обняла себя за плечи, шмыгнув носом, — Не могу поверить, что видела в нём другого человека!       — Другого человека?       — Да, просто… это так сложно объяснить. В общем, я совсем запуталась. Даже сейчас, рассказываю вам это и не понимаю, что именно я говорю.       — А вы не думайте, просто любите, — человек в чёрном перевёл свой взгляд на удивлённую Сэм, — Когда-то я тоже любил одну девушку и всегда мечтал увидеть в её глазах ту любовь, которая есть в моих. И сегодня, наконец, я её увидел. Но она — не для меня.       — Грустно, наверное. Вы ведь такой хороший…       — Она говорила мне то же самое, — незнакомец перебил девушку и неестественно рассмеялся.       — Рано или поздно вы встретите ту, которая вас полюбит, — Саманта попыталась было накрыть его руку своей ладонью, но человек в плаще тут же отдернул её.       — Уже встретил, но, кажется, я скоро её потеряю.       — Почему же вы так думаете?       — Знаю… — незнакомец улыбнулся, погладив Саманту по голове, а затем поднялся с земли, — Кажется, вас уже заждались. Ещё ведь не поздно вернуться? И вернуться незамедлительно. Незамедлительно, Сэм! — он помахал ей рукой на прощание, а затем поспешил удалиться.       Девушка долго смотрела ему в спину, держа его чёрный зонтик в руках, но только минут через пять, она тихонько произнесла: — Спасибо тебе, дурак…       Она совсем не помнит, сколько просидела там в одиночестве, пока рядом с ней не остановилась дорогая машина. Дверь распахнулась и за рулём показалась сердитая Экко: — Запрыгивай, пока не пристрелила!       Саманта сложила зонт и села в машину на переднее сиденье, опустив голову вниз. Мокрая одежда противно прилипала к телу, а с длинных волос всё ещё стекали капли дождя.       — О чём ты только думала? Знаешь ведь, что в городе опасно! — на повышенных тонах начала Блонди и тронулась с места, — С тобой одни проблемы! — она накинула полотенце на голову Сэм и дотронулась до её лба, — Кажется, у тебя температура, тебе лучше отдохнуть. А ещё лучше — принять лекарство.       — Прости, — брюнетка неуверенно извинилась и прикрыла глаза.       — Не передо мной извиняйся, дура!       — Всё равно прости…

* * *

      Сердце билось бешено, даже больновато покалывало. Саманта взволнованно крутилась возле двери. Тряслись руки, ноги подкашивались, а мысли разбегались в разные стороны. Наконец, собравшись с силами, она бесшумно вошла в кабинет. Джеремайя спал, сидя за столом и положив голову на согнутый локоть. Она подошла поближе и дотронулась до него кончиками пальцев, он сразу же проснулся.       — Сэм, ты вернулась! С тобой всё хорошо? — встав из-за стола, рыжий крепко обнял её, — Ты такая горячая, у тебя температура?       — Прости меня, пожалуйста! Мне так жаль, что ты полюбил такую тупую шлюху вроде меня. Я сожалею обо всём, что сегодня наговорила, правда!       — Не говори так о себе! — парень смахнул слёзы с её глаз, — Главное, что ты в порядке.       — Да уж, в порядке. Прости, что убежала. Просто… надо было кое в чём разобраться. Но я так сильно люблю тебя. Мне было так страшно, когда Джером сбежал из Аркхэма и…       — Сэм, — он заткнул её поцелуем. И она поддалась. Ответила.       Это был последний раз, когда она позволила себе быть такой жалкой.