Профессор, я хочу стать зельеваром!

«Июнь, 1997»       Измученные экзаменами дети мыслями были на каникулах и не желали ничего делать. Учителя отлично понимали их и разрешали проводить последние уроки в расслабленной обстановке, не обременяя учеников знаниями. Дети с удовольствием играли в шахматы, общались, выбрасывали из сумок тонны обёрток шоколадных лягушек, скопившихся там за год, некоторые же просто отсыпались, после бессонных ночей за учебниками. Такое положение дел устраивало обе стороны, ибо преподавателям тоже было чем заняться. Выставить оценки, заполнить журнал, отправить в архив тысячи контрольных… Всё это требовало немалой сосредоточенности. Конечно, учителя могли бы заняться всем этим и после уроков, а сейчас заставлять детей вспоминать пройденный материал, или, чего хуже, учить новый, но они не хотели. Не хотели, чтобы дети их возненавидели. И не были садистами. Никто из них не был. Разве что Северус Снейп.       В тот день шестой курс последний раз в году пришёл на урок Зельеварения. Дети слишком хорошо знали учителя, чтобы с точностью до десятых предположить, что тот не последует примеру других учителей и не оставит их в покое. И оказались совершенно правы. Северус продиктовал тему урока, «Повторение усвоенного материала», и со спокойной душой сел за стол, наблюдая за начавшейся работой. Ученики уныло вытаскивали на стол котелки, а потом шагали к шкафу с ингредиентами. Без энтузиазма возвращались и открывали учебник. Каждому предстояло приготовить запомнившееся ему за год зелье.       Даже Гермиона, не представляющая жизнь без учёбы, не отличалась рвением к работе, что уж говорить о других ребятах. Невилл сидел над учебником и чуть не плакал. Гермионе даже показалось, что в какой-то момент она и вправду услышала всхлипы. Долгопупс внимательно вчитывался в содержание, пытаясь вспомнить, какое зелье у него хотя бы не взорвалось. Рон, в свою очередь, равнодушно всматривался в стену, ожидая, когда Гермиона закончит работать и сможет ему помочь. А Гарри… Гарри решил приготовить самое сложное зелье из тех, которые они проходили. Которое, тем не менее, вполне можно приготовить за отведённые пару часов. Неожиданно для себя он вдруг осознал, что Зельеварение не вызывает той ненависти, которую он пытался внушить себе на протяжении многих лет. Да и Снейп, оказывается, вполне адекватный, если не обращать внимание на выпады. В какой-то момент Гарри и вовсе смирился с его язвительностью и теперь попросту не обращал на неё внимание… Совсем скоро у парня открылись глаза по отношению и к другим его чертам характера. К примеру, как оказалось, мужчина вовсе не занижал оценки, а ставил те, которые ученик заслуживал. Чтобы проверить предположение, Гарри начал усерднее работать, исполняя всё, что от него требовалось. В скором времени он заметил, что оценки поползли вверх и вместо «Отвратительно» в журнале начали появляться «Слабо».       Замеченная закономерность вдохновила юношу и он обещал себе в следующем учебном году выбиться в отличники. Пусть для этого ему и придётся за лето прочитать тонну ранее игнорированных учебников.       Работа двигалась медленно, Гарри внимательно вчитывался в рецепт, боясь сделать ошибку. И в какой-то момент понял, что не знает, как правильно сделать следующий шаг. Наверное в сотый раз перечитав рецепт от корки от корки, он понял, что ответа на его вопрос в учебнике попросту нет. Да, они уже проходили это зелье, но тогда ещё Гарри пропускал мимо ушей большую часть услышанной информации, мысленно мечтая, чтобы ни Зельеварение, ни Снейп больше не появлялись в его жизни.       Было два пути выхода из положения. Первый, и самый логичный, спросить у Гермионы. Она уж наверняка должна знать, как поступить в данной ситуации. И второй: спросить у Снейпа — глупейший из всех возможных. — Сэр… — еле слышно позвал Гарри, в душе надеясь, что мужчина его не услышит.       Но все надежды рассыпались в пух и прах, когда Снейп оторвал взгляд от журнала и посмотрел прямиком на Гарри. В его глазах читался вопрос. — Не могли бы вы подойти? У меня есть вопрос, касаемый рецепта… — говорил парень неуверенно, медленно и очень тихо. Вопреки изменившемуся мнению касаемо учителя, он не привык к нему обращаться и даже сейчас предпочел бы неделю отмывать туалеты, чем две минуты общаться с зельеваром. Увидев, что профессор откладывает в сторону журнал и поднимается, Гарри невольно вжался в кресло. В голове крутилась только одна мысль. «Мерлин, хоть бы он помог. Выслушаю любые его саркастические выпады, в обмен на помощь».       Шаги к парте были преодолены за несколько секунд. Сердце Гарри забилось в бешеном ритме, когда высокая фигура остановилась возле него. Парень уже было приготовился слушать поток оскорблений, но к его большому удивлению их не последовало. Вместо этого Северус окинул взглядом рабочий стол Гарри, сразу поняв, что за зелье готовилось.       