Une fois en decembre

      Вместе с Альей, уже позвонившей в телестудию, приехал растрёпанный заспанный Нино, сходу заявивший, что нельзя будить человека после ночной смены такими новостями. Попытку разрядить обстановку оценила разве что Алья — разрядила скопившееся в ней напряжение подзатыльником. Маринетт дёргано улыбнулась.       — М-мы пойдём искать Эмму, — она многозначительно посмотрела на подругу и дрожащими руками передала ежедневник, где были отмечены больницы, которые уже обзвонили. Аля цокнула и шумно его захлопнула, закинув в машину.       — Знать не желаю, зачем ты звонила по больницам, — фыркнула она. — Сейчас вы двое пойдёте и найдёте Эм живой и здоровой, ясно? И никаких упаднических настроений!       Адриан кивнул и утянул кусающую ногти Маринетт за собой — им нужно было успокоиться и найти место для трансформации. Как только их фигуры скрылись, Алья совсем не по-боевому плюхнулась на капот их с Нино машины, сняла очки и сильно сжала пальцами переносицу.       — Дай мне его обратно, — тихо попросила она, уткнувшись в плечо присевшего рядом Нино.       — Кого? — не понял тот, поглаживая её по спине и думая, что если бы вот так пропал кто-то из их мальчишек, он бы перекопал к чертям весь Париж и окрестности.       — Ежедневник Адриана. Посмотрю, в какие больницы они ещё не звонили.       Нино поражённо отстранился от Али. Сейчас она мелко дрожала, а несколько минут назад, когда выпроваживала Адриана и Маринетт, была так собрана и уверена в том, что всё хорошо…       — А ты думал, мне не страшно? — она хмыкнула, вытерев слёзы. — Эмма никогда не убегала, знаешь же. И камеры на магазине не охватывают именно это место, где они припарковались. И рюкзачок Эммы остался в машине, а ведь она с ним не расстаётся! — Аля потрясла головой. — Мысли лезут просто отвратительные.       — Ну так гони их прочь! — строго сказал Нино. — И убери, ради квами, этот ежедневник с больницами. Давай ещё в морги начнём звонить!       — Ты что такое говоришь?! — воскликнула Аля, ударив его кулаками в грудь. — Эмма обязательно найдётся живой и здоровой!       — То-то же, — Нино подмигнул и, щёлкнув её по носу, отошёл поговорить с подъехавшим офицером полиции.       

***

      Натали чуть не умерла на месте, когда увидела на экране Эмму, восседавшую на руках какого-то парнишки. «Натали, привет, это я!» — и можно было доставать сердечные капли, ведь если бы только ей не нужно было бежать открывать дверь, она бы свалилась прямо тут под стол. Но она снова должна была собрать все свои силы (хотя что там осталось после такой нервотрёпки?)…       — Эмма! — прокричала Натали, выбежав на улицу даже без куртки. — Эмма, господи, что случилось? Ты цела? Зачем ты убежала от родителей? — Она приняла ценную ношу с рук незнакомого мальчика. — Знала бы ты, как мы все испугались!       — Прости, Натали! — Эмма обхватила её руками и крепко обняла. — Я тоже очень испугалась! Я хотела только посмотреть, что это так блестит, и случайно заблудилась… — Малышка всхлипнула и краем глаза заметила, как Хьюго, хмыкнув, цокает и закатывает глаза. Слёзы тут же высохли, и Эмма продолжила: — Я потерялась, а телефон остался в машине папы. И людей совсем-совсем не было! И вот, если бы меня не нашёл Хьюго…       — Стало быть, вы у нас рыцарь на белом коне, спасающий бедовых дам? — Натали улыбнулась, ещё раз прижав Эмму к себе. — Ну что же, мсье Хьюго, проходите, будем пить горячий чай.       Эмма протянула руку и ухватила Хьюго за ладошку, свесившись с её рук. Пока они шли по тропинке до дома, она в красках рассказывала Натали, как страшно ей было и как храбро Хьюго пришёл ей на помощь. Натали лишь охала и причитала (с тем количеством притворства, которое необходимо детям), и изредка поглядывала на совсем смущённого Хьюго. Он шёл молча и вообще, кажется, готов был сбежать, но не догадывался, что у него нет шансов — друзья Эммы Агрест живыми так просто от неё ещё никогда не отделывались.       Как только Хьюго осторожно прикрыл за собой дверь и обернулся, у него перехватило дыхание: он в таком доме даже не мечтал побывать! А настолько красивую ёлку, будто в сказке, он видел только по телевизору… Хьюго завороженно таращился и даже не заметил, что Натали, кажется, уже поставила Эмму на ноги и убежала куда-то звонить, а сама Эмма теперь что-то ему тараторила, размахивая свободной от его ладони рукой…       — У вас, — сглотнул он, — всегда вот… так?       Эмма, смутившись, замолчала и уставилась на него.       — Конечно, — она кивнула, — а у тебя что, не так?       Хьюго улыбнулся ей, но не так, как улыбался до этого — не будь он мальчиком, Эмма бы решила, что он сейчас заплачет.       — Не так, сопливчик, — Хьюго покачал головой и снова оглядел огромный холл, желая впитать в себя эту сказочную красоту. — Совсем не так.       — Жалко, — Эмма шумно шмыгнула носом. — Эй, я же не плачу, почему опять сопливчик?       