Мужчина был удивлён, но никак этого не выдал. С недавних пор он стал замечать, что Поттер уделяет подозрительно много внимания зельеварению. Северус пытался, но так и не смог связать данное событие с чем-либо. Наблюдая за попытками парня вытянуть оценки, он сгорал от любопытства, пытаясь понять, что же такого случилось, что парень начал внимательно читать рецепты и следовать каждому пункту. В мысли закралось предположение, что виной этому желание стать Аврором, ведь в таком случае, нужно иметь хорошие оценки не только по Защите от тёмных искусств, но и по Зельеварению. — Не слишком ли сложное зелье вы для себя выбрали? Помнится, даже мисс Грейнджер сделала несколько ошибок при готовке, — ехидно отметил профессор, блеснув взглядом.       Гермиону перекосило. — Да, оно сложное, но я уверен, что справлюсь. Не могу только разобраться, нужно ли нарезать корень имбиря. Если да, то как? В учебнике указано… — Гарри притянул к себе большую, чёрную книгу, и уже было хотел зачитать, но Северус его перебил. — Я прекрасно помню, что там написано. «Добавьте пять унций корня имбиря, после чего ждите десять минут, пока зелье не приобритёт пастельно жёлтый цвет», — процитировал мужчина. — И что же вам не понятно?       Гарри пораженно уставился на учителя. Он конечно знал, что тот много всего знает, но цитировать наизусть книги — это уже слишком. Даже Гермиона не часто подобным хвасталась. — Говорю же, не знаю как корень нарезать… Кубиками? Дольками? Полосками..?       Северус вспылил. — А что вы все эти годы делали? Как вы с ингредиентами обходились? Это ведь элементарные вещи. Начало первого курса! — Северус буквально кипел. Он не понимал, как можно столько проучиться, и не знать элементарных вещей. В какой-то момент он даже осмелился предположить, что над ним издеваются, но быстро откинул данное предположение. За столько лет он уж смог добиться уважения к себе. Ну, или по крайней мере, трепетного страха. — Любой корень всегда режется дольками, — чуть успокоившись, мужчина всё же ответил на вопрос. — Спасибо, — Гарри залился краской. — Не за что, — мужчина хотел было уже возвращаться к учительскому столу, но вдруг остановился. Он не знал, что им двигало в те минуты, и потом ещё долго себя спрашивал, почему сделал то, что сделал. — Дайте нож, покажу как правильно.       Не только Гарри, но и все присутствующие уставились на Снейпа. Они ушам своим поверить не могли, ведь зельевар уже давно ничего не демонстрировал, объясняя в основном на словах. Тем более, никому не помогал, предпочитая ссылаться на учебники. Заставляя учеников перечитывать их от корки до корки, а потом сдавать индивидуальный тест по знанию материала. Но в этот раз, неожиданно для всех, Северус изменил собственным принципам.       Гарри протянул нож. Маленький, с деревянной ручкой, но острый. Северус, недолго думая, его взял. Удивительно, но Гарри никогда раньше не находился настолько близко к зельевару. Ему всегда казалось, что вокруг Снейпа защитное поле, не позволяющее кому-либо приблизиться. На секунду их руки соприкоснулись. Тела пробило током. Кажется, предположение Гарри оправдалось.       Оба волшебника подскочили от неожиданности. Два испуганных взгляда встретились. Но никто из них никаким образом не выдал, что что-то произошло. Гарри убрал руку под стол, боясь, что произошедшее может повториться.       Северус, в свою очередь, намного спокойнее отнёсся к произошедшему. Придерживаясь изначального плана, он положил на доску многострадальный корень и принялся быстрыми, методичными движениями его нарезать.       Гарри невольно засмотрелся на красивые, длинные пальцы и еле успел себя одернуть прежде, чем кто-либо заметил странное поведение. — Поняли? — дождавшись невнятного кивка, Северус сбросил содержимое доски в котёл, и даже помешал, как положено, три раза по часовой стрелкой. — Сегодня четверг, но, думаю, вы успеете за два дня прочитать учебник первого курса и сдать мне завтра вечером тест. В противном случае, все ваши «Слабо» опять превратятся в «Отвратительно», — всё же, Северус не смог простить Гарри незнание элементарных вещей. Как-никак, ему было обидно, что его труды пошли коту под хвост. Почему-то мужчина был уверен — даже знания Долгопупса обширнее знаний Поттера.       Наконец-то раздался звон колокола. Измученные ученики проделывали последние манипуляции, наливая зелья в колбы. Возможно, годовые оценки и выставлены, но никто не осмеливался не выполнить задание понимая, что ещё целый год впереди, а Северус Снейп склерозом не страдает.       Прошло ещё немного времени, прежде чем Северус остался один в классе. Это была последняя пара, так что можно расслабиться. Больше никто его беспокоить не будет. Тяжело осев в кресло, он закрыл глаза. Тело до сих пор потряхивало. Мужчина проклинал всё, что только мог.       В тот день, на последней паре зельеварения у шестых курсов, тщательно выстроенная стена дала трещину.