***

      Ледибаг готова была пробежать весь город, и только рассудительность Кота не позволяла ей на износ метаться из угла в угол. Она не выпускала из рук мобильный, отказываясь даже убрать его Коту в карман — боялась пропустить звонок. Из-за того, что одна рука была занята, Ледибаг несколько раз едва не сорвалась, и взвинченный до предела Нуар был близок к тому, чтобы сорваться и на неё накричать.       А когда Ледибаг уже почти впала в истерику из-за своей беспомощности, на экране навигатора Кота вдруг замелькал лисий хвост.       — Живо в особняк оба! — проорала Рена Руж с выпученными глазами. — Натали позвонила, Эмма вернулась домой!       В руки ошарашенного Кота тут же упала Ледибаг, не выдержавшая нервного напряжения. Он опустился на колени, придерживая её одной рукой, и снял трансформацию прямо на крыше, чтобы позвонить Натали и убедиться самому.       — Нашлась? — проорал вылетевший из кольца Плагг, выпучив глаза так же, как Рена Руж. Адриан устало кивнул, зачерпнув в ладонь снег и умывшись им, а затем ледяными пальцами погладил лоб Ледибаг.       Ресницы затрепетали, и она медленно открыла глаза.       — Тебе не послышалось, — рвано улыбнулся Адриан, когда она открыла рот. — Эмма и правда дома.       

***

      С таким грохотом двери дома Агрестов последний раз распахивались так шесть лет назад, когда самый старший Агрест узнал, что скоро будет дедом. Его, кстати, пребывавшего в Марселе, о случившемся не уведомили ради сохранности Марселя и близлежащих районов. Зато стена дома не выдержала напора дверей — на красивых обоях теперь зияла дыра от дверной ручки.       — Где она?! — прогрохотал нестройный хор во главе с растрёпанной Маринетт.       — У себя, — со спокойной улыбкой отозвалась Натали, откладывая телефон. — И, может, уже спит, так что не шумите.       Алья сползла по стене и вытянула ноги, ощущая такую усталость, что вот-вот, кажется, отключится прямо на полу. Нино стянул шарф и выдохнул, рассмеявшись от облегчения.       Адриан и Маринетт рванули в комнату Эммы прямо в одежде и обуви. Когда остальные подтянулись, то увидели лишь спины их, застывших в дверях.       — Что там? — воскликнула Алья, но на неё тут же зашикали. — Да что?       Кое-как протиснувшись вперёд, она увидела, на что так уставились Адриан и Маринетт. В полумраке комнаты раздавался приглушённый будто бы разговор, но… Эмма, как и предупреждала Натали, уже крепко спала в своей кровати, возле которой, прямо на полу, сидел какой-то мальчик и дочитывал ей сказку.       — Это Хьюго, — бесшумно появившаяся за их спинами Натали ответила на невысказанный вопрос. — Он нашёл Эмму, когда она потерялась, и привёл домой.       

***

      Дочитав сказку, Хьюго погладил Эмму и, собравшись с духом, вышел в коридор. Он краем глаза видел, что, наверное, это её родители и крёстные прибежали домой со всех ног, и был благодарен, что они не стали выдёргивать его из комнаты сразу. Не то чтобы он горел желанием дочитывать спящему Сопливчику сказку, но и перед разговором со взрослыми ему нужно было продумать хотя бы примерные свои ответы на вопросы.       Каково же было его удивление, когда с лестницы ему приветливо помахала Натали и пригласила в большую столовую.       Где все взрослые разом набросились на него с объятиями.       Хьюго растерялся окончательно — все эти люди, так хорошо одетые и вкусно пахнущие, обнимали его, не чураясь выцветшего, кое-где заштопанного свитера. Красивая заплаканная женщина с тёмными волосами, собранными в пучок, едва ли не на коленях благодарила его, обнимала и даже поцеловала, прижав к себе.       На мгновение он мечтательно прикрыл глаза, когда его крепко обнял высокий широкоплечий мужчина, пахнущий мятой и чем-то ещё. Хьюго решил, что это и есть папа Эммы — у неё были точь-в-точь его зеленющие глаза и светлые волосы.       «Наверное, так и пахнет камамбер», — подумал он, принюхиваясь и вспоминая об обещании угостить его им. Эмма была так взбудоражена возвращением домой, что забыла, наверное, напрочь, но Хьюго и так был очень благодарен за нежные имбирные пряники и вкуснейший чай. Он такого раньше не пил.       — Хьюго, — бархатный оклик отвлёк его от мыслей, — может, ты позвонишь домой и договоришься остаться на ночь? Уже поздно…       Вздрогнув всем телом, Хьюго в панике забегал глазами по столовой, ища часы.       О. Нет. Десятый час!       — Н-нет, сп-пасибо, я лучше пойду… — пробормотал он и, криво улыбнувшись, огляделся в поисках двери. — Мне давно нужно было вернуться…       Алья и Натали непонимающе переглянулись — откуда у ребёнка столько страха в глазах?       — Ну и куда ты собрался? Стой смирно, я тебя отвезу, — тут же отозвался Адриан, положив на плечо Хьюго широкую ладонь. — Сейчас, переодену только пальто на менее залитое слезами.       Подмигнув Маринетт, цокнувшей и покачавшей головой, он вышел из столовой, оставив Хьюго под прицелом шести внимательных и двух задумчивых глаз испытывать настоящую неловкость.       Натали тоже отошла на несколько мгновений, но почти сразу вернулась и вручила Хьюго большой подарочный набор конфет.       — Не отказывайся, — попросила она. — Угостишь родных и друзей, если не хочешь сам. Всё-таки скоро Рождество, считай это нашим подарком.       Хьюго честно хотел отблагодарить Натали за это, но смог лишь открыть рот и кивнуть. Открывший двери столовой Адриан буквально спас его — спустя секунду он бесшумно исчез в холле и чуть не забыл курточку, порываясь уйти. Поцеловав Маринетт, за ним вышел и Адриан.       Со стороны лестниц раздался быстрый топот.       — Хьюго! — крикнула заспанная Эмма, сжимая в руках плюшевого котёнка и небольшую коробочку. — Где он?       — Они с папой уже ушли… — рассеянно пробормотала Маринетт, разведя руки.       Растерянная Эмма застыла на нижних ступенях.       — Нет, Хьюго! — ещё громче закричала она, срываясь с места. — Не уходи!       Она подбежала к маме и впихнула котёнка и коробочку ей в руки, быстро натянула сапоги и курточку поверх пижамы и выскочила на улицу, утянув Маринетт за собой.       

***

      Когда Хьюго, сидя в машине вместе с Адрианом, услышал с улицы своё имя, он сначала решил, что ему показалось. Но Адриан обернулся назад и улыбнулся, кивком указав ему обернуться тоже.       Эмма неслась по мощёной дорожке, размахивая чем-то в руках. Рядом бежала Маринетт, видимо, для поддержки. Глупо моргнув, Хьюго уставился на Адриана с немым вопросом на лице.       — Чего? — улыбнулся тот. — Вылезай, тебя зовут.       Но Эмма уже сама успела добежать до машины, распахнуть дверь и броситься на Хьюго.       — Ты не попрощался! — укоризненно сказала она, обнимая его. — А я забыла про камамбер. Поэтому вот, — на коленки Хьюго вывалилась из её ладошки коробочка сыра, а затем рядом Эмма положила плюшевого котёнка. — А это на память, — она улыбнулась. — Обещай, что придёшь в гости!       Хьюго склонил голову на бок и весело на неё посмотрел.       — Ну я даже не знаю…       Эмма цокнула.       — Клянусь, если буду опять плакать, можешь называть меня сопливчиком.       — Другое дело! — тут же отозвался Хьюго, обнимая её на прощание.       

***

      Когда машина прогрелась, а церемония прощания и обмена обещаниями завершилась, Хьюго назвал адрес, и они поехали. Урчание мотора убаюкивало, но он не позволял себе задремать, и Адриан, кажется, это понял, потому что стал с ним непринуждённо болтать — расспрашивал об увлечениях, о любимых фильмах, о видеоиграх. Они даже обсудили книгу, которую Хьюго недавно прочитал — оказалось, что Адриан в детстве очень её любил.       Осталось ехать совсем немного, а Хьюго отчаянно мечтал, чтобы дорога не кончалась.       Когда они остановились у нужного дома, Адриан вышел, чтобы попрощаться и проследить, что Хьюго преодолеет путь от забора до порога без приключений, но тот почему-то стоял у ворот, не решаясь позвонить. Сначала попытался оправдаться тем, что забыл ключи, а родители спят, наверное, и ему лучше бы перелезть, но наткнулся на вопрос, а как же он собирается попасть домой. Затем предположил, что, возможно, мама встанет попить воды, и он успеет коротко позвонить, чтобы она ему открыла.       И выдохнул с облегчением, когда Адриан всё-таки «поверил» ему и решил уехать.       Хьюго не догадывался, что спустя несколько минут после отъезда Адриана за ним наблюдал Кот Нуар с крыши «его» дома.       Видел, как он, оглядываясь, протиснулся между двумя заборами, как перелез тупик, едва не свалившись в мусорный бак. Как воровато спрятал за пазуху плюшевого котёнка и, присев около забора, приоткрыл коробочку камамбера и осторожно попробовал кусочек.       Сердце Адриана ухнуло вниз, когда он разглядел табличку на двери дома, куда постучался Хьюго, виновато опустив голову.       «Место временного пребывания детей перед распределением в семью»